Встреча
В тот день друг Линь Цзи вызвал его выйти на смену вместо него.
Друг, с которым он познакомился на съемочной площадке, позвонил ему, умоляя о срочной услуге – подменить его в баре на два часа.
– Что ты удумал?
Линь Цзи еще лежал в постели, когда ему позвонили. Он только вчера закончил фотосессию, проведя полдня на ветру на крыше заброшенного здания. Лишь благодаря хорошей физической форме он не простудился.
Сегодня он не собирался никуда выходить, ему просто хотелось остаться дома и поспать.
– Моя девушка сегодня уезжает в командировку, и мне нужно ее проводить. Я быстро. Тебе нужно всего лишь подменить меня чуть больше часа, – ответил Тан Шуо.
О, боже.
Линь Цзи показалось, что его рот полон собачьего корма.
Он не мог не закатить глаза.
Он еще глубже закутался в одеяло, не желая выходить, и пробормотал:
– Ты не нашел никого другого, кто может прикрыть?
– Нет, два других моих друга-музыканта заняты, а у хозяйки бара высокие требования к внешности. Она нанимает только красивых людей. На собеседовании она даже посчитала меня недостаточно красивым.
При этих словах Тан Шуо всколыхнули грустные воспоминания и он с сомнением коснулся своего лица.
Линь Цзи подавил смех.
Ну ладно.
Отработать смену - не такая уж большая проблема.
Он почесал свои растрепанные волосы и нехотя поднялся с кровати.
– Не забудь угостить меня позже ужином.
Другая сторона рассмеялась и искренне согласилась, не забыв при этом польстить ему:
– Я знал, что наш Линь Гэ самый надежный.
– Отвали.
Линь Цзи зевнул и встал босыми ногами на пол.
Из-за задернутых штор в комнате было не очень светло, но и этого было достаточно, чтобы разглядеть обстановку: простые обои, низкий табурет, опрокинутый набок, и несколько предметов одежды, небрежно развешанных на единственном диване.
Он наклонился и достал из шкафа чистую рубашку.
Его основная работа - модель, поэтому у него была исключительно хорошая фигура. При росте 184 см его мышцы не были преувеличены, как у людей, занимающихся в спортзале, а образовывали тонкую, красивую и ровную линию. Его талия была особенно тонкой, с двумя неглубокими ямочками в районе талии.
Он небрежно застегнул несколько пуговиц на груди, освежился, а затем провел рукой по волосам перед зеркалом. В левом ухе болталась золотая серьга с шипом на конце и черным обсидианом посередине, отчего его кожа казалась особенно чистой и светлой.
Очень красивый.
Линь Цзи присвистнул, глядя в зеркало, взял ключи от машины и вышел на улицу.
Его транспортным средством был небольшой мотоцикл, подержанный, который прошел с ним через все испытания. Он выглядел немного потрепанным, но на нем всегда можно было проскочить через пробки.
Ожидая на светофоре, он еще раз проверил адрес, который ему прислал Тан Шуо.
Проспект Ваньхуа, 182.
Линь Цзи на мгновение задумался и вспомнил, что это небольшой бар на берегу моря, куда он иногда заходил.
Спустя час Линь Цзи прибыл к открывшемуся бару.
В баре еще не было много посетителей. Окна были открыты, и из них открывался совершенно спокойный вид на закат на пляже.
....
Ли Тинъянь получил звонок от Сюй Му, когда сидел в машине.
За окном был закат. Оранжево-красный свет падал на мерцающее море, словно в него пролили краску, что создавало грандиозную картину.
Он слушал, как Сюй Му говорит о завтрашней свадьбе и сегодняшней вечеринке, и даже привычно слегка улыбался.
– Ты действительно не можешь прийти сегодня вечером? – спросил Сюй Му.
Ли Тинъянь расстегнул воротник рубашки, почувствовав в машине духоту, возможно, из-за закрытых окон.
