Тянь Фэйэр крепко стиснула нижнюю губу, и в глазах у неё будто застыла кровь.
Маленький жест Оуян Минмэй мгновенно поднял настроение Линь Мухуа — та даже невольно запела:
— Ты бы только видела лицо того мерзавца! Такое противное, что аж смотреть тошно. Просто блаженство!
Линь Мухуа всё ещё пребывала в восторге от недавнего события и никак не могла прийти в себя.
Оуян Минмэй лишь слегка улыбнулась уголками губ.
Разве это уже конец?
Настоящее удовольствие ещё впереди.
Гао Ян, Гао Ян… Ты ведь понятия не имеешь, в каком ты сейчас положении. Через десять дней сам будешь рыдать.
Оуян Минмэй чуть приподняла подбородок.
Когда они вернулись домой, было уже больше шести вечера. Чан Суэймэй уже приготовила ужин — и, как раз, тот самый янчуньмянь, который Оуян Минмэй обещала Линь Мухуа.
— Тётя, я как раз о нём думала, а вы его и сделали! Да мы с вами просто на одной волне! — Линь Мухуа вдохнула аромат лапши и сглотнула слюну.
— Знаю, что ты это любишь, — улыбаясь, сказала Чан Суэймэй и щедро наполнила ей большую миску.
— Спасибо, тётя! — поблагодарила Линь Мухуа и, взяв миску, с аппетитом зашуршала лапшой.
Однако Оуян Минмэй, увидев, как мать хлопочет на кухне, сразу же нахмурилась:
— Мам, я же просила тебя хорошенько отдохнуть! Почему опять встала готовить?
— Всё время лежать — голова будто в тумане, да и сил нет совсем. А вот если немного походить, подвигаться — сразу бодрее становлюсь. К тому же врач сказал, что ничего серьёзного: просто гипертония, обычное дело для пожилых. Если из-за этого мне теперь лежать в постели, твой отец с ума сойдёт!
Чан Суэймэй говорила весело, но Оуян Минмэй всё равно тревожилась.
Ведь мама сейчас больна, и дети не могут позволить ей готовить для них, пока она не поправится.
— В этот раз ладно, но в следующий раз я сама всё сделаю, — сказала Оуян Минмэй, всё ещё хмурясь.
Чан Суэймэй, видя это, решила не спорить и подала дочери миску лапши:
— Не ругай меня. Расскажи лучше, как твои дела? Удалось всё уладить? Я не решалась звонить — вдруг тебе некстати?
Этот день для Чан Суэймэй прошёл в настоящих муках. Хотелось спросить, но боялась. Боялась позвонить не вовремя, боялась услышать плохие новости, понимая, что ничем не сможет помочь, — и всё это время терпела, терпела… Только когда Оуян Минмэй вернулась, осмелилась наконец задать вопрос.
Оуян Минмэй растрогалась, смягчила выражение лица и ответила с улыбкой:
— Всё почти уладила, без сучка и задоринки. Развод оформили, деньги перевели, одну машину собираюсь продать в ближайшие дни, а «Майтен» оставила внизу — пусть Минхао водит. Кажется, он ещё в университете права получил?
— Ну и слава богу, — облегчённо выдохнула Чан Суэймэй.
— Кстати, мам, а где Минхао? — спросила Оуян Минмэй, заметив, что брата нет в комнате.
— Целое утро гулял, а потом вернулся и весь день сидит в своей комнате за ноутбуком… — Чан Суэймэй кивнула в сторону двери.
— Пойду посмотрю, — сказала Оуян Минмэй, поставила миску и направилась к комнате брата.
Линь Мухуа тем временем увлечённо доедала лапшу. Услышав слова Оуян Минмэй, она быстро прожевала и проглотила.
— Мухуа, ешь ещё капусты, — сказала Чан Суэймэй, подавая свежеприготовленную тарелку рваной белокочанной капусты.
— Спасибо, тётя! — улыбнулась Линь Мухуа, чмокнув масляными губами.
Оуян Минмэй подошла к двери комнаты брата и постучала.
