— Помнишь старые времена, — неожиданно заговорил Юй Сюнь, — ты ведь всегда сидел напротив меня со своей командой.
Юнь Цы не хотел признавать, что они думают об одном и том же.
— Я и сейчас предпочел бы сидеть напротив.
— Напротив — это в общежитии 405, в соседнем корпусе. Там сидеть не получится.
После короткой паузы Юнь Цы вспомнил кое-что, но не знал, как подступиться. В итоге выбрал манеру разговора, подходящую именно их отношениям:
— Хочешь поспорить?
— Хм?
— Если я наберу больше убийств в этой игре, —Юнь Цы сделал паузу, — ты перестаешь с завтрашнего дня приносить завтрак.
Юй Сюнь выглядел несколько удивленным тем, что тот вдруг заговорил об этом.
— Ладно, — щелкнул он мышкой, — а если выиграю я?
Юнь Цы уже готов был сказать: «как пожелаешь», ожидая, что тот потребует что-нибудь вроде «тогда завтрак приносишь ты». Раньше, в баскетболе, он именно такие условия и ставил.
Он заставлял его смотреть матчи, таскать одежду.
Даже воду для него покупать.
В старших классах у них было бесчисленное множество подобных споров, они ругались буквально из-за всего.
Однако на этот раз Юй Сюнь произнес:
— Если выиграю я, ты позволишь мне приносить завтрак еще целый месяц.
Что за странная ставка? Настаивать именно на этом гребанном завтраке.
Держа мышь в руке, Юй Сюнь открыл пасьянс, словно между делом объясняя:
— Просто не хочу нарушать обещание, которое уже дал.
Турнир по игре, которым всерьез был увлечен только Ло Сыфан, пошел не так, как планировалось. Случилось непредвиденное. Когда Ло Сыфан скомандовал: «Все готовы? Сейчас начнем. Один матч решает исход», Ван Чжуан неожиданно заметил неладное в поведении соседа:
— А почему Лю Шэн молчит? Он с самого прихода какой-то не такой.
И тут Лю Шэн, до этого державшийся тихо, сказал:
— …Я не хочу играть.
***
Два часа спустя. Ресторан у университета.
Пусть Лю Шэн и заявил о нежелании участвовать, все же вышел на матч. Тем не менее, играл он крайне нестабильно. Их команда быстро лишилась пяти участников, а затем и Ван Чжуан с Пэн Июанем по нелепой случайности попали в засаду.
Теперь они сидели за большим столом, ели западную еду в качестве угощения от Лю Шэна. Перед блюдами подали хлебные булочки, и все лениво жевали их.
— В тот момент я понял, что шансов нет, — вздохнул Ло Сыфан. — Хоть рядом и оставались трое сильных товарищей, втроем против шестерых — тяжеловато. Дойти до топ-2 мы смогли только благодаря этим двоим, они разнесли полкарты.
Он имел в виду Юнь Цы и Юй Сюня.
— Но потом нам попалась полная команда, — вздохнул он. — Слишком уж много их было. Обидно, конечно. — И тут он снова вернулся к Лю Шэну. — А с тобой-то что случилось?
Юнь Цы отломил кусок хлеба, при этом вспоминая о количестве убийств его и Юй Сюня. Перед самым выходом из игры тот сказал: «Ничья», имея в виду их двоих, а не соперников.
Тогда в компьютерном классе он переспросил:
— А как мы считаем ничью?
— Никак, — ответил Юй Сюнь. — Завтрак как обычно.
Эта мысль еще крутилась в голове, когда он услышал вопрос Ло Сыфана и перевел взгляд на Лю Шэна.
В общежитии Лю Шэн ничем особо не выделялся. Даже сейчас в памяти Юнь Цы он оставался фигурой скорее размытой: утонченные черты лица и привычка петь на балконе каждое утро.
Он любил музыку. В отличие от богатого наследника Пэна, выбравшего художественный факультет без оглядки на будущую работу, Лю Шэн всегда грезил именно музыкой. Говорили, еще в школе он сочинял собственные песни. Ло Сыфан даже хотел собрать всех и поддержать его на музыкальной платформе, но Лю Шэн признался, что у его треков почти нет прослушиваний, и постеснялся выкладывать, отчего дело заглохло.
Характер у него был чувствительный; тот самый тип, что легко расплачется из-за новости в интернете.
Все эти обрывки пронеслись в голове Юнь Цы.
Пусть общались они немного, многолетняя привычка быть старостой класса помогала ему быстро подмечать подобные вещи.
— Что с тобой, — спросил он, — плохо себя чувствуешь?
Лю Шэн покачал головой, не желая распространяться:
— Нет.
А затем, почувствовав себя виноватым за то, что подвел команду и не объяснил причину, все же добавил:
— Просто… там был человек, которого я не хотел видеть.
Ло Сыфан изумился:
— Да ладно, у тебя тоже в школе был заклятый соперник, с которым вы три года грызлись?!
Лю Шэн помолчал, а потом полушутя-полусерьезно пояснил:
— Не каждый, кого не хочешь видеть, похож на этих двоих, брат Ло.
На этот раз вмешался Юй Сюнь. Заметив подавленность Лю Шэна, он попытался разрядить обстановку:
— Мы с ним? Да у нас все отлично.
— Ничего подобного, — тут же возразил Юнь Цы.
— Мы даже соседи по койке, — продолжал Юй Сюнь, наклоняясь ближе.
— Вот именно поэтому каждую ночь я мечтаю выбросить тебя во сне, — отрезал Юнь Цы.
— …Так, хватит вам уже, — вмешался Ло Сыфан. — Лю Шэн, говори. Если это не соперник, то что за человек, которого ты не хотел видеть?
Лю Шэн долго молчал.
Впрочем, со временем все в 608-м общежитии относились к нему хорошо, поэтому он набрался храбрости:
— Это мой… бывший парень.
— А, бывший… кто? — растерялся Ло Сыфан, прежде чем вытаращил глаза. — Бывший парень???
Ван Чжуан и Пэн Июань тоже уставились:
— Парень? То есть… парень?
Юнь Цы держал кусок тоста. Хлеб был сухой и рассыпался от легкого сжатия. Его рука замерла. Он никак не ожидал такого ответа.
Прежде чем успел что-то сказать, он поднял взгляд и наткнулся на взгляд Юй Сюня, который тот не успел вовремя отвести.
В ресторане свет был приглушенным, мягким.
В центре зала официант исполнял на фортепиано «Лунный свет».
С Юй Сюня уже было снято пальто, остался один свитер. Отросшие пряди волос, когда он чуть наклонял голову, падали на глаз.
В его глазах мерцал отсвет тихого света.
Все смотрели на Лю Шэна. Но первая, самая инстинктивная реакция Юй Сюня была посмотреть именно на него.
http://bllate.org/book/13087/1156820
