Готовый перевод I Will Pamper You / Я буду баловать тебя: Глава 16

Инь Ичэн прищурился — едва успел разглядеть цифры на красной прямоугольной странице, как тут же одна за другой всплыли несколько сообщений.

[Цзинь Хуай сегодня не в сети]: [Собирался этим летом свозить тебя в Токийский Диснейленд, но команда голодная, как стая волков. Держи карманные деньги — покупай себе всё, что хочешь: косметику, одежду, сумки. Если не хватит — скажи, за десять секунд переведу.]

[Цзинь Хуай сегодня не в сети]: [Одевайся красиво и не жалей денег. Пусть эти юнцы из университета, которые поглядывают на тебя с непристойными мыслями, даже не мечтают о тебе.]

[Цзинь Хуай сегодня не в сети]: [Если кто-то посмеет ухаживать за тобой, пусть сначала найдёт меня в League of Legends под ником Y·NE и выиграет у меня один на один.]

[Цзинь Хуай сегодня не в сети]: [Особенно тот замкнутый ботаник.]

Цзинь Хуай печатал с той скоростью, с которой когда-то играл на мировом чемпионате. Цзинь Ся уже спрятала телефон, а Инь Ичэн почти дочитал все сообщения.

— Замкнутый ботаник? — недоумённо пробормотал он.

Похоже, речь шла о каком-то человеке…

И интуитивно он почувствовал — это про него.

Он взглянул на Цзинь Ся. Та виновато пожала плечами:

— Мой братец без злого умысла…

Значит, действительно про него.

Инь Ичэн задумался на несколько секунд и невольно рассмеялся.

По сравнению со словом «замкнутый», прозвище «замкнутый ботаник» подходило ему гораздо точнее.

Но как же быть с дуэлью в League of Legends?

Он ведь уже много лет не запускал эту игру. Сможет ли он снова, как шесть лет назад, легко обыграть Цзинь Хуая?

Авторские комментарии:

Цзинь Хуай: Хочешь встречаться с моей сестрёнкой? Сначала пройди через меня.

Инь Ичэн: Я тебе повыси зарплату.

——————————

Немного поясню насчёт обучающего программного обеспечения, разработанного Инь Ичэном. Эта идея пришла от моего друга-программиста. Почти весь монолог молодого господина, объясняющего Цзинь Ся, я взял напрямую из реального разговора с ним и немного переработал для нужд сюжета. Не стоит воспринимать это слишком серьёзно.

Концентрация Инь Ичэна была поистине исключительной. Как только он закончил болтовню, взгляд его приковался к экрану и больше не отрывался.

А вот Цзинь Ся рядом всё время ерзала, чесалась и никак не могла сосредоточиться…

При этом она вполне обоснованно считала, что виновата в этом не полностью сама.

Во время обеда она ещё сохраняла доброжелательное настроение и готова была подружиться с английским языком уровня CET-4.

Но прямо перед тем, как начать усердно учиться, сначала Инь Ичэн сообщил ей, что скоро она станет обеспеченной девушкой, не прилагая особых усилий, а затем её «благообразный» братец внезапно перевёл ей целых двадцать тысяч юаней!

Кто после этого устоит?

Эмоции бурлили, и успокоиться было невозможно.

Она не святая и не богиня, да и не собиралась сразу же после получения денег валяться на диване без дела.

Просто сегодня…

Солнце светило особенно ласково, в библиотеке сидело немного людей, в воздухе витал тонкий аромат бумаги и типографской краски.

Все вели себя тихо. Иногда где-то слышался особый звук переворачиваемой страницы, и Цзинь Ся даже могла по едва уловимым различиям определить текстуру бумаги:

гладкая или шершавая, тонкая или плотная, новая или старая…

Всё это скрывалось в неуловимых, но восхитительных деталях.

Ей доставляло удовольствие их замечать, и она полностью погрузилась в эти маленькие радости.

И ещё был Инь Ичэн рядом.

Цзинь Ся постоянно ловила себя на том, что краем глаза крадёт на него взгляды.

Остановить это было невозможно.

Она сидела слева от него, а жаркие лучи солнца проникали через огромное купольное окно справа, сталкиваясь с прохладным кондиционированным воздухом внутри и мягко окутывая его фигуру.

В её поле зрения чётко вырисовывались тени:

выступающие надбровные дуги, прямой нос, тонкие губы и кадык…

А ещё линия нижней челюсти, начинающаяся прямо под мочкой уха и плавно сходящаяся к подбородку. Она не была чересчур резкой, но и не казалась излишне изящной.

Цзинь Ся долго смотрела именно на эту линию, пока наконец не нашла подходящее описание — «естественная красота без искусственных изысков».

Мысли невольно вернулись к тем мучительным дням военных учений.

Если бы не Инь Ичэн, она, возможно, так и не дошла бы до финиша…

Той ночью она была благодарна ему за то, что он нес за неё пять килограммов снаряжения, и, не в силах поднять голову из-за разницы в росте, упрямо смотрела на его потрясающе красивую линию челюсти, используя её как ориентир, чтобы, стиснув зубы, добраться до цели.

