Готовый перевод Dangerous personality / Опасные личности [❤️] [Завершено✅]: Глава 1.2 Чтение мыслей

Чи Цин провёл в пробке больше получаса, и когда он открыл дверь, бабка Ван как раз вовсю ругалась на местном диалекте:

— Ах ты, мелкий засранец!

Рабочий огрызнулся:

— Не думай, что я, приезжий, не понимаю! Ты меня обзываешь?!

Цзи Минжуй пресёк его возмущение. Желая успокоить потерпевшую, он отчитал мужчину:

— Ты не имеешь права голоса! Ты вообще понимаешь, насколько серьёзно твоё преступление? Как ты мог украсть фамильную резную статуэтку у соседки? Ты знаешь, что это за дерево… — он запнулся и повернулся к бабке: — Что это за дерево?

Цзи Минжуй подумал, что если оно хоть сколько-нибудь ценное, это можно использовать для давления.

Бабка Ван тут же ответила:

— Сами в горах срубили, эх, уже три поколения в семье…

Цзи Минжуй: «…»

— Кхм… Слышал? Дерево, передававшееся три поколения, — он постучал пальцами по столу. — Его ценность нельзя измерить деньгами. Где ты её спрятал?!

Спор о статуэтке продолжался, и только коллега, отошедшая налить бабке Ван воды, заметила «друга», который теперь спал в углу на диване. Человек лежал на боку, поджав длинные ноги, и совершенно не обращал внимания на шум.

Из-за ограниченного ракурса она не смогла разглядеть его лицо, только заметила свесившееся запястье.

…Как он может спать в таком бедламе?

Простой конфликт из-за деревянной статуэтки. Цзи Минжуй использовал все приёмы допроса, которым научился в академии, но рабочий был непробиваем. Почему-то он упорно отказывался вернуть украденное:

— Я же сказал, выбросил, когда выходил за покупками! Где именно — не помню, покопайтесь в мусорках, может, найдёте. Раз выбросил, как я вам верну? Ладно, заплачу, сколько там ваше полено стоит?

Цзи Минжуй мысленно выругался.

Стрелки часов перевалили за одиннадцать.

За окном по-прежнему лил дождь.

Рабочий, почувствовав преимущество, забегал глазами:

— Ну что, всё обсудили? Могу идти?

Все замерли в нерешительности.

В этот момент тишину нарушил голос:

— Дождь идёт уже два дня.

Все обернулись. Чи Цин поднимался с дивана, прикрывая глаза от света лампы. Через мгновение он продолжил:

— Ты «ходил за покупками», но на ботинках нет ни капли грязи. На твоём месте я бы не стал придумывать такие дырявые оправдания.

Он не спал — в таком шуме это было невозможно — и в полудрёме услышал все детали конфликта.

Рабочий невольно отдёрнул ногу.

Он вообще не выходил.

Эта мысль, как гром, пронзила всех присутствующих.

Цзи Минжуй ошарашено пробормотал:

— Не выходил… Значит, статуэтка у него дома.

Чи Цин встал, глаза выдавали его нетерпение. Он указал на пакет с вещдоками:

— Можно взглянуть?

Тут все наконец заметили его чёрные перчатки. Телефон был сенсорным, и перед тем, как взять его, Чи Цин неспешно снял правую перчатку, обнажив бледную, почти прозрачную кожу и длинные пальцы, белизну которых подчёркивали голубоватые вены, — казалось, эта рука годами не видела солнца.

Он держал телефон не больше десяти секунд, затем положил его обратно.

Привлекала внимание не только рука. Кроме Цзи Минжуя, давно привыкшего к внешности Чи Цина, остальные не могли оторвать глаз от его лица.

Сотрудница рядом с ним опомнилась, осознав, что слишком долго пялится, и покраснела.

Лицо было красивым, но с оттенком усталости — возможно, из-за спадающих на лоб волос или неестественной белизны кожи. Губы, однако, были ярко-красными, будто в крови. Черты — изысканными, но выражение — отрешённым, с нотками декаданса.

Чи Цин, привыкший к таким взглядам, лишь бросил:

— Вместо того чтобы допрашивать его, спросите лучше его сына.

