Готовый перевод Low-Temperature Burn / Криогенный ожог: Глава 6

Глава 6. Захват заложников.

В девять пятнадцать утра чёрный «Бьюик Регал» неспешно и размеренно ехал по дороге к мосту Хайган.

На пассажирском сиденье лежали чёрный портфель и чёрный чехол для удостоверения личности, а из колонок негромко звучал «Хорошо темперированный клавир» Баха.

Небо было затянуто облаками, и дневной свет едва пробивался сквозь них. Солнце медленно поднималось с противоположной стороны острова, и в салоне всё ещё царил лёгкий полумрак. Однако в этом рассеянном свете черты лица мужчины за рулём выделялись удивительно чётко.

Лицо у него было по-настоящему красивым, притягивающим взгляд. А холодное выражение и сдержанная мимика сглаживали резкость черт, будто все эмоции были скрыты глубоко во взгляде. Очки без оправы лишь усиливали это впечатление — словно ночной туман над поверхностью моря, таящий под собой глубокие течения, скрытный и непроницаемый.

Мужчина поднял глаза, оценивая обстановку впереди. Дорога явно была забита. Он снова взглянул на часы. До времени прибытия оставалось ещё тридцать минут.

Музыка внезапно оборвалась.

Он не помнил точных деталей дорожной ситуации на этом участке, зато прекрасно знал другое: «Хорошо темперированный клавир» № 974 в исполнении Гленна Гульда в записи 1997 года длится ровно четыре минуты сорок семь секунд. При обычном трафике к моменту, когда произведение заканчивалось, он уже давно проезжал мост. Но сегодня почти за пять минут он не пересёк ни один перекрёсток.

Мужчина посмотрел на застывшую впереди вереницу машин, вздохнул и на пониженной передаче медленно въехал на мост Хайган. Именно в этот момент движение окончательно остановилось. Вдалеке раздавались гудки, перекрывая друг друга, слышались раздражённые голоса водителей. Он прождал на месте ещё пять минут, затем просто заглушил двигатель, открыл дверь и вышел из машины.

Пройдя около двух минут пешком, мужчина добрался до места аварии и увидел бело-зелёный автобус, стоявший наискосок посреди проезжей части.

На Хайганском мосту в каждом направлении было по три полосы, и в часы пик здесь ежедневно образуются пробки. Управление транспорта города Биньцзян уже четыре или пять лет подряд поднимает вопрос о расширении моста, но из-за масштабов работ эта «головная боль» переходила от одного руководителя к другому и проект так и не был реализован. Лишь в последние два месяца для вида ограничились символическими мерами по укреплению и обслуживанию. Так что стоило этому школьному автобусу развернуться и встать боком, как движение в этом направлении оказалось практически парализовано.

По асфальту были рассыпаны камни. Судя по всему, автобус врезался в разделительный блок, что и привело к аварии и транспортному коллапсу. Мужчина обошёл автобус сзади и заметил, что ни аварийной сигнализации, ни выставленного предупреждающего треугольника не было. Всё это выглядело крайне подозрительно.

Это был автобус марки «Юйтун». Судя по модели и цвету он, скорее всего, являлся школьным. Однако его задние окна располагались значительно выше, чем у легковых автомобилей, так что из обычной машины было совершенно невозможно разглядеть, что происходит внутри.

Водители автомобилей, спешившие на работу, кроме как яростно нажимать на клаксон, ничего другого сделать не могли. А несколько человек, стоявших ближе всех, уже собирались выйти из машин.

Мужчина жестом остановил их, затем достал из кармана удостоверение. На нём чётко выделялись два слова: «Народная полиция».

Один из водителей оказался особенно голосистым. Приняв мужчину за сотрудника дорожной полиции, он тут же заорал во всё горло:

— Товарищ полицейский, да вы скажите уже этому умнику, пусть свою колымагу отгонит! С виду вроде пустая, чёрт его знает, есть там вообще дети или нет…

Мужчина поспешно показал ему жестом быть тише. Он бесшумно приблизился к задней части автобуса и посмотрел в окно. Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы мгновенно понять, что происходит.

