Готовый перевод Regas / Регас [❤️]: Глава 6.1

Территория вокруг леса всегда была окутана густым туманом и, каким-бы ярким не был солнечный свет, он не рассеивался. Поэтому любой человек, ступающий на эту землю, в конце концов терялся и погибал.

Драконий лес, также известный в народе как Лес Погибели, был открыт только наследнику силы дракона и избранному им регасу. Ходили слухи, что нынешний монарх избегал этих мест, питая к ним непреодолимую неприязнь. Для Эшлера же, никогда доселе не ступавшего на запретную землю, лес оставался лишь загадочной легендой.

— Туман? — с любопытством спросил Абель, держа принца на руках. Тот, как обычно, царапал и кусал его, но юноша в ответ лишь крепче сжимал мальчика в своих объятиях.

— Этот туман… — сказал Эшлер, указывая на густую белую дымку впереди. — Он такой густой и непроглядный. Идти туда с принцем может быть опасно.

Вместо ответа, Абель продолжал оглядываться по сторонам и повторил тот же вопрос.

— Какой туман?

— Неужели ты не понимаешь? Здесь же... — вдруг Эшлер остановился и уставился на Абеля.

— Абель, что ты видишь впереди?

— Лес.

Эшлер: «...»

— Ничего себе, он невероятно густой. Деревья здесь просто огромные!

Абель с благоговейным трепетом посмотрел вверх, а затем встал в пол оборота, чтобы принц тоже мог оглядеться.

— Посмотрите туда, ваше высочество. Разве лес не прекрасен?

Конечно, принц его проигнорировал и даже не поднял головы, оставаясь погружённым в свои мысли. Абель невозмутимо продолжил:

— Лес полон увлекательных и удивительных вещей, о существовании которых вы даже не можете себе представить. Здесь можно понаблюдать за всевозможными необычными растениями, забавными насекомыми и животными, которых вы не встретите во дворце. Может, нам даже попадутся какие-нибудь фрукты. Я вам всё покажу.

Большая рука Абеля нежно гладила принца по затылку. Для Эшлера эта сцена была настолько умиротворённой, что он не осмеливался подать голос. К счастью, Абель первым заговорил с ним.

— Мы будем осторожны и не зайдём слишком далеко.

— Понимаю, но... — Эшлер взглянул на окутанную густым туманом тропинку — туманом, который, казалось, видел только он. — Я подожду здесь. Только принц и его регас могут войти в Драконий лес.

Хотя его долгом было защищать этих двоих, мужчина не собирался рисковать жизнью в таком месте. Капитан стражи также заметил, что Эшлер не обязан сопровождать принца и регаса в лесу. Абель, казалось, был немного озадачен, но быстро кивнул.

— Хорошо, тогда сегодня мы с его высочеством сходим вдвоём, но в следующий вам обязательно нужно будет составить нам компанию. Хе-хе...

«Ты действительно меня совсем не слушал, верно?» — Эшлер с трудом подавил желание отчитать улыбающегося Абеля, и отступил на шаг. Возможно, это даже к лучшему. Страх бы только помешал ему.

Если Абель не является настоящим регасом, туман поглотит его в тот момент, когда он отпустит руку принца. Он может умереть, но не это беспокоило Эшлера больше всего. Настоящая опасность заключалась в том, что принц может остаться в лесу один.

Эшлер всё ещё не мог до конца поверить в то, что король дал на это согласие. Хотя на разрешении стояла подпись его величества, решение, несомненно, было принято его ближайшим окружением. Неужели им было всё равно, что мальчик может погибнуть? Или лес действительно был заколдован, как они и утверждали?

— Скоро увидимся.

Когда Эшлер поднял взгляд, Абель уже растворился в тумане, и принц вместе с ним. Не способный отвести взгляд от места, где они исчезли, рыцарь погрузился в томительное ожидание.

Для Абеля лес с детства был и домом, и игровой площадкой. С первыми лучами солнца он, как и его братья с сёстрами, исчезал в чаще — собирал хворост, искал ягоды, охотился на полевых мышей, и день пролетал незаметно. Зимой, подобно медведям в берлогах, семья отсиживалась в доме, но стоило земле прогреться под весенним солнцем, а скворцам залиться трелями — Абель снова рвался под сень знакомых деревьев.

Еды вечно не хватало, и мальчишка, едва доставая до верхушек кустов, целыми днями прочёсывал их в поисках перепелиных гнёзд. Перепёлки — в отличие от прочих птиц — вили гнёзда прямо на земле, и только их яйца были ему доступны.

Удача улыбалась нечасто. Даже после целого дня поисков, когда палка уже обдирала ладони, он мог вернуться ни с чем. Но наутро снова шёл — упрямый, голодный. Находка в виде гнезда, сплетённого из сухой травы и пуха, с десятком крапчатых яиц, становилась праздником.

Брать всё было нельзя — лишь три-четыре яйца, иначе перепёлка бросала гнездо. Но если попадалась кладка покрупнее, он позволял себе чуть больше. К восьми годам в деревне ему в этом деле уже не было равных.

Лето он проводил за ягодами, осень — за жёлудями. Лес был необъятным, и даже долгого дня не хватало, чтобы обойти его. Засыпая, Абель вновь бежал сквозь чащу — уже во сне.

http://bllate.org/book/13071/1155113