Готовый перевод Phantom Skeleton Painting / Призрачная картина скелета ✅: Глава 54.2: Младшая сестра. Часть 5

Линь Банься какое-то время молча смотрел, а потом рассмеялся:

— Может, пойдем обратно?

Сун Цинло ответил:

— Хорошо.

Они отправились обратно. У Линь Банься не было сил, и Сун Цинло всю дорогу нес его на руках. Быть взрослым мужчиной, которого несет другой мужчина, было довольно неловко, но, к счастью, уже стемнело, и на улице почти не было прохожих. Мало кто увидел их в таком положении.

Сун Цинло, впрочем, было все равно. Заметив, что Линь Банься пытается высвободиться, он спокойно сказал:

— Чего боишься? Ты не тяжелый, я тебя донесу.

— ...Кажется, я тяжелее тебя.

Сун Цинло ответил:

— Сравниваешь вес со мной? В сильный ветер меня может унести, так что придется привязывать меня веревкой, как воздушного змея.

Линь Банься не смог сдержать смеха.

Разговаривая, они незаметно дошли до отеля. Сун Цинло, не задумываясь, зашел внутрь, неся молодого человека на руках. Но едва они переступили порог, как Линь Банься внутренне ахнул. Сегодня снова дежурила та самая администраторша с загадочной улыбкой. Она вяло играла в телефон, опустив голову, но, увидев их, сразу оживилась и радостно приветствовала:

— О-о, так поздно вернулись!

Сун Цинло без эмоций ответил:

— Мм.

— Что... что случилось? — Девушка моргнула и посмотрела на Линь Банься.

Что ему оставалось делать? Он наспех придумал отмазку, сказав, что плохо себя чувствует и не может идти.

Девушка выдала свою фирменную загадочную ухмылку:

— А-а, тогда хотите резинку?

Она вытащила из кармана целую пригоршню и с размаху шлепнула на стойку.

— Бесплатно, возьмете пару штук?

Сун Цинло бросил на нее взгляд:

— Не надо, спасибо.

Девушка разочарованно вздохнула:

— Ну ладно.

Линь Банься, видя, как гладко у них идет диалог, чуть не задохнулся. Он всегда считал, что у него толстая кожа, но рядом с Сун Цинло он чувствовал себя просто мелкой сошкой. Он не осмелился пикнуть, просто уткнулся лицом в грудь мужчины, притворяясь страусом, который ничего не слышит. К счастью, Сун Цинло не стал его донимать, попрощался с администраторшей и, поднявшись по лестнице, зашагал в номер.

Дверь открылась, и Линь Банься наконец оказался на мягкой кровати. Он потер глаза, ему ужасно хотелось спать.

— Если хочешь спать, спи, — сказал ему Сун Цинло.

— А ты? — Линь Банься и правда выбился из сил. Только что он еще держался, но, как только лег, его веки стали тяжелыми. Он глянул на время, было уже пять утра. Скоро должен был наступить рассвет.

— Я еще не хочу, — ответил Сун Цинло. — Спи, я буду рядом.

Линь Банься кивнул, закрыл глаза и почти сразу провалился в сон.

Сун Цинло посидел рядом, убедился, что тот крепко спит, затем встал и подошел к столу. Из кармана рюкзака он достал черный ящик и легким движением пальцев расстегнул защелку.

С легким щелчком ящик открылся, но внутри ничего не было.

Помолчав пару секунд, Сун Цинло осторожно позвал:

— Сяохуа?

Через мгновение в ящике появился клубок черного тумана. Туман шевельнулся и постепенно принял облик маленькой девочки, но, в отличие от той Сяохуа, которую видел Сун Цинло, эта была гораздо меньше, размером с куклу. Она немного поерзала в ящике, затем выбралась наружу. Это была Хэ Сяохуа, младшая сестра, о которой так тосковал Линь Банься.

Сяохуа выбралась из ящика и с любопытством огляделась вокруг. Увидев спящего на кровати Линь Банься, ее глаза загорелись, и она тихо прошептала:

— Так вот какой Сяся, когда он вырос?

Ее детский голосок прозвучал с восхищением:

— Сяся и взрослый красивый.

