Готовый перевод The Emperor’s Favorite Drama King / Король драмы в личном пользовании императора [Завершено✅]: Глава 16.1

Когда молодой хоу предложил сделать ему массаж, император почувствовал себя очень довольным. Приняв важную позу, он слегка приподнял голову и с улыбкой сказал:

— Тогда приступай.

Сердце Мэн Сюаньюня сладко заныло, будто перышком пощекотали. Он заставил себя успокоиться и на коленях подполз к Чжао Чжэну. Император ждал его с распущенными волосами и в той самой белой одежде, от которой ранее у него перехватило дух.

Молодой хоу потер нос. Только убедившись, что из него не пошла кровь, он положил руки на грудь Чжао Чжэна. Поначалу он не осмеливался прикладывать силу и для пробы нажал совсем легко — это лишь с натяжкой можно было назвать массажем.

Чжао Чжэн приподнял бровь. Молодой хоу тут же отдернул руки и спросил:

— Ваше величество, я слишком сильно нажал?

— Ничего не чувствую, — сказал Чжао Чжэн.

Мэн Сюаньюнь: "…"

— Тогда… ваш подданный попробует еще раз?

Чжао Чжэн кивнул. Молодой хоу приложил немного больше усилий и начал тереть уже по-настоящему.

— Все равно ничего не чувствую, — заявил Чжао Чжэн.

Молодой хоу подумал про себя: "То ли у меня совсем стало мало сил, то ли его величество сделан из железа. Ничего не понимаю".

Чжао Чжэн с легкой усмешкой подсказал ему:

— Может быть, все дело в том, что на мне слишком много одежды?

Молодой хоу: "…"

Еще как может! Конечно же, через одежду совсем другие ощущения. Ваше величество, вы почти совсем раздели этого подданного, почему бы вам тоже не раздеться?

Молодой хоу не понимал, что именно в этом заключалось достоинство императора — раздевать других можно, но самому раздеваться — абсолютно неприемлемо.

Молодой хоу едва заметно улыбнулся и задал вопрос, на который уже знал ответ:

— Ваше величество желает, чтобы ваш подданный помог вам раздеться?

Чжао Чжэн лишь ответил:

— А ты как думаешь?

Раз уж спросили его мнения, то определенно желают.

Молодой хоу опустил руки на пояс императора, стараясь не дрожать от возбуждения и не поддаться порыву обнять его за талию. Он должен был делать вид, что лишь исполняет приказ, а не действует по велению страсти.

Пока его мысли сумбурно метались в голове, он принялся развязывать пояс. В прошлый раз в пьяном виде он ничего не соображал и поэтому оставил на императорском поясе следы зубов. На этот раз пояс закреплялся проще некуда — нефритовая пряжка открывалась всего лишь нажатием с двух сторон.

Не отрывая взгляда от его пальцев, Чжао Чжэн произнес:

— Так ведь гораздо легче снимать пояс?

"…"

Молодой хоу притворился, что ничего не помнит. Под верхней белой одеждой оказалось нижнее белье ярко-желтого цвета. Когда его руки замерли, Чжао Чжэн сказал:

— Продолжай.

Молодому хоу ничего не оставалось, кроме как послушно снять и нижнюю одежду.

У него не хватало смелости смотреть прямо на императора, ни выше — в глаза, ни ниже — на живот. Единственное, на что он мог смотреть — это тонкие губы. И чем дольше он на них смотрел, тем сильнее ему хотелось их поцеловать.

Интересно, что на этот раз хочет сделать с ним его величество?

— Теперь можешь меня потереть, — сказал Чжао Чжэн.

Надо же, чуть не забыл о главном…

Молодой хоу глубоко вздохнул и приложил руки к груди императора. Легкое тепло, которое ощутили кончики его пальцев, в одно мгновение, словно степной пожар, пронеслось по всему его телу, заставив его постыдно задрожать от нахлынувшего жара.

Этот человек ему нравился, поэтому одно прикосновение к нему пробуждало в нем неудержимое волнение.

— Сюаньюнь, ты… боишься меня?

Увидев его реакцию, Чжао Чжэн, само собой, предположил худшее.

Молодой хоу поджал губы, чувствуя себя немного в затруднительном положении. Тогда Чжао Чжэн с горечью сказал:

— Не беспокойся. Раз уж ты не хочешь, я не стану принуждать.

Только что во сне молодой хоу дал согласие, что-то бессвязно пробормотав в ответ. Чжао Чжэн, поразмыслив, решил, что станет пользоваться ситуацией. А что касается снятой с молодого хоу нижней одежды, это и вовсе было недоразумением. Чжао Чжэн всего лишь хотел, чтобы тот переоделся в чистое перед сном, но не желал допускать к нему посторонних людей, поэтому ему оставалось только сделать это самому. Он действительно ничего такого не сделал, разве что бросил пару лишних взглядов.

В любом случае, молодой хоу уже попал на его драконье ложе. Впереди еще много времени. Когда-нибудь он получит его добровольное согласие.

В одно мгновение Чжао Чжэн принял решение. Легонько похлопав Мэн Сюаньюня по руке, он сказал:

— Сегодня я сделаю только одно…

Прежде чем молодой хоу успел отреагировать, Чжао Чжэн схватил его руку и крепко прижал к своей груди. Глухие удары сердца под ладонью напомнили Мэн Сюаньюню, что император, которым он тайно восхищался, был также живым человеком. Лицо молодого хоу залилось краской, а Чжао Чжэн наклонился к нему, чтобы завершить то, что не успел сделать в кабинете.

Увидев постепенно приближающееся к нему прекрасное лицо его величества, молодой хоу невольно закрыл глаза в ожидании поцелуя, но император миновал его губы. Зато ухо накрыла волна жара. Император прихватил ртом мочку его уха и неохотно отпустил ее только после того, как прикусил и страстно пососал.

Мэн Сюаньюнь: "…"

Молодой хоу, с трудом подавляя желание наброситься на императора и обнять его, с покрасневшим лицом подумал про себя: "Ваше величество, как это может считаться одним делом? Вы ведь еще даже не начали, как можно уже заканчивать?"

Но Чжао Чжэн считал, что это как раз было очень важное дело. Помимо укуса за ухо, у него имелись и другие тайные намерения.

http://bllate.org/book/12494/1112518