Готовый перевод Descent from 10,000 Meters Above the Earth / Спуск с высоты 10000 метров [❤️]: Глава 6

Глава 6

Чэнь Цзяюй видел, что тот не собирается уступать, и сам понял, что его попытки только вредят делу, поэтому тон его стал не таким резким: «Ладно, как-никак ты считаешься моим младшим товарищем по университету. Будем в будущем работать с пониманием друг к другу». Он попытался сыграть на чувствах и заодно дать себе возможность сохранить лицо.

Фан Хао горько усмехнулся. Он не был мягкотелым, за кого его принимали, — он давно перерос этот этап. Поэтому, улучив момент, он добавил: «Командир Чэнь, если бы вы действительно меня понимали, вы бы не смотрели, как на земле все с ног сбиваются, и не выдавали по восемь запросов в минуту». Этой лазейки он Чэнь Цзяюю не оставил.

Разве он делал восемь запросов? Неужели всё было настолько преувеличено? Лицо Чэнь Цзяюя стало очень некрасивым. Но в авиации, каким бы высоким ни был его стаж, какой бы громкой ни была его слава и как бы далеко ни тянулись его руки, до диспетчерской службы они не дотягивались. Стоило сесть в кабину — и он оказывался во власти Фан Хао и ему подобных: скажут лететь — лети, скажут стоять — стой. Это было основное правило. Чэнь Цзяюй, видимо, понял, что с Фан Хао ему не совладать, поэтому уступил: «Ладно. В любом случае ты прав. Хорошо ещё, что ты не работаешь в дневную смену».

Фан Хао, видя, что тот не продолжает словесную перепалку, испытал некоторое удовлетворение и с ехидцей добавил: «А, кстати, я скоро перехожу на дневные смены».

Чэнь Цзяюй окончательно потерял дар речи: «Ну хорошо. Будем считать, ничего не было». Он уже пожалел, что, увидев Фан Хао, сразу же полез к нему с претензиями. Разве это не было напрашиванием на неприятности? Знал бы он, что Фан Хао такой непробиваемый, выбрал бы другую стратегию — нашёл бы случай подарить подарок или сунуть красный конверт. Хотя, как говорили другие командиры в чате, его подарки тоже не помогали.

Фан Хао, держа в руке только что купленный кофе, опустил голову, взглянул на часы, будто куда-то спешил, снова поднял глаза на Чэнь Цзяюя и, наконец, с явной досадой вздохнул. «Ладно. Ну, я пошёл». Он тоже не хотел делать ситуацию слишком неловкой — в конце концов, они оба из одного круга, и встретиться лицом к лицу всё равно придётся.

Чэнь Цзяюй кивнул, провожая взглядом Фан Хао, который исчезал в шумной толпе аэропорта. Только сейчас он с запозданием заметил, что Фан Хао, кажется, изменился со времён университета. Смутное впечатление, оставшееся у него в памяти, было таким: худой, высокий, темнокожий спортсмен. Теперь же он обнаружил, что тот тоже стал вполне представительным: всё такой же худой и высокий, с очень короткой стрижкой, но черты лица стали довольно красивыми, и в выражении лица появилось что-то другое.

Однако было очевидно, что тот не придаёт значения их университетскому товариществу, и сейчас Чэнь Цзяюю нужно было решать проблему. Поэтому он снова обратился к Лу Янь.

Чэнь Цзяюй отправил ей сообщение в WeChat: «Янь, а почему ты не работаешь в дневную смену? Фан Хао, похоже, решил меня достать».

Лу Янь чуть не рассмеялась вслух. Она поняла, что её догадка оказалась верной: в прошлую пятницу Чэнь Цзяюй точно пострадал от Фан Хао. Что именно произошло, она у Фан Хао не выяснила — тот всегда был скрытным, и если не хотел о чём-то говорить, никто не мог его разговорить, так что она предположила, что дело было не в чём-то серьёзном. Она наугад предположила, что речь шла о контроле потока, слишком долгом ожидании рейса или о том, кто кого пропускает. Чэнь Цзяюй привык к комфорту в роли командира, и когда его вдруг начали контролировать, ему было непривычно — это нормально. Но стоило ли из-за таких мелочей писать ей в WeChat? Лу Янь была слегка удивлена. Конечно, она не знала, что Чэнь Цзяюй сначала пострадал в эфире, а потом — и при личной встрече.

Лу Янь отправила смайлик, закрывающий рот рукой: «Господин Чэнь, вы сами напросились, пожинаете плоды».

Чэнь Цзяюй: «…»

Через некоторое время он, очевидно, не желая заканчивать эту тему, сам спросил: «Может, мне просто извиниться перед ним?»

Лу Янь отправила смайлик с большим пальцем вверх. Она знала, что Чэнь Цзяюй на самом деле не хотел извиняться, просто наладить отношения было ему выгодно, чтобы потом не получить по полной.

