Готовый перевод Daily Life of Raising a Child as a Cannon Fodder / Будни пушечного мяса по воспитанию детей: Глава 47

Ло Цзиньюй кивнула в знак благодарности и спросила:

— Скажите, пожалуйста, знаете ли вы, кого именно сегодня господин Жэнь собирался мне представить в качестве менеджера?

Секретарь с изящными чертами лица слегка улыбнулась и указала пальцем вперёд — направо:

— Это владелица кабинета, в котором вы сейчас находитесь. Заместитель директора отдела звёздных менеджеров — госпожа Шэн Нань.

Ло Цзиньюй проследила за её взглядом. Кабинет был разделён на рабочую зону и зону отдыха современной железной перегородкой с полками, и та загораживала обзор. Немного присев, Ло Цзиньюй заглянула сквозь решётчатые промежутки и увидела на тёмном столе прозрачную акриловую табличку с надписью:

«Заместитель директора отдела звёздных менеджеров — Шэн Нань».

Едва секретарь ушла, Ло Цзиньюй достала телефон и ввела это имя в поисковик. Результаты заставили её нахмуриться.

Если верить интернету, Шэн Нань ранее была менеджером знаменитой актрисы Мэн Лань и певца Гао Юйчэна, но в самый расцвет их карьеры перевела фокус на молодого участника шоу талантов Си Цзыцяня. Позже из-за неравномерного распределения ресурсов возник конфликт с артистами, и ей пришлось передать всех своих подопечных, оставив лишь Си Цзыцяня.

Ло Цзиньюй смутно помнила этого Си Цзыцяня.

Он начал с музыкального шоу, затем пробрался в кино и даже периодически мелькал в модных кругах, но так и не смог добиться настоящего успеха. Недавно, во время показа крупного патриотического фильма ко Дню образования КНР, его игру раскритиковали в соцсетях: «актёрская игра уровня анти-учебника». При этом у Мэн Лань в том же фильме было всего пять минут экранного времени, а у него — целых восемь минут двадцать две секунды. Это вызвало недовольство фанатов других артистов лейбла «Чиюэ», которые обвинили компанию в бездействии и в том, что талантливым исполнителям не дают ресурсов и пиара. Тема некоторое время муссировалась в сети, но вскоре её замяли.

Ло Цзиньюй и так переживала, что новый менеджер может уже вести других артистов и потому будет делить внимание и возможности. А теперь, прочитав эти слухи, она окончательно приуныла.

Однако она понимала: в шоу-бизнесе столько правды и вымысла, что даже самые красочные новости не всегда отражают реальность. Истину знают только сами участники событий. Она просмотрела составленную фанатами таблицу ресурсов Си Цзыцяня с момента дебюта. Некоторые крупные бренды, по логике вещей, никогда бы не сотрудничали с таким второстепенным артистом. Если же они это делали, значит, либо у него мощная поддержка, либо его менеджер действительно обладает огромным влиянием. Поэтому, хоть сердце и сжималось от тревоги, она всё же сохранила каплю надежды на Шэн Нань.

Выпив кофе, Ло Цзиньюй вышла в туалет. Вернувшись, она услышала голоса в кабинете. Сначала она решила, что это Жэнь Чживэнь и Шэн Нань, и собралась выйти из-за перегородки, чтобы поприветствовать их. Но в этот момент раздался громкий звук пощёчины.

— Си Цзыцянь, как ты вообще можешь такое говорить? — женский голос был не пронзительным, а скорее спокойным, с лёгкой насмешкой и оттенком превосходства.

Последовал шум, будто кто-то смахнул всё с поверхности стола.

— Шэн Нань, ты совсем с ума сошла?! Я просто попросил тебя взять ещё одного человека! Ты мне по лицу бьёшь?!

Ло Цзиньюй оказалась в затруднительном положении: выходить — неловко, оставаться — тоже неловко, ведь получится, что она подслушивает. Она даже подумала вернуться в туалет и сделать вид, будто ничего не слышала.

