Готовый перевод Hooking You Without Discussion / Я подцеплю его без вопросов [❤️] [Завершено✅]: Глава 24

И вот теперь, когда вся эта буря чуть поутихла, Чжуан Янь взялся за дело всерьёз.

Уламывал свою матушку, канючил, стоял на ушах и, в конце концов, выбил для Сяо Гоу место в одной из лучших городских школ. Не то чтобы это было сложно — директор там как раз метил в депутаты, и пара слов от семьи Чжуан Яня сработали как волшебная палочка.

Историю Сяо Гоу тоже слегка приукрасили: из сельского оболтуса, который школу видел только на картинке, он внезапно превратился в «примерного ученика, временно бросившего учёбу по семейным обстоятельствам». С сиротским лицом и книгами в обнимку, он даже попал в репортаж на местном телевидении.

На торжественной линейке с фанфарами, речами и камерами местных новостей Сяо Гоу стоял с таким лицом, будто его на расстрел ведут. Слушал речь директора про «будущее страны» и «успехи юных дарований» и про себя криво ухмылялся:

— Да чтоб вас всех… — думал он, нервно перебирая лямки рюкзака. — Какое нафиг «юное дарование».

Если бы не Чжуан Янь, который сверлил его глазами и всем видом показывал, что порвёт за малейший фокус, Сяо Гоу давно бы уже сбежал. Он-то вообще собирался сестру учить отправить. Но Чжуан Янь пообещал, что и её потом тоже сюда пристроит.

Вот и пришлось заткнуться, собрать свои пожитки и топать в эту чёртову школу, чувствуя себя так, будто его сослали в Сибирь.

Правда, даже с этим раскладом видеться с Чжуан Янем получалось только по выходным. Всё-таки один в старших классах, а другой — в младших. Не тот уровень, не те возможности, как говорится.

И Чжуан Янь от этого, разумеется, бесился как чёрт. Встречались они теперь только по выходным, да и то — если не было кучи этих чёртовых домашних заданий.

Вот и теперь, уткнувшись носом в плечо Сяо Гоу, он недовольно бурчал, сверкая глазами:

— Слушай, а давай я мамке скажу, что ты вундеркинд! Пусть сразу в старшие классы запишут, а?

Сяо Гоу аж на колени готов был упасть:

— Ты с ума сошёл?! Да я вечно первый с конца. Наши учителя на меня так смотрят, будто хотят череп вскрыть.

— Да кто там тебя тронет. — Чжуан Янь тут же насупился и зло рыкнул: — Моя жена — и на двойки учится?! Да я этим училкам башку оторву.

— Кто твоя жена, придурок. — фыркнул Сяо Гоу, но глаза его предательски блестели от смеха.

— А кто ещё? — ухмыльнулся Чжуан Янь, подмигивая. — Голова из тофу, это ж точно про тебя, а?

И вот они стояли, фыркая и толкаясь плечами, а смех то и дело вырывался сам по себе. Всё это было настолько по-домашнему тёплым и спокойным, что даже сердце начинало стучать как-то мягче и теплее.

Смех, дерзкие взгляды и тихий вечер в пустой комнате. А дальше… А дальше будет видно.

Неважно, деревня это или город, но друзей у Сяо Гоу не было нигде.

Чтобы найти друзей в школе, нужно либо учиться на одни пятёрки, либо быть таким модным, чтобы все завидовали. А он — ну ни туда, ни сюда.

Учёба у него, мягко говоря, не шла. Физиономия, хоть и не уродливая, но на фоне городских красавчиков терялась. А когда узнали, что он ещё и льготник из деревни, так вообще стали смотреть как на пустое место.

Так и шлялся один по школьному двору, как привидение. Только и жил от пятницы до пятницы, выжидая, когда Чжуан Янь приедет на своём навороченном байке и подберёт его у ворот.

И надо было видеть лица девчонок, когда они каждую неделю видели эту сцену: их местный принц на белом коне подъезжал к воротам, снимая шлем, откидывая волосы и сверкая улыбкой. А потом — с таким видом, будто он встречал первую красавицу школы, сажал на байк… ну вот это вот деревенское чудо в мятой рубашке.

Смотреть на это было настолько дико, что они каждый раз перешёптывались, будто надеялись найти в этом какую-то скрытую логику.

Чжуан Янь вообще был мастером по части «развеселить мелкого». Он всегда умудрялся найти что-то новенькое: то в парк затащит, то в кино, то в какой-нибудь ресторан, где официанты смотрели на них так, будто эти двое только что ограбили банк.

А если некуда было идти — тащил Сяо Гоу домой. И там уже веселье продолжалось по полной программе. Дверь на замок, шторы поплотнее, и Чжуан Янь начинал придумывать новые способы довести его до белого каления.

