Готовый перевод cheri keikeu / Вишневый торт [❤️]: Глава 1-4

Проект близился к завершению, и создавать проблемы сейчас было бессмысленно, особенно учитывая, что так много людей жаждали занять его место.

Медленно затянувшись, он скрыл разочарование и, выдохнув клуб дыма, потушил окурок о голое бедро президента Кана.

— Ааа…

— Президент Кан, ты же знаешь, что я нетерпеливый человек.

Эта бессмысленная комедия действовала на нервы. Скука быстро овладела им, и Ки Тэён коротко выдохнул.

Прошло почти десять лет с тех пор, как Ки Тэён убил своего бывшего босса и напарника, собрал новую команду и начал этот бизнес. На дворе уже не двадцатый век, поэтому он не собирался оставаться обычным гангстером. Он построил легальную компанию и вошел в мир бизнеса, и вот уже десять лет занимается им. Но, несмотря на свой успех, ему все еще приходится иметь дело с такими неприятностями, и это его очень утомляло и раздражало.

И дело было совсем не в том, что Тэён ненавидел эту работу. Просто бандитская и бесшабашная жизнь, которую он вел, когда ему было чуть за двадцать, нравилась ему куда больше, чем нынешний фарс управления этими тщеславными бизнесменами.

Если бы ему не нравилось, он бы бросил все и ушел, как Ён Убом.

Ён Убом, конечно, не совсем ушел из дела, но… Бывший партнер Ки Тэёна работал в относительно законной серой зоне, тогда как сам Тэён не боялся запачкать руки. Несмотря на противоположные характеры, их деловые отношения сохранялись, так как они действовали в разных сферах, обеспечивая друг друга необходимыми услугами.

— Я ж-же вам говорю… Я не с-сливал… клянусь… — плакал мужчина. — Вы же знаете, я… я просто наемный работник… под вашим началом.

— Джихван.

Ки Тэён затушил окурок о бедро мужчины и поднялся. Он погладил президента Кана по затылку, словно собаку, и улыбнулся Со Джихвану.

— С нашим президентом Каном нужно еще немного поработать.

— Я исправлю ситуацию, — ответил секретарь, и мужчины, стоявшие у стен контейнера, шагнули вперед.

— Г-господин Ки! — закричал директор Кан, чувствуя, что дело совсем плохо. Несмотря на опухшие глаза, следы крови на висках, дрожащее тело и ожог от сигареты на бедре, он кричал отчаянно громко.

— Я… я расскажу вам… только… наедине…

— О, ты собираешься мне в чем-то признаться?

— Н-нет… просто н-недавно кое-что произошло… — сбившимся от слез дыханием произнес он, — и я думаю… это стало причиной…

— Почему ты не рассказал об этом инциденте раньше?

Ему не нужно было слышать подробности. Скорее всего, президент Кан, будучи пьяным или под кайфом, переспал с омегой, хвастаясь своим положением и делами. Вероятнее всего, та омега была приманкой, нанятой его конкурентами.

По крайней мере, это первое, о чем подумал Тэён.

— Ха-а… — вздохнул раздраженно Ки Тэён.

Ему было все равно, как это произошло. Его интересовал только результат, какими бы средствами он ни был достигнут.

Эта ситуация не была исключением. Хотя президент Кан и доставил ему небольшие неприятности, все это было частью его плана, и в конечном итоге все будет в его руках.

Но благоприятный исход не означал, что он будет терпеть, когда его пешки выходят из-под контроля.

Будь то бизнес, проекты или люди, все, чем он управлял, должно было оставаться под его контролем.

Для Ки Тэёна именно это и означало владение.

— Дай мне нож.

— Г-господин Ки… не надо…

— Ты был таким послушным, что я сделал тебя президентом… Но неужели ты не думал, что все может закончиться иначе, если ты будешь совершать ошибки?

Ки Тэён взял нож у Со Джихвана и нахмурил брови, изображая фальшивое сочувствие. Президент Кан не просто был послушным, он идеально сыграл свою роль, но ненужная пешка не должна была это знать.

🍒🍒🍒

Со Сухён серьезно смотрел на продукты, что были разложены перед ним. Это решение было необратимым, поэтому ему нужно было сделать правильный выбор.

— Да, — решительно произнес он и взял в руки кочан капусты. Тушенная капуста и соевая паста казались ему сегодня предпочтительнее, чем рагу из шпината с соевой пастой.

— Шпинат просто пробланширую.

Сухён наклонился и достал кастрюлю. После того как он включил плиту, он взял из шкафа пластиковый контейнер. Он насыпал горсть сушеных анчоусов, тщательно очищенных от костей, и начал обжаривать их в кастрюле. Деревянная ложка, которой он помешивал содержимое, скребла по дну, и воздух мгновенно наполнился ароматом анчоусов. В этот момент Бокшиль ткнулся мордой в ногу Сухёна.

