Готовый перевод The Gluttonous Crybaby in the 1980s / Прожорливая плакса в восьмидесятых: Глава 54

Ван Шухуа сглотнула комок в горле:

— Ты… чего хочешь?

Е Вэй чуть приподняла уголки губ, и в её усмешке не было ни тени тепла:

— Хочу спать. Не мешай.

С этими словами она захлопнула дверь.

Ван Шухуа остолбенела. «Неужели эта нахалка одержима? Отчего вдруг стала совсем другой? Ведь ещё вчера сама бегала искать Юнь Сяоцзю!»

Погружённая в размышления, она не заметила девочку, стоявшую во дворе. Только краем глаза мельком увидев её, Ван Шухуа так испугалась, что забарабанила себя в грудь и судорожно задышала:

— Юнь Сяоцзю! Что тебе нужно в моём доме? Здесь тебя не ждут! Убирайся!

Перед ней была всего лишь одна маленькая девочка — Ван Шухуа ничуть не боялась.

— Я ведь не к тебе пришла. Зачем мне твоё добро?

С раннего детства воспитанная старухой Юнь, Сяоцзю тоже научилась отвечать с языком.

— Это мой дом! Или я не имею права тебя прогнать?

Ван Шухуа схватила бамбуковую палку и решительно шагнула вперёд.

В этот момент дверь позади неё снова распахнулась, и раздался ледяной голос Е Вэй:

— Сяоцзю, заходи.

— Иду!

Проходя мимо Ван Шухуа, Юнь Сяоцзю не забыла высунуть язык и, подражая Юнь Линю, крикнула:

— Старая ведьма!

Ван Шухуа чуть не взорвалась от ярости. Хотелось немедленно проучить девчонку, но войти в комнату Е Вэй она не осмеливалась — всё казалось, что там нечисто.

Юнь Сяоцзю впервые оказалась в комнате Е Вэй и, естественно, с любопытством начала оглядываться. Е Вэй же не обращала на неё внимания и спокойно сидела у кровати, делая домашнее задание.

Комната была крошечной, вещей почти не было — только кровать да шкаф. Юнь Сяоцзю быстро обо всём осмотрелась и перевела взгляд на Е Вэй:

— Больше не болит?

Е Вэй покачала головой.

Юнь Сяоцзю подошла ближе и заглянула в тетрадь:

— У тебя почерк красивый. Совсем не как у Сяо Ляня — у него в тетради будто червяки ползают.

— Да ты же знаешь, в чём дело, — ответила Е Вэй. — Всё-таки я прожила на несколько десятков лет дольше вас.

— Верно, — согласилась Юнь Сяоцзю. — Тебе ведь лет на несколько десятков больше всех нас.

— Не на несколько десятков, — поправила Е Вэй без тени смущения. — Всего-то на двадцать с лишним.

— А? — Юнь Сяоцзю склонила голову набок, недоумённо глядя на неё. — Разве ты не вышла замуж за Тун Юя, когда тебе было чуть за двадцать?

Е Вэй положила карандаш, взяла учебник по литературе и начала листать. Никто не говорил, слышалось лишь шуршание страниц.

— Через пару лет я покончила с собой.

— А?! — Юнь Сяоцзю широко раскрыла глаза от изумления. В оригинальной истории финал был свадьбой главных героев, а о том, что было дальше, ни слова! Неужели Е Вэй на самом деле покончила с собой?

— Почему? Ведь ты же так любила Тун Юя!

— Многое я вспомнила лишь в последние дни, — горько улыбнулась Е Вэй. — Но, по правде говоря, даже сама не знаю, любила ли я его на самом деле.

Юнь Сяоцзю становилось всё непонятнее:

— Разве любовь не исходит из самого сердца? Как можно этого не знать?

— Значит, мои чувства к нему были не от сердца. Мы просто использовали друг друга.

— Тогда зачем ты решила уйти из жизни?

