Через час раздался звонок в дверь, и Шао Цюнь открыл калитку ворот для Ли Чэнсю изнутри.
— Почему ты не взял с собой ключи, когда уходил?
Лицо Ли Чэнсю было бледным. Когда он увидел перед собою Шао Цюня, то его охватила внутренняя дрожь.
— Что с тобой? — Шао Цюнь втащил его в дом. — Меня не было всего несколько дней, а ты так заметно похудел. Как тебе это удалось?
Ли Чэнсю с тревогой смотрел на него и мягко оттолкнул его руку, которая держала его.
— Что случилось? — нахмурился Шао Цюнь.
Ли Чэнсю встретил его взгляд.
Это был все тот же Шао Цюнь. Кроме небольшого загара, ничего не изменилось. Но для Ли Чэнсю он выглядел теперь незнакомцем. Они были в разлуке неделю, но казалось, что прошла целая жизнь.
Шао Цюнь почувствовал, что с Ли Чэнсю что-то не так. При взгляде на него казалось, что он потерял душу. Он никогда прежде не видел такого Ли Чэнсю.
— Чэнсю, что с тобой? — Шао Цюнь потянул его в комнату. — Давай, проходи.
Ли Чэнсю буквально потащили.
— Что случилось, скажи мне? — Шао Цюнь очень беспокоился.
— Вот, — Ли Чэнсю вынул из кармана чек, — здесь сорок тысяч юаней. Остальные я верну тебе в ближайшие два года.
— Что ты имеешь в виду? — Шао Цюнь посмотрел на темно-красную банковскую книжку. Сказать, что он был удивлен, ничего не сказать.
— Я съехал. Остальные деньги я тебе верну…
— Что ты имеешь в виду? — услышав слова Чэнсю, Шао Цюнь стиснул зубы, медленно цедя каждое слово.
— Шао Цюнь, — глаза Ли Чэнсю были красными и опухшими. Казалось, что ему было больно… очень, очень больно. Но он все же сказал, — давай расстанемся.
— Что ты только что сказал? — Шао Цюню казалось, что он ослушался. Он вновь переспросил.
— Давай расстанемся, — Ли Чэнсю собрал все свои силы и повторил.
Глаза Шао Цюня налились кровью. Он грубо схватил Ли Чэнсю за шею и заорал:
— Ты осмелишься повторить то, что сейчас сказал?
Кончик носа Ли Чэнсю дернулся. Его взгляд затуманился. Он подавился в испуге.
— Шао Цюнь, ты же женишься. Давай расстанемся.
— Кто, блядь, тебе такое сказал?
— Твоя третья сестра, — Ли Чэнсю приложил все свои силы и оттолкнул Шао Цюня. Он смотрел на него полными глазами обиды и грусти.
— Когда она тебе звонила, я был рядом с ней.
Сердце Шао Цюня дрогнуло. Он отпустил Ли Чэнсю и запустил пальцы в свои волосы, с силой оттягивая их назад.
— Чэнсю, садись. Давай с тобой поговорим.
— Я ухожу, — Ли Чэнсю отрицательно покачал головой. Он вытер слезы, положил чек на стол и направился к двери.
— Неужели ты не можешь поговорить со мной? — Шао Цюнь нагнал его, преграждая ему дорогу. — Как ты можешь просто так уйти?
— Я говорил тебе… — голос Ли Чэнсю дрожал, — если ты женишься, ты должен сказать мне… почему ты мне не сказал?
— Какого черта я должен тебе это говорить? — Шао Цюнь разозлился. — Это не твое дело, собираюсь я жениться или нет!
В глазах Ли Чэнсю было отчаяние. Он покачал головой, плотно сжав губы, вновь намереваясь уйти.
— Разве это как-то плохо отразится на нас? — Шао Цюнь дернул его за руку. — Я буду относиться к тебе так же, даже если женюсь. Между нами ничего не изменится! Какого хрена ты такой тупой и не понимаешь этого? Если я не женюсь на женщине, могу я вместо этого выйти замуж за тебя, а? Мы же можем быть вместе и так! Ничего не изменится, женюсь я или нет. Я могу, блядь, относиться к тебе еще лучше.
— Шао Цюнь, — Ли Чэнсю поднял голову и посмотрел прямо в глаза мужчине. Ли Чэнсю переполняла боль, но он не опустил взгляда. — Что ты думаешь обо мне?
— Я… — Шао Цюнь начал говорить, но вдруг остановился. Он не ожидал такого вопроса и, казалось, впал в ступор.
Что он думает о Ли Чэнсю? Он относился все это время к нему, как к домашнему животному, которого выдрессировал для себя. Хотя это питомец, которым он интересовался гораздо больше, чем другими, что у него были, но все же он питомец.
— Шао Цюнь, — слезы покатились по нежной коже Ли Чэнсю, и чувство безысходности разрывало грудную клетку. — Скажи мне, черепаховый панцирь в твоем кабинете был подарен тебе президентом Чэнь, когда ты у него его выиграл?
Шао Цюня словно молния ударила.
— Меня вынудили уйти из отеля. Это сделал ты?
Глаза Шао Цюня заблестели, а кадык дернулся вниз. Он молча смотрел на Ли Чэнсю.
От слез перед глазами у Ли Чэнсю все туманилось, и знакомый ему человек превращался в незнакомца.
— Шао Цюнь, я думал, что мы… любим друг друга… но ты… ты просто… удерживал меня рядом…
Шао Цюнь опустил глаза. Он проклял всех внутри себя. Его третья сестра всегда была беспечным человеком, никогда особо не заботившаяся ни о каких делах. У нее не было абсолютно никакой причины приходить сюда в его отсутствие. Это определенно было сделано по велению его старшей сестры.
Ли Чэнсю тыльной стороной ладони вытер слезы и попытался оттолкнуть с дороги Шао Цюня.
Шао Цюнь схватил его за руку. Он сильно сжал челюсть и его желваки дрожали под тонкой кожей. Казалось, он еле сдерживал себя.
— Чэнсю, — он понизил голос и стал уговаривать его, — перестань создавать проблемы. Я уже говорил тебе, мой брак ни в малейшей степени не повлияет на нас. Ты можешь продолжать жить здесь, и я буду приходить к тебе очень часто. Когда я вернусь в Пекин, я обещаю, что возьму тебя с собой…
Сильная боль пронзила Ли Чэнсю, и он закрыл глаза. Каждое слово, сказанное Шао Цюнем, было подобно ножу, пронзающему его сердце.
Этот человек… этот человек… Как же Ли Чэнсю ошибся… Как же он был так слеп.
Шао Цюнь обхватил лицо Ли Чэнсю, наклонил голову и стал жадно целовать его, но Ли Чэнсю толкнул его со всей силы.
Шао Цюнь не был готов к такому. Он с силой ударился о стол. Удар хотя и был не столь болезненным, сколько обидным, и это разозлило Шао Цюня еще больше.
— Тебе самому не надоело это дерьмо? Какого черта ты хочешь? Сколько, по-твоему, ты стоишь? Ты действительно думаешь, что я не смогу обойтись без тебя?
Весь дрожа, Ли Чэнсю развернулся и направился на выход.
Дыхание Шао Цюня остановилось. В одну секунду его грудь наполнил какой-то необъяснимый страх.
Что-то ударило Ли Чэнсю в спину. Он ахнул от боли и споткнулся. Если бы он не удержался за стену, то бы упал на пол.
Шао Цюнь, кажется, только что пришел в себя. Он округлившимися глазами смотрел на стеклянную пепельницу на полу. Хотя она не была тяжелая, но удар определенно был болезненным.
— Чэнсю… — руки Шао Цюня дрожали. Он подошел к Ли Чэнсю, чтобы проверить, все ли с ним нормально.
— Не подходи ближе… — Ли Чэнсю развернулся к нему. По его щекам стекали слезы. Огромные глаза были наполнены болью, — не подходи ближе… — прошептал он.
Синие вены вздулись на лбу Шао Цюня. Он поднял ногу и со всей силы пнул хрупкий, армированный стеклянный журнальный столик.
— Ли Чэнсю, — словно разъяренный зверь рычал он, — если у тебя хватит духу уйти прямо сейчас, то никогда не возвращайся! Живи на своей улице, может, поумнеешь! Я к тебе хорошо отношусь, а ты считаешь меня дерьмом? Ты правда так серьезно к себе относишься? Ты достоин того, чтобы расстаться со мной? Ты вообще этого достоин? Ты?! Кто, блядь, ты думаешь, ты такой? Убирайся! Убирайся отсюда! Никогда больше не позволяй мне тебя видеть!
Ли Чэнсю выбежал за дверь, не оглядываясь.
Шао Цюнь был так зол, что поднял стул и разбил им ряд стеклянных полок. Когда он обернулся, то увидел пакеты с подарками, купленные для Ли Чэнсю, и его глаза наполнились кровью от переполняющего его гнева. Он распахнул дверь в стеклянной стене, что выходила в сад, и выкинул все в пруд с рыбками.
Шао Цюнь чувствовал, что обуревающий его гнев невозможно просто так подавить и загасить. Он швырял вещи, круша все вокруг себя, пока у него не перехватило дыхание. Он остановился и выкурил сигарету, затем еще одну, и потом еще. Он курил без остановки. Никогда он не мог даже представить себе, что однажды Ли Чэнсю уйдет. Шао Цюня одолевало желание сжечь полностью дом, чтобы вместе с ним этот неблагодарный дурак Ли Чэнсю исчез из его жизни.
Для Ли Чэнсю побег из этого дома был не шагом отчаяния, но очень болезненным. Он поклялся себе, что больше никогда не ступит на его порог. В этом доме будут похоронены его воспоминания и его чувства. Он хочет все забыть!
Просто забудь… забудь! Больно больше не будет! Больше не думай о нем, и тогда не будет снова больно!
Ли Чэнсю притащил свое обессилевшее и почти онемевшее тело в недавно арендованный крошечный чердак. Как только он вошел, Чашка выпрыгнула из своей лежанки и стала тереться о штанину Ли Чэнсю.
Ли Чэнсю взял крошку, поднял на кровать и достал ее любимое лакомство, скармливая с ладони маленькие кусочки.
Сейчас он почувствовал себя лучше. Сейчас был тот, кто встречал его дома и ждал его. И пусть это всего лишь маленький щенок, но это намного лучше, чем совсем никого, как было в его детстве. Когда он был ребенком, он не мог даже себя нормально содержать и обеспечивать, но теперь… теперь, по крайней мере, он мог позволить себе содержание Чашки и даже покупать ей корм, который был очень дорогим. Чашка полагается на него. Она никогда не солжет ему, не причинит боль и не предаст.
— Чашка, — Ли Чэнсю прикоснулся лицом к мягкому телу щенка, потеревшись об него щекой, — завтра я куплю тебе… чего-нибудь вкусненького.
На следующий день Ли Чэнсю появился в ресторане, куда его приняли на работу. Ресторан был небольшой, и владелец был очень приятным и дружелюбным. Чтобы стать штатным сотрудником и получать хорошую заработную плату, Ли Чэнсю предстоит пройти здесь два месяца стажировки. Владелец знал, что у Ли Чэнсю сложная ситуация с жильем, поэтому пообещал субсидировать его проживание, когда тот станет постоянным сотрудником.
Для Ли Чэнсю сформировали график. У него будет один выходной в неделю, три утренние смены и три ночные. Нагрузка была вполне допустимой и Ли Чэнсю согласился.
В его первый рабочий день ему позвонил Адриан.
Маленькие рестораны не выставляли большие требования и правила не были такими строгими, как в больших отелях, поэтому здесь никто не возражал, что в рабочее время у сотрудников был включен телефон.
Когда у Ли Чэнсю зазвонил мобильник, он как раз был свободен.
— Эй, Чэнсю, ты на работе?
— Да. Я здесь прямо сейчас.
— Я хочу зайти на обед в полдень. Ты сможешь присоединиться ко мне?
— Нет. Мне нужно работать.
— Тогда во сколько ты заканчиваешь работу?
— В четыре.
— Хорошо! Тогда я встречу тебя после работы и отвезу поесть в ресторан юньнаньской кухни. Там очень вкусно и он недалеко отсюда.
