Девушка тихо пробормотала себе под нос — её мягкий, почти невесомый голосок вовсе не ждал ответа. Просто внутри всё сжималось от безысходности, и ей некуда было деть эту боль.
Она чувствовала себя совершенно беспомощной, но не просила о помощи.
В этот миг у него в груди будто иглой кольнуло.
Рана на лодыжке была обработана.
Си Юй по натуре не была той, кто легко показывает свои эмоции. Она слегка потерла уголок глаза и небрежно перевела разговор:
— Сейчас я не могу позволить себе получить ещё одну травму, так что об этом знает только двое нас. Это будет нашим секретом. Хорошо?
— Младшая сестрёнка.
Юноша чуть наклонился к ней, и в его взгляде отразилась она сама — странно соблазнительно, словно намеренно.
— Ты мне веришь?
Си Юй задумалась на пару секунд и медленно кивнула.
— Верю.
Он смотрел ей прямо в глаза, твёрдо и уверенно:
— Я же вырастил тебя, малышка. Очень хорошо знаю: ты лучше многих, многих и многих людей.
— Но…
— Никаких «но». Поверь мне. Улыбка у тебя такая красивая.
Он мягко потрепал её по волосам, говоря с нежностью, будто утешал маленького ребёнка:
— Ну же, улыбнись.
/
Из-за повреждённой ноги Си Юй не успевала на занятия в класс подготовки к олимпиаде. В общежитии школы №7 можно было выбрать одноместный или двухместный номер; у Лу Чжэньчуаня был одноместный.
Так что они решили временно устроиться у него — порешать задачки.
Лу Чжэньчуань дал ей ручку и сборник заданий. Это были первые олимпиадные задачи в её жизни, заметно сложнее школьной программы — как по объёму знаний, так и по количеству ловушек.
Си Юй сонно уставилась на лист, крутя ручку между пальцами. Потом слегка постучала ею по столу — беззвучно, но так и не начала писать.
Лу Чжэньчуань бросил на неё взгляд и спокойно произнёс:
— Не зацикливайся. В задаче спрашивается, может ли иррациональное число быть трансцендентным. Нужно рассматривать как алгебру, так и теорию чисел.
Си Юй моргнула, медленно осмысливая его слова:
— Лу Шэнь, ты крут.
Сама задача не была слишком сложной — ведь Си Юй относилась к тем ученикам, чьи решения всегда отличались изяществом и нестандартностью. Разобравшись с несколькими примерами, она быстро уловила суть и стала решать всё быстрее.
В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом перелистываемых страниц да лёгким поскрипыванием ручки о бумагу.
Когда Си Юй попадалась на особенно каверзную задачу, она останавливалась и начинала крутить ручку. Резинки для волос у неё не было, и длинные пряди рассыпались по плечам и шее, то и дело сползая вперёд и мешая писать.
«Ах, хоть бы я была лысой!» — подумала она с раздражением, отложив ручку и поправляя волосы.
— Старший брат, у тебя есть резинка для волос?
Лу Чжэньчуань на миг замер, потом еле заметно усмехнулся:
— Как думаешь?
— …
Ах да, конечно. Мужское общежитие.
Глупый вопрос.
— Ничего, продолжу так, — сказала Си Юй.
Пока она решала, девушка выглядела невероятно ленивой: правой рукой выводила цифры, а левой то и дело нетерпеливо отбрасывала пряди назад. Её длинные волосы, казалось, сами по себе раздражали её всё больше и больше.
Лу Чжэньчуань не удержался и улыбнулся. Он отложил ручку и встал.
Си Юй услышала скрип отодвигаемого стула:
— Перерыв?
Юноша достал из ящика небольшую коробочку, в которой аккуратно лежал серый клетчатый галстук. Подойдя к ней сзади, он окутал её прохладным древесным ароматом снежной сосны.
Си Юй напряглась:
— Что случилось?
— Ты же хотела собрать волосы?
— …А?
Она подняла голову, чтобы ему было удобнее, и в экране телефона, стоявшего перед ней, увидела, как его красивые пальцы аккуратно собирают её пряди и завязывают их сзади.
На её ключице запуталась одна тонкая прядка.
Лу Чжэньчуань слегка наклонился и кончиками пальцев осторожно поднял эту прядь, слегка коснувшись её шеи.
От этого прикосновения по коже пробежала мурашками лёгкая щекотка, будто её коснулось перышко.
Си Юй на несколько секунд замерла в изумлении.
Галстук оказался длинным — он обернул его вокруг её волос дважды, и тихий шелест ткани вдруг стал громким в тишине комнаты.
