Готовый перевод Stars Won't Turn / Звёзды не повернутся: Глава 1

Название: Звёзды не вернутся. Полная версия с эпилогом

Категория: Женский роман

Книга: «Звёзды не вернутся»

Автор: Хуо Фэй

Аннотация первая:

На четвёртом курсе университета Цзян Ин наконец увидела, как мужчина, о котором мечтала всю юность, стал парой с девушкой, которую она терпеть не могла. С тех пор её «светлый образ в сердце» превратился в надоевшую рисовую кашу.

Спустя несколько лет они неожиданно встретились снова. Она поцеловала его при бывшем возлюбленном — страстно, от души. Под действием алкоголя и импульса всё закончилось одной бурной ночью.

Она переспала со своим «идеалом» и одновременно изменила своей заклятой сопернице.

Было приятно.

Аннотация вторая:

— Мэн Цзиншу, — раздался тихий голос Цзян Ин, — если я сама не скажу, ты, видимо, и не соберёшься вести себя прилично?

Она сидела за столиком в ресторане, одной рукой держала стакан с водой и, слегка склонив голову, смотрела на него издалека.

Подняв подбородок, она произнесла:

— Брось сигарету.

Уже мало кто осмеливался говорить с ним в повелительном наклонении.

Мэн Цзиншу машинально провёл языком по зубам — и действительно положил сигарету.

Аннотация третья:

Если мне не удастся его заполучить, звёзды не повернут, созвездия не сдвинутся — и весь мир пойдёт наперекосяк!

Аннотация четвёртая:

Любовь — это ежедневное, безоглядное соприкосновение тел.

Предупреждение:

1. Повествование спокойное, бытовое. Кому не по вкусу — не читать.

2. Не входить тем, у кого слишком прямолинейные моральные принципы.

3. Если поставите отрицательную оценку, будьте готовы к спору.

P.S. Название взято из песни Ван Фэй «Возмещение».

Теги: городской роман, избранная любовь, случайная встреча, сладкий роман

Ключевые слова для поиска: главные герои — Цзян Ин, Мэн Цзиншу | второстепенные персонажи — xxx | прочее — yyy

Снова она увидела Мэн Цзиншу в одну из ночей спустя несколько лет.

Холл караоке-клуба сиял золотом и бархатом, но уличные фонари за дверью горели тускло.

Цзян Ин только что пережила крайне неприятную встречу с однокурсниками: её бывший парень пришёл вместе с новой подружкой — той самой, что «взяла верх» над ней. От одного вида этой парочки её тошнило, но из вежливости она сдерживала ярость и, прощаясь у дверей с коллегами, улыбалась так, будто вот-вот стиснет зубы до хруста.

Наконец все разошлись, каждый искал такси или личный автомобиль.

Цзян Ин некоторое время смотрела вдаль, пытаясь поймать свободную машину. И вдруг заметила у края парковки — в пределах нескольких свободных мест — мужчину. Он был одет в безупречный костюм, высокий, статный.

Дело не в том, что она была особенно восприимчива: просто его внешность и аура были настолько выдающимися, что любой, даже пьяный до беспамятства, не мог не обратить на него внимания.

В юности, когда её сердце билось особенно сильно, Цзян Ин бесчисленное количество раз мысленно обводила его силуэт и черты лица — под каждым углом, со всех сторон.

Поэтому ей хватило всего двух секунд, чтобы он всплыл из глубин памяти целиком и полностью.

Её и без того мрачное настроение теперь озарила ещё и молния гнева.

Он, казалось, был чем-то недоволен: одной рукой держался за дверцу машины, веки слегка опущены, лицо ледяное. Вероятно, именно из-за этого, несмотря на его привлекательность, никто не осмеливался подойти и заговорить с ним.

Цзян Ин бросила взгляд на логотип автомобиля — крылатую, округлую заглавную букву B — и снова перевела глаза на его профиль. Даже в тусклом свете его черты сияли с той же благородной чистотой, что и лак кузова цвета сапфира.

Ха.

Выглядит как человек, а внутри — пёс.

Раздражает.

Этот человек… ради него она крутилась целых пять-шесть лет — с тех пор, как они учились в одном классе в школе и потом в одном университете. А в итоге он выбрал её заклятую соперницу по вузу.

Цзян Ин рассеянно листала экран приложения для вызова такси и отказалась от предложения коллеги подвезти её домой.

Она подождала пару минут на месте, краем глаза поглядывая на парковку. Мужчина у дорогого автомобиля всё ещё не уходил — похоже, ждал кого-то и раздражённо поглядывал в телефон.

Коллеги постепенно разъехались, и у входа остались только Цзян Ин и Ху Жочэнь, стоявшие недалеко друг от друга.

Видимо, Чэнь Тяньцзин припарковался подальше — места у двери не было — и заставил свою избалованную подружку долго ждать.

Ху Жочэнь, возможно, от скуки, а может, чтобы похвастаться, подошла к Цзян Ин и заговорила:

— Давно не виделись, Цзян Ин. Как ты? Сегодня ты почти не разговаривала — неужели настроение плохое?

Цзян Ин, конечно, должна была усмехнуться, но у неё не было ни сил, ни желания вступать с ней в словесную перепалку.

Она пристально посмотрела на Ху Жочэнь и спокойно произнесла:

— Тебе что, по лицу ударить?

Ху Жочэнь широко раскрыла глаза, обиженно вскрикнув:

— Цзян Ин, ты чего такая?! Я же просто поздоровалась! Почему сразу злишься?

Цзян Ин не изменилась в лице и высоко подняла свой строгий, жёсткий портфель.

— До трёх считаю. Не уйдёшь — брошу в тебя. Раз… два…

Она не успела договорить «два», как подоспел Чэнь Тяньцзин — герой, спешащий на выручку.

— Цзян Ин, что ты делаешь?! Если злишься — злись на меня! Всё моё вина, Сяочэнь здесь ни при чём…

Ху Жочэнь, разумеется, спряталась за его спиной и принялась жалобно всхлипывать — просто жалость берёт.

У Цзян Ин затрещало в висках от злости. Она глубоко вдохнула, собираясь обрушить на них поток брани. Но в этот момент мужчина, всё это время молча ждавший у машины, неожиданно подошёл ближе.

Он прищурился — без улыбки его лицо становилось особенно суровым.

— Цзян Ин? — низко окликнул он её, и в голосе слышалась лёгкая хрипотца от алкоголя.

Остальные двое на мгновение замерли.

Цзян Ин повернулась к нему. Её взгляд был холоден, как лёд.

Отличный же сегодня день выдался.

Бывший парень-изменник и «белый свет в очах», предавший её.

В голове Цзян Ин бушевала буря — молнии, гром, ураган. Разум окончательно взорвался.

Она растянула губы в странной, сладкой улыбке и направилась к этому, казалось бы, совершенно недоступному мужчине. Прежде чем кто-либо успел среагировать, она схватила его за воротник, встала на цыпочки и поцеловала в тонкие губы.

— Цзиншу, ты пришёл, — прошептала она.

…

Лифт поднимался вверх, а Цзян Ин всё ещё не могла прийти в себя.

Только что она, поддавшись внезапному порыву злобы, поцеловала Мэн Цзиншу — чисто из желания всё разрушить. В груди пылал огонь, ей хотелось отомстить, наказать — пусть никто не радуется.

Но она не ожидала, что Мэн Цзиншу окажется ещё безрассуднее. Он лишь слегка нахмурился — и тут же ответил на поцелуй. Не просто чмокнул, а по-настоящему вторгся, соблазняя и захватывая.

Так Цзян Ин устроила перед Чэнь Тяньцзином и Ху Жочэнь настоящий французский поцелуй.

Когда они ушли, она была слишком занята борьбой языков, чтобы услышать их тихие ругательства, но внутри вспыхнуло дикое, почти детское торжество.

Она не удержалась и тихо рассмеялась.

Говорят, женские эмоции переменчивы, как погода. Цзян Ин отлично это понимала. Совершив маленькую гадость и испортив настроение ненавистным людям, она сразу почувствовала облегчение.

И даже когда Мэн Цзиншу отпустил её и теперь с недовольным видом смотрел прямо в глаза, она смогла спокойно поздороваться:

— Привет. Давно не виделись.

— Пользуешься мной? — хрипло спросил он.

— Ага, — невозмутимо ответила Цзян Ин. — Спасибо. Пока.

Когда он схватил её за руку, она даже не удивилась.

— А? — Она прямо взглянула в его холодные глаза, выражая недоумение.

— Плата, — коротко бросил он.

Его взгляд медленно переместился с её глаз на размазанную помаду — смысл был предельно ясен.

Прошло уже три года с их последней встречи.

Они уже не дети и не могут притворяться наивными. В такой обстановке эти два слова не требовали пояснений.

Она продолжала смотреть на него — оценивающе.

А он терял терпение, покачал телефон, который вибрировал в его руке, и спокойно сказал:

— Водитель приехал. Пошли.

Цзян Ин не раздумывала долго — просто поддалась импульсу и села в машину.

Разве это не аморально?

Она смотрела на своё отражение в золотистом зеркале: макияж слегка размазался, но брови чёткие, глаза чёрные, как смоль, а алые губы с размытым контуром казались будто нарочно растушёванными — соблазнительно и дерзко.

Хотя её тёмное платье выглядело чересчур строго, худоба делала образ лёгким.

Вообще-то она неплохо выглядит.

Не хуже Фу Сюань… ну, почти не хуже.

Она любовалась собой, как вдруг поймала насмешливый взгляд.

Мэн Цзиншу тоже разглядывал её.

Они стояли поодаль друг от друга — неизвестно, случайно или намеренно: он — в левом углу, она — у задней стенки.

Цзян Ин инстинктивно отвела глаза, но через секунду вспомнила: виноватой быть не должна именно она — и снова посмотрела прямо.

Их взгляды столкнулись в молчаливой схватке, ни один не уступал.

Цзян Ин не боялась Мэн Цзиншу. Они знали друг друга слишком долго и понимала: за его холодной, неприступной внешностью скрывается вполне доступный человек. С кем угодно он мог найти общий язык — если только не терпеть не мог.

Именно поэтому она не могла окончательно отпустить его все эти пять-шесть лет.

А если рядом окажется кто-то более подходящий — он, вероятно, и не откажется. Например, Фу Сюань.

От этой мысли её настроение испортилось.

Мэн Цзиншу не понимал женской непостоянности и слегка приподнял бровь.

Она больше не смотрела на него, а уставилась на мигающие цифры этажей.

Все эти мысли пронеслись в голове за считаные секунды.

Как только двери лифта открылись, Мэн Цзиншу обхватил её талию — уверенно и естественно, будто делал это сотни раз.

Цзян Ин слегка вздрогнула, почувствовав неловкость, но не отстранилась.

Раз уж пришла —

Это ведь не преступление.

Дверь номера тихо щёлкнула.

Мэн Цзиншу легко притянул Цзян Ин к стене и прижал своим телом.

Она инстинктивно зажмурилась.

Тёплое, влажное дыхание с лёгким запахом алкоголя коснулось её уха.

— Испугалась? — насмешливо прошептал он.

Цзян Ин пришла в себя, глубоко выдохнула и бросила на него сердитый взгляд.

— Хватит болтать.

В конце концов, она свободная девушка — ей нечего стесняться. Её тонкие пальцы скользнули по его груди, отталкивая, и серый пиджак начал сползать с плеч.

Мэн Цзиншу чуть пошевелился — и пиджак упал на пол.

Её руки остановились на его плечах, прямо на дельтовидных мышцах.

Белая рубашка едва сдерживала мощные, упругие мышцы и не могла скрыть жар молодого тела. Расстегнув несколько пуговиц и отведя ворот, она почувствовала под пальцами тепло кожи и рельеф мышц.

На плече, чуть ниже ключицы, была татуировка — изящные английские буквы, сделанные ещё в десятом классе: «My World».

Это словно заклинание, пробуждающее желание.

Кровь Цзян Ин мгновенно закипела, сердце забилось быстрее.

Мужчина и женщина — величайшее желание в мире.

Она обвила руками его плечи и прильнула к губам, впиваясь в них с силой.

Точно так же, как он сделал снаружи: ловко раздвинув губы, она проникла внутрь — в жаркую, влажную глубину — и начала соблазнять, дразнить.

Раз она разожгла огонь, Мэн Цзиншу не собирался церемониться. Он жадно поймал её язык, резко втянул — и у Цзян Ин от этого зуда в корне языка ноги подкосились.

Дыхание становилось всё тяжелее. Рубашка Мэн Цзиншу, неизвестно чьими руками, оказалась почти расстёгнутой.

Он крепко сжал её сквозь шёлковое платье, и Цзян Ин дрожащим телом прижалась ближе. Мэн Цзиншу усмехнулся, подхватил её под ягодицы и понёс к кровати.

Алкоголь, возможно, или сама дерзость одноразовой связи — всё это действовало возбуждающе. Он был нетерпелив и не стал тратить время на прелюдии.

— Мм… — Он нахмурился и глухо застонал.

Было неожиданно трудно.

— Ты что, никогда не занималась этим? — Его хриплый голос, словно наждачная бумага, теребил её слух.

Цзян Ин сжалась от боли и сквозь зубы бросила:

— …Просто у тебя техника отвратительная.

Мэн Цзиншу не обиделся, лишь поправил дыхание и позу:

— Ты слишком напряжена.

— Если ты заставляешь меня нервничать, значит, твоя техника и правда плоха, — выдохнула она, перебивая его.

— Ага.

…

Пот лил ручьями, жар усиливался.

Мэн Цзиншу отдавался целиком, и от каждого толчка их тела сотрясались.

Он был мстителен: капли пота уже стекали по вискам, но он замедлил ритм и спросил:

— А так? Всё ещё плохо?

— …Еле-еле, — прошипела Цзян Ин сквозь стиснутые зубы.

— …Сама посмотри, во что превратилось постельное бельё, — его голос тоже дрожал.

Он резко толкнул — и у Цзян Ин на глаза навернулись слёзы. Она больше не могла спорить, лишь крепко сжала зубы, не желая выдать своё потерянное от наслаждения состояние.

…

Когда всё закончилось, Мэн Цзиншу ещё немного полежал на ней, тяжело дыша, затем отстранился, снял презерватив и убрал его.

Они лежали по разным сторонам кровати, каждый приходил в себя.

http://bllate.org/book/8561/785708