Мать Чжуан Яня на всё это смотрела исключительно умилённо. Для неё Сяо Гоу был воплощением святой невинности и честного труда. И, конечно, мысль о том, что её драгоценный сынок может быть хоть как-то неравнодушен к этому деревенскому пацану, казалась ей настолько бредовой, что она даже не задумывалась.

Её выводы были просты: раз сын возится с каким-то бедным деревенским ребёнком, значит, вырос! Доброе сердце, забота о ближнем, все дела. А уж как она радовалась, что её мальчик такой чуткий и заботливый — словами не передать.

Но вот наступила пятница, и всё пошло к чертям.

Сяо Гоу, как обычно, забрался на забор у школьных ворот и уселся там в ожидании. Он просидел так до самого заката, но Чжуан Янь так и не появился.

Телефон, правда, ответил сразу. Но стоило Сяо Гоу нажать на вызов, как в трубке раздался сдавленный и явно нервный голос:

— Не смогу приехать, дела. Потом объясню! — и сразу гудки.

Сяо Гоу застыл, уставившись на экран, словно надеялся, что тот вот-вот снова засветится. Но дисплей молчал.

Медленно сползая с забора, он ощутил, как внутри начинает холодеть. Что за дела? Почему не сказал ничего?

И чем дольше он стоял у ворот, тем сильнее хотелось пнуть что-нибудь со всей силы.

Солнце давно село, а он всё ещё стоял там, один, сжимая телефон так крепко, что пальцы побелели.

А в это время Чжуан Янь был в шаге от того, чтобы кого-нибудь придушить.

Всё началось с того, что когда он собрался уходить из школы, вахтёр вдруг протянул ему какой-то странный свёрток. Маленький, аккуратный, завёрнутый в чёрную упаковку и перевязанный лентой.

На первый взгляд — ничего особенного. Но как только он его открыл, всё сразу пошло под откос.

Внутри была видеокассета. Никаких надписей, только чёрная лента.

— Вот дерьмо… — пробормотал Чжуан Янь, нахмурившись.

Через полчаса он уже был в медиа классе, нервно мотая ногой и сверля взглядом экран. Кассета зашуршала, плёнка побежала, и на экране замелькали первые кадры.

По сути, ничего особенного: какой-то тип ночью шатается у ворот района, потом подваливает ещё один, и эти двое начинают с энтузиазмом жрать друг другу лицо.

Дальше — веселее: заскакивают в ту самую сторожку и там начинается тряска. А камера, ещё и приближает, так что через стекло прекрасно видно, что эти двое там творят.

Качество так себе, видно, что с камер наблюдения, но сути это не меняет.

Чжуан Янь аж зашипел от злости. Точно, он же совсем забыл, что на входе стоят камеры! Гений, мать его. Обшарил пакет и нашёл там ещё бумажку. На ней корявыми буквами значилось: “Не хочешь, чтобы запись утекла в сеть — переведи 100 тысяч на такой-то счёт.”

Похоже, этот шантажист пересмотрел детективов и явно думал, что левая рука сделает почерк менее палевным. Идиот.

Чжуан Янь только фыркнул, порвал бумажку в клочья, схватил кассету и, не теряя времени, двинул домой.

На улице уже стемнело, и у ворот, конечно же, как всегда, ошивался Сяо Ло. Точил лясы с кем-то по рации, облокотившись на будку, и выглядел довольным жизнью.

Чжуан Янь резко тормознул перед ним, натянул на лицо самую доброжелательную улыбку и, прищурившись, промурлыкал:

— Слушай, я тут как раз хотел извиниться за тот случай. Ну, знаешь, перед тобой неудобно получилось.

Сяо Ло тут же побелел и забормотал что-то вроде:

— Не, не надо, всё нормально, я ничего, я молчать буду.

Но Чжуан Янь только прищурился:

— Да не, так дело не пойдёт. Я уже пару ночей не сплю, всё думаю, как бы перед тобой извиниться.

И пока тот хлопал глазами, Чжуан Янь втащил его в свой гараж.

Стоило воротам закрыться, с лица Чжуан Яня моментально слетела вся эта любезность. Он ухмыльнулся так, что Сяо Ло едва штаны не обмочил. А когда прилетела пощечина, тот завопил, как резаный:

— Не убивайте! Я ничего не видел! Ничего не знаю!

Чжуан Янь глянул на него и хмыкнул:

— Да ты не ори раньше времени. Сперва скажи, сколько копий с кассеты ты наделал?

Малый Ло хлопал глазами и отвисшей челюстью, как карась на суше:

— Ч-чего за кассета?

Чжуан Янь не любил тратить время впустую, так что ответил коротко и ясно — кулаком по роже. Сяо Ло аж закатил глаза и закашлялся кровью.