— Но… — Ли Чэнсю нужно было возвращаться домой. Там была Чашка, которую надо было кормить.
— Договорились! Я позвоню в четыре и заберу тебя.
Радостный Адриан сбросил звонок, а Ли Чэнсю в изумлении уставился на экран.
Когда рабочий день Ли Чэнсю закончился и время было четыре, Адриан действительно приехал, чтобы забрать его.
Прежде чем Адриан успел посигналить, Ли Чэнсю понял уже, что это он подъехал, когда увидел ярко-красную спортивную машину.
— Кажется, на улице стало теплее, — Адриан с улыбкой открыл ему дверцу автомобиля.
— Кажется, да, — кивнул Ли Чэнсю.
— Эй, — прежде чем отъехать, Адриан внимательно окинул взглядом Ли Чэнсю. — Я не видел тебя всего несколько дней. Как тебе удалось так быстро похудеть? Как? Как ты это сделал? Давай же, открой мне свой секрет!
Ли Чэнсю смущенно опустил голову.
— Чэнсю, — Адриан придвинулся к нему ближе настолько, что его маленькое белоснежное лицо почти коснулось лица Ли Чэнсю. Он моргнул несколько раз, прежде чем задать вопрос. — Что с тобой? Похоже, ты в плохом состоянии.
Ли Чэнсю отрицательно покачал головой, не произнося ни слова.
— Оу… Ты поссорился с Шао Цюнем?
Услышав имя Шао Цюня, Ли Чэнсю замер.
— Ты с ним расстался! — вдруг громко воскликнул Адриан. Он всегда был очень внимательным, и поэтому сразу уловил реакцию Ли Чэнсю.
Ли Чэнсю поднял на него взгляд и молча кивнул.
— Это хорошо! — кажется, еще громче закричал Адриан. — Это так хорошо! Ээ… — но он вдруг резко замолчал, глядя на Ли Чэнсю. — Чэнсю, тебе грустно? — с осторожностью спросил он.
— Я хочу… — Ли Чэнсю почувствовал, как защипало у него в носу, — хочу домой… — чуть слышно прошептал он. — Мне надо… накормить собаку. Я не хочу идти… на ужин, — он тут же открыл дверь, чтобы выйти из машины.
— Малыш, — Адриан погладил его по голове, — не грусти. Я буду с тобой честен. Хорошо, что ты расстался с ним. Я знал, что рано или поздно это произойдет… Шао Цюнь не достоин тебя. Я найду тебе лучшего. Ты только не грусти, ладно?
От Адриана исходил приятный запах. Его плечи были неширокими, и когда он приблизился, то Ли Чэнсю почувствовал тепло его тела. То чувство холода, что сковало собственное тело Ли Чэнсю, постепенно стало отступать, и он даже немного расслабился.
Адриан все же уговорил его поужинать. Все то время, что они провели вместе, он безостановочно говорил о различных плохих поступках Шао Цюня. Он рассказал о тех некоторых абсурдных делах, которые он сделал в Пекине ранее. Только услышав о его прошлом, Ли Чэнсю полностью убедился, что Шао Цюнь, которого он знал, был далеко не тот Шао Цюнь, которым он являлся на самом деле.
После ужина Адриан пригласил Ли Чэнсю посидеть где-нибудь и выпить, но Ли Чэнсю отказался, настаивая на том, что ему нужно вернуться и покормить собаку. Адриану стало любопытно, что же там за собака такая, и он сказал, что обязательно должен познакомиться с ней.
— У меня негде даже поесть, — Ли Чэнсю чувствовал свою беспомощность перед напором Адриана.
— Что значит, негде даже поесть?
— Мое жилище… оно очень маленькое, — объяснил Ли Чэнсю.
— Вы расстались с Шао Цюнем и ты даже не получил от него приличный дом или квартиру? — удивленно воскликнул Адриан.
В кругу, который знал Адриан, было совершенно обычным делом дарить дорогие подарки при расставании. Так сказать, отступные. Иначе зачем молодым красавчикам, которые находятся рядом с богатыми людьми, терпеть их дерьмовые характеры и такое же отношение?