– Прости, я сегодня очень занят. Мне нужно срочно уехать из города, и я не успею вернуться. Я могу только поздравить тебя с завтрашней свадьбой, - Ли Тинъянь постарался сохранить нормальный голос и даже с ноткой меха продолжил, - я компенсирую это самым роскошным свадебным подарком.
– Кому это нужно?
Сюй Му тихонько рассмеялся, но, зная, как занят Ли Тинъян, не стал настаивать на своем. Сюй Му всегда был добродушным человеком.
– Тогда постарайся завтра прийти вовремя. Если у тебя кто-то есть, то приведи его. Я не против, чтобы на моей свадьбе другие украли все внимание. Чем больше пар, тем лучше. Если ты действительно не можешь найти никого, я не против устроить для тебя встречу, – добавил он.
На этот раз Ли Тинъян не смог даже улыбнуться, на его лице проступили следы усталости.
Но его голос оставался спокойным:
– Спасибо за добрые намерения, но я откажусь. Ты же знаешь, что в отличии от тебя, я не любитель семейной жизни.
Сюй Му вздохнул:
– С тобой действительно сложно. Из всех наших друзей только ты и Юньчжэ до сих пор не женаты.
Он улыбнулся, но больше ничего не сказал, а просто поболтал еще немного, прежде чем повесить трубку.
Как жених, который завтра женится, он должен был позаботиться о многих вещах. В этот вечер у него был мальчишник, и на нем присутствовало большинство его друзей. В другой части отеля невеста пила шампанское с подружками.
Это был прекрасный день.
Таким же он должен был быть и для всех присутствующих на вечеринке.
Кроме Ли Тинъяна.
Видеть, как любимый женится, было бы мучительно для любого.
Но сейчас, сидя на заднем сиденье машины, ехавшей по прибрежному шоссе, он смотрел на закат за окном, и на его лице не было никаких эмоций.
В машине было тихо.
Водитель, проработавший с Ли Тинъяном много лет, знал, что, когда его босс молчит, он не хочет, чтобы его беспокоили. Поэтому он сосредоточился на вождении, избегая смотреть в зеркало заднего вида.
Такая тишина обычно успокаивала Ли Тинъяна, позволяя ему ощутить редкое чувство расслабленности.
Но сегодня он медленно опустил стекло машины, и в лицо ему ударил слегка соленый морской бриз, каждый порыв которого был острым, как лезвие.
– Остановитесь впереди, – обратился он к водителю.
Водитель на мгновение замер и посмотрел в сторону. Они находились недалеко от пляжа, где дорога вела к каменным ступеням.
Он тут же остановился.
Ли Тинъян посидел в машине еще полминуты, прежде чем открыть дверь.
Дорога у моря была малолюдной, но на пляже гуляло довольно много молодых мужчин и женщин, вокруг бегали дети.
– Припаркуйте машину на стоянке. Сегодня я не вернусь. Я свяжусь с вами завтра, - сказал он водителю.
Водитель кивнул.
Ли Тинъян спустился по ступенькам. Его черный костюм был неуместен на этом расслабленном пляже, но он не собирался выходить на песок. Пройдя немного, он увидел небольшой бар.
Бар был ничем не примечателен, его отличало только прибрежное расположение. Вывеска над дверью с шаткими рукописными буквами и несколькими мерцающими лампочками не была яркой даже в сумерках.
Но Ли Тинъяну это было в самый раз.
Бар вдали от привычной жизни, с незнакомыми людьми, на берегу моря, под ночным небом, с тусклым интерьером, в котором невозможно разглядеть лица, идеально подходил для его нынешнего состояния опустошенности.
....
Когда Ли Тинъян вошел в зал, Линь Цзи как раз сделал небольшой перерыв.
Он только что допил коктейль с персиковым вкусом, которым его угостила хозяйка и, присев на край сцены, улыбался, отвечая на несколько вопросов.
Когда он снова поднял глаза, то заметил Ли Тинъяна.