Чэнь Цзяюй: «Скинь мне его визитку в WeChat».

Лу Янь отправила визитку Фан Хао. Чэнь Цзяюй посмотрел: на аватарке был профиль на фоне гор и рек, по ней было не очень понятно, как он выглядит. Имя было в виде квадратного рисунка.

Он поблагодарил Лу Янь.

Он думал, что на этом всё закончилось, но Лу Янь вдруг сказала: «Кстати, Цзяюй, хочу тебе кое-что сказать».

Лу Янь редко использовала такой серьёзный тон, и у Чэнь Цзяюя упало сердце: «М? Что случилось?»

Лу Янь: «Я переезжаю в Шанхай, в Пудун. Примерно через месяц».

Чэнь Цзяюй предположил: «Из-за Лэй Гэ?»

Парень Лу Янь, Чжао Синьлэй, был владельцем компании по производству шин. Они встречались уже больше трёх лет, и пора было стабилизироваться. Раньше он иногда слышал за столом, как Лу Янь говорила, что компания Чжао Синьлэя развила много бизнеса в Шанхае, поэтому, услышав, что она едет с ним, Чэнь Цзяюй не слишком удивился. Просто не ожидал, что так скоро.

Лу Янь сказала: «Да, я не хочу жить на расстоянии».

Чэнь Цзяюй вздохнул. В гражданской авиации, будь ты пилот или диспетчер, никогда не бывает точного расписания, а если добавить ещё и жизнь на расстоянии, то встреч становится совсем мало. Это была суровая реальность.

Они с Лу Янь жили в одном городе почти десять лет — с университета до сих пор, и она была одним из самых близких людей в его кругу общения, поэтому потеря была ощутимой.

Чэнь Цзяюй подумал и отправил: «Эх, жалко расставаться с тобой, но я рад за тебя и за Лэй Гэ».

Лу Янь отправила маленькое сердечко, а затем сказала: «Я ещё никому из коллег не говорила, ты тоже пока никому не рассказывай».

Чэнь Цзяюй, конечно, понял: «Без проблем. Через пару недель устроим тебе проводы в „Цзюйсяньюань“?»

Лу Янь бодро ответила: «Обязательно, я организую».

# Глава 7. Слепая посадка

На следующий вечер Чэнь Цзяюй прилетел в Гуанчжоу, немного отдохнул и продолжил путь обратно из Гуанчжоу. На этот раз его напарником был довольно молодой пилот, налетавший на «Боинге-737» всего чуть больше 200 часов, так что Чэнь Цзяюю нужно было его обучать. Обучать новичка всегда утомительнее, чем летать с опытным: с таким опытным вторым пилотом, как Сюй Хэнчуань, они могли, кроме выполнения контрольного списка, вообще не разговаривать, а с новичком нужно было больше заниматься, намеренно учить его, как действовать в особых ситуациях. На этот раз новичка звали Ян Вэйань, очень энергичный парень. Как раз перед Новым годом Чэнь Цзяюй читал лекции в их лётной академии, поэтому Ян Вэйань приставал к нему с вопросами.

После того как история о героической вынужденной посадке Чэнь Цзяюя в Гонконге разлетелась по всей стране, руководство намеренно хотело, чтобы он взял на себя больше ответственности за обучение младшего поколения. Только за последний год он проводил тренинги, читал лекции и организовывал встречи на базе подготовки пилотов не меньше трёх-четырёх раз, и не только внутри своей компании. Бывшие боевые товарищи его отца, работавшие в других авиакомпаниях, тоже хотели пригласить его по знакомству. Но когда его о чём-то просил отец, он не мог сказать «нет», поэтому приходилось соглашаться.

Он всегда стремился быть со всеми любезным, поэтому, если мог выполнить чью-то просьбу, редко отказывал. Но субъективно он не хотел постоянно вспоминать события двухлетней давности. Во-первых, потому что он и Чан Бинь просто сделали всё правильно по инструкции, включая то, что они покинули самолёт только после того, как все пассажиры вышли, — это было само собой разумеющимся для пилотов, и никакого «подвига самопожертвования ради спасения всех», о котором говорили в прессе, не было. Во-вторых, по психологическим причинам. Каждый раз, рассказывая эту историю, он заново переживал те несколько десятков минут воздушного ужаса.

Но он знал, что это его проблема. Столкнувшись с таким энтузиазмом и рвением, как у Ян Вэйаня, он мог только отдавать, отвечать на все его вопросы и выполнять все его просьбы.

Перед взлётом Ян Вэйань дал ему подписать полётный лист, а затем добавил: «Кстати, брат Цзя, боюсь, после посадки забуду. Можно добавить тебя в WeChat?»

— сказал он, доставая телефон.

Чэнь Цзяюй, подписывая полётный лист электронным пером, сделал паузу, из-за чего Ян Вэйань подумал, что тот собирается отказаться: «Ну, если неудобно, ничего страшного…»

Чэнь Цзяюй поднял на него глаза и тоже достал телефон: «Добавляй. Ты меня сканируешь или я тебя?»

Ян Вэйань отсканировал его код и радостно улыбнулся: «Вернусь — доложу своей девушке. Она каждый день спрашивает, летал ли я с тобой. А я всё говорил, что я только что выпустился, откуда у меня такой шанс, да и ты же не летаешь на внутренних рейсах. А тут, оказывается, и до меня очередь дошла…»

Ян Вэйань был болтлив, но Чэнь Цзяюя это не раздражало. Он привык к тишине, и когда кто-то постоянно болтал рядом, становилось даже веселее.

Упоминание Ян Вэйанем добавления в друзья в WeChat напомнило Чэнь Цзяюю, что он ещё не «извинился» перед Фан Хао. Он быстро открыл визитку, которую раньше прислала Лу Янь, и отправил запрос на добавление в друзья, но до взлёта тот его не принял. Может, он сегодня на смене?

— прикинул Чэнь Цзяюй. Вечерняя смена как раз сейчас.

Два часа спустя его догадка подтвердилась.

Чэнь Цзяюй сказал в УКВ-диапазоне: «Пекин-подход, добрый вечер, „Эйр Чайна“ 8182, высота 5000, на вашем управлении».

Через мгновение раздался тот знакомый, с пекинским акцентом, ленивый голос: «„Эйр Чайна“ 8182, Пекин, радиолокационный контакт. Заход по схеме AW точка 03, полоса… 17 правая, снижайтесь до стандартного давления 4000, держите».

Чэнь Цзяюй повторил: «AW точка 03, полоса 17 правая, снижение до 4000, „Эйр Чайна“ 8182».

Он подождал в эфире. Никто не ответил. Похоже, сегодня ночь была тихая.

«Сегодня спокойно?»

— открыл он радио и сказал в бескрайнее ночное небо.

Второй пилот Ян Вэйань подумал, что вопрос адресован ему, и как раз нервно просматривал контрольный список перед посадкой, так что он ответил: «Да, брат Цзя, сегодня действительно спокойно».

Чэнь Цзяюй не стал его поправлять.

Однако, когда они подлетали к точке AW, диспетчер снова заговорил: «„Эйр Чайна“ 8182, снижайтесь до высоты 2000, держите скорость 250».

Чэнь Цзяюй повторил: «Снижение до 2000, скорость 250, „Эйр Чайна“ 8182».

Он выполнил команду, и самолёт начал плавно снижаться. В иллюминаторе уже были видны огни Пекина — бескрайнее море света.

«„Эйр Чайна“ 8182, пеленг 240, удаление 15 миль, продолжайте заход, полоса 17 правая, разрешаю посадку».

«Пеленг 240, удаление 15 миль, заход продолжаю, полоса 17 правая, разрешаю посадку, „Эйр Чайна“ 8182», — повторил Чэнь Цзяюй.

Он перевёл взгляд на приборы, проверяя параметры. Всё было в норме. Самолёт шёл на посадку стабильно.

«„Эйр Чайна“ 8182, ветер 230 градусов, 8 узлов, полоса 17 правая, разрешаю посадку».

«Разрешаю посадку, „Эйр Чайна“ 8182», — ответил Чэнь Цзяюй.

Он плавно взял штурвал на себя, выравнивая самолёт. Шасси коснулись полосы с лёгким толчком. Реверс, торможение — самолёт замедлился.

«„Эйр Чайна“ 8182, на рулении, освободите полосу на следующем съезде».

«Освобождаю полосу на следующем съезде, „Эйр Чайна“ 8182», — ответил Чэнь Цзяюй.

Он вывел самолёт на рулёжную дорожку и остановился, ожидая дальнейших указаний.

«„Эйр Чайна“ 8182, следуйте на стоянку через рулёжную дорожку A, встречайте техника».

«Следую на стоянку через A, встречаю техника, „Эйр Чайна“ 8182», — ответил Чэнь Цзяюй.

Он медленно повёл самолёт к стоянке. Всё прошло гладко. Он выключил двигатели и вздохнул.

Ян Вэйань рядом с ним тоже выдохнул: «Брат Цзя, ты классно посадил!»

Чэнь Цзяюй улыбнулся: «Ничего сложного. Главное — внимательно слушать диспетчера и чётко выполнять команды».

Ян Вэйань кивнул: «Понял. Спасибо, брат Цзя, за науку».

Чэнь Цзяюй похлопал его по плечу: «Молодец. Продолжай в том же духе».

Он отстегнул ремни и встал. Пора было выходить. Но в голове у него всё ещё крутилась мысль о Фан Хао. Он так и не принял его запрос в WeChat. Может, стоило попробовать ещё раз?

http://bllate.org/book/12588/5173432