Готовый перевод Phantom Skeleton Painting / Призрачная картина скелета ✅: Глава 38.2: Земля обетованная. Часть 11

Вечером бар стал еще шумнее. При тусклом свете люди предавались разгулу. Стейк, который заказал Сергей, оказался огромным. Линь Банься с трудом запихнул его в желудок, чувствуя, что еда вот-вот полезет обратно. Он даже боялся сделать глоток воды.

Сун Цинло же справился без проблем. Закончив со стейком, он тоже начал пить.

Линь Банься спросил:

— Ты в порядке? Рана на груди...

— Я в порядке. — Сун Цинло протянул ему бокал. — Не хочешь выпить?

Линь Банься покачал головой:

— Не могу больше. Если выпью, меня стошнит...

Сун Цинло впервые за долгое время улыбнулся.

В воздухе витал запах алкоголя, но он не раздражал, а, наоборот, создавал иллюзию тепла. Пустые бутылки постепенно заполнили весь стол. Ясность в глазах Ли Су таяла, а его голос в разговоре с Сергеем становился все громче. Сун Цинло не обращал на них внимания, сидел рядом с Линь Банься, болтал и закусывал. Все было удивительно гармонично.

Ли Е отсутствовал, и Линь Банься воочию убедился в невероятной выносливости Ли Су к алкоголю. Они пили с девяти вечера до трех ночи, и только когда бар закрылся, компания, уже изрядно пьяная, побрела обратно.

По дороге Линь Банься увидел несколько валяющихся на обочине пьяниц. Похоже, тут напиваться до потери сознания было в порядке вещей.

Линь Банься и Сун Цинло шли сзади, наблюдая, как Ли Су и Сергей шатаются впереди. Но когда они проходили мимо компании подвыпивших молодых людей, Сергей, кажется, задел плечом одного из них.

Если бы все были трезвыми, максимум, что могло бы произойти — это обмен недовольными взглядами. Но для пьяных это стало искрой, упавшей на пороховую бочку.

Линь Банься, идущий позади, еще не успел понять, что происходит, как увидел, что группа уже схватилась в драке.

— Дерутся!!! — только и успел крикнуть Линь Банься, как обернулся и увидел, что Сун Цинло начал неторопливо закатывать рукава.

Линь Банься остолбенел.

Сун Цинло посмотрел на него:

— Ты с нами?

— Да... пожалуй...

И Линь Банься присоединился.

Шестеро молодых парней не были для них серьезными противниками. Сергей и Ли Су сражались с ними на равных, но когда в бой вступили Сун Цинло и Линь Банься, ситуация резко изменилась.

Линь Банься не только впервые оказался за границей, но и впервые участвовал в драке за рубежом, поэтому сдерживался. Зато Ли Су укладывал «малышей» одним ударом, его жестокость резко контрастировала с утонченной внешностью.

А уж про Сун Цинло и говорить нечего. Он даже не столько дрался, сколько следил, чтобы Ли Су не поймал люлей. В итоге Ли Су и Сергей одержали полную победу, оставив на земле груду тел.

Только тогда четверо остановились, переглянулись и рассмеялись. Ли Су как раз хохотал, когда из-за угла донесся крик. Они обернулись и, увидев полицейского в форме, тут же развернулись, бросившись наутек.

Не останавливаясь, они добежали до дома. Ли Су хлопнул Линь Банься по плечу и сказал, что это и есть самая настоящая русская ночь.

Линь Банься тихо пробормотал:

— Самое настоящее — у тебя за спиной.

— А?

Внезапно раздался ледяной голос Ли Е:

— Ты пил?

Улыбка Ли Су мгновенно застыла. Он медленно повернулся и увидел Ли Е, который щурился с крайне недовольным видом. Осторожно разведя большой и указательный пальцы, Ли Су пробормотал:

— Совсем чуть-чуть... одну рюмочку.

— Сколько?

— Три рюмочки.

— Сколько?

— …Три бутылки.

Ли Е ничего не сказал, схватил Ли Су и потащил его, как мешок риса. Сергей растерянно озирался, не понимая, что происходит.

Сун Цинло же совершенно спокойно сказал Линь Банься:

— Не будем им мешать, пойдем спать.

Итак, трое беззаботно отправились спать. Что касалось Ли Су...

«Ну, Ли Е ведь не убьет его, правда?» — подумал Линь Банься.

Жизнь и смерть были предопределены, а богатство зависело от воли небес. Главное, чтобы Ли Су дожил до того момента, когда его чек можно будет обналичить.

Линь Банься крепко проспал всю ночь, а наутро увидел Ли Су, уже вернувшегося и сидящего на диване с видом человека, который уже умер. Ли Е рядом говорил по телефону на русском. Похоже, он с кем-то спорил.

— Доброе утро, — поздоровался Линь Банься.

— Доброе утро, — поднял веки Ли Су.

— Послезавтра утром возвращаемся в Китай. — Вышел Сун Цинло и, увидев Линь Банься, сказал: — Если что-то хочешь купить, то можно сделать это сегодня.

