Ты просто боишься наказания… Но всё же дело странное: зачем демону похищать людей без причины?
Неужели это как-то связано с тем криком о помощи, что услышала Яо Цин?
— Господин только что упомянул, будто вы оба не простые люди? — спросил трактирщик. — Чем занимаетесь?
— Раньше мы служили… городскими стражниками, — соврала я на ходу, — но потом бросили это дело. Хотели сказать, что если кто-то сеет смуту, мы, конечно, обязаны помочь. Но раз тут дело в демонах, то обязательно последуем вашему совету и ночью никуда не выйдем.
Пока обстоятельства неясны, я не хотела раскрывать своё истинное положение.
Услышав это, трактирщик наконец успокоился и с почтительным поклоном вышел из комнаты.
Я плотно прикрыла дверь и, обернувшись, увидела, что Цзюйчжи пристально смотрит на меня.
— Госпожа, правда не пойдём гулять? — спросил он.
…Неужели и ты мне поверил?
— Конечно, пойдём, — ответила я, — просто немного позже.
Цзюйчжи понимающе кивнул, осмотрел роскошную комнату и с наслаждением растянулся на кровати.
Но уже через мгновение сел.
— Голоден, — заявил он.
В полночь я тихонько приоткрыла окно и выбралась из комнаты прямо на улицу.
Цзюйчжи уже ждал меня внизу. Я наложила заклинание на нас обоих, скрывая наши следы так, чтобы никто не мог нас увидеть.
Два часа назад я заказала еду в номер, и мы с Цзюйчжи хорошо поели, а потом немного вздремнули. Теперь оба были бодры и свежи, и мы двинулись вдоль главной улицы города.
Я решила сначала разведать то дело, о котором рассказывала Яо Цин. В любом случае, сейчас это самое срочное.
Конечно, было бы идеально, если бы оно как-то связано с нынешними странными событиями в городе.
Трактирщик не соврал: патрулирование действительно строгое. Мы прошли недалеко, как уже столкнулись с двумя отрядами ночных стражников — в полных доспехах, стройные и собранные. На улицах также мелькали городские стражники.
В тени прятались ещё парочка даосских монахов, но, судя по всему, их мастерство было весьма посредственным — они даже не заметили, как мы прошли мимо.
Я шла настороже, обходя улицу за улицей, но так и не услышала женского голоса, о котором говорила Яо Цин. Через каждые несколько шагов я смотрела на Цзюйчжи, и он каждый раз отрицательно качал головой.
…Неужели мы опоздали?
Мы обошли почти половину города, но ничего необычного не услышали. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь шагами патрулей.
Когда небо начало светлеть, я уже собиралась позвать Цзюйчжи обратно в трактир — похоже, сегодняшней ночью ничего не выйдет. Но вдруг он поднял руку, давая понять, чтобы я замолчала.
— Слышу, — сказал он.
Едва он произнёс эти слова, и я тоже услышала — очень слабый, едва уловимый голос, доносящийся неведомо откуда.
— Великий божественный наставник, не уходите… спасите меня…
Действительно, это была женщина.
Я прислушалась, но не могла определить, откуда идёт звук. Попробовала подойти с разных сторон — голос оставался таким же призрачным, будто исчезал в воздухе.
— Умоляю вас, великий наставник… — говорил голос. — У меня больше нет иного выхода…
По звучанию она не походила ни на демона, ни на призрака, и уж тем более не на человека.
— Кто ты? — спросила я, стараясь говорить как можно тише, чтобы не привлечь чужого внимания. Жаль, что я не научилась у Фан Суй искусству передачи голоса на расстояние — тогда, спеша покинуть гору, я совершенно забыла об этом.
Не знаю, услышала ли она мой шёпот, но я немного подождала в напряжённом ожидании — и вновь донёсся её ответ.
— Я… сяньню с Неба Разлуки…
Сяньню?
Я, конечно, знала, кто такие сяньню — это же небесные девы. Но разве они не должны находиться на небесах?
«Небо Разлуки» — это первое из Трёх Небес. Выше него — Небо Недостижимости, а на самом верху — Небо Бесконечной Истины. Об этом мне ещё в детстве бесконечно рассказывал отец, и я давно запомнила наизусть.
Но как она оказалась в этом городе?
— Где ты? — снова спросила я.
Подождав ещё немного, я услышала ещё более слабый ответ:
— Я… на юге города…
Дальше она что-то ещё говорила, но я уже не могла разобрать. Я торопливо попросила повторить — но на этот раз голос исчез окончательно.
Я всё ещё размышляла, что с ней случилось, когда Цзюйчжи ткнул меня в бок и указал вдаль.
Скоро рассвет. На восточном краю города уже показалась первая полоска утренней зари.
Значит, ночью она может звать на помощь, а с рассветом теряет эту возможность. Похоже, её слабая божественная сила действует лишь в темноте. Она заперта? Но кем?
Голова шла кругом от вопросов, но я не могла перерыть весь город. Пришлось вернуться в трактир и постараться разузнать что-нибудь.
Мы снова проникли в комнату через окно. Когда внизу началась суета, мы спустились в общий зал, изображая только что проснувшихся, и заказали завтрак.
— Господа, хорошо ли выспались прошлой ночью? — трактирщик вышел из кухни и сразу же подошёл к нам.
— Отлично спали, — ответила я, — а вы, хозяин, выглядите уставшим. Были ли прошлой ночью какие-нибудь происшествия?
Трактирщик на мгновение замер, потом тяжело вздохнул.
— Ах, господин угадал! Утром один из слуг принёс весть: прошлой ночью ещё одного человека унёс демон!
…Что?
— Как так? — удивилась я. — Ведь патрули и даосские монахи всю ночь бродили по улицам!
— Кто его знает, — мрачно покачал головой трактирщик. — Говорят, всё произошло так же, как и раньше — человек исчез бесследно. На этот раз похитили главу семьи Ли из западной части города, а его супругу демон даже ранил. Сейчас она без сознания.
— Ранил? — мой интерес усилился. — Как именно?
— Этого не знаю, — ответил трактирщик. — Говорят, нашли её лежащей у двери спальни, в беспамятстве. На теле никаких ран не видно. Власти уже прислали людей в дом семьи Ли — как только она придёт в себя, начнут допрашивать.
Я молчала, обдумывая услышанное. Дело становилось всё загадочнее. Если бы это был настоящий демон, то хотя бы даосы должны были что-то почувствовать… А мы с Цзюйчжи — и подавно. Правда, мы не заходили в западную часть города, но Цзюйчжи не мог не ощутить присутствия демона.
Хотя… сейчас он сидел, уткнувшись в миску, и усердно уплетал завтрак, совсем не похожий на того, кто «ощущает» что-либо.
Трактирщик продолжал вздыхать.
— Что теперь делать? — говорил он. — Все в ужасе. Если об этом прослышат за городом, моё дело погибло… А ведь совсем скоро в этот город прибудет старший принц. Если что-то пойдёт не так, император обвинит всех нас…
Он содрогнулся.
— Старший принц? — не удержалась я. — Вы имеете в виду наследника престола?
— Ой, да помолчите же! — трактирщик замахал руками. — Император до сих пор не назначил наследника! Это запретная тема! Если кто-то услышит, не только ваша жизнь в опасности — и мне достанется!
В зале никого не было, и я пододвинула ему стул, налила чашку чая.
— Хозяин, мы с ним долгие годы жили в глухой горной глуши и совсем недавно вышли в мир. О делах двора мы ничего не знаем. Не расскажете ли, если не заняты?
Трактирщик задумался, потом снова вздохнул.
— Теперь понятно, почему вы так свободно говорите… Эта история тянется уже несколько лет. Император стар, но упорно не объявляет преемника. Чиновники чуть с ума не сошли, но ничего не могут поделать. Так и тянется эта неопределённость.
— Все эти принцы и внуки мечтают о драконовом троне. Пока император молчит, они тайно дерутся между собой, создают фракции. Внешне всё спокойно, но внутри — настоящая бойня.
— Сколько у императора сыновей? — спросила я, вспомнив кое-что, но пока оставила это при себе.
— Всего восемь принцев и одна принцесса. Принцессу не считаем — она здесь ни при чём, — ответил трактирщик. — Из восьми пятеро ещё дети. Сейчас тайно борются за трон трое старших. Старший принц пользуется особым доверием императора, и все думают, что трон рано или поздно достанется ему. Поэтому вокруг него толпятся льстецы и приспешники.
— Зачем он едет в Жуйлинь? — продолжила я расспросы.
— Говорят, император послал его на юг управлять борьбой с наводнениями, — пояснил трактирщик. — Но, скорее всего, дело не только в этом. Ходят слухи, будто император специально проверяет его. Если старший принц блестяще справится с заданием, по возвращении в столицу его объявят наследником.
Я кивнула и как бы между прочим спросила:
— А скажите, хозяин, вы не знаете, как выглядит дочь императора и где она сейчас?
— Откуда мне знать! — удивился трактирщик. — Знаю только, что её зовут принцессой Нинъань, и император очень её балует. Больше — ни слова! Да и смею ли я расспрашивать об этом?
— Принцесса Нинъань? — нахмурилась я. — А как она связана с городом Нинъань?
— Она родилась в Нинъане! — объяснил трактирщик. — В те времена император ещё был наследником. Во время восстания на Пинчжоу он стоял лагерем в Нинъане, и именно там родилась принцесса. Тогда была ужасная битва — южане дрались отчаянно, и сам наследник чуть не погиб. Потом он и дал дочери это имя.
Он подозрительно посмотрел на меня.
— Вы и этого не знаете? А ведь вы же служили стражником!
— Ну… я тогда только за преступниками гонялся, а в политику не вникал, ха-ха, ха-ха, — неловко отшутилась я.
Трактирщик, похоже, поверил.
— Принцессе, наверное, уже за двадцать, — продолжал он сам с собой. — А замужем до сих пор не вышла. Император слишком её балует… Боюсь, теперь ей и жениха не найти…
Я уже хотела сказать, что это глупости, но трактирщик вдруг опомнился, хлопнул себя по щеке и прошептал:
— Мой язык… Господин, вы это просто так услышали, не принимайте всерьёз! Даже если пойдёте доносить, я всё равно не признаюсь!
— Не волнуйтесь, хозяин, — успокоила я. — Мы просто пили чай. Ничего больше.
Трактирщик вытер пот со лба и благодарно закивал.
— Кстати, есть ещё один вопрос, — перевела я разговор к главному.
— Говорите, господин.
— Кроме похищений демонами, были ли в городе за последнее время другие странные события? — спросила я.
— Странные? Не припомню, — задумался трактирщик. — А что вы имеете в виду?
— Ну, например, за последние один-два месяца: происходило ли что-нибудь, что невозможно объяснить здравым смыслом?
— Кажется, нет… — снова задумался он и вдруг поднял голову. — Ах! Может, вы имеете в виду историю с семьёй Лю?
— Семья Лю?
— За последние месяцы самое странное — это как раз дело семьи Лю, — сказал трактирщик. — У него была жена, очень красивая. Люди даже шептались: как такой бедный книжник, как Лю, смог жениться на такой красавице? Наверное, его предки накопили великую добродетель…
— Но?
— Но в последнее время его жена вообще не выходила из дома. Соседи говорят, будто она… сошла с ума.
— Сошла с ума?
— Так говорят, но это всё слухи, — пояснил трактирщик. — Сам Лю утверждает, что она сошла с ума. Что на самом деле — не знаю. Но точно: его жена давно не показывалась на улице.
— Где живёт семья Лю? — спросила я.
— На южной окраине, — ответил трактирщик, — совсем близко к южным воротам.
Вот оно.
Красивая жена, южная часть города, внезапное странное происшествие… Похоже, именно там находится та сяньню.
— Кто такой этот Лю? — продолжила я расспросы. — По вашему тону, вы его недолюбливаете?
— Он? — трактирщик презрительно фыркнул. — Ничтожество! Называет себя книжником, но ни одной серьёзной книги не прочитал, экзамены не сдавал. Целыми днями болтает всякую чепуху вроде «чжи ху чжэ е» или жалуется на судьбу. Весь город его терпеть не может.
— Он очень беден?
— Да беднее некуда! — воскликнул трактирщик. — В этом городе мало кто беднее его. Родители умерли рано, оставили ему немного имущества — хватает разве что на хлеб. А он, взрослый человек, не хочет заниматься честным делом, просто болтается без дела. Ещё хвастается, что если бы пошёл на экзамены, обязательно бы сдал. Так почему бы и не пойти?
— Как же он женился? — спросила я.
— Кто его знает! — пожал плечами трактирщик. — Раньше он везде просил свах подыскать ему невесту, но все отказывались. Кто же захочет выйти замуж за такого? Но вдруг однажды у него дома появилась женщина! Как такое возможно?
— Откуда она?
— Лю говорит, что она беженка с северного берега реки, но я не верю. У беженок не бывает такого цвета лица!
— А власти не проверяли?
— Как проверять? — развёл руками трактирщик. — После войны с северянами на юге тоже начались беспорядки. Только недавно всё утихло, и списки населения до сих пор не восстановлены. Он говорит, что жена с северного берега — разве чиновники пойдут туда проверять?
http://bllate.org/book/8772/801440
Сказали спасибо 0 читателей