Готовый перевод Don’t You Like Me / Я тебе не нравлюсь? [❤️]✅: Глава 8

Как только Линь Фэйжань соприкоснулся с Гу Кайфэном, все странные явления вокруг мгновенно исчезли.

Линь Фэйжань закатил глаза и постарался максимально естественным тоном сказать:

— Я просто хотел поздороваться, что такого?

Гу Кайфэн улыбнулся.

— Ничего. Закончил?

Линь Фэйжань поспешно кивнул.

— Закончил.

Гу Кайфэн скользнул взглядом по раковине, поднял стаканчик для полоскания, закатившийся в угол, тщательно ополоснул его под краном и протянул Линь Фэйжаню, у которого в уголках рта еще оставались следы зубной пасты.

— Прополощи рот.

Линь Фэйжань с неоднозначными чувствами взял стаканчик, который только что побывал в недрах водяного призрака, вернулся на прежнее место, поставил его в тазик и, зачерпнув воду ладонью, прополоскал рот. Пока он полоскался, в его голове всплыла одна деталь, которую он заметил, когда у него было открыто зрение инь-ян.

Все предыдущие три раза, как только у Линь Фэйжаня открывалось зрение инь-ян, он тут же в панике бросался к Гу Кайфэну, находясь в состоянии дикого ужаса, поэтому одну маленькую деталь он все это время упускал из виду и заметил ее только сейчас.

Когда зрение инь-ян было открыто, он не только видел призраков, но и мог разглядеть «ауру», исходящую от живых людей.

Эта аура была не слишком яркой, будто кто-то обвел контур тела каждого человека тонкой светящейся линией. У кого-то она была ярче, у кого-то тусклее, у одних — с белым оттенком, у других — с синеватым. У Гу Кайфэна аура была светло-золотистой.

Когда сосед подошел к нему, Линь Фэйжань отчетливо увидел, как от четырех призраков, висящих на нем, повалил дым. Восемь призрачных рук, вцепившихся в Гу Кайфэна, будто разъедала кислота, и на них начали проступать черно-красные плоть и кровь. Хотя, похоже, девушки-призраки совсем не чувствовали боли...

А может, им просто было плевать на боль, и ради возможности потрогать кумира они были готовы терпеть!

Что касалось самого Линь Фэйжаня, то, когда он хлопал по плечу тех парней, он тоже разглядел свою руку и предплечье: они были окутаны серо-черной аурой, прямо как ядовитый дым из фабричной трубы...

А в тот момент, когда Гу Кайфэн схватил его за запястье, Линь Фэйжань почувствовал, будто теплый поток излился из его тела в его собственное, подавив тот холод, который заставлял его видеть призраков.

Но это ощущение было неявным, и, если бы Линь Фэйжань не прислушивался к малейшим изменениям в своем теле, он бы наверняка не заметил этого.

«Похоже на что-то вроде энергии ян. У кого-то ее больше, у кого-то меньше, но она оказывает негативное воздействие на призраков», — предположил юноша, выплюнув воду и вытерев лицо полотенцем.

При мысли о себе у него екнуло сердце.

«Что значит моя аура, черная, как смоль? Неудивительно, что я вижу призраков. Энергия ян у меня, наверное, ниже критического уровня...»

Закончив умываться, Линь Фэйжань взглянул на дверь умывальной и увидел, что Гу Кайфэн, прислонившись к косяку, ждет его.

Одной рукой он держал тазик, а другую засунул в карман брюк. Его темные глаза спокойно смотрели на него, будто ожидая, когда он подойдет.

— Я закончил. — Линь Фэйжань подошел к нему и слегка смущенно спросил: — Идем в столовую?

«Еще пару дней назад мы были злейшими врагами!» — с горечью подумал Линь Фэйжань. — «Неужели с сегодняшнего дня мне придется неотступно следовать за этим парнем?!»

Гу Кайфэн, который никогда и не считал его своим врагом, просто сказал:

— Пошли.

В этот момент Ван Чжо, неся в руках тазик, стремительно ворвался в умывальную, хлопнул друга по спине и сказал:

— Кайфэн, подожди меня пять минут, пойдем в столовую вместе.

Но Гу Кайфэн дорожил каждой минутой.

— Не буду, мы уже почти опаздываем.

Ван Чжо, выдавливая зубную пасту, крикнул ему вслед:

— Тогда купи мне в столовой блинчик и принеси в класс!

Не оборачиваясь, Гу Кайфэн махнул ему, показывая, что услышал, а затем, опуская руку, небрежно потрепал Линь Фэйжаня по взъерошенным волосам.

Ван Чжо, который, казалось, потерял расположение: «...»

«Еще пару дней назад ты называл его «глупым малышом», а сегодня вдруг стал таким нежным?»

Они в спешке, будто на войне, позавтракали в столовой и отправились в класс на самостоятельную подготовку.

По пути Линь Фэйжань то и дело «случайно» касался Гу Кайфэна, поэтому призраков не видел. Однако, как только он вошел в класс, его ждал сюрприз.

Гу Кайфэн сидел на последней парте, а Линь Фэйжань — на третьей с конца. Между ними был лишь проход, но во время урока дотронуться друг до друга у них не было возможности.

С тревогой в сердце Линь Фэйжань дошел до своего места, но, едва успев сесть, не удержался и обернулся, чтобы взглянуть на свой «человеческий талисман».

Даже если он не мог прикоснуться, просто взглянув на него, он чувствовал себя спокойнее!

Гу Кайфэн, который в этот момент учил слова, будто почувствовал его взгляд. Как только Линь Фэйжань обернулся, он поднял голову. Их взгляды встретились, и он слегка приподнял уголки губ.

«О черт, почему улыбка Гу Кайфэна такая... такая...» — Линь Фэйжань, будто испуганный кролик, резко развернулся обратно, лихорадочно подбирая в голове подходящее прилагательное, но из-за слабого знания языка ничего не смог придумать.

«Короче, вот такая!»

С беспокойством в сердце он открыл учебник по математике и начал решать задачи. Но едва он сделал пару упражнений, как знакомый холод снова поднялся от ступней прямо к глазам. Линь Фэйжань вздрогнул, стараясь успокоить себя, и украдкой, опустив голову, начал осматривать класс.

Он еще наивно надеялся, что из-за большого количества людей в классе, а значит, и сильной энергии ян, призраки не посмеют здесь появиться. Но очень скоро он понял, что ошибался.

Призраков в классе действительно было меньше, чем в общежитии, но они все же были...

И еще более жуткие!

Первым, кого увидел Линь Фэйжань, был пожилой мужчина. Он носил строгий аккуратный костюм в стиле чжуншань*, половина его лица выражала спокойствие и добродушие, уголок рта трогала изящная улыбка, а половина головы была покрыта аккуратно зачесанными седыми волосами, блестящими и гладкими, будто намазанными воском...

П.п:  Стиль одежды, названный в честь Сунь Чжуншаня. Представляет собой прямой однобортный пиджак с стоячим воротником и четырьмя накладными карманами.

Все только наполовину… потому что у старика была только половина головы.

Можно сказать, он смог сэкономить на воске!

Линь Фэйжань взглянул на старика и тут же опустил глаза, испуганный до слез, со спиной, покрытой холодным потом.

Ему показалось, что уцелевшая половина лица ему знакома. Перебрав в памяти все образы, он наконец вспомнил — это был основатель их школы-интерната, известный ученый.

Линь Фэйжань знал только это. Узнал он его потому, что портрет этого мужчины висел на стене в холле школы. А вот как тот умер, он понятия не имел.

Пожилой мужчина медленно прохаживался по классу, заложив руки за спину, и с одобрением смотрел на эти «маленькие цветы родины*». Дойдя до первой парты, он остановился и стал наблюдать, как лучший ученик класса решает задачи. Некоторое время спустя он поднял голову и, с полу-одобрительным выражением на лице, поднял большой палец.

П.п.: «Маленькие цветы родины» — устойчивое метафорическое выражение, которое часто используется для обозначения детей, школьников или молодого поколения в патриотическом или воспитательном контексте.

Лучший ученик класса, ничего не подозревая, продолжал усердно писать.

Линь Фэйжань был на грани срыва. Ему не хотелось больше ничего видеть, поэтому он закрыл глаза, подперев голову рукой, делая вид, что спит.

Он не знал, что, как только он принял эту позу, старик с половиной головы тут же рассердился и направился прямо к нему.