Линь Банься искренне сказал:

— Денег нет, не могу себе позволить.

Сун Цинло напомнил:

— Вознаграждение поступит только через пару дней. Хочешь, я одолжу тебе немного?

Линь Банься удивился:

— У тебя есть деньги, чтобы мне одолжить?

Сун Цинло спокойно пояснил:

— Сейчас есть, а через пару дней — не факт.

— Куда деваются твои деньги? — Линь Банься находил эту загадку куда более непостижимой, чем все аномальные объекты.

По логике, Сун Цинло столько лет занимался опасной работой. Как бы там ни было, он должен был уже стать миллионером. Но почему же он жил в такой нужде? Это было просто невозможно понять.

Однако, как только Линь Банься задал этот вопрос, Ли Су не смог сдержать смеха. Лишь после того, как Сун Цинло бросил на него равнодушно-укоризненный взгляд, он с трудом успокоился, сделав жест, будто застегивает рот на молнию.

— Потратил на покупки. — Сун Цинло дал ответ, который ничего не объяснял.

— Покупки? Что ты купил? — Линь Банься удивился еще больше. — Что может быть настолько дорогим? Я не видел, чтобы у тебя была недвижимость.

Ли Су, покраснев от сдерживаемого смеха, выглядел так, будто вот-вот начнет рассказывать захватывающую историю.

Сун Цинло мрачно скосил на него глаза, но на вопрос Линь Банься не ответил. Вместо этого он вдруг мягко произнес:

— Не три бутылки, а тринадцать.

Ли Су: «...»

Ли Е, сидевший рядом, поднял взгляд и уставился на Ли Су. Тот моментально побледнел, будто был актером в спектакле сычуаньской оперы. Он забормотал, униженно оправдываясь:

— Я вчера правда не пил тринадцать бутылок! Сун Цинло шутит, все же знают, как он любит пошутить.

— Хах. — Сун Цинло издал смешок.

Ли Су стиснул зубы, смирившись с поражением.

«Не родные, но явно одной крови», — подумал он. — «И Линь Банься, и Сун Цинло — оба чертовы злопамятные гады».

В итоге Линь Банься так и не узнал, что же купил Сун Цинло.

Три дня спустя настал момент прощания. Сергей лично проводил их в аэропорт до зоны досмотра. Мужик под метр восемьдесят, крепче медведя, обнял Линь Банься и разрыдался, заливаясь слезами.

Линь Банься окаменел, терпя странные взгляды окружающих, будто тонкое деревце, обнимаемое черным медведем. Все его существо кричало о беспомощности. Но хуже всего было то, что вырваться не получалось.

Ли Су и Ли Е даже не думали ему помогать и просто наблюдали за зрелищем. В конце концов Сун Цинло не выдержал, схватил Сергея за воротник и оттащил, буквально оторвав от земли его стокилограммовое тело. Безжалостно бросив по-английски «отвали», он спас Линь Банься, которого уже почти задушили в объятиях.

Отвергнутый Сергей продолжал рыдать, обиженный, как двухсоткилограммовый ребенок. Линь Банься, глядя на свою рубашку, промокшую от слез, не знал, смеяться ему или плакать. Он попросил Ли Су передать Сергею, что тот всегда может приехать в Китай, но, пожалуйста, пусть перестанет плакать.

Ли Су что-то лопотал Сергею, но тот лишь разрыдался еще сильнее, время от времени бросая взгляды на молодого человека. У Линь Банься уже мурашки бежали по коже, ноги подкашивались, и он был готов бежать без оглядки.

Когда Сергей собрался перейти ко второй фазе медвежьих объятий, Линь Банься, движимый жгучим инстинктом самосохранения, рванул к досмотру. Оказавшись в безопасной зоне, он помахал рукой издалека. Ли Су, стоя рядом, злорадствовал, покатываясь со смеху.

Наконец, уже в самолете, воспользовавшись тем, что Сун Цинло отошел в туалет, Ли Су шепотом поведал Линь Банься причину его вечной нехватки денег.

Оказалось, Сун Цинло был помешан на антиквариате и часто ходил по рынкам старинных вещей. А там, как известно, все зависело от глаза. Вот только он в этом совершенно не разбирался.

Самая известная история — как он потратил огромные деньги на изящную нефритовую подвеску в форме яблока с откушенным кусочком. Продавец уверял, что это был редкий артефакт эпохи Мин, и хотя цену можно было обсудить, сильно скидывать он не собирался. Сун Цинло, проведя ряд манипуляций, успешно приобрел вожделенный предмет.

Все было хорошо, пока месяц спустя он не купил новую модель iPhone. Взглянув на логотип на задней панели, а затем на свою подвеску, он вдруг осознал кое-что. Но было уже поздно, продавец исчез.

— И что потом? — Линь Банься чувствовал, будто слушает какую-то нелепую байку, но из-за ее абсурдности она казалась ему правдоподобной.