— Тун Юй жаждал острых ощущений, был легкомысленным и не мог усидеть на месте. Флиртовать для него — привычка. Даже женившись, он не изменился — собаке не отучиться есть дерьмо.

Юнь Сяоцзю снова поразилась:

— Так Тун Юй ел дерьмо на стороне?

— Я ловила его раз за разом. В конце концов, мне это надоело, и я покончила с собой, — с горечью усмехнулась Е Вэй. — Теперь понимаю: как же я была глупа! Из-за такого мерзавца лишать себя жизни… Надо было сначала кастрировать его.

— Бедняжка, — Юнь Сяоцзю похлопала Е Вэй по плечу. — А что ты собираешься делать в этой жизни?

— Раз небеса дали мне второй шанс, я, конечно же…

— Кастрируешь его? — перебила Юнь Сяоцзю, напрягаясь всем телом.

Е Вэй взглянула на неё и рассмеялась:

— Зачем мне его кастрировать? Это же против закона. Сидеть в тюрьме из-за такого урода — ещё глупее. Пусть идёт своей дорогой, а я — своей.

— Но ведь у вас же обручение с детства?

— Сейчас у меня шрам на лице. Он обязательно попросит тётушку Тун расторгнуть помолвку. — Е Вэй помолчала и добавила: — А вот тётушка Тун ко мне всегда относилась по-настоящему хорошо. Её я обязательно удержу рядом.

Юнь Сяоцзю не ожидала, что Е Вэй расскажет ей столько всего:

— Ты больше не ненавидишь меня?

Е Вэй опешила. Она и сама не заметила, как выложила всё Юнь Сяоцзю. Подняв глаза, она встретилась с огромными, чистыми, как родник, глазами девочки, в которых чётко отражалась её собственная фигура.

— Ну… сейчас я тебя уже не так сильно ненавижу.

— Значит, любишь? — тут же уточнила Юнь Сяоцзю.

Е Вэй вскочила на ноги:

— Нет, не люблю!

— Тогда что это? — Для Юнь Сяоцзю мир делился на «нравится» и «не нравится». Она никак не могла понять Е Вэй и чувствовала, что та стала слишком сложной для неё.

— Во всяком случае, это не любовь, — подчеркнула Е Вэй.

Юнь Сяоцзю беззаботно махнула рукой:

— Ладно, как хочешь. Я сегодня пришла поблагодарить тебя. Спасибо, что вчера вечером искала меня в овраге и даже укусила змея. Прости.

Е Вэй кивнула.

После этого обе замолчали. В комнате воцарилась странная, неловкая тишина.

Е Вэй несколько раз краем глаза посмотрела на Юнь Сяоцзю и, наконец, не выдержав, повернулась к ней лицом и глубоко поклонилась:

— Прости меня.

Юнь Сяоцзю: «А?!»

— Я искренне извиняюсь за всё, что сделала раньше. Просто я очнулась слишком поздно. Всё это время думала, что ты обязательно захочешь отомстить мне — ведь в прошлой жизни я так ужасно поступила с семьёй Юнь. Наверняка ты меня ненавидишь до глубины души, поэтому я и решила ударить первой.

— Хотела, чтобы я умерла? — Юнь Сяоцзю хитро прищурилась. — Но ведь ты так и не ударила?

— Я… думала об этом… — Е Вэй так смутилась, что не смела поднять голову.

— Хорошо, что не ударила, — пошутила Юнь Сяоцзю, пытаясь её успокоить. — А то бы тебе пришлось умереть. Когда я злюсь, сама себя боюсь.

Е Вэй подняла глаза и посмотрела на это мягкое, кажущееся беззащитным личико. Её окончательно развеселило:

— Ты и правда очень сильная.

— Вот и знай, — фыркнула Юнь Сяоцзю с важным видом и направилась к двери. — Делай уроки. Мне пора домой — есть хочу.

Проводив Юнь Сяоцзю, Е Вэй вернулась к кровати и продолжила писать. К чёрту любовь! Разве учёба — не прекрасна?

Отныне она не будет зависеть ни от кого. Она сама станет на ноги.

Выйдя из дома Ван, Юнь Сяоцзю увидела сидевшего у ворот Юнь Гомина.

— Дядя, ты чего здесь?

— Раненая, а всё бегаешь! Опять свалишься в Овраг Медведя — что тогда? — Юнь Гомин подтянул девочку поближе и поправил её кудрявые пряди у лица.

Юнь Сяоцзю смотрела на него:

— Ты всё это время здесь ждал?

— Если не провожу тебя домой, бабушка сдерёт с меня шкуру, — сказал Юнь Гомин и указал на спину. — Давай, залезай. Папа отнесёт тебя домой.

На этот раз Юнь Сяоцзю не стала отказываться и послушно забралась ему на спину, обхватив шею пухленькими ручками.

Юнь Гомин давно вернулся домой, но дочь впервые проявляла к нему такую нежность. Он растрогался до слёз.

Смахнув слезу, он выпрямился и радостно крикнул:

— Поехали! Наша маленькая принцесса отправляется домой!

У Юнь Гомина хромала нога, и он шёл, то глубоко вдавливаясь в землю, то едва касаясь её. Но он старался держать спину ровно, чтобы дочери было удобно.

Юнь Сяоцзю явственно ощущала его заботу и прижалась щекой к его спине. Было тепло.

Дома Юнь Гомин не хотел опускать дочку и носил её кругами по двору — раз, два…

Старуха Юнь наконец не выдержала:

— Да сколько можно?! На солнцепёке! Сейчас расплавится наша маленькая принцесса!

Только тогда Юнь Гомин поставил девочку на землю и тут же начал тревожно осматривать — не растаяла ли.

Юнь Сяоцзю послушно стояла, пока он её проверял, а потом, собрав всю решимость, тихонько произнесла:

— Папа.

Юнь Гомин не поверил своим ушам и запнулся:

— Сяоцзю… ты… ты меня только что как назвала?

— Папа, — повторила Юнь Сяоцзю.

— А-а-а! — Юнь Гомин вскрикнул, подпрыгнул и, словно ребёнок, запрыгал на месте. — Жена! Беги скорее! Сяоцзю назвала меня папой!

Е Йе Чжэнь, наблюдавшая за всем этим с порога, радовалась за мужа:

— Неужели тебе кажется, будто это сон?

Когда их дочь впервые назвала её мамой, она испытала точно такие же чувства.

— Сон? — Юнь Гомин опешил. — Неужели я сплю?

Он бросился к жене, схватил её руку и со всей силы ударил себя по щеке.

Больно!

Юнь Гомин расхохотался:

— Не сон! Дочь назвала меня папой!

Все вокруг: «……»

Юнь Сяоцзю почесала нос. Теперь она поняла, откуда у её брата такие замашки — всё дело в наследственности.

Вскоре наступил сентябрь, начался новый учебный год. Юнь Линю предстояло ехать в уездную школу на обучение. В день отъезда он рыдал так, будто его вели не на учёбу, а на казнь, и будто больше никогда не увидит сестру. В итоге Е Йе Чжэнь хорошенько отлупила его и швырнула в трёхколёсную тележку.

На восточной окраине деревни уже отстроили новый свинарник. Юнь Гомин купил десять поросят и теперь целыми днями кормил их и убирал в свинарнике, радуясь каждому мгновению.

Юнь Сяоцзю дома занималась дрессировкой Цинь Сяобая. Она так научила лисёнка, что тот стал похож на злобную собаку — при виде любого человека сразу скалил зубы. Теперь старуха Юнь спокойно отпускала внучку гулять одну.

Однажды Е Йе Чжэнь вернулась с базара раньше обычного. В трёхколёсной тележке сидела сорокалетняя крестьянка — невзрачная, но с доброжелательной улыбкой.

