Готовый перевод The Villainess in a Sweet Pet Novel / Злодейка в сладком романе: Глава 15

Шэнь Хуа: …

Неужто у великого полководца империи Дайюн, Его Высочества принца Су, вместо пристрастия к талии — страсть к кошелькам?!

—

Шэнь Хуа задержалась чуть дольше обычного, и когда вернулась, пир уже клонился к концу.

Едва она появилась, на неё сразу же устремились взгляды со всех сторон — любопытные, насмешливые, даже немного сочувствующие.

Не успела она оглянуться в поисках Чжао Вэнь Яо, как перед ней выросла чья-то тень. Лин Вэйчжоу нахмурился и пристально посмотрел на неё:

— Хуа-эр, куда ты пропала?

На лице его читалась тревога. Он потянулся за её рукой, но обычно такая послушная девушка на этот раз слегка отстранилась и уклонилась от его ладони.

Лин Вэйчжоу посмотрел на пустую ладонь и вдруг ощутил странную, необъяснимую пустоту. Тихо прошептал:

— Хуа-эр?

Шэнь Хуа смущённо облизнула нижнюю губу, отвела глаза от окружающих и незаметно раскрыла перед ним свою ладонь:

— Братец-наследник, я чуть не упала — руки грязные.

Затем быстро огляделась и понизила голос:

— На нас все смотрят.

Брови Лин Вэйчжоу разгладились, лишь завидев царапины на её ладони, но в душе всё равно осталось беспокойство:

— Раньше тебе ведь нравилось, когда я беру тебя за руку при всех. Почему теперь стала стесняться?

— Мне уже исполнилось пятнадцать, я больше не ребёнок.

— Если не ребёнок, будь осторожнее.

Однако, раз она попросила, он не стал настаивать и повёл её в боковой зал.

Когда вокруг никого не осталось, он спокойно достал платок и маленький флакончик с белой мазью, чтобы обработать рану на её ладони:

— Куда ты ходила? Почему без сопровождения? Такая неловкая.

Рана была сделана нарочно по дороге обратно — иначе как объяснить своё долгое отсутствие:

— Аяо долго не возвращалась, я пошла её искать и, торопясь, упала.

Надо признать, у Лин Вэйчжоу действительно было всё, чтобы покорять сердца: благородная внешность, положение второго после императора человека в государстве и, что самое ценное, отсутствие высокомерия — он всегда был мягким и заботливым.

Жаль только, что, как бы он ни был хорош, в его сердце для неё места нет — и всё это напрасно.

Шэнь Хуа задумалась, и Лин Вэйчжоу, не рассчитав силу нажима, случайно коснулся раны. Она невольно вскрикнула и резко дёрнула руку назад.

Лин Вэйчжоу снова нахмурился:

— Больно? Я буду осторожнее.

Он бережно взял её ладонь, будто держал драгоценность, и стал ещё нежнее. Даже поднёс к губам и, словно утешая ребёнка, мягко подул на рану.

Глядя на его движения, Шэнь Хуа вспомнила, как совсем недавно он так же нежно поддерживал другую девушку. Вместо благодарности в её душе осталось лишь раздражение.

Она посмотрела ему прямо в глаза и медленно, чётко произнесла:

— Братец-наследник, с кем ты был сейчас?

Лин Вэйчжоу на миг замер, но тут же продолжил аккуратно перевязывать её руку платком.

Шэнь Хуа молча ждала, следя за его длинными пальцами.

Его платок тоже был нежно-голубого цвета. Он особенно любил этот оттенок: кроме парадных одежд для церемоний, большинство его нарядов были голубыми — как и сам он, мягкий и спокойный, словно вода.

Завязав простой узелок, он погладил её по голове и тихо спросил:

— Хуа-эр, ты что-то видела или слышала?

Шэнь Хуа на секунду задумалась и кивнула:

— Я повсюду искала Аяо, но нигде не нашла. По пути обратно встретила служанку, она сказала, что братец-наследник сам помог Аяо вернуться.

Она опустила ресницы с лёгкой грустью:

— Знал бы ты заранее, что пойдёшь за ней, мне не пришлось бы ходить самой и падать — больно же… Прямо обидно стало.

Лин Вэйчжоу пристально смотрел на неё, пытаясь понять, правду ли она говорит.

Когда он помогал Чжао Вэнь Яо, ему показалось, будто он услышал глухой стук. Хотя он никого не увидел, в душе всё равно осталась тревога.

Но, увидев, как Шэнь Хуа надула губки и выглядит слегка недовольной, его сомнения рассеялись. Он хорошо знал свою невесту, с которой рос с детства.

Она не умела лгать — всё всегда было написано у неё на лице. Если бы она действительно увидела их вместе, то не стала бы так осторожно допытываться, а сразу бы вспыхнула гневом.

Он нежно потянулся за её второй, неповреждённой рукой. Она инстинктивно попыталась уйти, но не успела — он крепко обхватил её ладонь.

Рука Шэнь Хуа была холодной и слегка влажной от снега, но Лин Вэйчжоу не обратил внимания — он начал осторожно растирать её пальцы:

— На пиру несколько родственников сильно напоили меня. От вина лицо горело, и я вышел освежиться. И тут наткнулся на твою кузину.

— Она сидела на земле, подвернув лодыжку, а вокруг не было ни одной служанки. Пришлось помочь.

— Если бы она не была твоей кузиной, разве стал бы я вмешиваться? Не ожидал, что из-за этого пойдут пересуды.

Его голос звучал чисто и мягко, они стояли близко, и его дыхание щекотало ей ухо, словно он шептал ей любовные слова — почти гипнотически.

Шэнь Хуа опустила глаза, внешне спокойная, но внутри бушевала буря.

Если бы она не видела всё собственными глазами, возможно, и поверила бы в эту сказку про подвёрнутую ногу и случайную встречу.

По дороге обратно она ещё надеялась, что ошиблась — ведь порой и глаза могут обмануть.

Но если совести нет, зачем тогда лгать? Значит, между ним и Чжао Вэнь Яо всё далеко не так чисто, как он пытается представить.

Она моргнула, сдерживая лёгкую влажность в глазах, и нарочито капризно надула губы:

— Выходит, это моя вина?

Увидев, что она ведёт себя как обычно, Лин Вэйчжоу окончательно успокоился и сделал серьёзное лицо:

— Это они болтают лишнее, тебе-то какое дело? Сейчас найду, кто распускает сплетни, и строго накажу.

Шэнь Хуа, как и ожидалось, тут же испугалась:

— Ах, да они ведь не специально! Я уже не злюсь, братец-наследник, не надо их наказывать!

Лин Вэйчжоу и не собирался никого наказывать, поэтому легко улыбнулся:

— Хорошо, сделаю так, как скажет Хуа-эр.

Он, видимо, боялся, что она всё ещё обижена, поэтому ещё немного её утешал, а в конце вынул из кошелька жемчужину и положил ей на ладонь:

— Недавно послы преподнесли это в дар. Помню, ты любишь собирать такие жемчужины, так что приказал оставить специально для тебя. Нравится?

В её ладони лежала жемчужина величиной с глаз, редкой красоты и размера.

Когда-то в детстве, играя в прятки, она спряталась в гроте и просидела там от заката до глубокой ночи — никто не находил её.

То тоже был зимний день. Холодный ветер сковывал её тело, ноги онемели от долгого сидения, а в полночь вокруг начали выть дикие кошки. Она ужасно испугалась.

И вот, когда она уже почти потеряла сознание, кто-то с фонарём в руках, дыша паром на морозе, вошёл внутрь и звал её: «Хуа-эр!»

Это был Лин Вэйчжоу, старше её всего на два года. В тот момент она готова была отдать ему всё — все свои сладости и игрушки.

Позже, когда императрица-вдова спросила, какого из принцев она предпочитает, она даже не взглянула на самого доброго старшего принца и не выбрала того, кто катал её на качелях и ловил рыбу — третьего принца. Она без колебаний указала на него.

С тех пор она стала бояться темноты и полюбила всё, что светится.

Если бы не сегодняшнее происшествие, она бы, конечно, обрадовалась и решила бы, что Лин Вэйчжоу искренне любит её. Ведь не каждый сможет десять лет подряд помнить все её привычки и предпочтения.

Но теперь всё, что он делал, казалось ей лишь попыткой загладить вину.

На мгновение ей захотелось прямо спросить: что она для него на самом деле?

Маленькая сестрёнка, с которой он рос? Инструмент для расположения императрицы-вдовы? Или просто навязанная ответственность, от которой не отделаться?

Но в последний момент она сжала жемчужину в кулаке и сказала:

— Мне очень нравится. Спасибо, братец-наследник.

— Чем занималась в последнее время? Стало холодно, не убегала ли снова из дома гулять?

Обычно Шэнь Хуа сразу бы ответила, рассказала бы, какие книги читала, куда ходила с Шэнь Чанчжоу, в чьи дома заходила.

Но сейчас она замялась. Раньше, когда она говорила, что где-то вкусно или весело, он лишь мягко улыбался, а потом уговаривал её не бегать целыми днями с Шэнь Чанчжоу — можно простудиться.

Тогда ей казалось, что он искренне заботится. Теперь же она поняла:

Лин Вэйчжоу, вероятно, всегда любил скромных, благовоспитанных и нежных красавиц из знати.

Поэтому, даже зная, что она голодна, он никогда не пойдёт против правил ради неё; зная, что она любит бездельничать и веселиться, он всё равно будет настаивать, чтобы она училась приличиям, читала книги и держалась подальше от Шэнь Чанчжоу.

Он незаметно пытался изменить её, сделать такой, какой хотел видеть. Но она — Шэнь Хуа, и никогда не станет кем-то другим.

Поэтому, как бы ни развивались события, он всё равно сразу влюбится в Чжао Вэнь Яо.

Видя, что она молчит, Лин Вэйчжоу коснулся лба:

— Может, ушиблась где-то ещё, когда упала?

Она мягко отвела его руку и подняла на него глаза:

— Нигде не болит, братец-наследник. Бабушка часто спрашивает о тебе и о государыне, всё считает благоприятные дни… Когда, по-твоему, нам лучше назначить свадьбу?

Лин Вэйчжоу не ожидал такого вопроса. Его взгляд на миг дрогнул, но он тут же улыбнулся:

— Хуа-эр, неужели не терпится выйти за меня замуж?

Шэнь Хуа надула губы:

— Да не я хочу, бабушка всё твердит! Неужели тебе не хочется?

— Конечно, хочу! Но брак — дело государственное, решение принимают государь и государыня. Наберись терпения ещё немного.

— Ах, да я же не сама хочу!

— Хорошо-хорошо. Ты ведь говорила, что хочешь что-то мне подарить. Можно посмотреть?

Шэнь Хуа сжала в рукаве кошелёк, который вышивала полмесяца. Теперь она не хотела отдавать его.

Собравшись с мыслями, она притворилась, что ищет в рукаве, и с сожалением разжала ладони:

— Кажется, забыла в карете. Сейчас пошлю кого-нибудь за ним.

Лин Вэйчжоу, видя её волнение, мягко вернул её обратно:

— Не спеши, вещь никуда не денется. Если сегодня не взяла, принесёшь в другой раз. Через несколько дней Малый Новый год, будет ледовое представление — тебе ведь нравится? Приходи во дворец и принеси тогда.

Раньше она обязательно настояла бы на том, чтобы сходить за кошельком, но теперь с радостью согласилась:

— Тогда могу ли я привести с собой Аяо?

Лин Вэйчжоу слегка удивился:

— Ты с этой кузиной очень сдружилась.

— Аяо совсем не такая, как другие двоюродные сёстры — добрая, понимающая, с ней приятно общаться. Мне нравится проводить с ней время. Братец-наследник не одобряет?

— Если у тебя появится подруга, мне только радостнее. Пусть приходит вместе с тобой.

Он ответил безупречно, не дав ни малейшей зацепки.

Они ещё немного побеседовали, как пришла служанка сообщить, что пир закончился. Лин Вэйчжоу должен был проводить родственников и чиновников, а госпожа Су уже ждала Шэнь Хуа, поэтому они вместе направились в Зал Тайхэ.

В зале почти все уже разошлись, остались лишь отдельные группы, прощаясь и обмениваясь любезностями. Увидев их, все тут же окружили.

Шэнь Хуа огляделась и заметила Чжао Вэнь Яо рядом с госпожой Су. Та вела себя образцово — глаза в пол, будто ничего не произошло, даже не взглянула в их сторону, когда они вошли.

Действительно умеет держать себя.

Тем временем Лин Вэйчжоу тоже искал кого-то глазами. Оглядев зал и не найдя нужного человека, он повернулся к служанке:

— Дядя-принц возвращался?

— Его Высочество принц Су не возвращался с момента, как покинул пир.

Лин Вэйчжоу кивнул, задумавшись:

— Пошлите узнать. Если дядя ещё во дворце, я лично должен его проводить.

Едва он договорил, как у входа в зал появился отряд воинов с мечами у пояса. Мелкие евнухи пытались их остановить, но не осмеливались.

Носить оружие в запретном городе — это прямое оскорбление императорского достоинства.

Даже обычно спокойный Лин Вэйчжоу похмурился, но эти воины были людьми принца Су — даже его отец, император, не осмеливался их останавливать, не то что он, простой наследник.

Лин Вэйчжоу глубоко вздохнул и поднял руку:

— Пусть войдут.

Воины и без того вели себя грубо, а уж люди принца Су и подавно не церемонились. Получив разрешение, они дерзко вошли и лишь поверхностно поклонились наследному принцу.

Только командир отряда вёл себя более вежливо — он почтительно склонился в полном поклоне:

— Нижний Фан Юйхэн по приказу Его Высочества принца Су прибыл вручить подарок наследному принцу.

Фан Юйхэн выглядел молодо и благородно, хотя на самом деле уже занимал пост командующего второго ранга и был самым доверенным советником Лин Юэ.

http://bllate.org/book/9389/854009