— Потом? Он подал заявление в полицию. Поскольку сумма была крупной, деньги ему вернули. Но эта история мгновенно разлетелась по кругам коллекционеров. Все теперь знали, что есть один чудак, выложивший сотни тысяч за яблоко «эпохи Мин». Многие выражали желание познакомиться с этим местным тираном*, предлагали «уникальные антикварные вещи», чтобы он их оценил...

П.п.: «Местный тиран» — термин в китайской культуре и литературе, который обычно означает влиятельного человека, контролирующего определенную территорию или сферу деятельности.

Ли Су снова расхохотался, из его глаз брызнули слезы.

— Это дело чуть не попало в криминальную хронику, но в последний момент его прикрыли. Боялись, что он не выдержит позора. Полицейские в том районе теперь его знают в лицо. Это самый громкий случай, но были и другие. В мире антиквариата есть свои правила. Если ты сам проглядел подделку, обычно приходилось мириться с этим. Разве что обман был слишком очевиден, тогда покупатель в ярости шел в полицию.

Линь Банься тоже едва сдерживал смех, но ему было жаль Сун Цинло, поэтому он сдержался и спросил:

— Но зачем он покупает столько антиквариата?

— Кто знает. Может, просто хобби, — пожал плечами Ли Су. — Такие вещи не запретишь. Но из-за этого его финансовое положение действительно... не самое стабильное.

Линь Банься вдруг все понял. Загадка, мучившая его так долго, наконец разрешилась. Однако вместе с этим появилась новая: зачем Сун Цинло скупает столько антиквариата? Неужели просто из любви к искусству? Но разве можно ради хобби доводить себя до такой нищеты?

Конечно, эти мысли так и остались в его голове. Задавать их вслух он не осмелился. Учитывая реакцию Сун Цинло, тот мог и рассердиться.

Вскоре Сун Цинло вернулся, а Ли Су уже принял невозмутимый вид и серьезно обсуждал с Линь Банься вознаграждение за задание. Молодой человек ожидал сумму в районе ста тысяч, как в прошлый раз, но Ли Су покачал пальцем и улыбнулся:

— Нам действительно заплатят больше ста тысяч, но не юаней, а долларов.

Линь Банься застыл, тут же начав подсчеты. По текущему курсу 6.9... Значит, получится почти миллион?!

— Правда?! — обрадовался он. — Значит, я смогу съехать оттуда?

Затем он рассмеялся сам над собой:

— Шучу. Как я могу отказаться от такого дорогого жилья? Да и продать его все равно не получится...

Ли Су спросил:

— А что ты сделаешь, когда разбогатеешь?

Линь Банься задумался:

— Наверное, съезжу домой.

— Да, домой точно надо, — кивнул Ли Су. — Вернуться в родные места в зените славы.

Линь Банься усмехнулся, но не ответил.

Спустя несколько часов они благополучно приземлились. На этот раз Линь Банься привез Цзи Лэшую кучу подарков. Сначала он хотел взять мясные колбасы, но Ли Су предупредил, что таможня не пропустит. Пришлось ограничиться шоколадными конфетами с ликером, хоть какое-то внимание другу.

В аэропорту компания разошлась. Ли Е и Ли Су уехали на машине, а Линь Банься с Сун Цинло отправились на автобусе. Грустная история.

Линь Банься радостно позвонил Цзи Лэшую, сообщив о возвращении. Парень был на работе, но предложил встретиться вечером, поужинать и обсудить впечатления от поездки.

Линь Банься с улыбкой согласился.

По дороге домой ему позвонили. Он что-то промычал в трубку и положил ее. Однако Сун Цинло странно на это отреагировал, спросив, кто звонил.

— Забыл, — растерялся Линь Банься. — Не помню.

До вопроса он не задумывался, но теперь осознал неладное: только что он говорил по телефону, а вот с кем — вылетело из головы. Проверив историю звонков, он увидел незнакомый номер без имени.

— Наверное, спам, — пожал плечами Линь Банься. — Бывает же.

Сун Цинло колебался, прежде чем тихо спросить:

— Где ты вырос?

— В городе А, — ответил Линь Банься. — Задворки, кругом рисовые поля. Я часто ловил рыбу в реке. Тогда жили бедно, порой нечего было есть, вот и надеялся на улов. Потом жарил ее на склоне горы... Сейчас даже ностальгия берет.

Он зевнул, выдавая усталость:

— После университета я так и не возвращался.

Сун Цинло поинтересовался:

— Что-то случилось?

Линь Банься покачал головой:

— Нет, просто не хотелось.

Он почесал зудящий нос:

— Работа, времени не было. Может, когда-нибудь...

Сун Цинло пристально посмотрел на него:

— Спи.

Больше он не развивал тему, но его взгляд стал многозначительным.

«Лето близко, снова пора рыбачить. Интересно, та река еще такая же чистая?..» — эта мысль мелькнула у Линь Банься перед сном.

Автору есть что сказать:

Линь Банься затаил обиду и наябедничал Сун Цинло.

Сун Цинло затаил обиду и наябедничал Ли Е.

Ли Е затаил обиду.

Ли Су: «???» Вы трое играете в эстафету?

http://bllate.org/book/11830/1055353