Высокий мужчина, одетый в черное, с идеальными пропорциями, широкими плечами и длинными ногами, его запястья, открытые манжетами, намекали на крепкое телосложение под одеждой.
У Линь Цзи не было особых предпочтений в отношении мужской красоты; просто было достаточно хорошо выглядеть.
Постоянно находясь на съемках модных фильмов и съемочных площадках, он должен был быть невосприимчив к привлекательным мужчинам.
Но как только он увидел Ли Тинъяна, его сердце забилось быстрее.
Другой причины не было: красота Ли Тинъяна была поразительной.
Даже в тускло освещенном баре, где в воздухе висел слабый туман, казалось, что весь свет в этот момент был сосредоточен на Ли Тинъяне.
Очевидно, кто-то в баре хотел с ним поболтать, но он выглядел слишком отстраненным и холодным, не давая возможности подойти. Он прошел прямо к стойке бара и заказал напиток.
Когда он опустил взгляд, Линь Цзи хорошо рассмотрела его лицо - статное, благородное, с чертами, словно вырезанными скульптором. Особенно завораживали его глаза с густыми ресницами, словно тени деревьев вокруг озера, холодные и манящие.
Линь Цзи увидел, как взгляд Ли Тинъяня на мгновение метнулся по сцене.
Хотя он знал, что этот человек смотрит не на него, сердце Линь Цзи все равно заколотилось.
– Это слишком несправедливо, – пробормотал Линь Цзи, чувствуя, что удар пришелся ему прямо в сердце.
Закончив перерыв, он начал петь следующую песню, но его взгляд не мог не задержаться на Ли Тинъяне. Даже его голос слегка сбивался, делая романтическую песню еще более хриплой.
Он не сводил глаз с Ли Тинъяна, желая поскорее соскочить со сцены и завязать разговор.
К сожалению, у него оставалось еще более получаса работы, и раньше было не уйти.
Линь Цзи мог только петь, глядя на стойку бара. Он взглянул раз, потом еще раз, боясь, что человек, который так был в его вкусе, может исчезнуть в мгновение ока.
.....
Продержавшись более получаса, Линь Цзи наконец дождался Тан Шуо, заступившего на смену.
Тан Шуо сдержал свое слово и сразу же поспешил к нему, как только проводил свою девушку.
– Спасибо, дружище.
Тан Шуо похлопал Линь Цзи по плечу.
– Я угощу тебя ужином, когда закончу. Подожди немного здесь. Если захочешь выпить, запиши на мой счет. У нас есть скидки для сотрудников.
Но Линь Цзи был рассеян и лишь кивнул в ответ. Он махнул рукой Тан Шуо:
– Понял, иди, я сам справлюсь.
Он сделал паузу, а затем неопределенно добавил:
– Я может уйду раньше, так что давай отложим ужин на потом.
Тан Шуо засомневался:
– Почему? Разве мы не договорились?
Не успел он договорить, как Линь Цзи, схватив его за плечо, подтолкнул его к сцене.
Тан Шуо ушел. Но несмотря на продолжающуюся болтовню гостей вокруг Ли Тянъина, ему казалось, что все внезапно затихло.
Линь Цзи потянулся, не отрывая взгляда от фигуры у стойки бара.
Когда он вышел на сцену, то уже привлек внимание многих гостей. Как только он сошел со сцены, кто-то сразу же пригласил его за свой столик.
Обычно, даже если он не соглашался, он отвечал кокетливой улыбкой, его глаза мерцали, заставляя других занервничать и смущаться.
Но сегодня у него не было на это сил.
Линь Цзи подошел к стойке бара, выдвинул стул рядом с ЛиТянъином и негромко, но достаточно отчетливо произнес.
– Здравствуй, могу я присесть здесь?
Перед Ли Тинъяном уже был расставлен ряд бокалов. Он уже больше часа сидел в этом баре и молча пил в одиночестве.