Тем временем за перегородкой продолжалась перепалка, и, очевидно, никто не знал о её присутствии.

— За эти годы я ради тебя отказалась от Мэн Лань и Гао Юйчэна, а теперь ты хочешь, чтобы я взяла к себе какую-то тридцать восьмую линию, с которой ты флиртуешь?!

— Какой флирт?! Я же объяснил: между нами ничего нет! Просто у неё потенциал, и я упомянул вскользь. Да и ты сама ведь собираешься брать новичка-статистку? Если Лю Аньань — тридцать восьмая линия, то какая тогда Ло Цзиньюй? Шестьдесят восьмая? Девяносто восьмая?

Ло Цзиньюй не ожидала, что услышит своё имя в их споре, и невольно напрягла слух.

— Потенциал? Потенциал в постели, что ли? — холодно рассмеялась Шэн Нань. — Ты думаешь, раз уж взяла тебя, мой кабинет стал мусорным ведром? Всё подряд туда тащишь?

Эти слова окончательно вывели Си Цзыцяня из себя.

— Бах! — ударил он ладонью по столу, почти сквозь зубы прошипев: — Так ты наконец-то сказала то, что думала?! Ты ведь никогда меня не принимала! Ты жалеешь, что отпустила Мэн Лань и Гао Юйчэна, да?!

— Ха-ха-ха… — Шэн Нань расхохоталась так, будто услышала самый смешной анекдот века.

— Ты всегда такой! Всегда! Высокомерный, полный презрения! Для тебя я — просто бесполезная грязь, никчёмный мусор! Правда?! Мне это надоело! Чёрт возьми, я реально устал от твоей болезненной одержимости контролем, старая ведьма!

В ярости он метался по кабинету, пока наконец не пнул табличку с именем, которая летела прямо сквозь решётку перегородки и приземлилась в зоне отдыха. Ло Цзиньюй вздрогнула и невольно вскрикнула.

— Кто там?! — резко спросила Шэн Нань, словно бросив камень.

Ло Цзиньюй опустила руку, которой только что прикрыла рот, подняла табличку и, чувствуя неловкость, вышла из-за перегородки.

— Простите, меня провели сюда ждать господина Жэня и вас, но когда я вернулась из туалета, то…

Шэн Нань выглядела смущённой. Она зашла в кабинет лишь за документами, а Си Цзыцянь последовал за ней и снова завёл речь о Лю Аньань, что и спровоцировало ссору. Хотя она и не заметила присутствия постороннего, быть застигнутой врасплох — дело неприятное.

Ло Цзиньюй тоже впервые сталкивалась с подобной ситуацией. Она прочистила горло и направилась к двери:

— Может, я лучше подожду снаружи…

— Не нужно уходить, — спокойно произнесла Шэн Нань и, указав пальцем на Си Цзыцяня, добавила без малейших эмоций: — Уходи ты.

— Шэн Нань, ты…! — глаза Си Цзыцяня налились кровью от ярости, но женщина уже отвела взгляд, будто больше не желала его видеть. Он сначала не поверил, но потом вспышка гнева поглотила его целиком. Он бросил на Ло Цзиньюй презрительный взгляд и процедил:

— Ладно, ухожу! Посмотрим, насколько твой «перспективный» статист окажется лучше Лю Аньань!

Дверь с грохотом захлопнулась, и в кабинете воцарилась тишина.

Шэн Нань некоторое время смотрела на закрытую дверь, затем подошла к своему креслу, села и жестом пригласила Ло Цзиньюй присоединиться.

— Поговорим?

Ло Цзиньюй бросила взгляд на разбросанные по полу вещи. Шэн Нань заметила это и постучала пальцами по столу:

— Ничего страшного, скоро уберут.

Ло Цзиньюй ничего не сказала, положила табличку на стол и села напротив.

Их взгляды встретились. Ло Цзиньюй отметила, что внешность Шэн Нань нельзя назвать выдающейся: короткие волосы, чёткие брови, но глаза — острые, пронзительные, придающие ей агрессивности. На вид ей было около тридцати — далеко не «старая ведьма», как назвал её Си Цзыцянь.

Пока Ло Цзиньюй её разглядывала, Шэн Нань внимательно изучала свою гостью.

Изначально Шэн Нань не собиралась брать Ло Цзиньюй под крыло. Деньги ей были не нужны, и Цзюнь Чи знал об этом. Именно поэтому он предложил ей награду, за которую Си Цзыцянь так боролся. Но Цзюнь Чи не знал, что Шэн Нань уже почти договорилась о получении этой премии «Лучший актёр второго плана». Однако у них были личные отношения, и раз он проявил такую настойчивость, она не хотела грубо отказывать — просто планировала прийти на встречу и вежливо отклонить предложение.

Кто мог подумать, что Си Цзыцянь вмешается и устроит сцену прямо при постороннем? Хотя в их разговоре не прозвучало ничего прямого, любой сообразительный человек легко догадается об их связи.

Роман между артистом и менеджером — не редкость в индустрии. Есть даже пары, которые дошли до свадьбы. Но Си Цзыцянь слишком молод, да и его имидж не предполагает публичных отношений. В сети уже ходили слухи, и если теперь это всплывёт, многие сочтут, что последние годы она нарушала профессиональную этику, используя личные отношения для проталкивания его карьеры. Это плохо скажется и на ней самой.

Поэтому то, что должно было решиться просто и быстро, теперь требовало урегулирования.

Однако Шэн Нань удивилась: на лице или в глазах Ло Цзиньюй не было ни тени любопытства или осуждения. Та просто вежливо запоминала внешность нового знакомого — не более.

— Насмотрелись? — спросила Шэн Нань, выпрямив спину и сложив руки на столе. — Нет вопросов?

— Есть, — уверенно ответила Ло Цзиньюй, глядя прямо в глаза.

— Говорите. Хотя не факт, что я отвечу, — холодно произнесла Шэн Нань, излучая ледяную ауру.

Ло Цзиньюй будто не замечала этого давления. Она смотрела прямо в глаза менеджеру и чётко, по слогам спросила:

— Если я выберу вас своим менеджером, через какое время вы сможете вывести меня на вершину и сделать самой влиятельной актрисой Китая?

Этот неожиданный вопрос заставил Шэн Нань приподнять бровь. Она искала в лице Ло Цзиньюй хоть намёк на неискренность, но увидела лишь серьёзность и готовность к диалогу. Перед ней сидела не девочка, пытающаяся сменить тему, а человек, задающий давно продуманный вопрос.

Си Цзыцянь был прав: узнаваемость Ло Цзиньюй даже ниже, чем у тридцать восьмой линии. Она сыграла несколько эпизодических ролей у известных режиссёров, но ни один фильм ещё не вышел на экраны! Обычный прохожий на улице не узнает её имени. А она сидит здесь и, как равный партнёр, спокойно спрашивает, когда её доведут до вершины пирамиды.

Шэн Нань думала, что посмеётся, но вместо этого промолчала.

Хотя она и не собиралась брать Ло Цзиньюй, все материалы она изучила. Во-первых, ей было любопытно, чем эта новичка так заинтересовала Цзюнь Чи. Во-вторых, к работе она всегда относилась серьёзно — даже если сделка не состоится, нужно подготовиться.

И она знала: перед ней действительно уникальная девушка. Её красота не шаблонна — в ней есть запоминающаяся изюминка. У неё актёрское мастерство, недоступное большинству её ровесниц. Но главное — в ней есть нечто особенное, чего даже у Мэн Лань в юности не было.

Это спокойная, уверенная и совершенно бесстрашная амбициозность!

Шэн Нань долго молчала, пристально разглядывая Ло Цзиньюй, а та без колебаний принимала этот испытующий взгляд.

Прошло, наверное, пять минут, может, больше. Наконец, Шэн Нань встала и протянула руку, уголки губ тронула лёгкая улыбка.

— Возможно, вам стоит спросить, за какое время я сделаю из вас всемирно известную китайскую актрису!

http://bllate.org/book/9112/829916