Тук, тук, тук. Стук сердца казался таким же громким, как звук мяча, отскакивающего от площадки.
Джэён поймал мяч, брошенный Сану. Ощущение баскетбольного мяча было непривычным. Он был форвардом, который ловил этот мяч бесчисленное количество раз, умелым в жесткой игре. Но у него совершенно не было желания победить.
В таком неохотном состоянии он медленно повел мяч. Сану подбежал и встал перед ним, с решительным взглядом следя за тем, куда полетит мяч. Его руки двигались в воздухе, словно вот-вот обнимут Джэёна. Тот несколько раз сделал вид, что пытается прорваться, а затем просто далеко бросил мяч. Нереальный бросок с половины площадки — не могло получиться. Мяч ударился в щит и отскочил далеко. Сану бросился за мячом.
«Так я проиграю».
Он фыркнул. Сану бежал, ведя мяч. На этот раз он пошел налево, и Джэён охотно подставился. Попытался отобрать мяч, но тот решительно прижал его к телу. И затем силовой прием в низком положении, оттеснение спиной и Джэён был пройден.
Судя по тому, как он яростно защищал мяч, казалось, у него задатки разыгрывающего. И здесь он отличался от Джэёна, который всегда играл форварда. Дилер и танк. Дизайнер и разработчик. Они были настолько разными.
Сану подошел к линии штрафного броска, согнул колени и снова выполнил бросок двумя руками в той же позе. Мяч описал дугу и чисто прошел через кольцо.
Пока Джэён, совершенно не сконцентрировавшись, болтался как пугало, счет незаметно стал 8:0.
— Что будет, если я выиграю?
— Не знаю.
— Выполню любую просьбу, как насчет этого?
— Неплохо.
Для Джэёна это была ставка, где он ничего не терял, выиграет он или проиграет. Он подумал, что потребовать в случае победы, но затем оставил эту мысль. Если что-то простое, он мог бы попросить и так, а то, в чем ему могли отказать, если потребовать под предлогом ставки, могло привести лишь к обратному эффекту.
Вскоре мяч прилетел к нему. Машинально поймав мяч двумя руками, Джэён решил, что стоит хотя бы раз показать свои навыки. Присев, он начал вести мяч. Попытался покрасоваться, меняя руки, но Сану даже глазом не моргнул.
У него была тенденция не интересоваться тем, что не было сутью. Когда-то он думал, что такой он довольно скучный. Сейчас же…
«Мне нравится, что ты ценишь суть».
Использовав ложное движение, будто собирается прорваться вправо, он развернулся влево. Сану попался на удочку. Было время, когда он думал, что такой он досадный. Сейчас же…
«Мне нравится, что ты честен без прикрас».
Сану снова настиг его. Обхватив талию Джэёна, он попытался выбить мяч рукой. Джэён перевел мяч за спину, поймал другой рукой и, используя кроссовер, сбив с толку соперника, снова легко прошел. Сану не сдавался и последовал за ним. Было время, когда он думал, что такой он упрямый. Сейчас же…
«Мне нравится, что ты всегда делаешь все возможное».
Ведя мяч, он бежал по площадке, и мягкий воздух развевал его челку. Сердце колотилось. Джэён одним рывком достиг кольца и попытался выполнить простой бросок из-под кольца. Мяч чисто прошел через кольцо и снова оказался у него в руках. Джэён несколько раз отбил мяч и бросил Сану.
— Восемь-два, — поймав мяч, сказал он.
Когда Джэён встал на половине площадки, Сану медленно подбежал. Канонично отбивая мяч, он приблизился жесткими, но эффективными движениями. Пропитанная потом футболка прилипла к телу, обрисовывая стройный силуэт. На лице висело уверенное выражение.
В тот миг, когда он подумал, что все это очаровательно, Джэён снова осознал, что влюбился в Чу Сану. Это случилось еще до того, как он успел понять, что в нем такого особенного, чем он отличается от других. Сам вид Сану, бегущего к нему, нет, сам факт того, что он бежит к нему, был так же восхитителен, как ночное небо, и Джэён почувствовал страх.
Как это случилось? Он не знал, когда так Он не знал, когда начал влюбляться в этого бестактного, глупого, бесхитростного и упрямого человека. Потому что это произошло так же незаметно, как одежда, промокшая под дождём. Когда он очнулся, всё уже было так. Мысль, что ему надоест после одной ночи, оказалась пустой мечтой. Напротив — после той ночи он стал ещё больше жаждать Сану.
Сану возник перед его раскрытыми глазами, увлечённо ведя мяч. Чжэён, стоявший далеко, протянул руки, чтобы блокировать, но не сдержался и обнял его.
— Это фол.
Абсурдность Сану так погрузила его в настроение, что он даже не усмехнулся. В тот момент он почувствовал себя смешным — влюбился настолько, что готов был удерживать мяч, не отпуская. Переполненный эмоциями, Джэён потрепал Сану по затылку. Тот замер на мгновение, затем вывернулся из его хватки.
— Буду бросать штрафной, — сказал Сану.
Без энтузиазма Джэён наблюдал, как он делает два броска. Его поза при броске была неизменной, словно идеально скопированный кадр. Сану подошёл с победным видом.
— Десять очков.
— Круто. Что я должен для тебя сделать?
