Вернувшись домой, Фэн Цунцун первым делом сменил номер телефона.
От зарплаты за эти дни он отказался без сожалений. Главное — чтобы этот маленький демон не знал его адрес. А то мало ли, явится с сюрпризом.
Обо всей этой криминальной каше он постарался забыть и спокойно занялся поиском работы. Удачно наткнулся на объявление: на сталелитейном заводе искали начальника цеха, желательно с двухлетним опытом управления.
Фэн Цунцун прикинул: ну, в школе он управлял многим — и кранами, и живыми студентами, и даже лампочками. Опыта — будь здоров.
Так что, подбодрив себя мысленно, отправился на собеседование.
После нескольких отборочных кругов в финал вышли трое кандидатов, включая его. Заводской директор, пожилой мужик с хитрым прищуром, быстро пробежался по вопросам и… оставил только Фэн Цунцуна.
— Значит, в школе работал?
— Так точно! — закивал Фэн Цунцун, натягивая профессиональную улыбку.
— Школа — хорошее место. Там люди чистые, наивные…
После чего заводчанин вдруг пустился в долгий, неторопливый разговор, который всё больше напоминал бытовые жалобы.
Сначала Фэн Цунцун подумал: что, мужику не с кем поговорить, но потом понял — нет, старый лис проводит профилактическую беседу.
Оказалось, что предыдущий начальник цеха — женщина, толковая, работящая, но… слишком шустрая.
Завод работал с металлом, и отходов оставалось немало. Так вот, дамочка потихоньку собирала медные запчасти в ведёрки, а потом выгодно сдавала на сторону.
Когда дело всплыло, её тут же попросили на выход.
Директор смерил Фэн Цунцуна взглядом: интеллигентный, тихий, скромный — но профилактический нагоняй всё равно выдал.
Фэн Цунцун уверенно закивал, а когда приступил к работе, делал всё по уму. Со всеми вёл себя уважительно: старших — «дядями» и «братьями» звал, рабочим дописывал в зарплате дополнительные часы, чтоб никто не жаловался.
Сам он был человеком не конфликтным, лёгким на общение, поэтому быстро вписался в коллектив.
А где атмосфера хорошая, там и работа спорится.
С тех пор как Фэн Цунцун устроился на новую работу, дома будто повеяло свежим ветром. Жена больше не смотрела с укором, на лице всё чаще мелькала улыбка, а сам он впервые за долгое время ощущал себя человеком, который контролирует собственную жизнь. Деньги капали пусть не золотым дождём, но стабильно, сын вдруг перестал болеть, быт наладился, и даже будущее уже не казалось таким туманным. Казалось, удача наконец-то вспомнила о нём и решила немного задержаться.
А тут ещё и бабушка объявилась — той, к слову, уже девяносто с хвостиком, но глаз всё ещё цепкий, язык острый, а память на родственные узы крепче, чем у банковского сейфа. Узнав, что её внук теперь при заводе, она тут же принялась ворчливо требовать: мол, раз стал человеком, так будь добр помогать ближним. У неё ведь тоже есть внук, парнишка совсем молодой, всего двадцать лет, и жизнь у него не сахар — отец-то больной, один на свете, никто за него не заступится. Разве трудно было бы подкинуть парню место на заводе?
Фэн Цунцун сперва отмахнулся, но потом вздохнул, подумал, что ему не убудет, и втайне от всех заглянул к начальнику отдела кадров. После короткого разговора вопрос был решён, и парня взяли токарем в его цех. Теперь дома Фэн Цунцун слыл чуть ли не благодетелем, а на работе — человеком с тёплым сердцем, что само по себе было приятно.
Так незаметно пришла осень, и в один из холодных вечеров Фэн Цунцун задержался на ночной смене.
Отработав положенные часы, он сел на свой старенький велосипед и покатил домой. Ночная дорога была пустынной, только фонари тускло освещали потрескавшийся асфальт.
Возле подъезда он уже собирался спешиться, но вдруг заметил в темноте чью-то фигуру.
В последнее время в районе ходили тревожные слухи — говорили, что появился грабитель, который подкарауливает поздних прохожих и сносит им затылки молотком.
Фэн Цунцун, хоть и не считал себя трусом, но человек он был осторожный. Он сбавил ход, прищурился, стараясь разглядеть детали, но из-за слабого света силуэт оставался неразличимым.
В голове промелькнули разные мысли — вдруг и вправду тот самый ночной громила?
Фэн Цунцун замедлился ещё больше, на всякий случай готовясь к резкому развороту, но чем ближе он подъезжал, тем сильнее его начинало знобить от дурного предчувствия.
Луна, выплыв из-за туч, наконец осветила незнакомца, и Фэн Цунцун невольно затаил дыхание.
Перед ним стоял Ли Сыфань.
Бледное лицо мальчишки в свете ночного неба выглядело почти призрачно, а выражение, застывшее у него на губах, заставило Червячка пожалеть, что перед ним всё-таки не грабитель с молотком.
Фэн Цунцун собрал всю свою волю в кулак и попытался сделать вид, что ничего странного не происходит.
— Ты чего тут торчишь? Поздно уже, домой давай.
Но Ли Сыфань даже не думал двигаться. С лицом обиженной барышни он скосил на него глаза и протянул тоном, от которого мороз по коже:
— Почему номер сменил?
— Да так…— Червяк нервно кашлянул, соображая, как бы выкрутиться. — Старый тариф дорогой был, решил перейти на более экономный, с односторонней оплатой…
— Правда? А не потому ли, что ты, как последний крысёныш, решил от меня сбежать?
Фэн Цунцун почувствовал, как по спине пробежал холодок. Этот взгляд, эта полуулыбка — вот уж кто настоящий маньяк, а не тот, что с молотком в переулках.
Надо было срочно менять тему.
— Так, погоди, ты что, не должен сейчас к экзаменам готовиться? В это время тебе бы дома сидеть, а не ночами по улицам шастать.
— Я экзамены не сдавал.
— Чего?!
— Я уезжаю. Через неделю улетаю за границу.
Фэн Цунцун впервые в жизни испытал такую же радость, как в тот момент, когда узнал, что у него есть сын.
— Да ладно! Ну, это же замечательно! Куда именно? Паспорт уже на руках? Визу поставили? Когда рейс?
— Собираешься меня сегодня же в аэропорт отправить? — Ли Сыфань сузил глаза, глядя на его натянутую до ушей улыбку.
Фэн Цунцун осознал, что слишком откровенно радуется, и поспешно попробовал вернуть лицу нейтральное выражение, но получился какой-то судорожный, растянутый оскал.
— Э-э… а расследование там… как продвигается?
— Может, пригласишь меня в гости?
— Уже поздно, жена спит, неудобно как-то…
— Боишься, что я расскажу ей, что ты делал со мной в той комнатке?
Фэн Цунцуна аж перекосило.
Да какого чёрта! Кто здесь вообще жертва? С чего это теперь звучит так, будто он над ребёнком надругался?!
Спорить было бесполезно. Фэн Цунцун развернулся, схватил велосипед и, решительно двинулся прочь.
Но стоило сделать пару шагов, как он услышал до боли знакомый голос электронного автоответчика, который бодро проговаривал:
“Вы звоните абоненту Лю Тинтин…”
Фэн Цунцун резко развернулся и увидел, как этот маленький демон невозмутимо набирает номер его жены.
— Ты что творишь?! — Он мигом подлетел, выхватил телефон и вжался в экран, сбрасывая вызов.
Ли Сыфань смотрел на него так, словно прекрасно знал, что тот сейчас думает.
— Ну и чего ты так завёлся? — в голосе мальчишки звучало нескрываемое веселье. — Если тебе не в чем себя упрекнуть, то чего так паниковать?
Фэн Цунцун судорожно сглотнул, пытаясь понять, как теперь вырулить из ситуации.
— Ладно. Давай выкладывай, чего тебе надо.
— Просто. Будь со мной одну неделю.
На следующее утро, в воскресенье, Фэн Цунцун был насильно уведён на шопинг.
Ли Сыфань с важным видом шагал впереди, словно генерал на параде, а Фэн Цунцун плёлся позади, обвешанный пакетами, как несчастный вьючный мул.
Судя по количеству покупок, складывалось ощущение, что пацан собирается не в Англию, а минимум в экспедицию в джунгли Замбии. Он скупал всё подряд — от одежды до самых бесполезных мелочей, причём даже ковырялки для ушей не обошел вниманием.
Фэн Цунцун уже молча проклинал себя за слабохарактерность, а солнце — за то, что оно так нещадно палит. Он совершенно ясно ощущал, как его голова медленно поджаривается, будто кусок бекона на раскалённой сковороде.
Когда наконец всё было куплено, он с облегчением выдохнул.
— Я проголодался.
— Ну так пошли домой, еду закажем.
— Нет, я хочу у тебя поесть.
Фэн Цунцун замер и медленно повернул голову, испепеляя мальчишку взглядом.
— …
Ли Сыфань хмыкнул, сложил руки на груди и, сузив глаза, добавил с ледяной ухмылкой:
— Просто ужин у вас. Без всяких намёков, не переживай. Твои грязные секретики мне совершенно не интересны.
Фэн Цунцун чуть не подавился воздухом.
— Чего?! Какие ещё секретики?!
Как ни странно, но в итоге он опять прогнулся под желания этого маленького демона и поплёлся с ним домой.
Сюрпризы не заканчиваются
Стоило им открыть дверь, как Фэн Цунцун тут же заметил у входа незнакомую пару мужских туфель.
Что за…?
Оказалось, что у них в гостях сам товарищ Цао Бин — старый школьный друг Тинтин, а заодно ещё и начальник уголовного отдела полиции. И не просто в гостях, а пришёл не с пустыми руками — принёс ребёнку игрушки, банку импортного детского питания и ещё кучу полезных мелочей.
При виде Ли Сыфаня полицейский заметно напрягся.
Но мальчишка, не моргнув и глазом, сделал вид, что всё в порядке, и спокойно поздоровался:
— Здравствуйте, дядя Цао.
Теперь в крохотной квартире площадью неполные пятьдесят квадратов вдруг стало чертовски многолюдно.
Тинтин с радостью забрала гостей в гостиную, а Фэн Цунцуна тут же сослала на кухню готовить ужин.
Разворачиваться было некуда, поэтому он просто молча покорился судьбе и начал готовить масляные тигровые креветки.
Сидя на низком стульчике, он ловко чистил их, потом разогрел сковороду и уже собирался заливать масло, когда вдруг почувствовал, как чьи-то руки обхватили его за талию.
Он вздрогнул, почти уронив бутылку с маслом.
— Ты что, охренел?! — выдохнул он, судорожно стараясь отцепить от себя навязчивые лапы.
— Нет, — совершенно невозмутимо ответил Ли Сыфань, прижимаясь плотнее. — Или ты мне позволишь тебя поцеловать, или я никуда отсюда не уйду.
Фэн Цунцун чувствовал себя так, будто проглотил целую горсть кошачьей шерсти.
Он из последних сил заставил себя отвернуть лицо, и с видом человека, который подписывает смертный приговор, нехотя позволил пацану чмокнуть его в щёку.
Ли Сыфань, сияя от удовольствия, гордо удалился, оставляя Червячка наедине с его психологической травмой.
http://bllate.org/book/12428/1106597
