Готовый перевод Becoming the Mother of Machines / Стать Матерью Механоидов: Глава 31

— Механическое тело Лин Тяня универсальное — его можно снять и использовать как запасное. Когда на задании возникают трудности, мы так и поступаем.

Пока он это говорил, обе ноги Лин Тяня уже оказались разобранными до такой степени, что кое-где явно не хватало деталей, и сцена напоминала жуткое расчленение.

Лин сдержала готовые сорваться с языка слова и мысленно зажгла свечу за вице-президента гильдии.

Ночное небо за заводом окончательно погрузилось во тьму. Без электричества весь Чёрный Песок после заката становился абсолютно чёрным. С исчезновением света температура начала стремительно падать, тучи скрыли луну, и стало невозможно разглядеть даже собственную ладонь.

Лин сидела, прижавшись к стене в углу, и накинула всё, что хоть как-то могло согреть. Потерев ладони, она вдруг заметила, что на улице пошёл снег.

Снежинки были серовато-белыми, явно перемешанными с какой-то грязью. В то же время сточные воды, просачивавшиеся из угла стены, начали стремительно замерзать, образуя острые сосульки под трубами.

Мо Сан держал сигарету во рту, но не зажигал её. Он был раздражён.

Его механические ноги оснащались передовыми технологиями Федерации, а сам он, будучи одним из немногих бойцов галактического уровня, почти в одиночку представлял половину боевой мощи Гильдии наёмников.

К тому же, достигнув галактического уровня, такие бойцы получали особую эволюцию, непонятную обычным людям. Именно поэтому он смог продержаться до тех пор, пока не уничтожил всех мутантов, прежде чем рухнуть без сил.

Но сейчас, даже временно починив протезы чужими деталями, он так и не получил права управления ими и оставался обездвиженным.

Мо Сан вздохнул и перевёл взгляд на новичка-наёмника, сидевшего неподалёку.

Девушка съёжилась в углу, явно замерзая — даже открытый участок запястья побелел от холода.

Он убрал сигарету изо рта:

— Если тебе холодно, можешь прижаться ко мне для тепла.

Лин подняла на него удивлённый взгляд:

— Мо, это… неприлично.

— Температура ночью опускается ниже минус двадцати. Если ты умрёшь здесь, твоё тело найдут только весной.

— Подойди ближе.

В такую стужу этот мужчина был одет лишь в тонкую камуфляжную форму и, казалось, совершенно не чувствовал холода. Лин долго колебалась, но в конце концов медленно подползла к нему — выживание важнее приличий.

Он оказался прав: даже прикосновение к его руке передавало мощное тепло, будто от раскалённой печи. Лин осторожно приложила ладони к его руке, чтобы согреть их по очереди.

Мо Сан бросил взгляд на сидевшую рядом девушку и с интересом наблюдал, как она то двигает руками, то ногами.

— Зачем носишь защитную маску? Это базовое снаряжение и так почти бесполезно, неужели думаешь, что оно ещё и греет?

Лин подумала и решила, что он прав, поэтому молча сняла маску.

Несколько непослушных прядей упали ей на глаза. Она поправила их и вдруг встретилась взглядом с Мо Саном.

В тот миг она точно увидела в его красивых разноцветных глазах непонятное изумление.

Следующим мгновением её запястье оказалось зажатым в его руке, а всё тело — прижатым к его груди. Верхняя часть её туловища плотно прижималась к нему. Чужой, но настойчивый запах и тепло буквально вторглись в её сознание. Особенно поражало, как его мышцы, несмотря на то что были из плоти и крови, оказались такими твёрдыми!

Хотя Мо Сан не давил сильно, Лин уже задыхалась.

Она ударила его по груди:

— Мо Сан, отпусти меня!

Его взгляд внимательно скользил по её лицу, не упуская ни одной детали: пряди волос, брови, глаза, уголки губ.

Мо Сан крепко держал её запястье и настойчиво спросил:

— Скажи ещё раз своё имя!

— Меня зовут Лин!

Он нахмурился на мгновение, а затем уверенно произнёс:

— Я тебя видел.

В тот миг, когда она сняла маску, её лицо ударило по нему, словно цунами в пустыне.

Он услышал гул энергетического камня, прозвучавший в его сознании, как шёпот, и это цунами накрыло его с головой, не оставив ни капли разума.

— Но я же тебя не видела! — Лин чуть не плакала от того, что стальные руки не давали дышать.