На экране его телефона высветилась большая групповая фотография. На нескольких черных диванах под ярким внутренним освещением сидела группа молодых людей одного возраста. На столе стояли бутылки и подносы с остатками еды, хотя многие бутылки были пусты, никто не был сильно пьян, просто болтали и наслаждались, далекие от разврата.
Сюй Му просто так прислал её, вероятно, чтобы разделить с ним радость.
Ли Тинъянь сделал затяжку, и в слабом дыму улыбающееся лицо Сюй Му на фотографии стало расплывчатым.
В этот момент он вдруг услышал рядом с собой голос, спросивший, можно ли ему присесть.
Ли Тинъянь подумал, что это кто-то снова пришел поболтать с ним, поэтому нахмурился.Но когда он поднял голову и ясно увидел лицо сидящего напротив человека, то был слегка ошеломлен.
Линь Цзи стоял, улыбаясь под светом, слегка наклонившись.
Он был неудержим в светских кругах, и покорял всех, полагаясь прежде всего на свою внешность.
Будучи моделью, он от природы был одарен широкими плечами и тонкой талией. Его лицо было не менее привлекательным, чем у знаменитостей индустрии развлечений: высокий нос и тонкие губы, слегка впалые глазницы, четкий овал лица и пленительные глаза. Особенно ярким было его выражение лица с улыбкой, которое, естественно, излучало нежность.
Фотографы, с которыми он работал, чаще всего описывали его как сексуального.
Непревзойденная сексуальность.
От него исходило желание и высокомерие до мозга костей, он был силен и неотразим.
ЛиТинъян расслабил брови.
Он подумал, что с такой внешностью этот человек, скорее всего, не собирался его домогаться, и ему не нужно проявлять излишнюю чувствительность.
– Не стесняйся, - сказал он.
Места в баре были свободными, и спрашивать разрешения было уже вежливо.
Линь Цзи сел, но не стал сразу же заводить разговор с Ли Тинъянем. Вместо этого он заказал мартини.
Когда половина напитка была выпита, он спросил Ли Тинъяна:
– Ты турист, приехавший сюда развлекаться?
Ли Тиньян посмотрел на него, ничего не ответил и едва заметно покачал головой.
Линь Цзи не стал отчаиваться, и пожав плечами, сказал:
– Просто любопытно. Большинство людей, которые приходят в этот бар, - завсегдатаи. Я сам бывал здесь много раз, но тебя вижу впервые.
Он сделал паузу, отпил глоток напитка, холодная жидкость смочила губы, скользнула по горлу в желудок, заставив его удовлетворенно вздохнуть.
Он спросил у Ли Тинъяна:
– Ты уже давно пьешь один. Расстался с кем-то ?
Только сейчас Ли Тинъянь посмотрел прямо на Линь Цзи.
– Почему ты так думаешь?
Выражение его лица не изменилось, поэтому трудно было сказать, тронуло ли его это замечание.
Линь Цзи пожал плечами:
– Люди, которые приходят сюда пить в одиночестве, либо невезучие в жизни, либо с разбитым сердцем, - он оглядел Ли Тинъяна с ног до головы, - но ты не похож на первого. Если бы случилась серьезная неудача, ты бы работал над ее решением, а не бежал в такой маленький бар, как этот. Так что, наверное, это второе.
Он улыбнулся Ли Тинъяну:
– Я прав?
Так давно погрузившись в индустрию моды, он с первого взгляда определил, что Ли Тинъян, скорее всего, состоятелен. На его костюме не было очевидных логотипов, но ткань и покрой были дорогими и изысканными, а его часы - Richard Mille. Такой человек, как он, обычно не должен быть в этом маленьком баре.
Ли Тинънь на мгновение замолчал, а затем легкомысленно усмехнулся.
– Да.
Действительно, он долгое время пил в одиночестве из-за расставания. Поначалу алкоголь заглушал боль, но со временем она словно скопилась в его сердце, затрудняя дыхание, и ему срочно понадобилась отдушина, чтобы на время выплеснуть нахлынувшие эмоции.
Поэтому, как ни странно, он ответил Линь Цзи.
Он поднял глаза на Линь Цзи, который в какой-то момент достал сигарету и держал ее между губами, не зажигая.В его глазах читалось любопытство.
Но взгляд Линь Цзи был настолько искренним и содержал определенную дистанцию, что не показался навязчивым.
Линь Цзи приподнял бровь. Подперев подбородок рукой, он с любопытством спросил:
– Хотя и угадал правильно, я все равно в недоумении. Кто может бросить тебя? Ты выглядишь так, но тебя все равно отвергли?
Ли Тинъянь взглянул на Линь Цзи.
Подобные слова мог сказать только слишком молодой человек. Или же, сам Линь Цзи, благодаря своей внешности никогда не получал отказов, что и сделало его непобедимым на сцене свиданий.
Яркая внешность не была универсальным решением.
Но он все равно ответил на вопрос Линь Цзи:
— В этом нет ничего странного. Просто тот, кто мне нравится, вообще не любит мужчин, а завтра у него свадьба. Не важно, как я выгляжу.
Он мог сказать, что Линь Цзи "из его рода". Это был незнакомый отдаленный бар, поэтому он не стал скрывать свою ориентацию.
Линь Цзи был на мгновение ошеломлен, но, поразмыслив, понял, что в этом есть смысл. В конце концов, кто может отказать такому симпатичному мужчине, если только он не прямой как сталь?
Он точно не мог.
– Что ж, я понимаю. Влюбляться в натуралов - обычное дело, - сказал он, вспомнив слова Ли Тинъяна, и усмехнулся: - Но не думай, что натуралы не обращают внимания на красивое лицо. Многие так называемые "натуралы" любят бросать себе вызов и предпочитают выбирать симпатичных.
В его тоне сквозило презрение и насмешка.
Ли Тинъян внимательно посмотрел на Линь Цзи, задержавшись взглядом на тонкой шее и мягких губах, и негромко спросил:
– Тебя когда-нибудь преследовали такие "натуралы"?
Линь Цзи нахмурился и заколебался, прежде чем ответить:
– Не то чтобы преследовали, но ко мне не раз приставали мужчины, у которых есть девушки. Уверен, что они не совсем геи, просто ищут дешевых острых ощущений.
От одной мысли об этом Линь Цзи почувствовал отвращение.
Хотя он был открытым и непринужденным человеком, ему не хотелось вмешиваться в чужие отношения, и у него были высокие стандарты.
С тех пор как он обнаружил свою сексуальную ориентацию, тех, кто привлек его внимание, можно было пересчитать по пальцам одной руки.
Но даже это не мешало некоторым мухам жужжать вокруг него.
Одна мысль об этом вызывала у него тошноту. Он достал из кармана зажигалку и прикурил сигарету.
Щелчок.
В воздухе расцвела оранжевая искра, отразившись в его темных глазах.
Казалось, он что-то вспомнил и с подозрением посмотрел на Ли Тинъна:
– Человек, который тебе нравится, не из этих подонков, верно?
Это был несколько дерзкий, но прямой вопрос.
Ли Тинъян задумался.
В этом шумном баре, в эту ночь, которая не давала ему покоя, иметь рядом такого человека было лучше, чем ничего.
Он покачал головой:
– Человек, который мне нравится, - хороший. Он мой одноклассник, всегда был покладистым со школы. Однажды я разбил его любимый шахматный набор, а он даже не рассердился. Он предан отношениям; и добивался свою невесту три года, прежде чем они решили пожениться. Окружающие говорят, что у него нет недостатков, просто он немного медлителен.
Линь Цзи подумал, что тот производит впечатление хорошего парня , но при этом невероятно скучного.
Однако вслух он этого не сказал.
Он стряхнул пепел с сигареты, вспомнив, что Ли Тинъян уже упоминал, что завтра будет свадьба этого человека.
Он негромко спросил:
– Ты собираешься завтра присутствовать на его свадьбе?
