Готовый перевод I Thought He Was Poor / Я думала, что он беден: Глава 3

— Расстались. Ничего особенного не почувствовала, — глубоко вдохнула Сун Аньцин. — Мам, ты ведь сама прекрасно знала: на таких свиданиях вслепую постоянно попадаются настоящие чудаки…

— А «чудак» у тебя — в хорошем смысле или в плохом? — тут же парировала мать Сун, уже переходя в привычный поучительный тон. — Я ведь и не требую, чтобы ты немедленно выходила замуж. Но взгляни на себя: с тех пор как рассталась с тем юношей, с которым встречалась в юности, ты больше никого и в глаза не замечала.

— Понимаю, что забыть его тебе трудно, но ведь сама же говорила: после выпуска все разъехались по разным городам, пути разошлись — и всё. В то время у тебя было отличное настроение!

Мать Сун говорила с искренней заботой:

— Так уж устроено в нашей стране: стоит дочери перевалить за определённый возраст и не выйти замуж — сразу найдутся те, кто начнёт сплетничать. Конечно, мы с твоим отцом можем им ответить, но разве это решит проблему?

Слова матери легли на душу Сун Аньцин тяжёлым грузом. Родители её и вправду были исключительно либеральными.

Хотя они постоянно напоминали ей о поиске партнёра, стоило каким-то родственникам начать осуждать её за незамужний статус — они тут же становились на её защиту.

Она видела множество историй, когда давление со стороны родителей доводило до депрессии, побегов из дома или даже самоубийств. Но её родители были современными людьми и прекрасно понимали эти риски.

Более того, они сами боялись переступить грань и невольно подавить её эмоционально. Хотя, честно говоря, она вовсе не была такой уж хрупкой.

На этот раз они уговаривали её пойти на свидание с невероятной деликатностью: «Просто попробуй один раз, если не получится — больше никогда». А она, в свою очередь, не хотела, чтобы родители, улыбаясь ей в лицо, за спиной изводили себя тревогами — поэтому и согласилась.

Мать Сун, увлечённая собственной речью, вдруг заметила, что лицо дочери стало бледнее, и сразу сбавила громкость, будто боясь её напугать. Голос её стал тихим, почти шёпотом, словно она разговаривала с маленьким котёнком:

— Ну а теперь… как ты сама думаешь? Как всё прошло?

— Мы только сели за стол, ещё даже не успели представиться, как он сразу заявил: «Если бы не мама, я бы сюда и не пошёл!» — Сун Аньцин даже изобразила высокомерную мину Нин Ци и бросила на мать косой взгляд.

У матери тут же заболела голова. Она тяжело вздохнула:

— Похоже, типичный маменькин сынок. Лучше уж выйти замуж за бедняка, чем за человека с таким характером. Вот твой бывший парень Чжао Вэньчжэ всегда к тебе так хорошо относился… Жаль, что вы расстались, так и не представив его нам.

Если бы мать не упомянула Чжао Вэньчжэ, Сун Аньцин, возможно, и вспомнила бы о нём позже. Но теперь она сразу вспомнила, как сегодня в ресторане он заплатил за неё.

Чуть не забыла вернуть деньги! А вдруг это были его последние сбережения на еду?

Сун Аньцин немедленно подключилась к домашнему Wi-Fi, открыла приложение «Чжи Фу Бао» и ввела номер телефона Чжао Вэньчжэ.

Мать стояла рядом и сразу заметила экран оплаты:

— Кому ты переводишь деньги?

— Тому ужасному парню с сайта знакомств, — ответила Сун Аньцин с горькой миной. — Он заказал кучу дорогущих блюд: акулий плавник, морских ушек… А когда я сказала, что не собираюсь выходить замуж за маменькиного сынка, он просто ушёл.

— И не заплатил? — мать сразу уловила суть.

Сун Аньцин энергично кивнула:

— У меня с собой не хватало наличных, а на телефоне не было средств, чтобы вам позвонить. Тогда один добрый человек оплатил за меня счёт.

— Добрый человек? Сколько именно? — снова уточнила мать.

— Две тысячи восемьсот юаней, — честно ответила Сун Аньцин.

— Мужчина или женщина?

Сун Аньцин чуть не выдала правду, но в последний момент обдумала ответ и сказала:

— Женщина. Сказала, что мы с ней очень похожи, поэтому решила помочь.

Мать, чьё лицо только что озарилось надеждой, тут же обрело разочарованное выражение. Сун Аньцин невольно почувствовала облегчение.

— Я пойду принимать душ и лягу спать. Завтра на работу, — сказала она, но тут же добавила: — Кстати, мам, я подумываю сменить работу. Как ты на это смотришь?

Мать всё ещё пребывала в скорби из-за того, что «родственная душа» оказалась девушкой, поэтому ответила рассеянно:

— Конечно, стоя смотрю.

Сун Аньцин: …

— Ладно, ещё нужно попросить твоего отца найти этого Нин Ци и заставить его вернуть деньги. По крайней мере, счёт должен быть разделён поровну — я не позволю себя обмануть, — пробормотала мать, направляясь в спальню.

Сун Аньцин тоже устало потащилась к своей комнате. В этот момент Сун Юминь как раз вернулся после того, как вынес мусор.

— Сестра, я только что во дворе увидел невероятно крутую машину! Такую стильную! Это был он?

Сун Аньцин подумала, что в их обычном районе, где живут простые работники, вряд ли заведётся настоящий люкс. Скорее всего, подделка.

— Не выдумывай. Наверняка подделка. Я устала, пойду спать. И тебе пора, — сказала она, демонстративно зевнув.

— Но эмблема похожа на «Ламборгини»!

— Тогда тем более подделка! — бросила Сун Аньцин и закрыла дверь.

Опершись спиной на дверь, она начала набирать сообщение на телефоне.

На самом деле она никогда не удаляла Чжао Вэньчжэ. Она лишь занесла его в чёрный список — и не только в основной аккаунт, а во все возможные платформы, где была такая функция. Удалить — никогда. Только блокировка.

Она уже не помнила, с какими чувствами тогда оборвала с ним все связи. Единственное, что осталось в памяти, — желание не ранить его самолюбие. Она слышала, что у некоторых бедных юношей бывает повышенная чувствительность и стыдливость: стоит упомянуть их финансовое положение — и они тут же впадают в отчаяние.

В тот момент, когда она убрала Чжао Вэньчжэ из чёрного списка, ей показалось, будто высохшая трава вдруг дала новые ростки. Ей захотелось написать ему — хоть бы даже просто отправить какой-нибудь бессмысленный смайлик. Просто связаться с ним. Желание было настолько сильным…

Но чем острее было это чувство, тем спокойнее она себя вела.

Она напечатала всего одну фразу:

[Я уже дома. Только что проверила — твой номер совпадает с аккаунтом в «Чжи Фу Бао». Могу перевести прямо туда?]

Отправив сообщение, она положила телефон, но через секунду уже не выдержала и снова взяла его в руки — будто прошёл целый час, а не мгновение. Хоть и понимала, насколько глупо такое поведение, остановить себя не могла.

Только с Чжао Вэньчжэ она чувствовала себя вот так — растерянной и трепетной.

К счастью, Чжао Вэньчжэ, вероятно, как раз смотрел в телефон, потому что ответил мгновенно:

[Не нужно возвращать. Это же совсем немного.]

Сун Аньцин подумала: «Опять пытается казаться щедрым? Для меня-то это вовсе не „немного“! Он же всего лишь официант в ресторане — с каких это пор у него такие деньги?»

Неужели…

При мысли о том, насколько красив Чжао Вэньчжэ — даже красивее некоторых звёзд, — у неё сжалось сердце. Она тут же написала своей подруге Му Чжиань:

[Представь: мужчина красивее большинства знаменитостей, работает официантом в ресторане с зарплатой около пяти тысяч юаней… Почему он считает две с половиной тысячи „мелочью“?]

Му Чжиань была её однокурсницей, настоящей «белой и богатой красавицей» из состоятельной семьи. Обычно она держалась с холодной элегантностью, но Сун Аньцин всегда чувствовала, что за этой внешностью скрывается простая и добрая натура.

Му Чжиань ответила:

[Если он такой красивый… Может, его содержат богатые дамы?]

Эти слова попали прямо в цель.

Неужели после их расставания он пошёл по «кривой дорожке»?

Сун Аньцин с тревогой уставилась на ответ Чжао Вэньчжэ. Собравшись с духом, она всё же перевела ему деньги и тут же отправила сообщение:

[Деньги, заработанные честным трудом, даются нелегко! Эта сумма — не „мелочь“. Прими и не смей возвращать! Иначе я с тобой поссорюсь!]

Динь-дон!

Сун Аньцин сразу открыла новое сообщение. Щёки её медленно покраснели.

Чжао Вэньчжэ:

[…Хорошо. Как скажешь. Всё будет по-твоему.]

Сун Аньцин сидела на краю кровати, распустив наполовину волосы. Резинка застряла в пряди, но она даже не замечала этого — уставившись в экран телефона и перечитывая последнее сообщение. Постепенно она начала выходить из себя.

Что он вообще имел в виду?

Почему написал такие слова? Что значит «всё будет по-твоему»?

От таких фраз ей хочется думать слишком много! А если она ошибётся и начнёт строить иллюзии?

Сердце её уже не слушалось, и воспоминания вдруг хлынули потоком, вызванные всего лишь одной фразой.

Неужели он сейчас так же смотрит на экран, с лёгкой улыбкой, полной нежного снисхождения? Неужели на щеках снова появились те два милых ямочки-водоворотика?

Перефантазировать — это настоящая болезнь!

Сун Аньцин вздохнула. Огляделась — и поняла, что прошло уже больше десяти минут, а она так и не ответила.

Ну ладно, просто отправит «спокойной ночи» — из вежливости.

Но… а если у него уже есть новая девушка?

Подожди! Если у него есть девушка, а он всё равно пишет мне такие двусмысленные сообщения — разве это не делает его мерзавцем?

Информации слишком много, и Сун Аньцин чувствовала, что не справляется. Лучше сначала выяснить, свободен ли Чжао Вэньчжэ, и только потом решать, стоит ли пытаться восстановить отношения…

Она так и не ответила ему. Приняла душ, вышла и снова взяла телефон — но новых сообщений от него не было.

Видимо, правильно поступила, не отвечая.

Если бы она начала переписку, не зная обстоятельств, а у него вдруг оказалась девушка — она бы сама стала виноватой. Перед сном Сун Аньцин убедила себя, что поступила абсолютно верно. Сегодня она снова доказала, что остаётся принципиальной, незамужней, но морально устойчивой женщиной!

Тем временем за пределами жилого комплекса всё ещё стоял «Ламборгини». В салоне не горел свет — лишь экран телефона владельца излучал слабое сияние.

На экране отображалась страница интернет-форума. Вопрос звучал так:

«Несколько лет назад расстался с девушкой. Сегодня случайно встретил её в ресторане, где работаю: она не смогла оплатить счёт после неудачного свидания вслепую, и я заплатил за неё, как будто пригласил на ужин. Позже она настаивала на том, чтобы вернуть деньги. Я предложил отвезти её домой — она отказалась. Что это значит? Есть ли шанс на воссоединение?»

Чжао Вэньчжэ пристально смотрел на самые популярные ответы.

11L: [Когда девушка отказывается от оплаты со стороны мужчины, возможны два варианта. Первый — это черта её характера: скорее всего, она очень независима и не стремится пользоваться чужими деньгами. Второй — учитывая, что вы расстались несколько лет назад, она, возможно, отвергает ваш жест доброй воли, не желая возобновлять отношения. Здесь важно уточнить: вы расстались мирно или между вами остались обиды?]

13L: [Есть и третий вариант! Не стоит сразу отчаиваться. Может, она просто хочет, чтобы в этот раз заплатила она, а в следующий — вы? Взаимные угощения — это нормально. Хотя, судя по вашему описанию, ситуация сложнее…]

15L: [А может, она платит за этот ужин, а потом вы платите за все остальные? Ха-ха-ха! (смайлик/смайлик/смайлик)]

Начиная с 20L, пошли ответы самого автора темы:

20L: [Мы расстались мирно. Она сказала, что больше ничего не чувствует ко мне, и просила не преследовать её. Сегодня я увидел её в ресторане, где работаю: она была на свидании с каким-то странным парнем. Тот ушёл, не заплатив, так что это не было нашим совместным ужином — я просто помог ей оплатить счёт.]

21L: [Я сказал, что не нужно возвращать деньги, но она настояла. Недавно мы снова добавились друг к другу в друзья, но она ведёт себя довольно холодно: отвечает с задержкой. Только что я отправил чуть более тёплое сообщение — она не ответила. Сейчас я сижу у её дома, вижу, что свет в её окне погас — наверное, уже спит.]

22L: [Но она всегда перед сном проверяет телефон, так что точно видела моё сообщение. Почему молчит? Может, я поторопился, и она теперь раздражена? А может, за эти годы она ни с кем не встречалась… Неужели у неё были веские причины расстаться со мной? Может, она до сих пор… любит меня?]

23L: [Информации слишком много. Автор отказался от предложения отвезти её домой, а теперь сидит у её подъезда, следит, когда погаснет свет, и знает, что она все эти годы одна?! Братан, ты случайно не стал сталкером?! Извини, сорвался с темы — возвращаюсь!]

http://bllate.org/book/7615/712914