— Не верю.

Мо Сан крепко прижимал её к себе. Его острые брови слегка сошлись, а механические разноцветные глаза сияли, будто завораживающие кристаллы.

— Кто ты на самом деле?

Этого она и сама не знала!

Лин подняла на него жалобный взгляд и попыталась говорить спокойно:

— Мо, мои воспоминания фрагментарны. Даже это имя я выбрала сама. Даже если мы и встречались раньше, я уже ничего не помню.

Она упиралась ладонями в его грудь, но усилия её были смехотворны — будто слону щекотали брюхо. Однако через некоторое время рука на её плече действительно ослабла. Лин вырвалась и быстро отползла подальше, будто от чумы.

Мо Сан оперся одной рукой на колено, другую сжал в кулак. Его лицо стало мрачным и суровым — такой вид мог заставить заплакать любого непослушного ребёнка.

— Ты из Байши?

— Да, наверное, я там и жила всё это время, — честно ответила Лин.

Мо Сан вспомнил слухи, которые слышал ранее: Третий исследовательский институт находился в Байше, новости об инциденте, время её вступления в Гильдию наёмников и ту странную, но знакомую симпатию, которую он к ней испытывал…

Взгляд Мо Сана вдруг прояснился.

Лин скорбно скривилась:

— Мо, я точно не шпионка. Я никогда не стану на сторону врагов, поверь мне.

— Понял. Я и не говорил, что ты шпионка.

Мо Сан расправил руки и посмотрел на неё:

— Ты не боишься замёрзнуть, стоя на сквозняке? Подойди. Если умрёшь от холода, это не будет считаться производственной травмой.

За окном бушевала метель. Лин колебалась между удушьем и замерзанием, но в конце концов тихо сказала:

— Только больше не души меня. Не могу дышать.

Мо Сан усмехнулся:

— Хорошо, обещаю.

Получив обещание, Лин осторожно подползла к нему, и в итоге они снова сидели бок о бок.

— Чего боишься? Так далеко отползла.

Спиной он опирался на шершавую бетонную стену, сигарета лежала в кармане, но он даже не думал её доставать — всё внимание было приковано к соседке.

Лин вообще не хотела разговаривать. Она сидела в пуховом пальто, лицо почти полностью спрятано в складках рукавов, и лишь слегка прислонялась плечом к нему, чтобы поймать немного тепла. Её тело было лёгким, а дыхание — таким тихим, что почти не слышалось.

Стремительно наступивший холод сделал её одновременно замёрзшей, голодной и сонной. Внезапно перед ней появился паёк для полевых условий.

Мо Сан протянул ей упаковку, не поднимая головы:

— Ешь. Это самонагревающийся.

— Это стоит денег?

— … Это льгота гильдии.

— А!

В паёке были самонагревающийся обед, функциональный напиток, фруктовое сжатое печенье и энергетический батончик — гораздо вкуснее её дешёвого питательного раствора.

Лин увлечённо ела горячую еду, когда заметила, как Мо Сан запрокинул голову и выпил напиток, после чего с лёгкостью смял металлическую бутылку в комок.

Мужчина мрачнел. В темноте его лица не было видно, но Лин всё равно чувствовала, что он в плохом настроении.

Механические ноги уже были починены — сквозь разрезы на коленях формы проглядывали точные и мощные детали, источавшие ощущение силы и красоты.

Но даже после ремонта действие электронного вируса сохранялось.

Лин обеспокоенно спросила:

— Мо, как нам снять вирусное управление с остальных? Я очень переживаю за Лу Наня и Джесси.

— Это специально разработано против нас, так что просто так не справиться. Пока что нужно сначала взломать вирус, а потом уже разбираться с армией мутантов здесь.

Лин, услышав его спокойный тон, не удержалась:

— Вы часто сталкиваетесь с покушениями?

Мо Сан взглянул на девушку рядом. Она смотрела на него снизу вверх, полная искреннего любопытства, а её тёмные глаза, круглые и блестящие, отражали единственный свет в этом мёртвом городе.

Он, сам не зная почему, ответил:

— Для меня это обычное дело.

Он уже не мог вспомнить, сколько раз его подстерегали: засады, покушения, предатели, ловушки — враги приходили со всех уголков Федерации.

— Но ведь именно наёмники решают большинство кризисов с мутантами, — не понимала Лин. — Почему с вами так поступают?

Мо Сан усмехнулся:

— Ты знаешь, что Федерация держится на трёх столпах: секта Механического Бога, правительство и финансовые кланы.

— Церковь проповедует механическое божество, чтобы сократить население низших слоёв, экономя ресурсы и одновременно стимулируя производство и продажу протезов. Финансовые кланы получают прибыль от производственных цепочек. Правительство монополизирует добычу энергетических камней и обновления систем, распределяя власть между церковью и кланами. При этом наёмники сражаются с мутантами — это позволяет одновременно ослаблять вооружённые силы наёмников и экономить собственные ресурсы для контроля над теми, кого они хотят держать под пятой.

— Их влияние переплетено в сложную сеть. А мы — ножницы, способные её разрезать. Они не могут контролировать меня, но могут контролировать других. Без Гильдии наёмников появится следующая.

Голос Мо Сана становился всё тише. Он ласково потрепал Лин по голове:

— Спи. Ты сегодня отлично справилась. Здесь с тобой всё будет в безопасности.

Его ладонь была тёплой и широкой. Лин машинально кивнула. Усталость выключила сознание, а её слабое тело достигло предела. Последнее, что она запомнила перед тем, как провалиться в сон, — это его красивые сине-фиолетовые глаза.

Она подумала, что имя Мо Сана наверняка входит в список тех, кого правительство хочет держать под контролем.

Ночь прошла спокойно.

Когда она проснулась, за окном только начинало светать. Подоконник в заводском здании покрылся толстым слоем льда. За окном простиралась белая пустыня, и кроме ветра не было слышно ни звука.

Лин слегка пошевелилась и обнаружила, что руки и ноги приятно тёплые.

Она пробормотала что-то себе под нос, но тут же широко распахнула глаза. Она поняла, что изначально спала, прислонившись к стене, а теперь лежала в чьих-то объятиях.

Её ноги покоились на его бёдрах, левая рука обнимала его за талию, а правая даже залезла под ворот его куртки.

Мо Сан, очевидно, тоже использовал её как большую подушку: его голова покоилась на её макушке, дыхание было ровным и глубоким.

Осознав позу, в которой они находились, Лин мгновенно окаменела, и весь остаток сна испарился.

— Если кто-то узнает, что я использовала президента гильдии как грелку, меня точно зальют помоями на форуме и двадцать тысяч наёмников будут ругать три дня подряд!

Помня, что она всего лишь сотрудник, Лин осторожно вытащила правую руку из-под его воротника, стараясь не коснуться кожи.

Но Мо Сан всё равно почувствовал движение.

— Проснулась? — раздался над головой ленивый, хрипловатый голос.

Лин съёжилась и тихо кивнула.

В следующее мгновение рука, обнимавшая её за плечи, отпустила. Лин почувствовала облегчение.

Она быстро вскочила и принялась отряхивать одежду, делая вид, что всё в порядке. Обернувшись, она увидела, как Мо Сан разминает руки. Его лицо было совершенно спокойным, без тени смущения.

Он нажал на несколько кнопок в коленях механических ног, и после звука работающих деталей Мо Сан смог встать.

Однако он нахмурился — явно недоволен.

— Что случилось?

— Вчера ночью я едва получил право управления протезами, но последствия электронного вируса ещё сильны. Оружейная система не функционирует.

Он не сказал, что с телом, работающим лишь на 30 % мощности, у него почти нет шансов против армии мутантов.

Лин оглядела состояние Лин Тяня и Цинь Шаня в цеху — у них не было и намёка на улучшение. А снаружи без сознания лежали наёмники, каждый лишний час для которых означал всё большую опасность.

— Мо, можно мне попробовать?

Мо Сан слегка удивился, но, увидев её решительное выражение лица, кивнул:

— Можно.

Лин встала перед ним, глубоко вдохнула и превратила пальцы левой механической руки в острый иглообразный интерфейс. Она не собиралась модернизировать его систему, поэтому не подключалась к энергетическому камню, а выбрала прямое соединение с его протезами.

В момент подключения глаза Мо Сана резко распахнулись. Он схватился правой рукой за подоконник. Пот стекал по коротким волосам, и хотя прошло всего несколько секунд, для него это было словно целая вечность.

— Мо?

Лин наклонилась и с любопытством посмотрела на него:

— Что? Больно?

http://bllate.org/book/7527/706430