— Готово, — произнёс юноша бархатистым голосом.
Си Юй машинально потянулась к затылку и нащупала бантик. Боясь его испортить, она не стала трогать дальше и протянула Лу Чжэньчуаню телефон:
— Сфотографируй, пожалуйста. Хочу посмотреть.
Щёлчок камеры прозвучал громко и резко.
Си Юй открыла фото и увеличила изображение.
Её чёрные блестящие пряди были аккуратно собраны серо-коричневым клетчатым бантом — и выглядело это удивительно гармонично и мило.
— Правда получилось! — восхищённо моргнула она и тут же пустила в ход комплименты: — Старший брат, с таким навыком тебе точно не быть «закоренелым холостяком»! Полный балл за «бойфрендские качества»!
Лу Чжэньчуань лениво усмехнулся и произнёс с лёгкой насмешкой:
— Быть бойфрендом? Пожалуй.
В первый день после растяжения лодыжка Си Юй почти не болела, но спустя двадцать четыре часа боль нахлынула с новой силой. Лучше всего ей было передвигаться, прыгая на одной ноге.
Класс для подготовки к олимпиаде был отдельным. Командная часть состояла из четырёх человек, а напротив сидели Лу Ци и Сян Мэнтинь.
Господин Чжан ещё не пришёл, и в четырёхместном кабинете царила особенная тишина.
Лу Чжэньчуань бросил взгляд на её лодыжку:
— Больно?
— Нормально, — ответила Си Юй.
Сян Мэнтинь листала телефон и вдруг оживилась, явно переписываясь с кем-то.
Лу Ци же внимательно просматривал тетрадь с ошибками: страницы были исписаны плотно, с множеством пометок и вырезанных заданий.
Си Юй с любопытством заглянула:
— Тебе не кажется, что так делать неудобно?
— А? — поднял он глаза.
— Первое и четвёртое задания — одного типа. В тетради с ошибками такие лучше группировать. Анализируй решение, выделяй основную идею, расширяй круг похожих задач. Само задание и ответ лучше писать отдельно. Те, которые ты решил с первого раза, просто зачёркивай — так будет чётче и целенаправленнее.
— Звучит действительно проще, — признал Лу Ци, просматривая задачи, и улыбнулся ей: — Спасибо, в следующий раз попробую. А ты сама так делаешь?
Си Юй покачала головой и дерзко заявила:
— У меня нет ошибок, потому что я вообще не делаю заданий.
— …
В этот момент в тихой атмосфере академического диалога телефон Сян Мэнтинь вдруг издал громкий звуковой сигнал — тот самый, когда переключение между динамиком и трубкой идёт не так.
— Кто мог знать, что Сюн Сюй весь этот месяц изображал из себя молодого господина, а теперь, после драки с Пэй Чжили, вся его семейная подноготная вылезла наружу.
Сян Мэнтинь сразу смутилась и поспешила оправдаться:
— Простите! Я не хотела… Они там обсуждают…
— Не переживай, — сочувственно сказала Си Юй. — А что сделал Пэй Чжили?
Сян Мэнтинь осторожно спросила:
— Если я расскажу, ты ему не передашь?
— Нет, мы с ним не знакомы, — заверила Си Юй.
Рядом Лу Чжэньчуань крутил ручку и тихо фыркнул, явно сомневаясь в правдивости её слов.
Си Юй тут же послала ему многозначительный взгляд: «Подыграй!»
Сян Мэнтинь понизила голос:
— Говорят, после драки у Сюн Сюя начались проблемы: несколько крупных сделок семьи сорвались, и тогда настоящая госпожа Сюн пришла в школу и устроила ему разнос. Многие слышали — оказалось, Сюн Сюй незаконнорождённый сын.
— Ого! — удивилась Си Юй. — И такое бывает.
— Да уж, если бы он не был таким высокомерным, никто бы и не стал выносить это на всеобщее обозрение, — добавила Сян Мэнтинь. — Хотя в богатых семьях с этим делом всегда много проблем — одни только незаконнорождённые чего стоят.
— Незаконнорождённые… — Лу Ци отложил ручку и спокойно произнёс: — Действительно, хлопотное дело.
Лу Чжэньчуань продолжал крутить ручку, рисуя в воздухе плавные линии. Он чуть приподнял бровь:
— Насколько хлопотное?
Лу Ци улыбнулся:
— Разве не очевидно?
Между ними промелькнула короткая перепалка — без искр, но с нарастающим напряжением.
Атмосфера в классе сразу похолодела. Сян Мэнтинь замерла, не зная, что делать.
