Готовый перевод The Queen Harbors a Sweet Plot / У королевы сладкий заговор: Глава 39

— Мы уже проверили прошлой ночью: тридцать пять карманных арбалетов удастся надёжно спрятать лишь в том случае, если распределить их как минимум между двумя повозками с тканями, — улыбнулся проводник. — Как раз наступает лето, и слугам в вашем доме пора бы обновить летнюю одежду. Давайте совместим полезное с приятным. Все опасаются, что выбранные нами ткани не понравятся молодому господину, так что потрудитесь взглянуть сами — какие вам по душе? Мы потом сразу погрузим их.

Ли Кэчжао не стал гасить его рвение отказом, но лишь без особого интереса бросил взгляд на Суй Синъюнь:

— Выбирай ты.

Он никогда не был любителем шататься по рынкам и уж точно не собирался терпеливо перебирать ткани до тех пор, пока не наберётся две полные повозки.

Однако если обе повозки окажутся явно набиты случайными отрезами, стражники у городских ворот непременно заподозрят неладное. Придётся проявить терпение и делать вид, будто выбираешь всерьёз.

*****

На самом деле Суй Синъюнь тоже не питала особой страсти к подобным прогулкам.

Честно отбирать ткани до тех пор, пока не наполнится две повозки, — занятие изнурительное, способное вывести из себя даже ангела.

К счастью, Ли Кэчжао сохранил хоть каплю товарищеского чувства и сопровождал её, шаг за шагом прохаживаясь между стеллажами.

Правда, он явно думал о чём-то своём и на вопросы Суй Синъюнь отвечал лишь рассеянным «ага» или «ну да».

После почти месяца намеренного отчуждения вчерашний разговор всё же помог им вернуть прежнюю лёгкость общения. Суй Синъюнь больше не держалась в стороне, и теперь они снова чувствовали себя так, словно ничего и не было.

В такой обстановке Ли Кэчжао, хоть и не выносил возни с тканями, с удовольствием оставался рядом с ней.

Слушать, как она, сдерживая раздражение, снова и снова тихо спрашивает его мнения, а потом злится, получив очередной вялый ответ, доставляло ему странный восторг.

Будто он снова мальчишка и тайком дёргает её за косичку.

— Молодой господин, этот крабово-зелёный туманный шёлк, по-моему, отлично подойдёт для внешних одежд Двенадцати стражей. Как вам кажется? — Суй Синъюнь в очередной раз с трудом сдержала раздражение и обратилась к нему за советом.

— Ага, — не глядя на ткань, бросил Ли Кэчжао и повернулся к приказчику: — Берём.

Суй Синъюнь уже голову потеряла от этого бесконечного выбора. Его постоянные «ага-ну-да-берём» окончательно вывели её из себя. Она и так терпеть не могла подобную мелочную возню; лучше бы ей позволили схватить Е Йаня и пятьдесят раз швырнуть его на землю, чем вот это!

Если бы они разделились и выбирали каждый по отдельности, давно бы закончили. Но нет — он упрямо следует за ней, присутствуя телом, но отсутствуя духом, и явно делает это назло.

Чем больше она об этом думала, тем злее становилось.

— Знаешь только «ага-ага-берём-берём», даже взглянуть не удосужишься! — проворчала она сквозь зубы. — Если потом окажется, что ткань уродливая, не смей сваливать вину на меня — я не признаю!

— Выбирай с закрытыми глазами, всё равно приму, — усмехнулся Ли Кэчжао, косо глянув на неё. — Всё равно они постоянно шатаются по дому, так что не только мне одному придётся мучиться от этого зрелища.

— О? Вот как? — Суй Синъюнь резко схватила два ближайших отреза — золотисто-красный и изумрудно-зелёный парчовые шёлки — и, насильно растянув губы в улыбке, зажмурилась: — Молодой человек, берём и эти! Для молодого господина: красный — на кафтан, зелёный — на шапку.

Лицо Ли Кэчжао тут же стало того же оттенка, что и изумрудная парча.

— Советую тебе хорошенько подумать, — процедил он сквозь зубы.

— А? — Суй Синъюнь приоткрыла один глаз и вызывающе ухмыльнулась. — Передумал? Больше не хочешь, чтобы я выбирала с закрытыми глазами?

Хватит! Пусть лучше подерутся!

— Ты только попробуй… — начал он сквозь стиснутые зубы.

В этот момент парча с другой стороны стеллажа тоже приподнялась.

За ней стояла юная девушка с причёской «ласточкин хвост» и задумчивая Суй Мин.

Суй Синъюнь не знала эту девушку, но, увидев, как Суй Мин почтительно следует за ней на полшага позади, заметив дорогой жёлтый летний шёлк на её платье и вспомнив повозку у входа с гербом резиденции принцессы Чжэнь, она уже примерно догадалась, кто перед ней.

Тем не менее, ради уверенности Суй Синъюнь осторожно взглянула на Ли Кэчжао.

Тот слегка наклонился в поклоне, избегая прямого взгляда.

