Готовый перевод Spring Fantasy / Весенняя фантазия: Глава 4

— Чэнь Буко, ах… — ассистентка Цинь Чживэй, не отрываясь от уборки записей, даже не подняла головы. — Коллекционная плюшевая игрушка к трёхлетию дебюта, лимитированная версия. Одна стоит девять тысяч девятьсот девяносто девять.

Цюэ Ся молчала.

— А вон те, что внизу, — продолжала ассистентка, — тоже лимитированные: альбомы, баннеры, свёрнутые постеры… Всё это очень дорогое. Аккуратнее с ними, когда будешь перевозить.

— Перевозить?.. — Цюэ Ся осеклась и сменила тему: — Цинь Чживэй собирается выставить всё это на благотворительном аукционе?

— Конечно нет, — тут же возразила ассистентка.

Цюэ Ся опустила игрушку.

Видимо, ещё не сошла с ума.

— Это же бесценные коллекционные вещи, — пояснила ассистентка. — Как Цинь Чживэй может их выставлять на аукцион?

Цюэ Ся лишь недоуменно приподняла бровь.

Решив не пытаться разгадать логику фанаток, она опустила глаза и лениво перебрала содержимое коробки:

— Тогда куда их везти?

— В комнату отдыха рядом с аукционным залом. Сегодня Чэнь Буко приглашён на вечер, и Цинь Чживэй наконец-то сможет его увидеть. Конечно, она хочет попросить у него автограф и личное послание.

Цюэ Ся снова замолчала.

Позади них чёрный седан свернул и въехал во вход подземной парковки.

В салоне автомобиля.

— На данный момент переговоры о расторжении контракта зашли в тупик, — говорил менеджер. — Компания твёрдо настаивает и, скорее всего, больше не пойдёт на уступки… — Он замолчал, словно у него разболелся зуб. — Эй, босс, на что ты смотришь?

Чэнь Буко, развалившись в кожаном кресле, лениво оперся на скулу. Услышав вопрос, он медленно отвёл взгляд от девушки в зеркале заднего вида.

— Ни на что, — ответил он спустя несколько секунд. — Та девчонка с газировкой… Сколько ты ей заплатил за молчание?

— Какая девчонка с газировкой?

Менеджер обернулся — и вдруг вспомнил:

— А, та, что месяц назад в киностудии?

— Да.

— Почему ты вдруг о ней заговорил? — странно посмотрел Чжан Каншэн. — Та девчонка и правда немного странная. Она знала, что я ей не доверяю, и в итоге сама оставила имя, телефон и подписала соглашение о конфиденциальности… Но ни копейки не взяла.

Чэнь Буко, который уже почти закрыл глаза, вдруг замер. Его длинные ресницы снова приподнялись.

В его тёмных зрачках мелькнул отблеск чего-то неуловимого.

— По-моему, либо эта девчонка в тебя втюрилась, либо замышляет что-то серьёзное, — вздохнул менеджер. — В последнее время я так завален делами по расторжению контракта, что даже не успел её проверить.

— Не надо проверять.

— А?

Чжан Каншэн обернулся и увидел, как его звезда смотрит в окно. На стекле смутно отражался его безупречный, холодный профиль.

— Просто… — произнёс Чэнь Буко, будто между делом, — она не фанатка.

— Почему нет? Ты с самого того дня был в этом уверен, будто знаешь её.

— Потому что в её глазах, — Чэнь Буко на секунду подобрал слова, — нет желания.

Чжан Каншэн долго молчал.

Наконец, когда они вышли из машины и вошли в VIP-лифт на третьем подземном этаже, он нажал кнопку нужного этажа и осторожно наклонился к Чэнь Буко, понизив голос:

— Какое именно… желание?

Чэнь Буко поднял подбородок, спрятавшись за воротником свитера, и лениво бросил ему холодный, насмешливый взгляд:

— Какое?

— Ну ты же понимаешь… — менеджер ещё больше понизил голос. — Неужели ты можешь определить, кто хочет тебя?

Под свитером слегка дернулся подбородок. Чэнь Буко бросил на него ледяной, почти насмешливый взгляд.

Чжан Каншэн тут же отпрянул и принял вид серьёзного, профессионального сотрудника.

VIP-лифт медленно замедлился, когда цифра на табло сменилась с «B1» на «1».

— Что за отель? Почему VIP-лифт идёт через первый этаж? — насторожился Чжан Каншэн, готовый встать перед Чэнь Буко.

Тот не обратил внимания. Он откинулся к стене кабины и опустил глаза.

Лифт остановился.

Двери распахнулись.

Внутрь «вошёл» огромный ящик.