Автобус был вовсе не пуст. Как раз наоборот, он был забит детьми, и все они лежали на полу напуганные и не смея пошевелиться. У водительского места стоял мужчина невысокого роста, в маске, одетый в серую форменную одежду школьного водителя. В руке у него был пистолет, которым он яростно размахивал.

Это был самый настоящий захват заложников, который происходил прямо сейчас, на его глазах.

Он включил переносную рацию, нажал кнопку связи и сразу связался с командным центром, чтобы доложить о ситуации.

— Командный центр, это Фу Тинсяо, командир следственного подразделения уголовного розыска хуэйаньского районного управления города Биньцзян. Мой служебный номер 078179. На Хайганском мосту, в четырёхстах метрах от въезда, в направлении с севера на юг захвачен школьный автобус. Я нахожусь на месте происшествия. Преступник один, мужчина, в маске, вооружён огнестрельным оружием, рост… примерно сто семьдесят-сто семьдесят пять. По текущим наблюдениям, пострадавших нет. Я…

Прежде чем командный центр успел что-то ответить, его перебил другой голос. Чэн Чжо, только что подключившись к каналу, услышал лишь вторую половину сказанного и, даже не разбираясь, кто на связи, сразу же жёстко оборвал его:

— 078179, говорит Чэн Чжо, командир первого отряда уголовного розыска городского управления. С этого момента действуешь по моему приказу. Вооружённая полиция уже в пути. Не предпринимай никаких самовольных действий. На тебе нет бронежилета.

Этот голос был знакомым, и Фу Тинсяо на мгновение замолчал.

…Вот уж не ожидал столкнуться с ним именно здесь.

Он думал, что они встретятся уже в городском управлении при передаче дел. Но всё это время сам он сидел на совещаниях в управлении провинции, а Чэн Чжо по возвращении сразу же взялся за сложное дело об ограблении и убийстве и тоже не появлялся.

Если говорить о ведомственной иерархии, городское управление всегда стоит выше районного. А если о должности — Чэн Чжо был полноценным командиром. И всё же, спустя мгновение, Фу Тинсяо не стал его слушать.

— Я ближе. Сначала разберусь с обстановкой, — настаивал он.

Такого ответа Чэн Чжо явно не ожидал и моментально вспыхнул от злости.

— Слушай. Мой. Приказ. Что из этих трёх слов тебе непонятно? Я уже вызвал вооружённую полицию и спецподразделения, они в пути. Я тоже скоро буду там. Действовать мы будет только согласованно.

— Командир Чэн, время не ждёт. Сейчас мост Хайган намертво стоит в обоих направлениях, и на обоих въездах с востока на запад движение тоже перекрыто. Вооружённая полиция просто не сможет подойти незаметно. Дай мне сначала выйти на контакт. Если что — звони, — и он продиктовал номер своего личного телефона. — Я пошёл.

Чэн Чжо сжал рацию.

— 8179, это мой участок, — рявкнул он. — Приказываю тебе немедленно вернуться в машину и ждать!

А характер всё тот же, без малейших изменений.

Фу Тинсяо привык работать на результат. Он не стал ничего объяснять и больше не выходил на связь.

— Твою мать… — выругался Чэн Чжо, намертво вбив в память цифры «078179», после чего отключил рацию.

Он по привычке потянулся к кобуре за спиной и только тогда вспомнил, что сегодня у него не было выездного задания, а значит, в оружейную он даже не заходил. Но раздумывать было некогда.

Чэн Чжо рванул вперёд, широкими шагами мчась к месту происшествия.

В отличие от него, Фу Тинсяо, который прибыл на место происшествия уже давно, опустил рацию и затем совершенно спокойно, почти как ни в чём не бывало, подошёл к школьному автобусу.

Мужчина в маске заметил его и тут же напрягся, развернул ствол и, целясь прямо в него, заорал:

— Ты кто такой?! Стоять!

Ограниченное число переменных лучше бесконечного числа неизвестных. Увидев преступника, Фу Тинсяо неожиданно выдохнул с облегчением. Затем он поднял обе руки, показывая, что не представляет угрозы, и указал на дверь, давая понять, что предлагает открыть её и поговорить.