Не дождавшись, пока он успеет произнести приветствие, девушка тоже отвела глаза и, помахав рукой, тихо и смущённо сказала:

— Сегодня я вышла инкогнито, не нужно церемоний. Вы двое такие гармоничные и влюблённые — прямо завидно становится.

Суй Синъюнь и Ли Кэчжао переглянулись, поражённые.

«Завидно? — недоумевала про себя Суй Синъюнь. — Завидно тому, что мы чуть не подрались?»

«Завидно? — думал Ли Кэчжао. — Завидно тому, что она хочет надеть мне зелёную шапку?»

Похоже, у этой принцессы весьма странное представление о «гармонии супругов».

— Госпожа Цзинь часто бывает здесь за тканями? Раньше я вас не встречала, — доброжелательно улыбнулась принцесса Чжэнь.

Суй Синъюнь ответила такой же вежливой улыбкой:

— Мне недавно рассказала об этом месте одна из швеек в доме. Раньше я здесь не бывала.

— Здесь привозят ткани со всех краёв, — продолжала принцесса. — Узоры разнообразные, много новых рисунков. Вам стоит почаще заглядывать сюда, даже просто ради прогулки.

Суй Синъюнь поблагодарила и больше ничего не сказала.

— Если я не ошибаюсь, — принцесса перевела взгляд с неё на Суй Мин, — вы с моей невесткой — родственницы из одного клана? Значит, и я с вами в некотором родстве. Надеюсь, в будущем у нас будет возможность чаще встречаться.

— Благодарю за внимание, — ответила Суй Синъюнь.

Она совершенно запуталась в этих запутанных родственных связях Иляна и не поняла, как именно они могут быть связаны с принцессой. Поэтому лишь вежливо улыбнулась, не зная, что ещё сказать.

Это была их первая встреча, и после нескольких фраз разговор иссяк. Они неловко улыбнулись друг другу и разошлись по своим делам.

*****

Пройдя несколько рядов, Суй Синъюнь потянула Ли Кэчжао за рукав.

Боясь, что их услышат принцесса Чжэнь и Суй Мин, она почти шепотом, почти одними губами спросила:

— Какое вообще родство она мне там устроила?

Ли Кэчжао слегка кашлянул и, слегка наклонившись, приблизился к ней:

— Что? Не расслышал.

Суй Синъюнь не усомнилась и повторила свой вопрос прямо ему в ухо.

Ухо Ли Кэчжао покраснело, но он сделал вид, что ничего не происходит, и, слегка наклонившись к её уху, тихо объяснил:

— Муж принцессы Чжэнь — младший сын канцлера Ци Линя, дядя Ци Вэньчжоу.

Он старался держать приличную дистанцию, но его дыхание всё равно касалось её уха.

Заметив, как её смуглая, изящная мочка уха слегка порозовела, он снова почувствовал ту же радость, будто опять дёрнул её за косичку. На лице — полное спокойствие, внутри — ликование.

— А, теперь понятно, почему она называет Суй Мин своей невесткой, — задумчиво кивнула Суй Синъюнь и тихо добавила: — Она сказала, что мы должны чаще встречаться. Мне не обязательно воспринимать это всерьёз? Я и так считаю, что лучший исход — никогда больше не видеться с Суй Мин. Если же нам придётся часто сталкиваться, рано или поздно начнётся драка.

Другие знали лишь, что «тринадцатая Суй повесилась после того, как её жениха забрала двоюродная сестра, но выжила». Только Суй Синъюнь знала правду: Суй Мин должна была жизнь прежней хозяйке этого тела.

Если бы не множество соображений, она бы била её при каждой встрече.

А главная причина, по которой она сдерживалась, — боялась навлечь неприятности на Ли Кэчжао.

Поняв её тревогу, Ли Кэчжао мгновенно позабыл обо всём романтическом, и сердце его наполнилось теплом.

— Боишься доставить мне хлопот?

— Конечно.

В глазах Ли Кэчжао мелькнула улыбка:

— Не хочешь общаться — и не надо. Если принцесса Чжэнь пришлёт тебе приглашение, я найду повод, чтобы вежливо отклонить его.

— Хорошо. Эй, погоди… — Суй Синъюнь внезапно сообразила и тихо удивилась: — Принцесса Чжэнь выглядит почти моих лет, а её муж — сын канцлера Ци Линя? Ему ведь должно быть немало!

Как так? Принцесса вышла замуж за старика?!

— Муж — поздний ребёнок Ци Линя, всего на два-три года старше своего племянника Ци Вэньчжоу, — машинально ответил Ли Кэчжао и, ткнув её пальцем в плечо, подтолкнул: — Ладно, хватит болтать. Быстрее выбирай ткани.

— Какие мои ткани? Я тут ни в чём не виновата! Не толкай, у меня и так ноги есть!

— Это я толкаю? Я просто тычу, — невозмутимо сказал Ли Кэчжао и дважды подряд ткнул её в плечо, отчего она сжала кулаки и оскалилась на него.

*****

Во дворе висели только летние ткани, и они, увлечённые разговором, не заметили, что стояли за отрезом снежно-фиолетового ледяного шёлка.

Этот шёлк производили только в столице Поднебесной. Его ткали из особой нити по сложной технологии. Хотя ткань прохладная и идеально подходит для жары, из-за своей полупрозрачности обычно использовали лишь как наружный слой зимой или осенью.

Правда, некоторые смелые женщины шили из него нижнее бельё, чтобы порадовать мужей и добавить страсти в супружескую жизнь.

Хотя принцесса Чжэнь и Суй Мин стояли в нескольких рядах, между тканями были щели.

Принцесса Чжэнь ясно видела сквозь полупрозрачный ледяной шёлк силуэты двух людей.

Они шептались, прижавшись друг к другу, и постоянно обменивались милыми, игривыми жестами.

— Как тени в народном театре, — улыбнулась принцесса, — два молодых влюблённых, которые то ссорятся, то мирятся. Настоящая зависть берёт.

Мы, девушки из знати, рождены в роскоши и ни в чём не нуждаемся. Всё, чего мы желаем в жизни, — это «вечно быть вместе».

Церемонное уважение, идеальные манеры, но холодные, отстранённые отношения — разве это «вечно быть вместе»?

Настоящее «вечно быть вместе» — это когда двое так близки, как те двое за ледяным шёлком.

У принцессы было слишком много чувств и размышлений. Она обернулась и улыбнулась Суй Мин.

Девушкам до замужества и замужним женщинам редко выпадает шанс выйти из дома. Покупка тканей — одно из немногих оправданий для прогулки.

Но для мужчин мир огромен, и у них полно мест, где можно весело провести время. Что для них эта возня с тканями?

Муж принцессы Чжэнь, хоть и приехал с ней, всё равно сидел в повозке и ждал.

И даже это считается в Иляне образцом заботливого мужа.

А Ли Кэчжао готов следовать за своей женой шаг за шагом, шутить, ссориться, будто они созданы быть вместе всегда и везде.

Кто бы мог подумать? До встречи с ними мало кто из замужних женщин осмеливался мечтать о таком. Оказывается, бывают супруги, которые живут так, как девушки мечтали до свадьбы: близкие, горячие, настоящие.

Разве не от чего завидовать?

— Кто бы мог подумать? — вздохнула принцесса. — Шестой молодой господин из рода Цзинь, который внешне такой суровый, оказался после свадьбы таким мужем, которого не сыскать и с фонарём.

— Принцесса права, — тихо ответила Суй Мин, опустив глаза на носки своих туфель, будто тысячи муравьёв точили её сердце.

Тот самый муж, которого невозможно найти даже с фонарём… должен был быть её.

*****

Почти час ушёл на то, чтобы отобрать ткани на две повозки.

Суй Синъюнь пошла следить, как работники грузят ткани, а Ли Кэчжао направился за проводником в контору.

Контора находилась во втором дворе, где также работали портные и вышивальщицы.

Иногда клиенты, желая разнообразия, заказывали пошив прямо здесь, вместо того чтобы обращаться к домашним портным.

Когда Ли Кэчжао вошёл во второй двор, как раз навстречу выходили принцесса Чжэнь и Суй Мин — они только что закончили примерку и тоже направлялись в контору расплатиться.

— Молодой господин Цзинь, здравствуйте, — тихо и скромно присела Суй Мин.

Ли Кэчжао не пожелал с ней разговаривать и лишь кивнул принцессе, указав жестом, чтобы они прошли первыми.

— В этой лавке три конторщика, так что платить можно всем вместе, — с лёгким румянцем на щеках сказала принцесса Чжэнь. Голос её дрожал от волнения, хотя она и старалась сохранять спокойствие.

Чувствуя, что слова прозвучали неуместно, она быстро добавила с улыбкой:

— Я часто сюда хожу, поэтому знакома. Если госпожа Цзинь захочет снова прийти, давайте договоримся приходить вместе.

— Благодарю принцессу, — учтиво кивнул Ли Кэчжао и нагло соврал: — Она стеснительная, без меня не выходит из дома.

С этими словами он отступил к крыльцу и больше не заговаривал.

Принцесса Чжэнь, поняв, что настаивать бесполезно, направилась с Суй Мин в контору и вскоре уехала.

Никто не знал, что, уезжая, принцесса, казалось бы, смотрела прямо перед собой, но краем глаза всё же бросала прощальные взгляды на высокую, статную фигуру под навесом, пока та окончательно не скрылась из виду.

В тринадцатом году правления Тяньмин случилось двойное торжество: войска Цая уничтожили малое государство Гун, а в том же году в Цае был богатый урожай. В честь этого царь Цай устроил пятидневный праздник в западном предместье с участием всей знати, чиновников и придворных дам.

Именно тогда принцесса Чжэнь впервые влюбилась в заложника из рода Цзинь — Ли Кэчжао. Но ничего не успела сказать и не сделала ни единого шага.

Вскоре после того её мать-императрица получила царский указ и выдала принцессу замуж за младшего сына канцлера Ци Линя.

Та первая, робкая любовь принцессы так и осталась лишь в её сердце, никому не известной, кроме её самого трепетного биения.

http://bllate.org/book/9313/846864