В её набитой ватой голове тогда крутились лишь две совершенно не связанные мысли: «Живот болит ужасно… и эта линия челюсти просто идеальна».

Сейчас, в библиотеке, рассматривать его в статике было куда приятнее, чем во время марша на учениях.

Цзинь Ся просто смотрела… и незаметно для себя легла на стол, веки её медленно сомкнулись…

Когда Инь Ичэн наконец оторвался от экрана и повернул голову, желая спросить её мнение, он обнаружил, что девушка рядом уже перешла в режим отдыха и сама себя «выпустила на волю».

Под его пристальным взглядом её густые ресницы, изогнутые вверх, слегка дрогнули — словно испуганная чёрная бабочка взмахнула крыльями, будто готовая вот-вот улететь.

— Устала? — с улыбкой спросил он.

Цзинь Ся согнула левую руку, положила на неё щёку и лениво вздохнула:

— Безделье губит человека…

— Ничего страшного, — спокойно ответил он.

Ведь самое ценное — это время, проведённое вместе с ним. Это вовсе не безделье.

Цзинь Ся, конечно, не догадывалась о скрытом смысле его слов и, собирая последние силы, предупредила:

— Занимайся своим делом, не обращай на меня внимания.

Ей нужно было всего лишь немного вздремнуть…

Всего на чуть-чуть — и она снова станет энергичной и жизнерадостной девушкой.

Инь Ичэн бросил взгляд на клавиатуру ноутбука, словно колеблясь:

— Боюсь, я могу помешать тебе шумом.

До этого он почти не пользовался клавиатурой, но теперь будет печатать постоянно.

Цзинь Ся по-прежнему не поняла, с недоумением посмотрела на него, и её веки уже совсем не хотели открываться…

Инь Ичэн опустил правое плечо, достал из рюкзака у ног профессиональные, явно очень дорогие наушники и снова спросил:

— Послушаешь музыку?

Цзинь Ся медленно кивнула, сложила руки на столе и удобно устроила голову.

Инь Ичэн понял и надел на неё наушники. Как только заиграла музыка, она с наслаждением закрыла глаза. В ушах зазвучал расслабленный, слегка хрипловатый женский голос:

В книгах всегда пишут о неожиданно счастливых вечерних часах,

О прогулках на велосипеде и разговорах вдвоём…

Девушка в белом платье — мальчику так нравится смотреть на неё.

Столько романтичных сцен, столько сердец, растревоженных любовью,

Столько расставаний без обид, столько историй —

На всё это не хватит и многих дней.

Ты только что поцеловала меня — тебе тоже понравилось, верно?

Иначе почему ты всё ещё не отпускаешь мою руку?

Ты говоришь, что хочешь отвезти меня в свой родной город,

Где зелёная черепица и красный кирпич,

Где ивы и мох на камнях,

Где прошлое и настоящее сливаются воедино…

Ты говоришь, что тоже так поступишь.

Постепенно я полюбила тебя,

Постепенно мы стали ближе,

Постепенно рассказывали друг другу о себе,

Постепенно начали идти по жизни вместе.

Постепенно я хочу соответствовать тебе,

Постепенно хочу отдать тебе себя.

Постепенно я полюбила тебя,

Постепенно вспоминаю наши моменты,

Постепенно хочу состариться рядом с тобой…

Ведь «постепенно» — лучшее из всех объяснений.

*

Цзинь Ся проспала до самого ужина.

Юй Сянсян позвонила ей и сообщила, что основная группа туристов успешно покорила Цзюйюнгуань, потом заглянула в Тринадцать императорских гробниц и уже выполнила программу обычного туриста на праздники.

Сейчас они почти у южных ворот университета и просят Цзинь Ся и Инь Ичэна выйти к ним.

Ай Цзэ настоятельно требует угостить «сестрёнку Цзинь Хуая» ужином и надеется, что она даст ему шанс проявить себя.

Цзинь Ся проснулась совершенно разбитая, не до конца пришедшая в себя, но Юй Сянсян уже повесила трубку.

Она недовольно застонала, оторвалась от стола, сняла наушники, которые всё ещё играли музыку, и повернулась к Инь Ичэну:

— Почему одна и та же песня повторяется снова и снова?

Инь Ичэн бросил взгляд на список воспроизведения:

— Прости, наверное, случайно включил повтор одного трека.

Выходит, она проспала почти два часа под одну и ту же песню.

Цзинь Ся протяжно «о-о-о» произнесла:

— Хотя песня хорошая, я уже выучила её наизусть.

— Правда? — Он виновато улыбнулся.

Поговорив о музыке, Цзинь Ся вспомнила о звонке и, не включая мозги, спросила:

— Ай Цзэ хочет угостить сестрёнку Цзинь Хуая ужином. Пойдём?

Её тон и выражение лица были похожи на доклад подчинённого начальнику.

Идти или нет — решать молодому господину.

У неё лицо сплющилось от сна, глаза немного распухли, на щеке остались неровные складки от стола, волосы, конечно, растрёпаны, а несколько чёлок торчали вверх, как мятежники. В общем, она выглядела как живое воплощение слова «растерянность»!

Хотя… «миловидность» тоже присутствовала.

Молодой господин не удержался и решил подразнить её:

— А когда сестрёнка Цзинь Хуая угостит нас?

Цзинь Ся надула губы:

— А зачем мне угощать?

— Говорят, Цзинь Хуай перевёл своей сестре целых двадцать тысяч.

— Это компенсация за чувство вины брата.

— Не хочешь угощать?

— …

Цзинь Ся постепенно приходила в себя, мозг начал работать, и она дипломатично заметила:

— Я вдруг начала понимать психологию богатых людей.

Инь Ичэн принял расслабленную позу, давая понять, что готов выслушать.

Она пожала плечами с сожалением:

— Чем богаче человек, тем скупее становится…

Инь Ичэн тихо рассмеялся и кивнул в знак согласия:

— Понимаю.

— Понимание — первый шаг к согласию, — Цзинь Ся временно перевела дух.

Ей особенно нравилось в Инь Ичэне то, что он всегда был спокоен, открыт и умел смотреть на вещи с точки зрения других.

Конечно, она думала и об угощении. Просто эти деньги пришли неожиданно, и Цзинь Ся хотела составить примерный план, прежде чем приглашать всех на ужин, а не тратить всё сразу, как только получила.

По сути, она должна была себя контролировать.

Расслабляться можно было только этим послеполуденным днём — завтра снова придётся усердно трудиться.

Ведь как студентка филологического факультета университета Ц, она обязана сдать английский экзамен CET-4 в этом семестре!

Она как раз находилась в фазе «у меня появились деньги, но я не стану зазнаваться», когда услышала рядом вздох Инь Ичэна, который аккуратно складывал ноутбук и учебники:

— Что же будет дальше…

Что за «дальше»?

Кто такой «что будет»?

Пока Цзинь Ся окончательно соображала, Инь Ичэн уже собрал вещи и направился вниз по лестнице.

Она уставилась ему вслед с возмущением:

— Этот человек всё больше говорит…

Тот услышал и подумал про себя: «Я и не был немым от рождения».

Но раз вдруг разбогатевшая Цзинь Ся стала заботиться о своём имидже, он сделал вид, что ничего не расслышал.

*

Они вышли из библиотеки один за другим — и у входа их уже поджидали граф и Мимик!

Неизвестно, как назвать такое поведение — демонстрацией или соревнованием…

Удивительно, но в этот жаркий день два председателя клубов достигли дружеского соглашения и решили пойти навстречу друг другу.

В результате Цзинь Ся и Инь Ичэн под влиянием уговоров вроде «мы точно не помешаем учёбе, наши мероприятия очень лёгкие, как и у них» оказались записанными одновременно и в клуб косплея, и в туристический клуб.

Перед выходом из библиотеки они заполнили анкеты, поставили отпечатки пальцев и получили разрешение на выход.

Цзинь Ся посмотрела на свой красный отпечаток большого пальца и улыбнулась стоявшему рядом молодому мужчине, чья внешность и фигура были безупречны:

— Никогда не думала, что в жизни настанет день, когда обо мне будут так бороться.

Инь Ичэн не ответил, его выражение лица стало сложным.

Только сейчас он осознал: речь шла не только о нём, но и о ней.

Ведь ещё недавно граф сказал:

— Цзинь Ся, ты уже поднялась с девятого места до третьего в списке будущих звёзд университета! Весь курс программистов из Института программного обеспечения голосует за тебя, знаешь ли?

А Мимик добавил:

— У нас в туристическом клубе двадцать с лишним парней и всего три девушки, включая тебя. На любых мероприятиях мы будем тебя беречь и нести за тебя весь груз!

Первый едва сдерживался, чтобы не надеть на неё костюм и не выставить как витринную куклу на ближайшей выставке косплея, а второй явно собирался баловать её, как принцессу.

Инь Ичэн почувствовал…

Что-то было не так.

Это тревожное предчувствие не покидало его и во время ужина.

Ай Цзэ пригласил всех в популярную сетевую закусочную за пределами кампуса, специализирующуюся на хунаньской кухне.

Сначала всё шло отлично: блюда были вкусные, все ели с удовольствием и весело беседовали.

Ай Цзэ от природы был театральной натурой, любил эффектные выходки и был ужасно самовлюблён.

Юй Сянсян была его женской копией: попав в список кандидаток в университетские красавицы, она заняла второе место, уступив первому месту, и всё время была в состоянии лёгкой зависти.

Она даже упрекнула Цзинь Ся за то, что та за один день подскочила с девятого на третье место.

Ей было страшно!

Лишь когда Чжу Сяо отобрала у неё телефон, её немного успокоили.

А Цзинь Ся всё ещё помнила мелкую шалость Инь Ичэна и, когда ужин подходил к концу, великодушно достала телефон и открыла приложение для бронирования билетов —

Она решила угостить всех киносеансом.

http://bllate.org/book/7788/725768