Гав!

— Хочешь анчоусов? Вот, но только один.

Сухён выбрал одного готового анчоуса для Бокшиля, а потом добавил в кастрюлю заранее нарезанные редьку и лук, и залил все водой скрывая под ней все ингредиенты.

— В самый раз.

Теперь, пока бульон закипал, можно было заняться капустой.

Сухён раздумывал, взять полкочана или хватит и четверти. Но так как он готовил для себя одного, остановился на четверти. Ему нравилось, когда капуста оставалась немного хрустящей, а этой порции было в самый раз на два приема.

Он разрезал кочан пополам, потом еще раз и удалив кочерыжку, тщательно ее промыл. Вода была ледяной, что было не удивительно, ведь за окном была зима. Но ради вкусной еды можно было потерпеть и такие неудобства.

Сухён любил готовить.

В детстве он смотрел как это делали бабушка и мама, копируя их действия. Но с годами это переросло в настоящую страсть. Он редко пользовался телефоном, но если и брал его в руки, то обычно для того, чтобы найти в интернете рецепты, которые видел по телевизору.

Ему нравилась та сосредоточенность, что приходила к нему во время готовки, и то чувство удовлетворения, когда бабушка и мама с наслаждением ели его блюда. Они обе его научили одному самому главному правилу в жизни: человек должен жить достойно, питаясь едой, приготовленной с любовью. Даже после того, как он потерял маму, а потом и бабушку, он продолжал готовить и правильно питаться, следуя их наставлениям.

Для человека, который занимается садом и постоянно возится с землей, его руки были удивительно гладкие и без мозолей. Стряхнув лишнюю воду с промытой капусты, он взял в руки нож и начал нарезать ее. От ледяной воды бледная кожа на его пальцах покраснела, но это не доставляло особого дискомфорта.

— Хочешь капусты?

Он протянул Бокшилю самые нежные внутренние листья и улыбнулся. В кастрюле все давно уже кипело. Сухён добавил в пузырящую воду ламинарию, а потом зачерпнул две ложки домашней соевой пасты и неспешно процедил ее через сито прямо в бульон. Вкус рагу во многом зависел от качества пасты, а она у него была на высоте, так что это блюдо он точно не испортит.

— Может добавить сегодня немного перца чили?

Он взял щепотку перца и осторожно присыпал пасту. Это был перец который он вырастил сам прошлым летом в огороде. Собранный урожай он высушил на солнце, а потом мелко перемолол.

— …

Воспоминание о бабушке, которая стояла рядом с ним под палящим солнцем, собирая перец, вызвало легкую грусть. Сухён шмыгнул носом и постарался отогнать это чувство.

Он не давал себе погружаться в тоску, сосредоточившись на процеживании пасты. После того как он убрал сито, то добавил свежую капусту в кипящий бульон. Положив туда же рубленый чеснок, он накрыл кастрюлю крышкой и оставил рагу томиться на медленном огне.

Достав еще одну кастрюлю и сковороду Сухён планировал бланшировать собранный вместе с капустой шпинат и заправить его, а заодно пожарить пару яиц. Наполнив кастрюлю водой, он разбил два яйца на смазанную маслом сковороду. Это были яйца, которые он получил от младшей бабушки в обмен на свежеприготовленный какдуги.

В супермаркете он продавал яйца, но предпочитал есть те, что получал от бабушек. Яйца от кур свободного выгула, выращенных на зерне, несомненно, были вкуснее фабричных.

Он не стал солить яйца, чтобы поделиться потом ими с Бокшилем, но зато посолил воду, в которую закинул шпинат.

— Будет вкусно, — улыбнулся он.

Приготовление ужина не составляло для него труда, хотя и требовало много времени.

Круглый обеденный стол ломился от еды. Его миска была наполнена черным рисом, а в красноватом рагу из соевой пасты переливались прозрачные листья капусты. В отдельных тарелках лежали заправленный шпинат, сырая морковь, блестящие черные бобы, острые проростки фасоли с перцем, кимчи прошлогоднего урожая и два яйца-глазуньи, идеально прожаренных всмятку.

— Спасибо за еду.

Сухён произнес слова благодарности в пустоту, и подцепил палочками еду. Несмотря на вкусный горячий ужин, внутри у него было странное чувство.

— …Не люблю есть один, — тихо произнес он.

Возможно, это была тоска и охватившее его одиночество.

🍒🍒🍒

— Почему он продолжает приходить сюда?

Вид альф в темных костюмах, разгуливающих по деревне, уже не был чем-то необычным. Даже если Сухён выбрал жизнь фермера и владельца небольшого супермаркета вместо старшей школы, он не был слепым или глупым. Слушая разговоры бабушек, он в целом понимал ситуацию.

Были ли эти люди сотрудниками строительной компании или, как утверждали бабушки, бандитами, присутствие мужчин в темных костюмах уже никого не удивляло.

Но вот частые визиты конкретно одного человека казались странными. Он выделялся еще и потому, что, в отличие от остальных мужчин в белых рубашках и зимних пальто, на нем всегда была лишь цветная сорочка.

— Бабушка из Сеула говорила, что человек его уровня не стал бы вмешиваться лично… — пробормотал Сухён себе под нос, наблюдая, как мужчина, сгорбившись на пластиковом стуле у входа в магазин, курит.

На стуле, на котором обычно сидели деревенские старики или сам Сухён, всегда оставалось свободное место, но сейчас под тяжестью незнакомца он довольно громко и жалобно скрипел.

— У него есть другой мотив нахождения здесь?

В целом, присутствие этого человека не было чем-то из ряда вон.

Магазин находился у въезда в деревню. Каждый, кто приезжал или уезжал, неизбежно проходил мимо, поэтому было вполне естественно видеть поблизости людей, заинтересованных в местной земле.

К тому же в деревне не было никаких других удобств и развлечений. Здесь были только дома да поля, так что магазин оставался единственным местом, где приезжие могли скоротать время.

«Он, наверное, уже выяснил, кому сколько земли принадлежит».

«Это их работа, так что, конечно. Кстати, у Сухёна ведь довольно много земли».

«Почти акр. Это не слишком много, но и не мало. Сухён, ты просто сиди тихо и ничего не предпринимай. Понял?»

«Хорошо».

Сухён вспомнил разговор бабушек. Если придется продавать землю, то он продаст. Если проект сорвется, значит, так тому и быть.

Хотя второй вариант казался маловероятным, но Сухён решил следовать совету бабушек и не торопиться с решением.

Со Сухён не придавал ситуации особого значения. Если бы его бабушка и мама были похоронены здесь, все могло быть иначе. Но их прах хранился в колумбарии, а землю он не считал таким уж ценным активом.

Он просто надеялся, что в случае продажи получит справедливую цену, которой будет достаточно для проживания. В Корее очень много отдаленных районов, и, имея деньги, можно было найти небольшой дом с садиком где-нибудь в тишине.

«Обязательно запирай двери».

«Бабушка, как я могу их запирать, если у меня супермаркет?»

Резкая смена разговора удивила Сухёна. Бабушка из Сеула посмотрела на него, словно собираясь что-то сказать, но потом передумала и лишь покачала головой.

«Да, конечно… Ладно, ты помнишь, что я тебе говорила?»

«Да, помню. Не переживай».

Она, казалось, беспокоилась, что этот мужчина может попытаться обмануть его.

— Я ни на что не куплюсь! — пообещал себе Сухён.

Не понимая, чего именно ему следует опасаться, Сухён продолжал наблюдать за мужчиной снаружи. Сегодня не было снега, поэтому он четко видел его профиль.

Пока он открыто разглядывал его, перед супермаркетом остановилась машина. Водитель вышел, достал что-то с пассажирского сиденья и передал мужчине кремового цвета бумажный пакет. Мужчина тут же потушил сигарету и встал. Взяв в руки пакет, он распахнул дверь супермаркета так, будто это было его владение. Старая дверь скрипнула.

— Сухён.

— Что? — Сухён вздрогнул от его голоса.

— Любуешься моим видом, Пушистик?

«Он знал».

Даже не пытаясь ничего отрицать, Со Сухён посмотрел на бумажный пакет в руке мужчины. Серебряные буквы, слишком стилизованные, чтобы их можно было разобрать, украшали переднюю часть пакета.

— Это взятка для Пушистика.

Мужчина поставил пакет на стол.

— Не думаю, что у тебя есть причины подкупать меня…

— Разрешишь мне курить в следующий раз внутри магазина, а то у меня яйца отвалятся от холода.

Сухён должен был признать, что замерзшие яйца звучало очень неприятно.

Видимо, он видел того пожилого мужчину, который ранее вышел из супермаркета, покурив внутри.

«Можно было просто одеться теплее», — едва удержался Сухён, чтобы не произнести это вслух и не показаться грубияном.

Мужчина щелкнул пальцем по прямоугольному пакету, и он опрокинулся, рассыпав содержимое. Из него выпала прозрачная пластиковая коробка, наполненная чем-то круглым и разноцветным.

Заинтересованный незнакомыми сладостями, Сухён протянул руку к коробке.

— Что это?

Мужчина удивленно изогнул бровь, будто не ожидал такого вопроса.

— Макаруны, — лукаво улыбнулся он.

«Так вот они какие, макаруны».

Сухён завороженно покрутил в руках прозрачную коробку. В этот момент над ним вдруг раздался короткий смешок. Сухён поднял голову, встретившись взглядом с мужчиной.

— Совсем как ребенок… обожаешь яркие цвета?

Ки Тэён смотрел на Сухёна так, будто нашел забавную игрушку.

http://bllate.org/book/12539/1116511