Он был открыт сверху, и внутри в беспорядке лежали разноцветные вещи, а среди них — свёрнутые баннеры с яркими принтами, которые казались смутно знакомыми. Всё это почти полностью загораживало человека, несущего ящик.

Были видны лишь тонкие руки и две стройные белые ноги в комбинезоне за ящиком.

Чжан Каншэн на мгновение замер, инстинктивно потянувшись помочь, но вспомнил, что за его спиной — его знаменитый подопечный, которого нельзя раскрывать.

За эти несколько секунд девушка уже вошла, с трудом развернулась…

И внезапно замерла.

Цюэ Ся молча смотрела на знакомые пряди белых волос и знакомый свитер, натянутый до подбородка.

Спустя мгновение она снова встретилась взглядом с двумя тёмными глазами, смотревшими на неё сквозь растрёпанные белые пряди.

Цюэ Ся молчала.

Лифт поднимался в гнетущей тишине.

Через несколько секунд Чэнь Буко вынул руку из кармана и неспешно поднял с края ящика плюшевую игрушку.

— Чэнь Буко, — его голос, обычно стоящий целое состояние, теперь звучал в тесной кабине низко и соблазнительно. Он медленно прочитал надпись на игрушке: — «Любовь всей жизни?»

Цюэ Ся закрыла глаза.

Возможно, ей вообще не стоило появляться на этом свете.

***

Цюэ Ся держала в руках такую высокую кучу вещей, что, кроме узких боковых просветов, они полностью закрывали ей обзор вперёд. Она вошла и сама прижалась к задней стене лифта, поэтому Чжан Каншэн, стоявший перед Чэнь Буко, не видел её лица.

Услышав, что Чэнь Буко заговорил первым, менеджер явно удивился:

— Буко, ты знаком с этой… — он машинально взглянул на две стройные белые ноги под комбинезоном, — девушкой?

— Да.

Цюэ Ся нахмурилась.

Месяц назад она чуть ли не клялась перед этим менеджером у образа Гуань Юя, что она вовсе не фанатка Чэнь Буко и ей совершенно безразлично, расторгнет он контракт или нет.

Если сейчас выяснится, что «одержимая фанатка», несущая целый ящик мерча Чэнь Буко, — это она, то даже если её вымочить в Жёлтой реке до превращения в плавающий труп, она не сможет себя оправдать.

Вспомнив, насколько многословен этот менеджер — словно сам Таньсэн в перевоплощении, — Цюэ Ся почувствовала желание увести обоих этих бедолаг куда подальше и покончить со всем разом.

В этот самый момент длинные пальцы, державшие игрушку, ослабили хватку. В чёрных глазах за белыми прядями мелькнула тень понимания и лёгкой усмешки.

Цюэ Ся, отвернувшаяся к стене, услышала, как он небрежно прислонился к стенке лифта и, сквозь вязкую текстуру свитера, произнёс расслабленно, будто его голос развеял солнечный свет:

— Видел. Сотрудница.

— А? Но эти вещи… — Чжан Каншэн заглянул в ящик. — Похожи на твои альбомы и мерч…

Тонкие руки, державшие ящик, слегка напряглись. На запястье поблескивал браслет — тонкая красная нить с мелкими кристаллами и ракушками, искрящаяся в свете лифта, делала руки ещё более хрупкими, будто ящик вот-вот их сломает.

Девушка молчала, опустив тонкие веки.

Чэнь Буко бросил на неё короткий взгляд.

Через несколько секунд он отвёл глаза, чуть приподнял подбородок и лёгким щелчком языка привлёк внимание Чжан Каншэна.

— Эй, ты чего? Разговаривай нормально, зачем вдруг… — начал было менеджер, но проглотил последнее слово.

— Держись от неё подальше, — равнодушно произнёс Чэнь Буко. — Выглядишь как домогатель.

Чжан Каншэн молчал, но в его глазах читались обида и недоумение.

Чэнь Буко сделал вид, что ничего не заметил.

Когда Чэнь Буко и его менеджер вышли из лифта, Цюэ Ся наконец выдохнула.

Она смотрела, как его стройная фигура, засунув руки в карманы, бесследно исчезает в щели закрывающихся дверей, и всё ещё не была уверена, узнал ли он её.

Но это не имело значения — главное, чтобы его болтливый менеджер больше не лез к ней.

— Где ты так долго шлялась? — как только Цюэ Ся вошла в комнату отдыха Цинь Чживэй с тяжёлым ящиком, её встретил упрёк.

Ассистентка, чьё имя Цюэ Ся уже не помнила, махнула рукой, указывая, куда поставить ящик:

— Через полчаса начнётся вечер, а Цинь Чживэй ещё должна выбрать альбомы и мерч для автографа Чэнь Буко. А ты припозднилась! Молодец.