Си Юй переводила взгляд с одного на другого.
По возрасту Лу Чжэньчуань и Лу Ци были почти ровесниками…
Как раз в этот момент появился господин Чжан — в самый нужный момент. Он радостно влетел в класс: ведь на олимпиаду от их курса отобрали четверых, и три из них — из их группы! Началась стандартная мотивационная речь.
— Уровень подготовки в южном корпусе высокий, у нас большие шансы на победу! Особенно ты, Си Юй — впервые за всю историю школы студентка из северного корпуса попала на олимпиаду. Есть ли у тебя уверенность?
Си Юй зевнула и подняла руку:
— Есть!
— Мы победим?
— Победим!
— Вперёд, школа №7!
— Вперёд!
Закончив этот формальный обмен, Си Юй моргнула:
— Урок закончился?
— …
Он даже не начался, а она уже думает об окончании.
/
После занятия у господина Чжана Си Юй охватила сонливость. Она собирала листы со стола, бегло пробежалась глазами и просто скомкала их, выбросив в корзину.
Сян Мэнтинь рядом ахнула:
— Ты что, выбрасываешь разобранные на уроке задания?
Си Юй невозмутимо ответила:
— Зачем хранить то, в чём нет ошибок?
— …
Сян Мэнтинь, чьи тетради были исписаны красными пометками, почувствовала себя глубоко оскорблённой.
Уроки олимпиадной подготовки проходили в другое время, поэтому в школе сейчас было тихо.
Из-за травмы Си Юй шла последней.
Странно, но обычно такой высокий Лу Чжэньчуань сегодня терпеливо шагал рядом с ней, подстраиваясь под её черепашью скорость.
Ощутив её взгляд, он опустил глаза:
— Поднять тебя на руки?
— …
После всех этих слухов в школе — серьёзно?
Си Юй отказалась:
— Это было бы неприлично.
— Какая возня, — Лу Чжэньчуань протянул ей руку, слегка приподняв подбородок в приглашении опереться. — Дай руку, пойдём вместе.
— Мне и так нормально идти. Две ступеньки — и всё. Не надо меня недооценивать.
Си Юй собиралась решительно отмахнуться, но едва её пальцы коснулись его запястья, как он ловко перехватил её руку.
Тепло от его кожи будто растеклось по её руке.
Си Юй растерянно моргнула и подняла на него глаза.
Юноша выглядел расслабленным. Он аккуратно положил её ладонь себе на запястье — в точности так, как водят пожилых или немощных.
Наклонившись к ней, он томно прошептал:
— Я сам не очень устойчив. Поможешь мне, младшая сестрёнка?
— …Ладно.
Хотя между ними была одежда, его запястье казалось прохладным. Си Юй невольно бросила на него взгляд.
Он специально опустился до её роста, и даже медленный темп ходьбы не вызывал у него раздражения.
Си Юй потёрла ухо. Вокруг никого не было, и школьные коридоры казались особенно тихими, отчего атмосфера становилась всё страннее. Чтобы разрядить обстановку, она спросила:
— Почему Сян Мэнтинь и другие так быстро ушли? Впереди никого нет.
— Следующий урок у директора Чжоу, — ответил Лу Чжэньчуань.
— Ах.
Строгость директора Чжоу была легендарна в обоих корпусах. За опоздание он отправлял бегать круги вокруг здания, называя это «всесторонним развитием личности».
И, как назло, класс А находился на третьем этаже. При её нынешнем «золотом петушке» и прыжках на одной ноге она доберётся туда минут через десять после начала урока.
Подойдя к лестнице, Си Юй предложила:
— Может, ты пойдёшь вперёд? Я сама дойду. Директор просто отчитает меня — ничего страшного.
Лу Чжэньчуань невозмутимо ответил:
— Не очень правильно получится.
— Почему?
— Не хочу, чтобы тебя ругали, — сказал он, и в его чёрных глазах мелькнули искорки света.
Пока Си Юй ещё приходила в себя от этих слов, юноша уже повернулся и медленно присел на корточки.
— Давай, залезай ко мне на спину.
/
Си Юй на мгновение заколебалась, но инстинктивно схватилась за перила:
— Лучше я сама допрыгаю. Кто-нибудь увидит — будет неловко.
Лу Чжэньчуань не шевельнулся:
— Малышка, послушайся.
— …
Си Юй всё же не решалась на столь откровенную близость. Она медленно, прыгая, поднялась на ступеньку и протянула руку:
— Давай просто поддержимся. Правда, я справлюсь.
http://bllate.org/book/11080/991283
Готово:
