Готовый перевод Flourishing Plums and Young Peaches / Пышные сливы и юные персики: Глава 108

— Глаза у меня слабые, не вижу, в чём тут доброта, — сказала императрица Го, поворачиваясь к канапе. Ли Сяомяо последовала её взгляду и невольно затаила дыхание: у самого канапе стояла девушка лет семнадцати–восемнадцати, поразительно прекрасная. Её черты напоминали императрицу на четыре-пять долей, но были куда совершеннее. Изящное овальное лицо, мягко очерченный подбородок — всё в ней воплощало идеал красоты без единого изъяна. Волосы чёрные и шелковистые, уложены в модную причёску «крест», в прядях поблёскивали жемчужины величиной с плод лотоса. Стройная фигура была облачена в бледно-розовую облегающую кофту и юбку цвета молодой хвои. Вся её осанка излучала недосягаемую элегантность, которую невозможно выразить словами. Это, несомненно, была старшая дочь маркиза Нинъюаня Го Минжуя — третья госпожа Го, Го Юйжун. Неудивительно, что императрица Го так её балует: при такой внешности разве можно не любить?

Ли Сяомяо не могла отвести глаз. За всю свою жизнь — даже за две — она не видела девушки, чья красота и благородство были бы столь безупречны.

— Ох, тётушка! — улыбнулась Го Юйжун, не удостоив Ли Сяомяо даже взгляда. — Если у вас глаза слабые, то у всего Поднебесного, выходит, нет глаз вовсе! Такое ведь не называют слабостью зрения.

Императрица Го рассмеялась и указала на племянницу:

— Ах ты, проказница! Всегда умеешь сказать приятное!

Го Юйжун скромно прикрыла рот ладонью, но уголком глаза мельком глянула на Ли Сяомяо. Императрица тоже перевела взгляд на Сяомяо и спокойно спросила:

— Как здоровье господина Лю?

— Отвечаю вашему величеству: месяц назад пришло письмо от господина Лю. Он пишет, что чувствует себя прекрасно, — ответила Ли Сяомяо почтительно.

Го Юйжун посмотрела на императрицу, затем чуть приподняла подбородок и обратилась к Сяомяо:

— А как вам довелось встретиться с господином Лю?

— Он практиковал медицину в Чичжоу, и судьба свела нас, — ответила Ли Сяомяо, глядя прямо на Го Юйжун, с тем же почтением в голосе.

Го Юйжун нахмурилась так изящно, будто исполняла древний ритуал, и тут же уточнила:

— Когда именно?

— Пять лет назад.

— Хм, — императрица Го слегка нахмурилась и кивнула племяннице. Та, бросив ещё один беглый взгляд на Ли Сяомяо, повернулась к тётушке и с лёгкой улыбкой сказала:

— Всё дело в вас, тётушка! Теперь и я ослепла — ничего не вижу! Неужели двоюродный брат Цзычэн настолько простодушен, что, услышав одобрение господина Лю, сразу взял её себе в советники? Не знаю даже, что и сказать ему!

Императрица Го улыбнулась и протянула руку:

— Время идти, пора отправляться.

Го Юйжун тут же помогла императрице спуститься с канапе. Императрица шла впереди, а племянница, поддерживая её, тихо переговаривалась с ней. Ли Сяомяо и служанки следовали за ними, направляясь в зал Чунхуа.

У входа в зал Чунхуа Люй Фэн стоял у поворота дороги и, будто любуясь пейзажем, не сводил глаз с изгиба тропинки. У ступеней внизу Су Цзыи, Су Цзычэн и Люй Хуа о чём-то тихо беседовали. Су Цзычэн время от времени поглядывал на вход в зал и хмурился, видя, как Люй Фэн всё ещё вытягивает шею в ожидании. У дверей лянская ваньфэй Вэй давала последние наставления Су Биро.

Когда императрица Го и Го Юйжун появились из-за поворота, Люй Фэн моргнул и быстро отступил к Су Цзычэну:

— А где Сяомяо?

Су Цзычэн сердито глянул на него и даже не удостоил ответом. Люй Хуа нахмурился и уставился на брата. Люй Фэн, почувствовав его взгляд, сжался и отступил за спину старшего брата, больше не осмеливаясь говорить.

Как только все увидели, что императрица поднимается по ступеням, они почтительно поклонились. Императрица остановилась и, улыбаясь, подняла руку:

— Не нужно церемоний. Сегодня семейный банкет, а не государственный приём.

Затем она внимательно осмотрела Люй Хуа и Люй Фэна и с восхищением сказала:

— Действительно, слава рода Небесных Наставников Лю не преувеличена! Вы настоящие драконы среди людей. Смотрите, даже вашего дядюшку затмеваете!

Она указала на Су Цзыи и Су Цзычэна, и все рассмеялись. Взгляд Го Юйжун задержался на Су Цзычэне и больше не двигался. Ли Сяомяо, скромно стоявшая позади, наблюдала за всем происходящим. Люй Фэн, заметив, что императрица и Го Юйжун прошли мимо, подмигнул ей.