Тук-тук-тук.
— Входи, — раздался изнутри приглушённый, немного хриплый голос Оуяна Минхао.
Оуян Минмэй нахмурилась, толкнула дверь и вошла. Брат сидел, отвернувшись от неё, левой рукой лихо стучал по клавиатуре, а правой водил мышью и время от времени нажимал на цифровую клавиатуру.
— Ты фотографии с сегодняшней утренней съёмки обрабатываешь? — спросила она, подходя ближе. На экране действительно была наполовину обработанная фотография.
— Ага, — коротко кивнул Оуян Минхао и продолжил работу.
На снимке была Сун Мэнхань с высоким хвостом, в тонком трикотажном свитере средней длины с V-образным вырезом. Она слегка наклонилась вперёд, надув губки в игривой позе. Ноги были голые, на ногах — белые кроссовки. Рядом лежали несколько пучков рассыпанных тюльпанов. Вся композиция выглядела свежо и молодо, идеально соответствовала одежде.
А поскольку Оуян Минхао был профессионалом в графическом дизайне, после обработки фото приобрело нежный корейский стиль — именно то, что требовала Оуян Минмэй.
— Неплохо, сестра? — спросил Оуян Минхао, завершив обработку текущего снимка. Он открыл папку и начал показывать готовые работы.
— Вот, здесь около десятка вариантов. Посмотри, как тебе?
Он нажал стрелки, демонстрируя результат.
Съёмка получилась отличной. Хотя Оуян Минхао и считал себя любителем, его профессиональный уровень был на высоте: свет, ракурс — всё идеально. А благодаря грамотной постобработке в Photoshop фотографии стали ещё привлекательнее.
— Отлично, — одобрительно кивала Оуян Минмэй.
— Кроме основных снимков с моделью в одежде, я сделал всё, как ты просила: повесил вещи на вешалку, разложил на плоской поверхности, отснял детали и текстуру ткани — всё тщательно снял, — с энтузиазмом сообщил Оуян Минхао.
Действительно, он выполнил все поручения исключительно хорошо.
Оуян Минмэй, заглянув сквозь толстые стёкла очков брата, заметила, что его глаза покраснели, а сосуды на белках расширились.
Ясно было: он трудился весь день без передышки.
— Молодец, — похлопала она его по плечу. — Отличная работа, фотографии прекрасные. Клиенты точно останутся довольны.
— Это не только мои заслуги. Мэнхань отлично позировала. Ты правильно выбрала модель — сообразительная, естественная, без вычурности, да ещё и с живыми глазами. Поэтому и получилось так здорово, — смущённо почесал затылок Оуян Минхао, получив похвалу.
— Вы оба молодцы, — улыбнулась Оуян Минмэй. — Сколько всего успели сегодня? И сколько ещё осталось обработать?
— Шестнадцать комплектов. Сегодня сначала медленно шло, завтра будет быстрее. Осталось обработать ещё пять-шесть комплектов… — Оуян Минхао заглянул в папку.
— Тогда хватит на сегодня. Уже поздно, мама сварила янчуньмянь — иди поешь.
Оуян Минмэй решительно закрыла крышку ноутбука.
— Ладно, — согласился Оуян Минхао, понимая, что спорить бесполезно. Он потер глаза и последовал за сестрой к столу.
Когда они вышли, Линь Мухуа уже наелась до отвала и перебралась в гостиную смотреть телевизор.
Чан Суэймэй тут же сварила Оуяну Минхао новую миску лапши.
Горячая лапша появилась на столе, и брат с сестрой уселись друг напротив друга. Чан Суэймэй тоже присоединилась к ужину.
— Сестра, а у тебя всё нормально сегодня прошло? Всё оформили? — спросил Оуян Минхао, опустив голову в миску.
— Всё закончила, без проблем, — ответила Оуян Минмэй, отведав лапши. — Кстати, помнишь, ты в университете права получил? Как сейчас с вождением?
Оуян Минхао нахмурился:
— Права есть, но если честно — боюсь за руль садиться.