В конце концов, когда его уже потряхивало от побоев, малый выплюнул:

— Да я хрен его знает, про какую кассету ты говоришь…

Чжуан Янь прищурился: вроде не врёт. Хмыкнул и сменил тактику:

— Ладно, тогда кто в ту ночь был в комнате с камерами?

Сяо Ло втянул шею, как черепаха, и, зажмурившись, начал судорожно вспоминать:

— Э-э… Да вроде как… в те дни камера же поломалась! Так что в комнате почти никого и не было… А, точно! Той ночью приходил какой-то мастер, чтобы камеры чинить! Этот тип после ещё со мной выпить остался.

У Чжуан Яня глаза недобро блеснули. Вот оно, родимое!

— Этот мастер откуда был?

— Да вроде какой-то родственник нашего начальника охраны. Ну, раз бесплатно чинил и всё такое.

Чжуан Янь тут же сменил маску на доброжелательную, поднял Сяо Ло с пола и даже отряхнул его.

— Вот я, нервный псих. Чуть что — сразу бить. Честно хотел просто извиниться перед тобой. Может, как-нибудь пересечёмся, я тебе нормально компенсацию организую?

Но Сяо Ло уже в коленях задрожал, да как начал об пол лбом лупиться:

— Да не, я вас умоляю, простите меня! Завтра ж заявление на увольнение напишу, сразу же на юг свалю!

Чжуан Янь кивнул: вот это уже по-человечески.

Но когда Сяо Ло уже исчез с горизонта, Чжуан Янь вдруг призадумался: а чего это он так отчаянно свою куртку прикрывал, будто он не по лицу, а по штанам целился?

Размышлять долго не пришлось: нужного типа он нашёл быстро. Мастер по починке камер оказался пацаном лет двадцати с небольшим, типичный недоросль.

Увидев Чжуан Яня на пороге, этот молокосос сперва замер, а потом скривился в издевательской ухмылке:

— Нашёл-таки дорогу? Слушай сюда, не вздумай дурить. Кассета в надёжном месте, только попробуй чего выкинуть и завтра вся твоя порнуха выйдет в прайм тайм.

Чжуан Янь картинно округлил глаза:

— Ой-ой, да ну нафиг, это же какие проблемы будут..

У того аж нос задрался выше лба:

— Ну вот и правильно. Боишься — неси бабки.

— Да нет, я к тому, что ты тупо не доживёшь до премьерного показа, — любезно пояснил Чжуан Янь.

И прежде чем этот успел хоть что-то сказать, Чжуан Янь достал заранее припасённый фруктовый нож, схватил его за руку и с профессиональной лёгкостью отхватил палец.

Пацан только моргнуть успел, а кровь уже фонтаном.

— А-А-АААА! — заорал он, извиваясь на полу.

Чжуан Янь, стиснув зубы, чуть не сплюнул от злости: Вымогать деньги у старшего брата вздумал? Да я тебя на фарш порежу.

Он прищурился, голос стал почти ласковым:

— Понимаешь, ты, походу, не в курсе, но я с детства немного психованный. Мать даже в дурку сдать хотела. Говорят, государство особо заботится о таких, как я, так что за убийство мне даже штраф не выпишут.

Молокосос побелел как простыня. Похоже, реально поверил, что нарвался на местного сумасшедшего.

— А теперь говори: кассета где?

— П-под кроватью, в ящике…

— Кроме тебя, ещё кому показывал?

Пацан замялся, глаза забегали.

— Н-нет…

Чжуан Янь только вздохнул и, не тратя время, занёс нож снова, явно собравшись шинковать дальше.

— Да не, не-не-не! — заорал тот, едва не обмочившись. — Оригинал у моего старшего брата.

Этот пацан был из тех, кто пересмотрел слишком много гонконгских боевиков. Все мечтал найти себе «старшего брата» и прибиться к банде. В итоге через знакомых и правда подсуетился. Тот «братан» и денег, говорят, имел много, и в делах мутных варился по уши.

Вот только по факту работы было чуть. В основном ходил за боссом по караоке да барам, для массовки. Братан телок клеил, а этот ему зажигалку подносил. В общем, куда круче, чем гребаные микроволновки чинить.

А ту запись с камер он, если честно, заснял чисто поржать и скинуть “большому брату” для прикола. Вот только не учёл, что этот самый братец, оказывается, знаком с “психом” на плёнке. А дальше всё покатилось: шантаж, деньги и вот это всё.

— А твой братец-то кто? — лениво поинтересовался Чжуан Янь.

— Ли… Сыпин… — выдавил пацан, трясясь, как осиновый лист.

Чжуан Янь только глаза закатил: ну конечно, этот сучий сын!

http://bllate.org/book/12427/1106560