Императрица вошла в зал, и Го Юйжун тут же отпустила её руку, чтобы почтительно поклониться лянской ваньфэй.

Не успели все закончить приветствия, как из-за дверей раздался громкий голос евнуха:

— Прибыл Его Величество!

Все поспешили выйти из зала. Во главе шла императрица Го, за ней — Го Юйжун. Лянская ваньфэй, взяв Су Биро за руку, ускорила шаг, чтобы поравняться с Су Цзыи и Су Цзычэном. Они четверо шли чуть позади. Люй Хуа обернулся к Ли Сяомяо, и та поспешила встать рядом с Люй Фэном, замыкая процессию.

Император был среднего роста, слегка полноват, с очень белой, но дряблой кожей. Хотя ему было чуть за пятьдесят, выглядел он гораздо старше. В одной руке он держал мальчика лет десяти в шёлковом жёлтом халате. Мальчик поразительно походил на императрицу: те же мягкие черты лица, та же доброжелательная улыбка, те же плавные, осторожные движения. Ли Сяомяо внимательно разглядывала их обоих. Похоже, слухи правдивы: император слишком добр и мягок, из-за чего утратил решительность и стал нерешительным. А этот третий принц, внешне такой же, как мать, по характеру, вероятно, унаследовал отцовскую слабость. Неудивительно, что император особенно его любит. Но и неудивительно, что императрица сердится, когда он при малейшей трудности начинает плакать — ведь матери хочется видеть в сыне силу, а не робость.

Император улыбался, как весенний ветерок, и мягко беседовал с сыновьями. Затем он перевёл взгляд на Люй Хуа и Люй Фэна, внимательно их осмотрел и сказал:

— Очень похожи на господина Лю — и лицом, и станом. Как поживает Небесный Наставник?

— Благодарю Ваше Величество, отец здоров! — начал Люй Хуа кланяться, но император остановил его жестом:

— Сегодня семейный банкет, не нужно формальностей.

— Слушаюсь! — ответил Люй Хуа, выпрямляясь.

Император сделал пару шагов и остановился перед Ли Сяомяо. Стоя, заложив руки за спину, он с доброжелательной улыбкой разглядывал её. Ли Сяомяо присела в реверансе, и император мягко спросил:

— Ты и есть Ли Сяомяо? Сколько тебе лет?

— Отвечаю Вашему Величеству: семнадцать, — ответила она с улыбкой.

— А, — протянул император. — Раз господин Лю рекомендовал тебя Цзычэну, значит, ты чем-то особенная. Но помни, дитя: главное для девушки — найти достойного мужа. Не стоит жертвовать своим счастьем ради благодарности наставнику. Поняла?

Его слова звучали так тепло и заботливо, будто он был её родным дедом. Ли Сяомяо растрогалась и глубоко присела:

— Благодарю за заботу Вашего Величества. Я запомню ваши слова.

Император взял Су Биро за руку и, продолжая с ней беседовать, неспешно вошёл в зал Чунхуа.

Император и императрица заняли места по обе стороны верхнего конца зала. Слева сидел Су Цзыи, за ним — лянская ваньфэй Вэй. Справа расположился Су Цзычэн, ниже него — Люй Хуа и Люй Фэн. Ли Сяомяо села на самом краю, рядом с Люй Фэном. Го Юйжун, как и полагалось, стояла рядом, разливая вино и подавая блюда, хотя на деле обслуживала лишь императрицу.

Хотя это и был семейный банкет, соблюдались все придворные правила — их было не счесть. Ли Сяомяо сосредоточилась на том, чтобы не нарушить ни одного этикетного предписания, и ей некогда было думать ни о чём другом. Видимо, в императорском доме Бэйпина действовал обычай «не говорить за едой» — весь ужин прошёл в полной тишине.

Когда все молча поели, император мягко положил палочки и встал. Все последовали его примеру. Императрица Го улыбнулась:

— Пойдёмте в павильон сливы выпьем чаю.

Все вежливо кивнули. Император, держа Су Биро за руку, направился вперёд. За ним следовал третий принц Су Цзисинь. Го Юйжун, улыбаясь, вела всех к павильону. Су Цзыи и Люй Хуа шли рядом, о чём-то беседуя. Су Цзычэн, хмурясь, оглядывал окрестности и медленно следовал за ними. Люй Фэн хотел подождать Ли Сяомяо, но лянская ваньфэй остановилась и, улыбаясь, подозвала девушку. Они пошли вместе, обсуждая декоративные камни и садовые композиции. Люй Фэн, бросив взгляд на Су Цзычэна, предпочёл отстать и неспешно шёл позади них, заложив руки за спину.

