Готовый перевод No Confession Between Friends / Никаких признаний между друзьями [❤️] [Завершено✅]: Глава 43

[Чхве Хэен: Столовая?]

[Ким Джунджэ: Только что поел и ушел]

[Чхве Хэен: Хен Гьюджин, не игнорируй мои сообщения]

Хен Гьюджин взглянул на сообщение о походе в столовую и отправил нерешительный ответ.

[Хм]

[Чхве Хэен: Фу, почему?]

[Ким Джунджэ: Просто приходи, не придумывай оправданий]

[Чхве Хэен: Я куплю рамен]

[Ким Джунджэ: И цыпленка гангджон тоже]

[Хен Гьюджин: Нет]

Выразив свой отказ самым простым из возможных способов, Хен Гьюджин взял со своей кровати футболку и удобные брюки для сна и издалека побрызгал своим любимым одеколоном. Он должен был сделать это сейчас, чтобы к тому времени, когда он наденет их и отправится в дом Ювона, от них остался только очень слабый аромат.

[Чхве Хэен: Дома нечего делать]

[Хен Гьюджин: Множество вещей]

[Ким Джунджэ: Только не говори мне, что ты снова уходишь в себя?]

[Хен Гьюджин: Занят]

Хен Гьюджин отключил уведомления для группового чата, а затем полностью выключил экран, увидев накапливающиеся цифры. Прямо сейчас игры волновали его меньше всего.

— Ах.

Это был не первый раз, когда он оставался на ночь у Ювона, но внезапно он почувствовал невероятное волнение. Хотя он шел туда не для того, чтобы сделать что-то особенно рискованное, что Ювон, возможно, на мгновение неправильно понял, мысль о том, что они останутся наедине без помех и, возможно, будут целоваться, как вчера, заставляла его нервничать. С тех пор как Хен Гьюджин вернулся домой, он не мог усидеть на одном месте и беспокойно расхаживал по своей комнате.

Что он должен сделать в первую очередь, когда придёт туда? Было бы неловко обниматься сразу, так что, возможно, они могли бы посмотреть дораму, в которой снялась его тетя. В этом они отстали. Нет, если он будет смотреть дораму своей тети, он может почувствовать, что она наблюдает за ними, и это испортит ему настроение. Он решил, что вместо этого им следует посмотреть американское шоу, предпочтительно без знакомых лиц.

— Мам, я останусь на ночь у Чон Ювона.

— Чтобы снова беспокоить его, да?

— Нет, Ювон попросил меня прийти, потому что у его тети сегодня съемки, и ее там не будет. Он сказал, что ему страшно.

— Да? Тогда иди, конечно. Я все равно пекла печенье и прочие вкусненькие штуки, чтобы угостить Ювона. Ты можешь взять их с собой, когда пойдёшь. Во сколько ты выходишь?

— В девять часов.

— У нас еще уйма времени. Не забудь их взять. Я положу их в контейнер.

Хорошо, о еде позаботились… Хен Гьюджин посмотрел на время, понимая, что у него осталось около часа. Он хотел поскорее уйти, чтобы побыть с Ювоном, но время тянулось.

«Чон Ювон чувствует то же самое? Ждет ли он нашего совместного вечера, как и я? Если это так, то о чем он может думать?»

Хен Гьюджин: вспомнил времена, когда Ювон застенчиво краснел и заикался, с неожиданной храбростью раскрывая свои сокровенные мысли, смело подходя к нему. Воспоминание о ясном лице Ювона, спросившего, не собирается ли он просто уйти после того, как обнял его, и о том, как он уткнулся носом в его плечо, ясно дало понять, что Ювон полон решимости свести его с ума.

«Ах, я действительно скучаю по Чон Ювону.»

Пытаясь убить время, лежа на кровати, Хен Гьюджин не хотел растрепать свои аккуратно уложенные волосы, поэтому он сидел в своем рабочем кресле, бесцельно раскачивая его взад-вперед.

Поворот направо занял одну секунду, а поворот налево — еще одну секунду. Убедившись, что с тех пор, как он в последний раз смотрел на часы, прошло всего 2 минуты, Хен Гьюджин глубоко вздохнул и откинулся на спинку стула, мечтая и надеясь, что, когда он снова поднимет голову, будет 8:55.

***

«Ладно, вот и все!»

Переодевшись и с тревогой прождав до 8:54, Хен Гьюджин вскочил со своего места и вышел из комнаты. Он пошел на кухню, схватил жестяную коробку со свежеиспеченными мамиными угощениями и направился к двери.

Теперь было 8:56. Расстояние до Ювона составляло всего шесть этажей. Наблюдая, как лифт медленно поднимается с первого этажа, Хен Гьюджин не мог больше ждать и повернулся, чтобы сбежать вниз по лестнице. Сначала он перепрыгивал через две ступеньки за раз, а к тому времени, когда добрался до четвертого этажа, перепрыгивал сразу половину лестничного пролета, направляясь к 6-му этажу. Если бы Ювон видел, он бы начал ворчать о том, как это опасно, но Хен Гьюджин ничего не мог с собой поделать.

В 8:58 Хен Гьюджин быстро привел в порядок свою растрепанную челку и перевел дыхание, прежде чем позвонить в дверь. Вскоре он услышал шаги, приближающиеся к двери. Он ожидал, что дверь немедленно откроется, но вместо этого изнутри донесся голос.

