— Даже Ли Саён пользуется комнатой ожидания, почему бы и вам не воспользоваться ею?
Напомнив им о Ли Саёне и одновременно воззвав к соблюдению правил поведения на выставке, Чон Бин, убивший двух зайцев одним ударом, теперь с улыбкой на лице ждал от них объяснений. Хмурая Пчела, за которой он сейчас внимательно наблюдал, разжала хватку на руке Законника и попыталась уйти от вопроса, рассказывая, почему она здесь оказалась:
— Я была в приемной и ненадолго отошла, чтобы выпить кофе. Я собиралась вернуться обратно, как только выпью кофе, но тут вдруг встретила его. Это он меня задирал.
— Ага, понятно, значит поэтому ты оказалась здесь, — Чон Бин продолжал мягко улыбаться.
— Можешь спросить у работника кафе.
Она специально так сказала, зная, как Чон Бин лоялен к тем, кто готов с ним сотрудничать. Прищурившись, он еще раз посмотрел на Медовую пчелу, а затем кивнул в знак согласия, заметив:
— Зачем мне его спрашивать? Я и так тебе верю.
Медовая пчела, которой только что удалось спастись, широко улыбнулась и спросила его:
— Тогда я могу идти? Меня ждет Мэтью.
— Конечно. Увидимся на главном аукционе.
— Бл*ть, ты остался цел только благодаря Чон Бину, — Медовая пчела провела большим пальцем по горлу, показав убийственный жест Кю Гю, и направилась к прилавку за заказом.
Кю Гю тихо захихикал, иронично заметив:
— О, как же ты меня напугала.
— Пан Гюмин, — грозно рыкнула Пчела, уже стоя возле прилавка.
— А?.. Ты хочешь меня еще сильнее чем-то напугать? — Кю Гю снова захихикал, помешивая свой напиток растрепанной бумажной соломинкой.
Чон Бин какое-то время молча смотрел на Кю Гю, уставившись на его макушку, и наконец медленно проговорил:
— Директор сняла с тебя запрет, но…
— Мне нельзя ни во что вляпываться, верно?
— Я рад, что до тебя это дошло.
— Дело не в этом. Я слышал, что большинство охотников-иностранцев участвуют в этом аукционе по телефону, так что научить кого-нибудь из них уму-разуму у меня просто не получится. Можешь быть спокоен, — Кю Гю, бессвязно бормотал себе это под нос, будто Чон Бин вовсе не с ним разговаривал. Затем уронил голову на стол и вот так, лежа, посмотрел снизу вверх на возвышающегося сейчас над ним Чон Бина.
Чон Бин смотрел в ответ холодным цепким взглядом, словно это не он совсем недавно нежно улыбался.
Пан Гюмин развязно ухмыльнулся и сказал ему:
— Ты ведь понимаешь, что я не буду рассказывать тебе обо всех своих планах по поимке Джея?
Чон Бин продолжал молча смотреть на него.
— И тогда тебе должно стать понятно, что я тут сейчас делаю? Я действую по приказу Хам Сокчон.
— О, черт возьми, ты не там расставляешь сети. Джей ни за что не покажется на выставке ремесленников, — резко ответил ему Чон Бин.
Но Кю Гю уверенно заявил:
— Он придет.
«…»
— Почему ты так уверен в этом? — Чон Бин не понимал этого.
Кю Гю, продолжая лежать на столе, ткнул указательным пальцем в небо и сказал:
— Потому что я охренительно много молился ему.
Чон Бин бросил на него нечитаемый взгляд, никак это не комментируя, но по тому, как он смотрел, было ясно, что он думает обо всем этом.
— Чувак, я хорошо умею молиться. Как-никак мой отец — пастор, — ответил Кю Гю, безмятежно улыбаясь.
* * *
Было уже одиннадцать утра. Зал, в котором проходил аукцион, выглядел довольно скромно, учитывая, что здесь собирались охотники, у которых водились большие деньги. Он был скудно украшен. Если не считать закрепленного на стене за подиумом большого плаката с изображением Хон Есона, показывающего всем присутствующим большой палец вверх. Это заставляло задуматься, что, возможно, зал не стали как-либо украшать на случай его обрушения во время проведения аукциона.
Справа от подиума находилась зона для участников аукциона по телефону. А центр и левая сторона были отведены для владельцев пригласительных билетов. Видимо, последняя выставка ремесленников была настолько популярна, что организаторы не только разделили зону ожидания, но и поставили перегородки в главном зале, чтобы охотники не могли видеть друг друга.
«Все удобства для ‘хомяков’», — подумал Чха Иджэ.
Конечно, это больше всего напоминало, как тебе игриво прикрывают глаза, отвлекая, но для Иджэ это была хорошая новость. Зная простодушие Пэ Вону, Иджэ не был уверен, что тот сможет скрыть свое удивление при виде Ли Саёна на аукционе с каким-то там секретарем. Кто бы ни был тот «суперхомяк», из-за которого на выставке все сделали таким образом, Иджэ был ему благодарен.
Внутри кабинки, открывающей вид только на подиум, стояли стол и диван. Диван был достаточно просторный для того, чтобы на нем могли сидеть сразу двое. Но секретарю не положено было сидеть бок о бок со своим боссом. Поэтому Иджэ облокотился на спинку дивана, оставшись стоять позади Саёна. Тот сидел, положив нога на ногу. Не отрывая взгляда от сцены, он негромко спросил:
— Почему бы тебе не сесть рядом со мной?
— Мне здесь удобно.
— Аукцион будет идти долго. Несколько часов.
— Ничего страшного.
— Ага… — иронично хмыкнул Саён. — Я-то думал, ты так устал, что даже заснул в комнате ожидания, но, похоже, что ты уже в порядке.
Иджэ промолчал.
— Дай мне знать, если у тебя устанут ноги, и я разрешу тебе снова прилечь, — добавил Саён.
«Я е*у», — Иджэ раздраженно закатил глаза. Сейчас Ли Саён подкалывал его из-за того, что он задремал в комнате ожидания. Как будто это не он сам велел Иджэ прилечь и никуда не уходить оттуда. Но, прежде чем Иджэ успел что-либо ответить ему, аукцион уже начался.
Аукционист встал на подиуме и постучал жезлом для торгов по полу.
— Благодарим всех присутствующих здесь охотников. Начинаем аукцион ремесленников! И первый наш лот — вещица S-класса в виде серьги. В ней есть опции, повышающие огнестойкость, морозостойкость и ментальную силу своего хозяина.
Сидя в мягком кресле рядом с подиумом аукциониста, Хон Есон мирно дремал, скрестив руки на груди. Когда стоявший за его спиной охотник-телохранитель что-то прошептал ему на ухо, тот встрепенулся и достал из своего инвентаря какой-то предмет. Это была пара красных сережек с магическими камнями.
Хон Есон прикрыл сонные глаза и снова открыл их. Над его зрачками появился золотой узор.
http://bllate.org/book/12975/1140977