Го Юйжун постепенно приблизилась к Су Цзычэну и начала вкрадчиво и изящно рассказывать ему о нынешнем цветении зелёной, белой и восковой сливы, цитируя стихи и прозу о цветах. Действительно, она была первой красавицей и первой поэтессой Кайпинфу — стихи лились с её языка легко и естественно. Подслушивать такую беседу было истинным наслаждением. Ли Сяомяо слушала вполуха, но заметила, что лянская ваньфэй стала отвечать всё реже и задумчивее. Сяомяо насторожилась и бросила взгляд на ваньфэй. Та с лёгкой мечтательностью смотрела на спину Го Юйжун. Ли Сяомяо чуть приподняла бровь и потянула ваньфэй за рукав:

— Посмотрите, какая интересная скала! Такой формы… никогда не видела!

— Это озерный камень, — неожиданно ответил Су Цзычэн. — Ценится за «стройность, прозрачность, сквозистость и уродство».

Ли Сяомяо вздрогнула от неожиданности. Го Юйжун тоже взглянула на камень и, улыбаясь, добавила:

— Молодой господин — истинный ценитель. Камень, сочетающий в себе все четыре качества, сегодня большая редкость. Говорят, у вас в саду есть ещё лучше?

— Хм, — неопределённо отозвался Су Цзычэн и продолжил идти вперёд.

Уголок губ лянской ваньфэй чуть дрогнул. Ли Сяомяо заметила это и перевела взгляд на край юбки Го Юйжун — тот мягко колыхался, пока она шагала в ногу с Су Цзычэном, продолжая рассказывать о тонкостях оценки озёрных камней.

Люй Фэн некоторое время пристально смотрел на камень, потом нахмурился и презрительно скривился. Он сделал пару шагов вперёд, собираясь заговорить с Ли Сяомяо, но, увидев рядом с ней лянскую ваньфэй, проглотил слова. «Ладно, — подумал он, — дома расскажу Сяомяо. Что в этом камне особенного? На задней горе в Храме Верховной Чистоты таких полно!»

Процессия шла по широкой ровной дорожке из плитняка. Пройдя около получаса, все поднялись по десятку ступеней и вошли в тёплый павильон, состоящий из трёх соединённых между собой комнат.

Го Юйжун поспешила вперёд и помогла императрице устроиться у окна в центральной комнате. Император подозвал Люй Хуа и Люй Фэна:

— Садитесь рядом, побеседуем.

Люй Хуа вежливо поклонился и сел, а Люй Фэн, отбросив обычную беспечность, скромно последовал за братом и занял место рядом с императором. Лянская ваньфэй мягко потянула Ли Сяомяо в сторону и усадила её в соседней комнате, где уже стояли чай и угощения.

— Попробуй пирожных, — тихо сказала она.

Ли Сяомяо с благодарностью кивнула. Похоже, она не одна осталась голодной за обедом.

Су Биро немного посидела рядом с императором, но вскоре заскучала. Она подбежала к перилам, заглянула вниз, потом вернулась и ухватила Су Цзисиня за рукав:

— Пойдём со мной срезать ветку сливы!

Су Цзисинь сидел, нахмурившись, и что-то бурчал себе под нос. Он пытался вырваться, но не слишком настойчиво. Су Биро обеими руками потянула его за рукав и стала тащить:

— Иди со мной!

Ли Сяомяо бросила взгляд на лянскую ваньфэй. Та делала вид, что ничего не замечает, и спокойно пила чай, любуясь цветущей сливой за окном. Ли Сяомяо моргнула и тоже невозмутимо поднесла чашку к губам, наблюдая за этой сценой.

Су Биро несколько раз дернула Су Цзисиня, но тот не поддавался. Тогда она нахмурилась и громко крикнула:

— Иди со мной!

Император, разговаривавший с Люй Хуа, тут же обернулся. Су Цзисинь недовольно надул губы и с мольбой посмотрел на отца. Су Биро, не отпуская рукава, топнула ногой:

— Дедушка, заставь его пойти со мной за сливой!

Император мягко улыбнулся:

— Хорошо! Пусть старший евнух пойдёт с тобой?

— Нет! Хочу, чтобы пошёл третий дядя! Только он!

Су Цзисинь покраснел от усилий, пытаясь вырваться. Императрица Го улыбалась, но её кулаки были сжаты. Люй Фэн с интересом наблюдал за ними, но вдруг вскочил и весело предложил:

— Я пойду с тобой!

Су Биро косо глянула на него и молча продолжила тянуть Су Цзисиня за рукав. Император, как всегда добродушный, выступил посредником:

— Отлично! Вы двое пойдёте вместе с Люй Фэном. Выберите ветку, какую хотите, но сами не лезьте — берегите руки. Проследите за этим!

Он дал указание слугам, похлопал Су Цзисиня по плечу и погладил Су Биро по голове. Су Цзыи смотрел с доброжелательной улыбкой, Су Цзычэн — с едва уловимой насмешкой, а Люй Хуа сохранял невозмутимое выражение лица, хотя Ли Сяомяо казалось, что он готов пнуть брата.

http://bllate.org/book/9878/893587