— Кто это?

«Ах, черт. Я посоветовал ему спросить, и теперь он действительно спрашивает.»

Улыбаясь, Хен Гьюджин наклонился к двери.

— Парень Чон Ювона.

— У меня нет парня...

— О, неужели? Тогда кто был тот человек, с которым ты купил пару кроссовок, ел бинсу с манго и обнимался у двери? О, и кто был тот человек, которого ты вчера чуть не поцеловал дома?..

За звуком щелчка замка последовала поворачивающаяся дверная ручка. Ухмыляясь, Хен Гьюджин отступил немного назад и встретился взглядом с Ювоном через приоткрытую дверь.

— Я твой парень или нет?

Глаза Ювона застенчиво дрогнули, прежде чем он опустил взгляд, но открыл дверь шире, приглашая Хен Гьюджина войти. Ювон выглядел так очаровательно, что сердце Хен Гьюджина забилось так, словно он принимал финал Кубка мира.

— Как тебе удается… так легко говорить подобные вещи? Разве это не неловко?

— Что тут неловкого? Я называю своего парня своим парнем. Как еще мне тебя величать? О, моя мама испекла это для тебя.

— Печенье?

— Оно и все то, что тебе нравится.

Ювон взял круглую жестяную коробочку с изображением плюшевого мишки, поставил ее на стол и открыл крышку. Внутри были красиво разложенные пирожные «мадлен» и «финансисты», которые он так любил.

— Они выглядят такими аппетитными… Хочешь попробовать?

Чувствуя себя счастливым, Ювон мило растягивал слова, заставляя Хен Гьюджина улыбнуться. Он взял кусочек шоколадного печенья и положил его в рот Ювону. Наблюдая за тем, как парень открывает рот, чтобы поесть, вместо того, чтобы взять его самому, сердце Хен Гьюджина сжалось от нежности.

— Это так вкусно.

— Ты хочешь сказать, что я проиграл печенью?

Когда Хен Гьюджин наклонил голову ближе, его знакомый приятный запах ударил в нос Ювону. Его сердце колотилось так быстро, что он едва ощущал сладость печенья во рту. Всего несколько мгновений назад он хотел съесть «мадлен», но в тот момент, когда он увидел лицо Хен Гьюджина, эта мысль исчезла, и его разум был полностью заполнен мыслями о нем.

Ювон не сводил взгляда с Хен Гьюджина, затем неосознанно опустил глаза, чтобы посмотреть на губы перед собой.

— Я не возражаю.

Губы Хен Гьюджина мягко приоткрылись, когда он заговорил. Ювон, наблюдая, как открываются и закрываются его губы, неосознанно слегка наклонился вперед, положив руку на стол. Он знал, что это было неловко, и они начали встречаться совсем недавно, так что ему не следовало этого делать, но он не мог удержаться, чтобы не приблизить свое лицо. Его сердце забилось сильнее, чем когда он увидел печенье в жестяной коробке.

«Могу ли я?.. Я хочу. Он сказал, что все в порядке. Если я просто наклонюсь чуть ближе, наши губы соприкоснутся.»

Он уже знал, каково это и как это чудесно, поэтому хотел испытать это снова.

Когда он замер в последний раз, собираясь с духом, Хен Гьюджин наклонился еще немного. Их губы, которые были совсем рядом друг с другом, наконец, нежно соприкоснулись с дрожащим нажимом.

Казалось, теплый ветерок проник в его сердце. Он думал о разных вещах, которые нужно было сделать, когда приедет Хен Гьюджин, но теперь он не мог вспомнить ни одной из них. Чем они занимались, когда были просто друзьями? Вопросы продолжали возникать, но ответов не было.

Почувствовав, как их губы соприкасаются, Ювон быстро выпрямился, взволнованный, и начал возиться с жестяной коробкой, несколько раз открывая и закрывая крышку.

— Ч-что ты хочешь выпить? А, эм... Я бы хотел клубнично-бананового сока… Может, сходим куда-нибудь? Прогуляемся и... выпьем сока?

— А мы не можем выпить его позже?

— А?

— Я не хочу никуда выходить.

Это был решительный отказ, но вместо того, чтобы почувствовать разочарование, сердце Ювона забилось так быстро, что он едва мог дышать. Клубнично-банановый сок был предлогом разрядить обстановку наилучшим из возможных способов. По правде говоря, Ювону тоже не хотелось выходить на улицу. Было еще кое-что, чего он действительно хотел.

— Я хочу поцеловать тебя.

Его сердце, которое до этого билось в нормальном ритме, вдруг сильно заколотилось, а затем упало. Эти прямые и точные слова совершенно ошеломили его.

— Не говори таких вещей... Это кажется странным.

Это было чувство, которого он никогда не испытывал, когда они совершали бесчисленные вещи вместе, как друзья. Это действительно было странное ощущение. Несмотря на то, что они решили встречаться, в уголке его сердца таилось легкое чувство вины, отчего это казалось еще более странным. Но самое забавное заключалось в том, что, несмотря на беспокойство, как будто он делал что-то не так, у него не было ни малейшего желания останавливаться.

Он никогда раньше ни с кем не целовался и никогда всерьез не думал о поцелуях, но, честно говоря, ему этого хотелось. Он не знал, насколько это будет приятно и на что это будет похоже, но все же… он хотел попробовать. С Хен Гьюджином.

http://bllate.org/book/13023/1148015