Готовый перевод Empress in the Palm / Императрица на ладони: Глава 18

Однако указ императрицы-матери уже был издан, и Юй Яо в конце концов вошла во дворец, возведённая на престол императрицы.

Шэнь Бичжу тоже помнила: в первые дни после свадьбы, когда они ещё не уехали в удел и оставались в столице, она видела, что император относится к Юй Яо весьма благосклонно. Поэтому, уезжая, она не слишком тревожилась.

Юй Яо улыбнулась:

— Да и что в этом плохого?

Шэнь Бичжу всё же чувствовала, что с подругой что-то не так, и не собиралась так легко отпускать тему:

— Тогда скажи, что в этом хорошего?

Юй Яо почувствовала, что подруга допрашивает её, и рассмеялась:

— С чего это вдруг ты меня допрашиваешь?

Шэнь Бичжу невольно вздохнула.

Если бы отношения между императором и императрицей были по-настоящему гармоничными, они могли бы спокойно и открыто поговорить об этом. Но раз Юй Яо уклоняется — значит, дело действительно плохо.

— Помнишь… — Шэнь Бичжу крепко сжала руку Юй Яо. — В первые дни твоего пребывания во дворце, когда я ещё не уехала с принцем Жуй в удел, Его Величество проявлял к тебе такую заботу. Ты тяжело заболела вскоре после вступления во дворец и ничего не могла есть, кроме одного лакомства — пирожков с зелёной сливой. Повара императорской кухни никак не могли угодить твоему вкусу. Узнав, что моя горничная умеет их готовить, Его Величество сам пришёл в нашу резиденцию ночью, чтобы забрать её, — и на следующее утро ты уже могла отведать любимое угощение.

— Тогда, когда ты рассказывала мне об императоре, ты говорила совсем иначе.

— Яо-Яо, что между вами случилось?

Юй Яо и Шэнь Бичжу сидели на канапе у окна.

Сквозь резные ставни в комнату проникал яркий солнечный луч, прямо на лицо Юй Яо, но, казалось, он лишь окутывал её черты лёгкой дымкой, делая их неясными и загадочными.

Воспоминания, давно погребённые в глубинах души, были пробуждены несколькими словами подруги. И всё же она отчётливо понимала: всё это уже в прошлом.

Она помнила, как нежен и внимателен был Чу Цзинсюань в первые дни после свадьбы. Но что с того? Никто не может жить одними воспоминаниями. Прошлое — есть прошлое, как ни тоскуй, назад не вернуться.

Чтобы не жить в обиде и горечи, приходится загонять эти воспоминания поглубже и не ворошить их. Как говорится, иногда лучше быть немного наивной.

К тому же даже если вначале она и роптала, и пыталась что-то исправить, всё это давно было стёрто безразличием Чу Цзинсюаня до самого дна. Единственный способ обрести покой — не винить никого.

Она думала, что сможет хоть немного притвориться перед Шэнь Бичжу. Но теперь, чем больше она притворяется, тем сильнее подруга начинает подозревать неладное…

— Бичжу, — Юй Яо поправила выбившуюся прядь за ухо и мягко улыбнулась, — ведь любить кого-то — не грех, но и не любить — тоже не преступление.

Это и был её ответ.

Хорошо или плохо, как было раньше и как сейчас — всё сводилось к этой простой истине. Сколько ни разжёвывай, ни объясняй — суть одна: он её не любит. А это как раз то, что нельзя заставить никого чувствовать.

Голос её звучал спокойно, будто она говорила о чём-то обыденном. Но Шэнь Бичжу от этих слов стало больно до слёз. Она сдерживалась изо всех сил, но в итоге не выдержала и зарыдала.

Тогда было столько сладости — теперь, наверное, в тысячу раз больше горечи. Во дворце и так некому поговорить по душам, и все обиды приходится глотать в одиночку. Какие же муки и внутренние терзания пришлось пережить Юй Яо, чтобы суметь так спокойно и мягко сказать эти слова?

Шэнь Бичжу боялась даже думать об этом.

А Юй Яо, увидев, что подруга вдруг расплакалась, рассмеялась и, достав платок, стала вытирать ей слёзы:

— Ну полно тебе! Всё в порядке, разве ты не видишь? Но если ты будешь так плакать у меня, позже принц Жуй заметит следы и непременно припрёт меня к стенке, требуя объяснений!

Чем больше она утешала, тем сильнее текли слёзы Шэнь Бичжу.

Юй Яо пришлось встать с канапе, обойти подругу и сесть рядом, чтобы погладить её по спине и успокоить.

Наконец Шэнь Бичжу с трудом сдержала рыдания и, всхлипывая, тихо, но с негодованием проговорила:

— Ты такая замечательная девушка… Как он может так с тобой поступать? — и тут же добавила: — Он ещё пожалеет об этом!

Юй Яо улыбнулась и аккуратно вытерла слёзы с лица подруги:

— Всё это уже неважно.

— Давай лучше поговорим о тебе. Как ты жила в Цюэчжоу эти два года?

Шэнь Бичжу ответила уклончиво:

— Да так, ничего особенного, всё как обычно.

— И не говори, — с лёгкой усмешкой возразила Юй Яо. — Я и так знаю: рядом с принцем Жуй нет других женщин, только ты одна, верно?

За два года замужества Шэнь Бичжу и Чу Чэньюань жили в полной гармонии и любви. Это было правдой, но, зная, что отношения Юй Яо с Чу Цзинсюанем уже не те, Шэнь Бичжу не хотела рассказывать о своём счастье, боясь причинить подруге боль. Теперь же, услышав, как та сама завела об этом речь, она лишь неопределённо кивнула.

Зная, что Юй Яо больше всего переживает за младшую сестру Юй Минь, Шэнь Бичжу сразу же перевела разговор на неё:

— Кажется, Миньминь в этом году исполняется тринадцать?

— Вы часто видитесь? Я так давно её не видела — не знаю, стала ли она выше или худее, но наверняка ещё милее, чем два года назад.

Юй Яо с улыбкой рассказала:

— Недавно Миньминь несколько дней гостила у меня во дворце. Она очень выросла — как раз в том возрасте, когда девочки стремительно тянутся вверх. Черты лица тоже сильно изменились по сравнению с тем, какими были два года назад. Если ты увидишь её сейчас, то, возможно, даже не узнаешь — так сильно она изменилась.

Шэнь Бичжу невольно улыбнулась:

— Теперь мне стало любопытно — прямо захотелось заглянуть к вам и взглянуть на неё!

Поговорив о Юй Минь, Юй Яо вспомнила о своём намерении и решила не откладывать.

— Бичжу, есть одно дело, в котором я очень рассчитываю на твою помощь.

Она убрала лёгкую улыбку с лица и серьёзно посмотрела на подругу.

Увидев такое выражение, Шэнь Бичжу немедленно сжала её руку:

— Какие между нами могут быть разговоры? Яо-Яо, говори прямо — я обязательно помогу!

Юй Яо на мгновение задумалась, затем наклонилась и тихо прошептала ей на ухо.

Выслушав, Шэнь Бичжу нахмурилась:

— Способ, конечно, есть… но…

Она хорошо знала положение семьи Юй. Раньше Юй Яо в доме отца подвергалась холодности, а мачеха постоянно унижала её — об этом Шэнь Бичжу тоже была в курсе.

Узнав о недавних делах третьего господина Юй и о тревогах Юй Яо за сестру, она подумала: Юй Минь уже почти на выданье, а по обычаю «брак решают родители и сваха» — кто знает, что уготовит ей семья в будущем?

Помолчав немного, Шэнь Бичжу тоже наклонилась и прошептала Юй Яо на ухо.

Но та покачала головой.

Шэнь Бичжу предложила попросить указ императора о помолвке Юй Минь, чтобы тем самым исключить вмешательство семьи в её судьбу. Такой вариант Юй Яо тоже рассматривала, но прибегать к нему хотела лишь в крайнем случае.

— Способ, конечно, есть, — тихо сказала она, снова приблизившись к уху подруги, — но после всего, что я пережила, не хочу, чтобы сестра однажды оказалась на моём месте.

Она слишком хорошо знала, что такое разлад в браке и жизнь с чужим человеком под одной крышей. Получить указ — легко, но получить по нему счастливый брак — почти невозможно. Поэтому, если не будет совсем безвыходной ситуации, она не хотела рисковать.

Шэнь Бичжу поняла скрытый смысл слов подруги.

Если отказаться от помолвки по указу, остаётся только один путь… Обычно после замужества девушка отдаляется от родного дома. Если постараться, это может стать способом полностью порвать с семьёй.

Шэнь Бичжу никогда не была прямолинейной или консервативной. Если уж говорить о смелых поступках, то она всегда превосходила Юй Яо. Поэтому, отбросив мысль о браке, она сразу подумала о поддельной смерти.

Но такой план требовал тщательной подготовки — особенно в том, как потом устроить человека. Нужно также предусмотреть худший сценарий: что делать, если правда всплывёт и станет известно, что девушка жива? Без всесторонней подготовки можно оказаться в ловушке.

— Цюэчжоу — удел принца Жуй, — тихо сказала Шэнь Бичжу. — Там её можно будет устроить надёжно, и я смогу за ней присматривать.

— Но сейчас мы с принцем в столице, поэтому торопиться нельзя.

Юй Минь — дочь семьи Юй. Если вдруг обнаружится, что она жива, даже находясь в другом городе, семья вправе потребовать её возвращения, и ни принц Жуй, ни его супруга не смогут этому помешать. А вот если бы они находились в Цюэчжоу, где у них больше влияния и лучше информированность, всё было бы проще.

Таким образом, Шэнь Бичжу ясно дала понять: дело осуществимо, но требует подходящего момента.

Юй Яо кивнула, встала и глубоко поклонилась подруге:

— Бичжу, спасибо тебе…

Не договорив, она почувствовала, как Шэнь Бичжу подхватила её и усадила обратно на канапе.

— Для меня Миньминь — как родная сестра!

— Ты за неё переживаешь — разве я нет? Не надо мне благодарностей!

Юй Яо понимала, что во дворце она ограничена во всём. Даже рядом с ней открыто стоит Люйюэ, а сколько ещё глаз следит из тени — неизвестно. Особенно трудно вмешиваться в дела за пределами дворца.

Она знала, что этой просьбой доставит подруге немало хлопот. Но кроме Шэнь Бичжу ей больше не на кого было положиться.

— Бичжу, как же хорошо, что ты у меня есть, — с улыбкой сказала Юй Яо, обнимая руку подруги и слегка её покачивая, впервые за долгое время позволив себе проявить детскую нежность.

Шэнь Бичжу тоже улыбнулась, но тут же ущипнула её за щёку:

— Как же ты похудела! Неужели он настолько скуп, что даже сытно покормить не может?

Юй Яо вспомнила, что сегодня Чу Цзинсюань устраивает банкет в честь возвращения Чу Чэньюаня и Шэнь Бичжу, и поспешно потянула подругу за руку:

— Только не говори такого больше нигде! Я открылась тебе не для того, чтобы ты пошла выяснять отношения. Просто знай — и всё. Я сама позабочусь о себе.

Шэнь Бичжу фыркнула:

— Хотелось бы мне ему высказать всё, что я думаю!

Но, увы, тот, о ком идёт речь, — сам император. Приходится держать всё при себе.

— Со всем остальным я справлюсь сама, — с мольбой посмотрела Юй Яо на подругу, — но с Миньминь — только с твоей помощью.

— Ладно, не волнуйся, — Шэнь Бичжу снова ущипнула её за щёку, — я же не дура, чтобы устраивать скандал и только усугублять твои проблемы.

Юй Яо улыбнулась:

— Моя Бичжу — самая умная!

После этого они оставили серьёзные темы и занялись чаепитием, болтая обо всём на свете.

…

Вечером состоялся банкет в честь возвращения принца Жуй и его супруги.

Императрица-мать почувствовала недомогание и не смогла присутствовать. За столом собрались лишь Чу Цзинсюань, Юй Яо, супружеская чета принца Жуй и несколько представителей императорского рода. Внешне всё прошло дружелюбно и гармонично.

После окончания пира Чу Чэньюань увёл Шэнь Бичжу обратно в резиденцию принца Жуй, а Чу Цзинсюань, как и накануне, проводил Юй Яо до Фэнлуань-гуна и ушёл.

Видимо, ночью он плохо спал, и Юй Яо тоже рано почувствовала усталость. Приняв ванну и приготовившись ко сну, она сразу же улеглась.

Ночью начался сильный дождь.

Юй Яо проснулась от звука дождя и стука капель по черепичной крыше. Сквозь лёгкую занавеску она увидела в полумраке комнаты смутный силуэт у стола.

Чу Цзинсюань сидел там в том же чёрном парчовом халате с драконьим узором, что и на пиру. Рядом с ним стояли белый нефритовый кувшин и бокал из агата.

Когда Юй Яо увидела, как он налил себе вина, она поняла, что не ошиблась. Приподнявшись на постели и отодвинув занавеску, она услышала, как он бросил ей через плечо:

— Проснулась? Иди сюда.

Юй Яо встала с постели, поправила ночную одежду и медленно подошла к нему. Не успела она и рта открыть, как он резко притянул её к себе, и она оказалась у него на коленях.

— Ваше Величество? — в изумлении окликнула она его.

Но Чу Цзинсюань лишь крепче обнял её и положил подбородок ей на плечо.

От этого интимного и нежного жеста Юй Яо невольно замерла, затаив дыхание.

За окном шёл дождь.

В тишине покоев, на фоне дождевых капель, она услышала, как Чу Цзинсюань с горечью прошептал ей на ухо:

— Пятый брат куда сильнее меня. Его супруга любит его всем сердцем, и их супружеская жизнь — не притворство.

— А мы? — Он прижал её руку к её собственной груди. — Яо-Яо, скажи, какие мы супруги?

http://bllate.org/book/8338/767859