На ее лице появилась радостная улыбка.

Но Сун Цинло не улыбнулся. Он посмотрел на Сяохуа и тихо спросил:

— Сколько ты там пробыла?

Сяохуа ответила:

— Не помню.

Сун Цинло продолжил:

— А помнишь, когда ты появилась?

Сяохуа моргнула:

— Очень-очень давно… тогда Сяся был еще маленьким и милым.

Она показала рукой:

— Вот таким крошечным, таким хорошеньким.

Ее восторг поутих, когда она заметила необычный взгляд Сун Цинло. Она потянула за край одежды, опустила голову и спросила:

— Почему ты так на меня смотришь?

Сун Цинло твердо сказал:

— Ты много страдала.

Линь Банься, будучи вовлеченным в ситуацию, многого не понимал, но Сун Цинло уже разобрался в отношениях между Сяохуа и Линь Банься. Хэ Сяохуа, скорее всего, была аномалией, а Линь Банься, который должен был быть лишь симбиотом, развил с ней необычную связь. Пока оставалось загадкой, как именно появилась Сяохуа, но можно было точно сказать, что она забрала его страх.

Темные воспоминания исчезли из мира Линь Банься вместе с ее уходом.

После того как Линь Банься покинул это место, Сяохуа не последовала за ним, а словно застряла в мире, созданном его страхами. Люди и события там были глубочайшими тенями его детства. Она пряталась среди них, устраняя все за него.

Получалось, она сама больше походила на его симбиота.

Сяохуа улыбнулась:

— Ничего, главное, чтобы Сяся был счастлив. Да и теперь мы выбрались… Правда, я, кажется, ослабла.

Она потрогала свои ручки и ножки, явно недовольная своим состоянием, а затем надула щеки:

— Теперь не смогу пугать тех мерзавцев.

Сун Цинло улыбнулся, погладил ее по голове и сказал:

— Ничего, мы больше не вернемся.

Сяохуа кивнула, зевнула и тоже захотела спать.

Сун Цинло указал на ящик, предлагая ей поспать там. Сяохуа развернулась и залезла обратно внутрь. Он защелкнул замок и долго молча смотрел на ящик. Он уже давно заметил неладное, именно поэтому настоял на возвращении с Линь Банься в родные места.

Теперь, казалось бы, все прояснилось, но в этой истории оставалось что-то странное.

В обычных ситуациях аномалии доминировали, влияя или заражая людей и других существ. Их излучение было крайне сильным. Хватало одного контакта, чтобы подвергнуться воздействию.

Но с Линь Банься, похоже, все было иначе.

Сяохуа больше напоминала существо, зависящее от него, даже добровольно принимающее его страхи. Получается, в этих отношениях Линь Банься занимал абсолютно доминирующую позицию.

Такое положение вещей было крайне необычно.

За годы своей работы Сун Цинло никогда не сталкивался с подобным. Он убрал ящик, подошел к Линь Банься и посмотрел на его спящее лицо.

Молодой человек спал крепко, его дыхание было ровным, а мягкие светлые волосы растрепались по щекам, делая его безмятежным, совсем не таким, как испуганный ребенок, которого Сун Цинло видел в шкафу.

Линь Банься был несчастлив, ему достались ужасные тетя и дядя. Но он был и счастливчиком, потому что, когда он падал в бездну, Сяохуа протянула руку и вытащила его.

Сун Цинло был благодарен Сяохуа. Без нее он бы никогда не встретил такого Линь Банься.

В окно пробился свет. Сун Цинло повернулся и увидел, как багровое солнце медленно поднимается над горизонтом.

Наступил новый день.

Линь Банься проспал очень долго. Ему ничего не снилось, а уставшие тело и душа наконец отдохнули за этот долгий сон.

Когда он проснулся, на улице уже было светло. Шторы были задернуты, но сквозь них пробивался мягкий свет. Линь Банься сел на кровати, сонно потер глаза и услышал за спиной голос:

— Проснулся?

Линь Банься обернулся и увидел Сун Цинло, сидевшего на другом конце кровати и спокойно наблюдавшего за ним.

Линь Банься удивился:

— Ты не спал?

Он взглянул на время, было уже ближе к вечеру. Неужели Сун Цинло все это время сидел рядом, пока он спал?

— Нет. — Сун Цинло встал. — Ты голоден? Пойдем перекусим?

Линь Банься и правда был голоден, но после пробуждения у него были и другие планы. Он уже собирался сказать об этом, но Сун Цинло опередил его:

— Не беспокойся о Сяохуа. С ней все в порядке, мы поговорили. Можешь спокойно поесть, а потом все обсудим.

Линь Банься облизнул губы:

— Ладно…

Он быстро умылся, и они вышли из номера.

Они нашли кафе, где Линь Банься, изрядно проголодавшись, принялся жадно есть. Сун Цинло же, как всегда, ел неторопливо и рассказал, как планирует поступить с Сяохуа.

— Я не собираюсь сообщать им о ее существовании, — сказал Сун Цинло. — Сяохуа не представляет угрозы для людей, и они вряд ли обратят на нее внимание. Но ей нельзя выходить на улицу, и какое-то время за ней нужно понаблюдать…

Линь Банься согласился. Он был бесконечно благодарен Сун Цинло за то, что тот не станет докладывать о Сяохуа. Он не хотел, чтобы ее, как другие аномалии, заперли в каком-нибудь странном месте для исследований или присвоили бездушный номер. Для него Сяохуа, пусть и не человек, оставалась его сестрой, единственной и неповторимой.

— Спасибо тебе. — Линь Банься был искренне признателен.

Если бы не Сун Цинло, он даже не знал, во что бы все вылилось.

Сун Цинло добавил:

— И еще… советую тебе держаться подальше от шкафов.

Линь Банься недоумевал:

— Почему?

Сун Цинло ответил:

— Без оснований. Просто совет.

Линь Банься сдался:

— Ну ладно…

Сун Цинло пока не был уверен, был ли тот мир в шкафу порождением Сяохуа. Если да — хорошо, если нет — могли возникнуть проблемы. Конечно, он не собирался говорить об этом Линь Банься, который пребывал в блаженном неведении, радостно набивая щеки едой и напоминая хомяка, делающего запасы.

Сун Цинло опустил глаза, скрывая улыбку.

После еды Линь Банься спросил, куда они пойдут теперь.

— Вернемся, — сказал Сун Цинло. — Мне здесь не нравится.

Линь Банься согласился:

— Тоже вариант.

Он замялся:

— Может… заглянем в больницу к ним?

Сун Цинло равнодушно ответил:

— Можно.

Он отложил палочки, и его голос прозвучал холоднее обычного:

— Пора поставить точку.

Линь Банься не придал этому значения. Возвращение Сяохуа, хоть и в иной форме, вновь принесло ему покой. Возможно, теперь, увидев родственников, он сможет отпустить старые обиды. Все это было в прошлом.

Насытившись, они отправились в больницу, но в палате никого не оказалось, даже тети.

Линь Банься удивился и спросил медсестру. Та, услышав, кого он ищет, испуганно сказала:

— Вы их родственник?

Линь Банься ответил:

— Вроде того.

— Тогда советую вам обследоваться, — медсестра нахмурилась. — У обоих проблемы с психикой, их перевели… Возможно, это наследственное.

Линь Банься опешил:

— Совсем спятили?

Медсестра кивнула:

— Совсем.

Линь Банься: «…»

Он не ожидал такого и растерялся.

Сун Цинло цыкнул и холодно бросил:

— Повезло им.

Линь Банься недоумевал:

— Как это — повезло? Они же сошли с ума!

Сун Цинло многозначительно сказал:

— Иногда безумие для людей — награда.

Линь Банься задумался и понял, что так оно и было.

Автору есть что сказать:

Сун Цинло: Я тебя люблю.

Спустя 50 лет.

Линь Банься: Эй, ты мне вроде признавался полвека назад?

Сун Цинло: …Хэ Сяохуа, не объяснишь, почему он так медленно реагирует на признания?

Хэ Сяохуа невинно: Я тут ни при чем. Это не медлительность, просто он глупенький.

http://bllate.org/book/11830/1055413