Он запыхался. Сану какое-то время смотрел в пол, затем поднял голову на вопрос Чжэёна. Тёмные глаза с ясной целью встретились с его взглядом.
— Поцелуйте меня.
Джэён хотел спросить: «И это всё?» — но вместо этого подошёл, коснулся ладонью его щеки и глубоко поцеловал.
Звук отскакивающего мяча постепенно стих. Это была ночь романтики и чувственности. Красивая и запоминающаяся ночь.
***
— Работа там норм. Как бы сказать… Модно и качественно.
— В любом случае, я до конца года много чего построю и попробую использовать энкодер. Это одна из самых популярных студий, многие туда идут. Если не выйдет — придётся идти в конгломерат и зарабатывать кучу денег.
Джэён молча осушил рюмку соджу. В субботу вечером, после звонка однокурсника выйти поесть, они естественным образом оказались в пивной. Двое старшекурсников тоже были приглашены, но один ушёл после звонка девушки, и осталось только трое. Поскольку все заканчивали факультет дизайна в этом году, разговор неизбежно свернул на работу.
— Dex в этом году тоже возьмёт только одного?
— Там просто… нет шансов. Даже опытным сложно попасть, куда уж выпускнику.
— Ты же брал академ, хён, так что не в курсе. В прошлом году представитель Dex пришёл на выпускную выставку.
— Дизайнер Ким Сухан? Серьёзно?
— Ага. Было очень круто. Как будто знаменитость пришла. Всё посмотрел и оставил номер тому, чьи работы ему понравились.
— Охренеть… Кто эта Золушка? Наверное, уже работает там, да? Завидую.
— Что значит «кто»? Парень перед тобой, хён.
Две пары глаз уставились на молча пьющего Джэёна. Его невозмутимый сонбэ нахмурился и спросил, что он тут делает. Когда Джэён лишь улыбнулся в ответ, однокурсник объяснил за него.
— Он отказался, сказал, что уезжает учиться за границу.
— А почему не уехал?
— Вижу, новости дошли медленно. Этот парень взял кредит, так что его выпуск отменился.
Они захихикали, сказав, что это хорошо. Джэён дал им потешиться. Он знал, что это обычное дело, и в таком подтрунивании не было зла, даже если где-то проглядывала зависть.
— Тогда, Джэён, ты, ублюдок, посещал всего один предмет и даже не выходил на связь? Почему тебя так редко видно в последнее время?
— Вот и я думаю. Я в последнее время был немного занят.
Неизвестно, с чего они взяли, что близки, раз виделись когда-то. Джэён внутренне усмехнулся, но все же в общих чертах подыграл мужчине.
— Наверное, появилась девушка? — с хитрой улыбкой сказал однокурсник.
С этого момента тема разговора изменилась.
— И не показывается, и на звонки не отвечает. Проходя мимо, видел, что машина на парковке стояла.
— О, похоже, интрижка. Кто она? Покажи хоть немного. Фото есть?
Они с азартом начали перечислять имена девушек, с которыми Джэён тесно общался до прошлого семестра.
— Не Сорин ли?
— Эй, она слишком скромная. Скорее, не Джо Минджон ли, та с факультета танца.
— Я знаю. Наверное, Юна! Ты же знаешь Юну, страшную девчонку.
— А… Серьезно, перебор. Хён, почему у вас такое отсутствие чутья? Либо Джо Минджон, либо Чон Союн со скрипичного отделения. Одна из двух. Точно. Чувствую.
Промах. Промах. Промах. Появилось и имя той, с кем он почти начал встречаться, но теперь это не имело никакого значения. Слушая рассуждения, которые не могли попасть в цель даже случайно, Джэён молча пил.
— Но ты же скоро уезжаешь учиться за границу? Что говорит твоя девушка?
В какой-то момент раздражение резко вспыхнуло. Он осушил рюмку и громко поставил ее на стол.
— Хватит уже, нет?
Окружающие вдруг притихли. Встретившись с взглядами, наблюдающими за его реакцией, он насильно расслабил выражение лица.
— Давайте поговорим о другом.
— А, да-да. Точно. Эм… Ты же дружишь с Юной? Что она собирается делать после выпуска? Говорит, нет парня?
Тот, кого ему совсем не хотелось называть «хён», проявлял интерес к безнадежному направлению. Джэён, желая, чтобы тема сместилась в другую сторону, ответил, что не знает.
— Чхве Юна в последнее время странная. Как только видит меня, сразу начинает капризничать.
— Хён, поймите её великодушно. У неё скверный характер, она не может скрыть свою неприязнь.
— Не думаю, что я ей не нравлюсь, скорее, так она проявляет интерес. Есть же цундэре.
— Эй, что за чушь. Она же терпеть не может таких, как вы.
Идеал Юны совпадал с идеалом Джэёна. Стильный, с хорошим вкусом, взрослый тип. Джэён, вспомнив кого-то, кто совершенно не соответствовал этому описанию, осознал, насколько тщетно понятие «идеал».
Стиль — мрачный. Вкус — отсутствует полностью. Взрослый? На уровне малыша, только что начавшего ходить. Влюбиться в человека не имело никакого отношения к таким условиям. Джэён, нокаутированный ударом мрачного, лишенного вкуса гигантского младенца и лежащий на полу, был живым тому доказательством.
http://bllate.org/book/13137/1165430
Сказали спасибо 0 читателей