Казалось, он очень тихо вздохнул, и его легкий взгляд слегка опустился к подножию скалы, остановившись на Се Бае. Из-за того, что черные тучи не рассеялись, а небесный свет был у него за спиной, Се Бай не мог отчетливо видеть эмоции в его глазах.
Несмотря на то, что сейчас ему было так больно, что он почти терял сознание, Се Бай все равно ясно понимал, что его появление никак не помогло Инь Ушу, а, наоборот, помешало его планам, по крайней мере, до того, как его тело стало ненормальным, человек во льду не мог освободиться от золотых нитей.
Хотя он и не понимал, что именно сейчас происходит — как он мог взаимодействовать одновременно с двумя людьми на скале и под скалой, и почему через его тело проходило такое большое количество духовной силы?
Но как бы ни озадачивал его этот процесс, последствия уже были налицо. Он не собирался позволять Инь Ушу действовать за него в одиночку, но, похоже, тот оказал ему услугу.
Сердце Се Бая было переполнено упреком и досадой, на лбу пролегла неглубокая складка, а когда он двинулся вслед за взглядом Инь Ушу, то подсознательно сжал и разжал руку, висевшую на боку, и пальцы из-за сгибания оставили на снегу три неглубоких следа.
Инь Ушу некоторое время смотрел на Се Бая, не зная, заметил ли тот его незначительные движения, и вдруг поманил его к себе.
Се Бай был застигнут врасплох. Он подсознательно повернул голову и обнаружил, что мальчик-русалка проделал в снегу углубление в форме рыбы и что-то бормотал, задрав хвост, а Лоу Сяньюэ сидела чуть поодаль на земле, скорчившись и потирая поясницу.
Он на мгновение заколебался, оперся на снег слабой рукой и медленно встал.
Из-за холода после долгого стояния на одном колене в снегу Се Бай чувствовал только, что суставы по всему его телу одеревенели, и при каждом движении раздавался легкий щелчок.
Маленький черный кот, прильнувший к нему, дважды обошел вокруг его лодыжки, наклонил округлую голову, вильнул тонким хвостом и дважды мурлыкнул.
Когда Се Бай пошевелил пальцами, кот слегка отпрыгнул, разбежался и в пару движений забрался на плечо Се Бая, потерся пушистой мордочкой о его шею.
Сей Бай почесал подбородок маленького черного кота, поднял голову, чтобы оценить высоту скалы, затем пошевелил руками и ногами и, перевернувшись, взвился над горной стеной, как ястреб, и приземлился перед Инь Ушу без единого следа на снегу.
— Почему ты снова такой угрюмый? — спросил Инь Ушу с некоторым удивлением, его голос был негромким и немного уставшим, но он не выказал разочарования или неудовольствия. Он протянул руку и коснулся пальцев Се Бая, нахмурившись, цокнув:
— Холоднее, чем снежные вершины горы Тянь-Шань, подходишь для того, чтобы стать ее представителем.
Се Бай был не в настроении смеяться вместе с ним, его пальцы, сжатые Инь Ушу, слегка скрючились, он нахмурился и сказал:
— Я возьму эту проблему на себя...
Не успел он закончить, как Инь Ушу прервал его:
— Что? Ты думаешь, что напортачил? — он лениво улыбнулся и сказал: — Нет, ты пришел как раз вовремя.
Се Бай: «...» Несешь чушь с открытыми глазами?
Он посмотрел на бледное лицо Инь Ушу, затем повернулся, чтобы взглянуть на беспорядок под скалой, и сказал с бесстрастным выражением лица:
— Это такой хороший способ? Помочь освободить человека, с которым ты имел дело?
Инь Ушу очень непринужденно кивнул:
— Да.
Се Бай промолчал. Это сарказм?
— Ты только что видел гвозди? — видя, что он все еще выглядит унылым, Инь Ушу понял, что в глубине души он все еще ведет спор. Он игриво взял один из безымянных пальцев и потряс рукой, — Наверное, медные гвозди такой же длины, как этот палец.
Се Бай кивнул:
— Я видел, они твои?
Инь Ушу хмыкнул и сказал:
— В былые времена я с ним враждовал, и он продолжал причинять неприятности. Тогда я полумертвым запечатал его в горе Тянь-Шань. Я выбрал самый толстый кусок льда, который уходил вниз почти на сто метров.
— Под землю? — Се Бай был ошеломлен. Этот человек, очевидно, только что был заперт в ледяной стене.
— Он сбежал на полпути, — Инь Ушу поднял палец и указал на сердце Се Бая: — Позже я узнал, что твоя Формация Поднятия Трупа Сотни Призраков была связана с ним, эти гвозди были вбиты мной ранее, в общей сложности восемьдесят один гвоздь, на каждом из которых были выгравированы заклинания, они снова вбили его в лед горной стены. Кто знал, что после того, как у тебя все будет спокойно в течение ста восьмидесяти лет, ты опять начнешь испытывать дискомфорт. Твоя недавняя физическая ненормальность также связана с ним.
Се Бай выслушал его и сказал:
— Значит, я все-таки помог.
Инь Ушу махнул рукой:
— Я планировал выпустить его наружу. Этому существу трудно умереть. Он скрывается в горе Тянь-Шаня, с одной стороны причиняя тебе вред, с другой стороны желая использовать меня, чтобы освободиться. Он уже давно жаждал духовной энергии в моем теле, так что я просто пришел, чтобы дать ему немного вкусить ее, а тем временем воспользовался притоком духовной энергии, чтобы доставить кое-что в его тело, когда он считал, что это у него уже есть.
— Тогда почему произошла такая ситуация, когда я пришел? — Се Бай был озадачен.
— Формация Поднятия Трупа Сотни Призраков на твоем теле не имеет к нему никакого отношения. Это было сделано не им, а рукой третьей стороны. Он просто на мгновение увлекся и почувствовал, что откусывать маленькие кусочки не очень приятно, вот и решил позаимствовать твою Формацию Поднятия Трупа Сотни Призраков в качестве средства высасывания моей духовной силы.
Инь Ушу улыбнулся:
— Изначально я планировал вести себя как равный соперник, понемногу вливая в него свою духовную энергию и притворяясь, что мы будем противостоять друг другу сто восемьдесят дней, или даже чуть дольше, чтобы это казалось особенным, но кто знал, что ему не важна внешняя сторона*, а это хорошо, сэкономит мне время.
П. п.: в контексте речь о поглощении духовной энергии, но дословно 吃相 — то, как человек выглядит во время еды; застольные манеры.
— Раз уж я здесь, чтобы помочь, то почему ты направил меня на гору Гуха и заключил в тот дом? — блестящие глаза Се Бая смотрели на него неотрывно.
Услышав об этом, Инь Ушу притворно улыбнулся:
— Зачем ты его открыл? Быть посредником — прекрасная должность, не так ли? Сочетание льда и огня, ощущение, как будто просверливают сердце и вырезают кости, приятно ощутить на себе?
Се Бай: «...»
Видя, что Се Бай не произнес ни слова, Инь Ушу расслабил плечи, лениво оперся на черный камень высотой в половину человеческого роста позади себя и сердито спросил:
— Ты покончил с пагубной привычкой сто тысяч почему?
Се Бай думал об этом до и после, и через некоторое время беспечно сказал:
— Наполовину.
http://bllate.org/book/13127/1163571
tori_luck (читатель/культиватор основы ци)
19 февраля 2026 в 18:45
0