Юнь Сяоцзю и Юнь Сяо Ба подбежали к ней.

— Сяоцзю, Сяо Ба, здорово́йтесь, — сказала Е Йе Чжэнь. — Зовите тётю.

Юнь Сяоцзю и Юнь Сяо Ба хором поздоровались, и женщина, улыбаясь до ушей, достала из кармана две конфеты:

— Какие хорошие дети! Идите играть.

— Сестрёнка, ты знаешь эту тётю? — спросил Юнь Сяо Ба, следуя за Юнь Сяоцзю во двор, где жил лисёнок. Он боялся подходить близко — Цинь Сяобай был слишком свиреп.

Едва они вошли во двор, как лисёнок выскочил из курятника. Только что подрался с петухом и весь был в грязи. Юнь Сяоцзю не подпустила его ближе, и малыш обиженно уселся на землю, тёрся головой о её ногу.

— Не приставай. Иди помойся, — сказала Юнь Сяоцзю, которая любила чистоту, и слегка отодвинула ногу.

Цинь Сяобай жалобно завыл пару раз и послушно отправился искать воду.

Юнь Сяо Ба был поражён:

— Сестрёнка, как тебе удаётся быть такой крутой?

Юнь Сяоцзю с лёгкой гордостью приподняла бровь:

— Обычная крутость.

— Сестрёнка, ты всё-таки знаешь эту тётю? — Юнь Сяо Ба вернулся к своему вопросу.

— Ты ещё не понял? — Юнь Сяоцзю покачала головой с тревогой. Неужели Сяо Ба такой же простак, как Сяо Лянь? — Эта тётя скоро станет нашей.

— Почему? Она будет жить у нас?

— Да. Она будет жить вместе с дядей Цзэном. — Юнь Сяоцзю ещё пару дней назад слышала, как старуха Юнь и Е Йе Чжэнь обсуждали это. Цзэн Вэйдун давно развёлся, и пора ему найти себе спутницу жизни.

Е Йе Чжэнь познакомилась с Ли Чуньхуа из соседней деревни — трудолюбивой и честной женщиной. Её муж умер пять лет назад, у неё есть взрослый ребёнок, так что, выходя замуж, она придёт одна. Это идеальный вариант — не придётся опасаться, что она будет выделять одного из сыновей Цзэна (Юнь Вэя или Юнь Цзе) перед другим.

Старуха Юнь была в восторге и велела Е Йе Чжэнь при случае привести Ли Чуньхуа домой, чтобы та познакомилась с Цзэн Вэйдуном и его сыновьями.

— Старший брат! Четвёртый брат! — закричал Юнь Сяо Ба и побежал к забору, за которым стояли Юнь Вэй и Юнь Цзе. — Вы как дома? Ведь сегодня вторник!

Юнь Вэй и Юнь Цзе учились в уездной школе далеко от дома, добираться туда полдня, и обычно возвращались лишь раз в месяц.

— Старший брат, четвёртый брат! — подошла и Юнь Сяоцзю. — Тётя уже приехала. Быстро идите смотреть!

— Мне смотреть неинтересно, — сказал Юнь Вэй, которому было совершенно наплевать на то, что его отец собирается жениться. У него не было возражений, но и интереса тоже. Он потрепал Юнь Сяоцзю по щёчке: — Я специально взял отпуск, чтобы повидать сестрёнку.

Юнь Вэй был замкнутым. Особенно после развода Цзэн Вэйдуна и Юнь Гося он стал ещё тише. Дома почти не разговаривал с братьями — только с Юнь Сяоцзю.

— Сяоцзю, во дворе скользко. Смотри, не упади, — напомнил он сестре и, схватив Юнь Цзе за шиворот, потащил домой.

— Сяо Ба, давай скорее! Пойдём смотреть на веселье! — крикнула Юнь Сяоцзю.

Юнь Сяо Ба тут же побежал за ней.

http://bllate.org/book/12240/1093339