Так что уже через несколько секунд после того, как Линь Фэйжань закрыл глаза, у него над ухом раздался старческий, строгий и полный негодования голос:

— Эй, студент, проснись! Разве школа нужна для того, чтобы тут спать?

Линь Фэйжань: «...»

«Черт-черт-черт! Кажется, я задел больную тему основателя школы!»

Но по сравнению с лицезрением призраков, слушать их голоса было не так страшно, поэтому он стиснул зубы и изо всех сил старался не открывать глаза!

Старик, не заботясь о том, слышит ли его Линь Фэйжань, еще какое-то время с возмущением осуждал его за «ужасное поведение» и за то, что он тратит время впустую, совершенно не стремясь к знаниям.

В конце концов, разочарованный старик с полу-яростью на лице толкнул Линь Фэйжаня. Его неосязаемая рука прошла сквозь спину и вышла через грудь.

Линь Фэйжань наивно полагал, что призраки могли влиять на него только визуально и аудиально, и не ожидал, что у них было и тактильное воздействие!

Это не было похоже на прикосновение одного живого человека к другому… Когда призрак касался человека, это напоминало поток ледяной энергии.

В одно мгновение Линь Фэйжань почувствовал, как все тепло верхней половины его тела поглотил этот старик.

Его будто швырнуло в ледяную пещеру. Сосуды покрылись инеем и судорожно сжались, сердце застыло, потеряв способность биться, а гусиная кожа расползлась по спине и предплечьям.

Линь Фэйжань закусил губу и издал едва слышный стон. Кроме соседа по парте, который странно на него посмотрел, никто ничего не заметил.

Это ощущение было слишком сильным. Линь Фэйжань подозревал, что это еще один эффект открытия зрения инь-ян, потому что сегодня утром в умывальной девушки-призраки тоже не раз касались Гу Кайфэна.

Если бы обычные люди могли чувствовать этот леденящий ужас при контакте с призраками, Гу Кайфэн вряд ли бы оставался таким невозмутимым.

Не желая испытывать это снова, Линь Фэйжань, напуганный и безвыходный, открыл веки. Его глаза были полны слез, а руки дрожали так, что он едва мог держать ручку.

Однако старик по-прежнему стоял рядом с ним, с полу-грозным выражением лица! Очевидно, он решил сделать этого «упрямого» студента объектом своего пристального внимания...

Линь Фэйжань мысленно стонал от отчаяния, его лоб покрылся холодным потом. Ему хотелось подбежать к Гу Кайфэну, но старик стоял в проходе справа от него, полностью перекрывая путь.

Слева был сосед по парте, а после соседа — стена. Так что, если бы Линь Фэйжань захотел выйти, ему пришлось бы либо пройти сквозь старика, либо перепрыгнуть через парту сзади.

Но если он выберет второй вариант, старик, возможно, придет в еще бо́льшую ярость...

Линь Фэйжань немного помедлил и смирился. Стиснув зубы, он не отрываясь смотрел на учебник.

Они с призраком простояли так неизвестно сколько времени, пока в класс не вошла учительница английского и не объявила о начале урока.

Только тогда старик отошел от него и вернулся к лучшему ученику, с полу-восхищенным выражением наблюдая, как тот открывает тетрадь.

Линь Фэйжань вытер слезы, вызванные испугом, и поднял руку:

— Учитель, я пойду постою сзади.

Это было одним из правил их класса. В старшей школе учебная нагрузка была огромной, студенты часто не спали ночами, готовясь к занятиям, поэтому днем они иногда чувствовали себя истощенными.

Если кто-то понимал, что вот-вот заснет, он мог с разрешения учителя встать в конце класса и слушать урок стоя, чтобы случайно не уснуть во время занятия.

Учительница английского кивнула, и Линь Фэйжань, взяв учебник и ручку, прошел в конец класса, встав рядом с Гу Кайфэном.

Дождавшись, когда учительница повернется к доске, он, словно хватаясь за соломинку, дотронулся до плеча соседа.

Гу Кайфэн схватил его за руку.

— Не прикасайся, — прошептал Линь Фэйжань.

Гу Кайфэн игриво сжал его тонкие белые пальцы и тихо ответил:

— Это ты начал.

Линь Фэйжань, покраснев, выдернул руку: «...»

Эта атмосфера была какой-то... странной!

http://bllate.org/book/11828/1055083