Готовый перевод DASH / Рывок [❤️]: глава 4-2

«Я правда не понимаю…»

Джихон все еще стоял с закрытыми глазами, размышляя о том, действительно ли можно просто оставить все как есть? Или, может, стоит придумать другую отговорку и удерживать Джэгёна, чтобы они не встречались до соревнований?

Руководитель Ли Юджон говорила не обращать внимания, но это касалось только статей. Да и то, раз уж это не влияло на состояние спортсмена, она, наверное, имела в виду, что можно не беспокоиться. Однако сейчас Джихон не был в этом уверен, поэтому не мог не волноваться. До соревнований оставалось меньше десяти дней, и от этого тревога только усиливалась.

Ну, в конце концов, может, Ча Сонхён пока не будет искать встречи с Квон Джэгёном?

Джихон пытался думать об этом с позитивной точки зрения. Ведь Сонхён наверняка понимает, как важен последний этап подготовки. После всех этих публикаций, если у него есть хоть капля такта, он должен проявить сдержанность. Даже без такта элементарный здравый смысл должен подсказать, что сейчас не время для встреч. Неужели он не проявит хотя бы минимального уважения к спортсмену?

«Надеюсь, так и будет».

— О, менеджер-хён.

…Видимо, это было слишком наивно.

Джихон усмехнулся, выпуская сигаретный дым. Ча Сонхён, оказывается, был куда беспечнее, чем казалось на первый взгляд. Или просто бестолковым. Или ему было все равно.

— Мы снова встретились, — сухо ответил Джихон, откладывая в сторону все невысказанные мысли.

— Так мы скоро с тобой сдружимся, — выдал не особо смешную шутку Сонхён, захлопнув дверцу машины, направляясь к Джихону.

— А где Джэгён?

— Скоро выйдет. Я вышел чуть раньше, чтобы поговорить по телефону.

Джихон сделал затяжку, бросая украдкой взгляд на салон.

«Сегодня он один или, как в прошлый раз, с кем-то?»

Но тонировка была слишком темной, и с такого расстояния ничего нельзя было разглядеть.

— Не знал, что на парковке можно курить, — улыбнулся Сонхён, доставая пачку сигарет из кармана льняного пиджака.

— Вообще-то нельзя, — Джихон кивнул на табличку на стене:

«Курение запрещено».

— Тогда зачем это здесь? — Сонхён указал пальцем на урну, которая служила пепельницей.

— Наверное, поставили, потому что люди все равно курят. Я полагаю, они сделали это, чтобы хотя бы окурки не бросали где попало.

— Может быть… — усмехнулся Сонхён и закурил.

Наклонив голову, он поднес зажигалку к лицу. В этот момент он выглядел так, будто находится на фотосессии для модного журнала.

«Черт, он и правда красив», — невольно восхитился Джихон, вспоминая характеристику, которую менеджер Нам дал Ча Сонхёну: «Холодный красавец аристократичной внешности».

Очень точное описание.

Пока Джихон размышлял, Сонхён сделал глубокую затяжку и сразу же выпустил облако дыма.

— А разве тебе можно курить?

— Что?

— Ты же обещал Джэгёну, что бросишь.

Джихон вдруг растерялся. Больше всего его смутило даже не то, что Сонхён знал об этом, а то, что Джэгён рассказал ему. Казалось бы, какая разница? Но разница была. Очевидная.

— Джэгён знает, что у меня все равно не получится, — нарочито беззаботно бросил Джихон.

— Тогда договоренность ничего не стоит, — усмехнулся Сонхён, выпуская дым.

Джихону было не до смеха. Он даже про расписку знает? Откуда? Неужели Джэгён ему все рассказал?

Формально в этом не было ничего предосудительного. Джихон и сам то и дело жаловался менеджеру Наму на Джэгёна, поэтому и у Джэгёна тоже было право делиться с кем угодно. Никакого соглашения о конфиденциальности между ними не существовало.

Но почему-то это его бесило.

Джихон понимал, что если злишься без причины, то проблема в тебе самом. В такие моменты лучше промолчать, потому как все равно дельного сказать ничего не получится. К тому же это будет некрасиво, сорвать зло на невиновном. Если уж совсем невмоготу, то лучше всего уйти.

Он все это знал и все же не сдержался.

— Ча Сонхён-сси.

Ча Сонхён уставился на него, делая очередную затяжку.

— Я как раз собирался с вами связаться, — Джихон затушил свою сигарету об урну. — Я рад, что мы встретились сегодня.

— Со мной? — Сонхён изогнул бровь, выпуская дым. — По какому поводу?

— Вы ведь знаете, что до соревнований Джэгёна осталось меньше десяти дней?

Сонхён вопросительно поднял брови.

— Если у вас нет срочных дел… Может, воздержитесь от встреч до окончания турнира?

— Почему? — округлил глаза Сонхён, но тут же сам ответил: — А, это из-за его состояния? Джэгён устал? Не может быть. Мы же не задерживаемся допоздна, да и алкоголь он не пьет. Разве он выглядит уставшим?

«Что он несет?»

Джихон еле сдерживал раздражение.

— Дело не только в физической усталости, — сказал он максимально спокойно. — Постоянные статьи в прессе неизбежно влияют на психологическое сост…

— Джэгёна? Да ладно! — рассмеялся Сонхён, перебивая его. — Ты же знаешь, какой у него крепкий менталитет.

Он даже замахал руками, будто отгоняя саму мысль. Джихон лишь улыбнулся и ничего не ответил. Почувствовав что-то неладное в его взгляде, Сонхён стряхнул пепел.

— Прости… Джэгён сам это сказал?

— Нет.

— Так я и думал! — самодовольно кивнул Сонхён. — Ему же все равно.

— Ча Сонхён-сси.

— Он сказал мне, что я могу звать его в любое время, когда он мне понадобится.

Джихон оторопел, удивленно уставившись на актера, даже забыв, что хотел сказать.

— Джэгён… Сам так сказал?

— Да, — Сонхён игриво поднял брови и плечи, словно говорил: «Ну и что ты теперь сделаешь?»

Но Джихон даже не обратил внимания на этот театральный жест. Он был потрясен.

«Неужели этот нелюдимый грубиян Джэгён способен на такие… жертвы?»

Честно говоря, Джихон был уверен, что даже влюбившись, Джэгён останется самим собой и будет гнуть свою линию, пока партнер не сбежит. Но вдруг он неожиданно проявил такую покладистость!

— Что, удивлен, что Джэгён такое сказал? — усмехнулся Сонхён. Не дожидаясь ответа, он выпустил дым и спросил: — А почему это вообще должно удивлять? Хён, ты вообще в курсе, какие у нас с Джэгёном отношения?

— В курсе, — спокойно ответил Джихон. — Как не знать, если ваша компания столько раз выступала с заявлениями о том, что вы близкие друзья.

— Ладно, но я не об этом, — вновь усмехнулся Сонхён, стряхивая пепел. — А кроме официальных заявлений?

Его лукавый взгляд словно говорил: «Ну-ка, признавайся, что ты на самом деле знаешь».

Джихон тщательно подбирал слова:

— Джэгён явно симпатизирует тебе и… привязан.

— Да-да, он просто обожает меня, — радостно воскликнул Сонхён, снова затягиваясь.

Нарочито выпустив дым в лицо Джихона, Сонхён усмехнулся.

— Особенно мое лицо.

Теперь Джихону было не до анализа своих чувств. Ему просто хотелось поскорее закончить этот нелепый разговор, который он начал… Но теперь он не знал, как из него выпутаться.

— Если ты это понимаешь, — собрав все свое терпение, произнес Джихон, — прояви хоть немного такта.

— Зачем? — моментально парировал Сонхён. — Потому что через неделю у него соревнования? Прости, хён, но это его дела, а у меня свои. Джэгён уже не ребенок и если ему будет тяжело, он сам откажется от встреч.

— Верно, — коротко кивнул Джихон. — Но иногда нужно учитывать обстоятельства принять во внимание ситуацию другого человека.

— Так почему я должен проявлять эту внимательность?

«Неужели он это всерьез спрашивает об этом?»

Грубые слова уже подступали к горлу грозя вырваться наружу. В этот момент Джихон злился не столько на Ча Сонхёна, сколько на Квон Джэгёна за то, что тот влюбился в такого эгоистичного и несносного человека.

— Потому что до соревнований осталось всего десять дней, — спокойно ответил Джихон. — Для Джэгёна это крайне важный турнир. Как ты знаешь, это его шанс стать первым азиатом, завоевавшим Большой шлем.

— И последний турнир в его карьере, — добавил Сонхён, словно демонстрируя, что в курсе всего.

То, что он знал и все равно вел себя так, вызывало еще большее недоумение, но Джихон не стал придираться.

— Хочу уточнить, я не собираюсь давать оценку вашим отношениям.

— Потому что не имеешь права, — усмехнулся Сонхён.

Игнорируя его ухмылку, Джихон продолжил говорить:

— Вчера появились фотографии, за ними последовали статьи… Я просто прошу воздержаться от встреч до конца турнира. Это ради физического состояния Джэгёна. Разве это такая сложная просьба?

— Не сложная, — кивнул Сонхён. — Просто я не вижу в ней необходимости.

Он по-прежнему стоял на своем.

— Если Джэгёну это не мешает, то какая разница? — спросил он, раздавив окурок об урну. — Мне кажется, ты слишком инфантилизируешь его. Он же не ребенок, а взрослый мужчина.

Доставая новую сигарету из пиджака, Сонхён нарочито медленно затянулся и выпустил дым.

— Джэгён не ребенок и уж тем более не твой сын, — усмехнулся он. — Хочешь поиграть в мамочку? Ты сможешь сделать это, когда родишь своего сына.

Его улыбка контрастировала с язвительным тоном. Сначала он лишь слегка провоцировал, а теперь открыто демонстрировал агрессию.

— Ты ведь омега, поэтому вполне можешь родить сам.

Это уже перебор.

— Разве нет? — прищурившись спросил Сонхён, делая очередную затяжку.

Он явно пытался спровоцировать Джихона, но у него это не получилось и он оставался равнодушным.

«Откуда он знает? Ему рассказал Джэгён?»

— Я придерживаюсь принципов безбрачия и бездетности, — ответил Джихон.

— Ой, ну что ты, — Сонхён изогнул бровь, снова затягиваясь. — У нас и так кризис рождаемости, родил бы хотя бы одного.

— Тогда ты можешь родить двоих за меня.

— Ох, если бы я мог рожать, то родил бы троих! — моментально ответил Сонхён, во взгляде которого читалось сожаление.

«Судя по его разочарованному выражению, он действительно бета», — сделал вывод Джихон.

— Это немного обидно. Лучше бы я родился омегой или бетой… Но я бесполезный альфа.

— …Ты альфа?

http://bllate.org/book/12545/1116815