Похититель, держа пистолет одной рукой и целясь ему прямо в лоб, прокричал из-за двери:

— Ты полицейский?

Фу Тинсяо ушёл от прямого ответа.

— Я просто хочу поговорить, — сказал он, краем глаза следя за оружием в руках похитителя.

— У тебя тоже есть пистолет, — настороженно бросил тот.

Фу Тинсяо посмотрел ему прямо в глаза.

— Нет.

— Повернись. Спиной ко мне, — приказал похититель.

Фу Тинсяо медленно развернулся. Ещё в машине он снял свою форменную куртку, оставшись лишь в белой рубашке.

К удивлению похитителя, за спиной у него действительно было пусто — ни оружия, ни даже кобуры. Преступник тоже в тайне вздохнул с облегчением.

Позади Фу Тинсяо раздался резкий, пронзительный детский крик. Он обернулся и увидел, как похититель схватил какую-то девочку с переднего ряда и, прикрываясь ею, всё-таки открыл дверь. Похоже, убедившись, что у него действительно нет оружия, преступник стал доверять ему немного больше, но всё равно предупредил:

— Только попробуй что-нибудь выкинуть и я пристрелю её.

— Хорошо, — спокойно сказал Фу Тинсяо. — Тогда давай поговорим. Какие у тебя требования?

Тот смотрел ему в глаза и молчал.

Фу Тинсяо, выдержав этот взгляд, одновременно прокручивал в голове увиденное внутри салона: около двадцати детей, перепуганных до такой степени, что они не могли даже заплакать, и взрослая женщина, лежащая на полу. У её виска, похоже, была кровь. Жива она или нет, было непонятно.

И всё же в такой обстановке голос Фу Тинсяо оставался поразительно ровным.

— Я тоже застрял в пробке. Сегодня я еду на совещание. Договорённость была на девять тридцать, и я уже опаздываю. Если у тебя есть требования, я помогу связаться с нужными людьми. У тебя есть дети? Родители? Давай побыстрее всё решим, и ты вернёшься к своей семье, я пойду на работу, а дети — в школу.

Когда он договорил, похититель невольно поразился. Полицейский перед ним пришёл без подкрепления, без наушника для связи с коллегами и без привычной для таких ситуаций напряжённости. Он вёл переговоры так, словно говорил о самых обыденных вещах когда едят, пьют или собираются на работу, и при этом не обострял ситуацию.

Тем временем Фу Тинсяо внимательно наблюдал за мужчиной напротив. Он заметил, что хотя лицо похитителя скрывала маска, при словах «семья» и «дети» его руки заметно напряглись, а голос стал более взволнованным.

— У меня больше нет семьи. У меня ничего не осталось. Хватит болтать эту чушь…

В салоне плач девочки стал ещё громче.

Позади ещё с десяток машин продолжали сигналить, некоторые водители, не выдержав, вышли из салонов, но тот самый горластый тут же накричал на остальных и загнал их обратно. Гудки, детский плач, тяжёлое дыхание похитителя — вокруг было бесчисленное количество отвлекающих факторов, однако Фу Тинсяо оставался совершенно невозмутим. Он отсеял весь шум, вычленил саму суть происходящего и на двести процентов сосредоточился на наблюдении за каждой деталью.

Оружие в руках мужчины не было похоже ни на штатный пистолет военных или полиции, ни на самодельное пушку из подпольной мастерской — ствол был заметно толще обычного. Манера держать пистолет выглядела не слишком профессионально, но движения были уверенными и отработанными, запястье не дрожало. Психологическая устойчивость у него явно была на высоте.

Кроме того, на форменной куртке, чуть выше левого нагрудного кармана, аккуратно были вышиты два слова: «Перевозки Хайкан». Манжеты на рукавах выглядели слегка выцветшими от частых стирок, а по размеру форма, похоже, была ему немного велика.

— Хорошо, тогда перейдём к делу. Меня зовут Фу Тинсяо. Как тебя зовут? И чего ты хочешь?