— Я не молодец. Ты молодец, — Цюэ Ся, уставшая до одури, потерла запястья и безэмоционально подняла глаза. — Может, сама понесёшь?

Ассистентка хотела было ответить, но, встретившись взглядом с её светло-кариими глазами, в которых не было фокуса, почему-то поежилась.

Она проворчала что-то себе под нос и постучала в дверь внутренней комнаты.

Цинь Чживэй, уже готовая, весело выбежала наружу. Она даже не взглянула на Цюэ Ся, сразу бросившись к ящику.

И начался долгий и мучительный отбор.

Перебирая вещи, которые Цюэ Ся не могла отличить друг от друга, Цинь Чживэй наконец выбрала две и, нахмурившись, спросила ассистентку:

— Как думаешь, что выбрать: четвёртый или пятый юбилейный? Какой вариант больше понравится Буко?

— Оба замечательные!

— Но надо выбрать один! — Цинь Чживэй в раздумье заметила задумчивую Цюэ Ся и окликнула её: — Эй, а ты как считаешь?

Цюэ Ся перевела взгляд.

Она мельком глянула на игрушку, которую трогал сам Чэнь Буко, и мысленно подумала: «Выбери игрушку. Этот беловолосый явно самолюбив».

— Левый, — лениво отозвалась девушка.

— Тогда правый! — торжествующе воскликнула Цинь Чживэй, швырнув левый вариант обратно в ящик. — Пойдём в его комнату отдыха. Потом сразу спустимся в зал.

Ассистентка обрадовалась:

— Я тоже могу пойти? Я ещё ни разу не видела Чэнь Буко вживую!

— Не факт, что увидишь, — поморщилась Цинь Чживэй. — Его менеджер — параноик. Встретиться с ним сложнее, чем на небо взойти.

Ассистентка почесала затылок:

— А я слышала, будто Чэнь Буко просто холодный и не любит общаться с коллегами.

— Глупости! Наш Буко точно добрый и открытый!

Рядом Цюэ Ся смотрела в окно, где вечернее небо сливалось с закатом, и зевнула.

Беловолосый — добрый и открытый.

У некоторых фанаток фильтр настолько плотный, что они просто слепы.

Цинь Чживэй как раз проходила мимо и заметила, как Цюэ Ся лениво прислонилась к стене, одна нога в комбинезоне согнута, другая вытянута. Простая белая футболка обтягивала изгиб талии, а грудь соблазнительно выделялась — достаточно было включить софиты, чтобы отправить её прямо на красную дорожку.

Цинь Чживэй остановилась, вспомнив что-то, и недовольно нахмурилась:

— Цюэ Ся, тебе не нужно идти. Возьми сумку и жди меня у входа в зал.

Зевок, который она не успела закончить, застрял на полпути, оставив в уголках глаз две крошечные слезинки.

Цюэ Ся моргнула. Она не ожидала, что проблема, которую так хотела избежать, разрешится так легко.

Ведь удача — самое редкое явление в её жизни.

— Хорошо.

Она не оставила ни секунды на раздумья и направилась к своей сумке в глубине комнаты.

За окном закат сиял ослепительно.

Свет лился снаружи сквозь стекло.

На несколько этажей ниже, у панорамного окна, Чжан Каншэн тяжело вздохнул:

— Босс, подумай ещё раз. Компания не пойдёт на уступки. Осталось меньше полугода до мирного расторжения. Зачем платить такую цену?

— Не будет размышлений, — Чэнь Буко откинулся в кресле, лениво закрыв глаза. — Юбилейный сингл я напишу сам. Пусть не суют в него свои грязные руки.

Чжан Каншэн тихо возразил:

— Но ведь у тебя кризис вдохновения. Ты сам не доволен тем, что пишешь. Компания не требует писать всё целиком — только один небольшой фрагмент можно передать их зарубежной команде. Эти люди умеют хранить секреты, никто не узнает…

— Тогда не буду писать.

Чэнь Буко резко прервал его.

Когда он открыл глаза, его белые пряди, освещённые ночным светом, казались холодными, но в глазах читалась ещё более ледяная решимость.

Будто пламя, рождённое изо льда.

Чжан Каншэн замолчал.

Он слишком хорошо знал своего подопечного. С ним можно шутить сколько угодно, но только не переступая черту. Ещё когда Чэнь Буко был новичком, а теперь уже признанной звездой индустрии, он вёл его с самого начала. Тогда Чэнь Буко был юношей — дерзким, бунтарским, неукротимым, но невероятно талантливым…

Шесть-семь лет пролетели незаметно. Подросток вырос в мужчину, черты лица сгладились и стали глубже, характер, казалось, смягчился, но суть осталась прежней.

Никто и ничто не могло сломить его гордость.

http://bllate.org/book/8610/789505