Рука Ли Тинъяна на мгновение замерла, затем он осторожно кивнул.
– Да. Он был моим другом на протяжении многих лет. Как же я могу не прийти?
–Неудивительно, - понял Линь Цзи, - почему ты так много пил.
Видеть, как его любимый обменивается кольцами с кем-то другим, было бы настоящей пыткой.
Даже такой беззаботный человек, как Линь Цзи, не мог не испытывать сочувствия. Он пришел сюда, чтобы пофлиртовать с Ли Тинъяном, вынашивая мысли о весенней интрижке, но в данный момент он сдерживал свои намерения.
Ему не нравилось общаться с теми, кто уже успел привязаться к кому-то.
Боль может быть заразной, а он явно не был достаточно близок, чтобы утешить.
Взглянув на пустой бокал Ли Тиньяна, он поднял руку, чтобы заказать у бармена еще два бокала. Когда их подали , он подтолкнул один к Ли Тинъяну.
– За мой счет. Это фирменный напиток этого бара под названием "Иди к черту". Говорят, что его придумал бармен, переживавший сердечную боль. Он сказал, что надеется, что каждая несчастная душа, которая выпьет его, сможет оставить позади свое прошлое и начать жизнь заново.
Он улыбнулся Ли Тинъяну, его черты лица были живыми и привлекательными. Несмотря на шумную обстановку за его спиной, он сидел, словно сцена, приносящая душевный покой.
Он сказал Ли Тинъяну:
– Желаю и тебе начать все с чистого листа.
Затем они слегка чокнулись бокалами.
Раздался четкий звук "дзинь".
Ли Тинъян поднес бокал к губам и сделал глоток.
Аромат розы увлажнил его губы, он облизал уголок рта, его язык был проворным, как змея, и необъяснимо манящим.
Он на секунду усмехнулся над названием.
Напиток был изысканным, красная жидкость с лепестками роз, плавающими на вершине, действительно подходила для того, чтобы пожелать человеку отпустить прошлое.
Он медленно взял бокал в руки и сделал еще один глоток.
Изначально он просто хотел найти место, где утопить свои печали, потеряв контроль над собой только этой ночью. К завтрашнему полудню он должен был привести себя в порядок, безупречно замаскироваться. Но теперь незнакомец пригласил его выпить, пожелав начать все сначала, и все вышло гораздо лучше, чем он ожидал.
Он посмотрел на Линь Цзи, его взгляд стал мягче, чем когда он только вошел в бар, и прошептал:
– Спасибо за добрые слова.
Линь Цзи посмотрел на Ли Тинъяна, несколько ошеломленный.
Стоит ли говорить, что Ли Тинъян действительно был в его вкусе.
Изначально он собирался отступить. Раз уж он отказался от ухаживаний за Ли Тинъяном, надо было решительно уходить.
Но он взглянул на часы. Было только девять часов вечера, далеко не время ложиться спать, поэтому он передумал.
Поигрывая зажигалкой в руке, он посмотрел на Ли Тинъяна:
– Так получилось, что сегодня у меня нет компании, и встречу с тобой можно считать судьбой. Хотя я не могу изменить исход твоего разрыва, если тебе захочется с кем-то поговорить, я свободен. Не хочешь поболтать?
Ли Тинъян поднял бровь и посмотрел на Линь Цзи.
Они встретились взглядами.
У Линь Цзи было лицо, не тронутое неудачами, он был молод, красив, раскован, сексуален, но при этом казался опасным и непредсказуемым, прирожденным смутьяном.
В обычной ситуации Ли Тиньян непременно отказался бы от такого приглашения.
Но, возможно, из-за чрезмерного употребления алкоголя, а возможно, из-за подавляемого, невыразимого эмоционального груза, лежащего на его сердце, в итоге тоскливого и сырого, он также хотел найти выход.
Наконец он сказал Линь Цзи:
– Хорошо.
http://bllate.org/book/12618/1120075