— Это тебе знать не обязательно. — Похититель не ответил на первый вопрос, зато сразу выдвинул свои условия: — У меня три требования. Первое. Мы подписываем документы прямо на месте, и вы не преследуете меня ни по какой ответственности. Второе. Мне нужен 1 243 548 юаней и 5 фэней наличными, бывшими в обращении, без подряд идущих номеров. Через час деньги должны быть здесь. Третье. Я хочу, чтобы этот поганый чиновник Чжэн Инцай лично пришёл сюда, встал передо мной на колени и извинился. Если хоть одно условие не будет выполнено, я начну убивать. И начну с этого ребёнка. Потратите лишнюю минуту, убью ещё одного. И так до тех пор, пока не выполните всё, что я сказал!

Фу Тинсяо посмотрел на него и сначала кивнул, давая понять, что услышал, но в глубине души был слегка удивлён.

Первое требование было вполне типичным — обычный крик отчаявшегося преступника. Даже если бы бумаги и правда подписали, это всё равно не освободило бы его от ответственности. Но вот второе… выкуп в один миллион двести сорок тысяч юаней с точностью до фэня — сумма неровная, словно за этим скрывался какой-то особый смысл. А третье условие и вовсе выглядело странно. Похоже, именно этот «поганый чиновник» Чжэн Инцай и был ключом ко всему.

Подумав об этом, Фу Тинсяо заговорил:

— Во-первых, нам нужно время, чтобы подготовить документы. Во-вторых, мне нужно созвониться с коллегами, но я могу заранее сказать от их имени, что мы согласны. И, в-третьих, мне тоже нужно сначала связаться с этим человеком по фамилии Чжэн. А до тех пор у меня есть небольшая просьба. Пожалуйста, опусти оружие.

Похититель громко рассмеялся.

— Ты издеваешься? Опустить пистолет, чтобы вы тут же меня пристрелили?

— Хорошо, тогда хотя бы отпусти её. Это ты можешь сделать, верно? Отпусти, и я сразу же свяжусь с людьми и обеспечу выполнение твоих требований, — всё так же спокойно и логично продолжил Фу Тинсяо. — Тебе не нужно сжимать её за шею. Одних слов уже достаточно, чтобы держать всех под контролем. Посмотри сам: за эти несколько минут хоть кто-нибудь посмел пошевелиться?

На этот раз похититель его послушал и слегка ослабил хватку. Девочка была так напугана, что, рыдая, едва не потеряла сознание. После того, как её освободили, она с глухим стуком рухнула на колени, а затем отползла и спряталась за ближайшим сидением.

Из автобуса был слышен детский плач, но гудки автомобилей постепенно стихли. Водители, похоже, тоже осознали серьёзность происходящего. В одно мгновение мост, ещё недавно шумный и оживлённый, погрузился в пугающую тишину.

Затем эту тишину прорезал рингтон телефона Фу Тинсяо. Он бросил взгляд на определившийся номер и сказал:

— Мне нужно связаться с коллегами, чтобы выполнить твои требования. Когда вернусь к автобусу, я дам тебе ещё раз проверить меня на предмет оружия. Я буду без пистолета.

Получив согласие похитителя, он отошёл от автобуса и ответил на звонок. Это был Чэн Чжо.

— 8179, я на месте. В первом ряду справа, такси «Ихай», на переднем пассажирском сидении. Я тебя вижу, — Чэн Чжо говорил очень быстро. — Кратко доложи обстановку. Давай.

Фу Тинсяо будто невзначай скользнул взглядом в ту сторону и действительно заметил в жёлтом такси на пассажирском сиденье силуэт человека, держащего телефон у уха. Похоже, Чэн Чжо тоже зашёл на мост пешком с восточной стороны, а затем перехватил самое неприметное такси, чтобы не спугнуть никого своими действиями. Он не стал выходить и светиться, учитывая, что Фу Тинсяо уже действовал открыто и вёл переговоры. С точки зрения тактики это было мудрое решение.

Фу Тинсяо ограничился быстрым взглядом и коротко перечислил три требования похитителя.

Чэн Чжо на мгновение задумался, затем сказал:

— Последний пункт выбивается из общего ряда, прозвучало конкретное имя. Это и есть наша точка входа. Я подключу людей из городского управления, пусть начинают с него. Есть ещё какая-нибудь информация? Оружие? Удалось понять, что за пистолет?

— Не похож на самодельный. Ты понимаешь, о чём я.

— … — Чэн Чжо выругался про себя.

Сначала по особо важному делу об убийстве и ограблении от 9 января баллистика уже указывала на нелегальное оружие, а теперь и текущее похищение превращалось в вооружённое преступление. Сколько же стволов утекло в Биньцзяне? Похоже, на этот раз он действительно влип в неприятности.

Знай он, как всё обернётся, при разговоре стоило бы проявить ещё большую жёсткость и не пускать этого полицейского к автобусу, а дождаться специалистов по переговорам в полной защитной экипировке. Но теперь было поздно. 8179 уже успел завоевать часть доверия похитителя и убедил его временно отпустить ребёнка и дать ему вернуться на место. В такой ситуации замена человека, вступающего в переговоры, — это введение новой неконтролируемой переменной. Это было бы для них не выгодно.

Тем временем Фу Тинсяо продолжал говорить в трубку:

— В целом он пока держится относительно рационально. Совершить такое и при этом так уверенно держать оружие, заставляет меня подозревать, что у него либо уже был криминальный опыт, либо исключительно крепкая психика. Тот факт, что он смог автобусом перегородить мост и знает ежедневный маршрут этого школьного автобуса, скорее всего говорит о том, что он местный и хорошо знаком с этим районом. И ещё форма. На манжетах заметны следы износа, выглядит она не поддельной, но размер как минимум на один больше. Либо он и правда водитель этого рейса и просто носит форму не по размеру. Либо… он занял место настоящего водителя, а тот, боюсь…

— …мог быть убит, — подхватил Чэн Чжо. — Понял. Это я беру на себя.

Фу Тинсяо, услышав что Чэн Чжо замолчал, решил продолжить:

— И ещё. Я попытался заговорить о родителях и семье. Он ответил, что ему больше не о ком думать. Судя по всему, это означает, что его семьи уже нет в живых.

Это была полезная информация.

— Очень хорошо, — сказал Чэн Чжо. — Те ключевые ориентиры для расследования, которые ты обозначил, я передам людям из городского управления. Он поставил автобус поперёк дороги явно с намерением раздуть дело. Ты пока его успокой, подыграй, не позволяй ситуации выйти из под контроля. Я уже поручил своим людям подготовить деньги, эту самую «бумажку об освобождении от ответственности» сделаем ему хотя бы для вида. В общем, пока у него есть требования, значит, есть и пространство для переговоров. Он сознательно поднимает шум, чтобы усилить свои позиции на переговорах. Думаю, что всё ещё можно решить мирно.

Выслушав его, Фу Тинсяо согласился, затем убрал телефон и шагнул вперёд, снова обратившись к похитителю.

— Деньги и документ об освобождении от ответственности мы готовим, с Чжэн Инцаем тоже уже связались. Мы готовы сделать всё, что в наших силах. Но ты можешь тоже пойти нам навстречу и дать нам немного больше времени?

Переговоры — это искусство компромисса. Независимо от того, удалось ли на самом деле что-то выяснить, оппоненту всегда нужно подавать сигнал о готовности сотрудничать. По крайней мере внешне должно выглядеть так, будто обе стороны сделали шаг назад.

Повесив трубку, Чэн Чжо задумался. Раньше, когда приходилось иметь дело с захватами заложников, вперёд всегда выходил специалист по переговорам. С гарнитурой, с целым комплектом оборудования, в сопровождении десятка полицейских в полной готовности. Но сейчас этот человек в одиночку, не дожидаясь никакой поддержки, просто взял и вышел к преступнику. Ни тени страха, никаких лишних эмоций, действовал чётко и аккуратно. Он был настолько спокоен, что это даже казалось немного странным.

Он всего лишь обменялся с похитителем несколькими фразами, а ощущение такое, будто уже почти докопался до всей его подноготной. Это выглядело слишком уж невероятно.

Что вообще за фигура этот 8179, откуда он взялся? Судя по номеру жетона, полицейский был из этой же провинции, по голосу совсем молодой, по выслуге вряд ли старше самого Чэн Чжо. Но почему он раньше ни разу о нём не слышал?

http://bllate.org/book/12532/1313756