Цзи Минжуй опешил:

— Сына? Какое отношение он к этому имеет? Откуда ты вообще знаешь, что у него есть сын?

Но при упоминании сына рабочий взорвался. В отличие от предыдущего нытья, теперь его глаза округлились, он вскочил и потянулся к телефону:

— Допрашивайте меня, к чему вы сына приплетаете?!

Цзи Минжуй нахмурился, почуяв неладное:

— Сиди смирно!

— Мой сын тут ни причём!

В порыве рабочий задел руку Чи Цина, ещё не успевшего убрать её полностью.

В момент касания в ушах Чи Цина возник ещё один голос — слегка искаженный, будто звучал через мембрану. Казалось, рабочий говорил одновременно два разных текста, и второй резко контрастировал с первым: «Нельзя, чтобы они узнали, что это мой сын украл статуэтку. Если это выйдет наружу, что скажут соседи, одноклассники сяо Кана...»

Телефон так и не дали вырвать — Цзи Минжуй перехватил его и открыл программу, которую только что просматривал Чи Цин.

В браузере за последний месяц искали только название одного детского мультфильма. В истории звонков за полгода — всего несколько входящих, никаких следов работы или личной жизни. В галерее тоже было мало фото, в основном старые, новых почти не было. Самое свежее оказалось сделанным сегодня: размытое чёрно-белое пятно, будто случайный кадр.

Этот старый телефон мужчина явно больше не использовал.

Так кто же им пользовался?

— Обычно, когда люди меняют телефон, что делают со старым? — задал вопрос Цзи Минжуй, но тут же сам ответил: — Отдают кому-то из семьи. Если есть ребёнок — чаще всего ему. Ты сам вернёшь вещь старухе, или нам придётся поговорить с твоим сыном?

Мужчина опустил голову — стало ясно, что скрывать бесполезно.

Цзи Минжуй уже собирался допросить его подробнее, как вдруг сотрудница ткнула пальцем в стеклянную дверь:

— Твой друг ушёл.

Цзи Минжуй лишь мельком глянул:

— Пошел мыть руки.

— Что?

Цзи Минжуй, не отрываясь от записи, перечислил «странные» привычки Чи Цина:

— У него жуткая брезгливость. Если кто-то его касается, он моет руки три раза. Разве не заметила, что с самого прихода он в перчатках?

— Настолько серьёзно?

— Ещё хуже, — Цзи Минжуй постучал ручкой по мусорному ведру. — Когда мы только познакомились в старшей школе, я хотел помочь ему вынести мусор и случайно задел его руку. Он тут же опрокинул ведро мне на голову. Чуть не разругались навсегда. Вот такая у него фобия.

— Но сейчас вы же уже давно дружите. Неужели он до сих пор так реагирует? — улыбнулась сотрудница, ей это показалось забавным.

— Я его как-то спросил. Он сказал, что из уважения к другу постарается терпеть три секунды. Если не выдержит — опрокинет.

— Он тоже учился в полицейской академии? Где сейчас работает?

Сотрудница озвучила вопрос, который витал в воздухе.

— Нет, он окончил институт кинематографии — полная противоположность, — Цзи Минжуй понимал, что их удивляет. — Жаль, конечно, но мой друг не пошел в полицию. Что, кажется, будто он читает мысли?

Сотрудница кивнула.

— Ещё в школе было такое ощущение, будто он всегда знает, о чём думают другие, — махнул рукой Цзи Минжуй. — Но это же бред, телепатии не существует...

* * *

В туалете в конце коридора Чи Цин стоял перед зеркалом. Вода стекала с его пальцев, делая суставы бледными и безжизненными.

Он молча смотрел на своё отражение.

Зеркало делило мир на два — реальный и перевёрнутый.

Только он знал, что тот голос не был галлюцинацией. Искажённый шёпот действительно выполз из глубин сознания, зловеще бормоча: «Нельзя, чтобы они узнали, что это мой сын украл статуэтку...»

Чи Цин опустил глаза и насухо вытер руки, будто ничего не произошло.

http://bllate.org/book/13133/1164509