Ли Чэнсю непонимающе покачал головой. Он на самом деле не мог понять, как после расставания можно жить в чужом доме.
— Ты идиот! — заключил Адриан и ткнул его пальцем в лоб. — Ты спал с ним больше года ни за что! Просто так! Он сказал тебе, что не хочет больше быть с тобой, и ты ничего не получишь от связи с ним?
Ли Чэнсю отвернулся.
— Ну, подожди! — Адриан покачал головой, задыхаясь от возмущения, доставая свой телефон. — Я заставлю его отдать что-нибудь тебе! Блядь, как он может так поступать с людьми?
— Нет! — потрясенный услышанным, Ли Чэнсю схватил Адриана за руку. — Нет. Нет необходимости… мы больше… не общаемся…
— Даже если у тебя нет больше с ним контакта, у меня он все еще есть! Ты должен получить от него дом, машину и все остальное! Не волнуйся, если не недвижимость, то ты можешь получить от него как минимум несколько миллионов. Это же Шао Цюнь, от него не убудет нисколечко! У него все это есть, и только это в нем хорошее.
— Нет, пожалуйста, не надо! — Ли Чэнсю был готов заплакать. Он крепко держал руку Адриана, не позволяя ему совершить звонок. В настоящее время у Ли Чэнсю было достаточно одежды и были деньги на питание. К тому же он и так был должен Шао Цюню. Он не мог позволить ему смотреть на себя еще больше свысока.
— О чем, черт возьми, ты говоришь? — Адриан начал злиться. — Ты действительно такой глупый или притворяешься?
— Мне это не нужно… — покачал головой Ли Чэнсю, — сейчас… все в порядке.
Адриан опустил руку и с жалостью посмотрел на Ли Чэнсю. Только спустя долгое время он, наконец, убрал телефон.
— Как насчет того, чтобы попробовать… Ты и я? В последнее время у меня никого нет, и я давно уже ни с кем не трахался. Давай попробуем!
Ли Чэнсю неловко посмотрел на него. Он на самом деле не мог понять, когда Адриан шутит, а когда говорит серьезно.
— Давай, поцелуй меня сначала, чтобы узнать, какой я на вкус, — Адриан несколько раз хлопнул ресницами, прежде чем наклониться ближе и вытянуть губы.
Потрясенный Ли Чэнсю быстро отпрянул.
— Хм, — надулся Адриан, — значит, я тебе не нравлюсь…
— Нет! Это не то…
— Не говори больше ни слова! Я найду тебе мужественного парня.
— Нет… не надо… спасибо, — Ли Чэнсю увидел, что Адриан снова взял телефон, собираясь кому-то позвонить. Он вновь быстро схватил его за запястье, — Адриан… — в голосе Ли Чэнсю была слышна мольба.
— Ты родился таким дешевым? — взгляд Адриана стал ненавистным. — Ты даже не думаешь о себе. У тебя проблемы с мозгами?
Адриан убрал телефон и завел машину. По пути к дому он прочитал целую лекцию, давая десятки советов.
— Ты должен зарабатывать деньги, пока ты еще молод. Когда ты состаришься и станешь дряхлым, никто больше не будет вставать в очередь, чтобы обеспечить тебя. В кого бы ты ни влюбился, ты всегда должен готовить пути к отступлению. Те, кто этого не делает, рано или поздно столкнутся с большими трудностями. Чем ты честнее будешь, тем больше людей захотят воспользоваться тобой. Быть честным — это практически то же самое, что написать на своем лбу «Меня легко запугать! Можете это делать!»
Ли Чэнсю не соглашался со многим из того, что говорил ему Адриан, но все же был ему благодарен за то, что он заботится о нем.
Адриан высадил его у дома, но не вошел. Как только он взглянул на внешний вид дома, то сразу отрицательно покачал головой. Конечно же, он немедленно вызвался найти для Ли Чэнсю приличное жилье.
Ли Чэнсю вежливо отказался.
Хотя жилье, которое было у Ли Чэнсю, и было маленьким, но все же это была его личная территория.
Он больше никогда не осмелится быть перед кем-то в долгу. Кто знает, какой будет та цена, которую он должен будет за это заплатить?
http://bllate.org/book/12596/1119067