В автошколе всё учили интенсивно, экзамен сдал, а потом годами за руль не садился — и забыл всё как есть.
— Потренируйся. «Майтен» стоит внизу. Я не умею водить, так что теперь ты наш шофёр, — сказала Оуян Минмэй.
— Правда?! — глаза Оуяна Минхао загорелись.
Все мужчины обожают технику, и он не был исключением — машины были его страстью.
Но радость быстро погасла.
— Сестра, может, найдёшь мне инструктора? Давно за руль не садился — совсем растерял навыки… — смущённо почесал он затылок.
Оуян Минмэй уже всё предусмотрела.
Она поставила миску, прищурилась и сказала:
— Мухуа, иди сюда. Нужно кое о чём договориться.
— Ни за что! — раздалось из гостиной. — Я всё слышала! Хотите, чтобы я стала инструктором? Забудьте! Вы не представляете, как я занята в последнее время…
Линь Мухуа каждый день до позднего вечера работала с клиентами. После работы падала в постель без сил и мечтала, чтобы в сутках было хотя бы двадцать шесть часов — тогда можно было бы хоть немного отдохнуть.
Поэтому роль инструктора казалась ей настоящей пыткой.
Оуян Минмэй невозмутимо откусила кусочек лапши и спокойно произнесла:
— Курица в соусе «саньбэйцзи», рыба по-сычуаньски, суп из морепродуктов, мясо с черносливом и горчицей…
Она начала перечислять любимые блюда Линь Мухуа одно за другим.
У той потекли слюнки рекой, и вся сила воли испарилась.
— Договорились! — решительно воскликнула Линь Мухуа.
Неужели она откажется от такого ради пары лишних часов за рулём? Ради вкусняшек она готова хоть на край света!
— Вот и славно. Значит, с завтрашнего дня после работы приезжай ко мне. Возьмёшь Минхао и поедете на автодром в северной части города. Я приготовлю вам ужин, — улыбнулась Оуян Минмэй.
— Договорились! — радостно отозвалась Линь Мухуа.
Оуян Минхао одобрительно поднял большой палец:
— Сестра, ты просто гений!
— Это называется «знать, чего хочет человек», — усмехнулась Оуян Минмэй и доела последний кусочек лапши.
После ужина Линь Мухуа ещё немного пообщалась с Оуян Минмэй, а когда стало поздно, села в машину и поехала домой.
Оуян Минхао тем временем вернулся к обработке фотографий и начал систематизировать данные о товарах. Завтра он планировал начать выкладывать их в интернет и официально запустить продажи.
Проводив Линь Мухуа, Оуян Минмэй зашла к брату, немного посидела с ним, убедилась, что работа почти завершена, и велела ему ложиться спать пораньше. Сама отправилась в ванную умываться.
Вернувшись в спальню, она увидела, что Чан Суэймэй ещё не спит, а сидит на кровати и складывает одежду.
— Мам, ещё не ложишься? — спросила Оуян Минмэй, вытирая лицо полотенцем после умывания.
— Сейчас, только это доделаю, — ответила Чан Суэймэй, аккуратно сложив длинную рубашку с длинными рукавами.
Оуян Минмэй вернулась в ванную, чтобы завершить вечерний уход за кожей.
Благодаря регулярному уходу кожа заметно улучшилась: стала более упругой, увлажнённой и сияющей.
Когда она вернулась в постель, Чан Суэймэй уже сидела, опершись на подушки.
Оуян Минмэй откинула лёгкое летнее одеяло и легла рядом.
— Минмэй, хочу с тобой кое о чём поговорить, — сказала Чан Суэймэй, закрывая Библию и снимая очки для чтения.
— Что случилось, мам? — Оуян Минмэй настороженно приподнялась на локте.
Лицо Чан Суэймэй стало серьёзным:
— Я подумала… Пожалуй, через пару дней поеду обратно в родной город.
Оуян Минмэй тут же села:
— Как вдруг? Почему? Здесь ведь так хорошо!
Ей не хотелось отпускать мать.
http://bllate.org/book/11682/1041519
Готово:
