Готовый перевод The Vicious Female Side Character’s Quest for Death / Записки злодейки, ищущей смерти: Глава 19

— Мечтаешь, — буркнул Юйвэнь Юнь в ответ Люй Лэй, чувствуя, что её бесконечные перемены уже сводят его с ума. С трудом сдерживая раздражение, он холодно парировал: — А как ты тогда забеременела? Неужели и это забыла?

Она не забыла — просто у неё не осталось ни единого воспоминания об этом.

Но раз он так упрямо отказывается признавать свою импотенцию, пусть будет по-его: она сделает вид, что верит в его неутомимую активность, и согласится, будто ребёнок прежней хозяйки тела действительно был от него… Хотя к этому моменту она почти убедилась: если Юйвэнь Юнь так настойчиво отрицает очевидное, значит, он стопроцентно импотент.

При этой мысли Люй Лэй лукаво ухмыльнулась и нарочито глуповато спросила:

— Нет, милорд, я просто хотела узнать: не переутомились ли вы за последние дни, ведь вас окружали красавицы одна за другой? Может, решили дать… вашему члену отпуск?

— …

Автор примечает:

Юйвэнь Юнь: Женщина, ты играешь с огнём…

Люй Лэй: Давай, сожги меня!

Юйвэнь Юнь: …

Ты, зелёный рогоносец, слышал такой мем из XXI века?

Люй Лэй была очень довольна собой и уже собиралась с хохотом рухнуть на подушки, но Юйвэнь Юнь лишь сильнее стиснул её. Он наклонился, касаясь губами её уха, и негромко рассмеялся:

— Лэйлэй, неужели я слишком тебя балую?

Говоря это, он начал распускать её одежду:

— Ты так откровенно дразнишь меня… Неужели не знаешь, что уже больше месяца я никого не приближал к себе? Скажи, разве я пришёл к тебе не для того, чтобы… — он слегка нахмурился и с насмешливой интонацией добавил: — …закончить отпуск?

Всё пропало…

Нет-нет, подожди! Эти красавицы крутились вокруг него столько времени — с чего бы вдруг он стал вести себя как монах? Это ещё одно доказательство его импотенции! Парень, не надейся обмануть твою старшую сестру с её орлиным зрением!

Она задрожала, но всё равно нашла в себе силы возразить с вызовом:

— Р-раньше… в те дни ты же…

— Похоже, Лэйлэй, ты действительно не заботишься обо мне, — прошептал он, слегка прикусывая её ухо. — Ты ведь больна лежала, я не ходил к законной жене. Кроме двух ночей, проведённых у тебя во Дворе Жун, и той ночи в Юйму Тан, всё остальное время я спал один.

Его движения становились всё смелее, и Люй Лэй снова охватил страх, полностью вытеснив прежнюю дерзость. Она отчаянно пыталась оправдаться:

— Милорд, вы, кажется, неправильно поняли мои слова… Я имела в виду совсем не то… Как вы вообще поняли, что значит «дать члену отпуск»? Ведь это же современный сленг!

Дрожащий шёпот был полностью поглощён его поцелуем…

Её будто охватило пламя.

Но так ли это правильно?

И всё же на этот раз все её попытки отстраниться выглядели скорее как кокетливое сопротивление.

Даже её обычно шустрая голова не могла больше соображать — единственная мысль, что осталась:

«Каким вином он пил? Почему так вкусно пахнет… с лёгкой сладостью?..»

«И этот аромат на нём… не афродизиак ли? Почему, стоило коснуться его, я сразу изменила стиль? Почему попалась на его уловку?..»

…

Эта буря не утихала до тех пор, пока не догорела длинная свеча. Люй Лэй чувствовала себя так, будто её только что вытащили из воды после утопления — ни капли сил в теле. Даже умываться пришлось с помощью самодовольного, усмехающегося милорда, который самолично позаботился о ней.

Лишь под утро, уютно устроившись в объятиях, напоённых роскошным ароматом, она ненадолго задремала. Но тут же её разбудил голос Циншаня.

Сквозь дрему она уловила лишь обрывки доклада: «госпожа Шуфэй», «его величество».

Когда Циншань вышел по знаку Юйвэнь Юня, она спросила, всё ещё прижавшись к нему:

— Пора вставать?

— Нет, — ответил он, играя её прядью волос. — Сегодня охота отменяется. Можешь поспать подольше.

— Охота отменяется? Почему? — удивилась она. Она ведь планировала выйти и… э-э-э… нарваться на неприятности.

— Император почувствовал себя плохо, — легко бросил Юйвэнь Юнь, но в его голосе прозвучала лёгкая насмешка.

— А какое отношение к этому имеет госпожа Шуфэй? — Люй Лэй потёрла глаза, любопытствуя.

— … — Юйвэнь Юнь слегка ослабил объятия и, с лёгкой усмешкой глядя на неё, спросил: — Как ты думаешь? Неужели вчера ночью мы не…

Люй Лэй тут же зажала ему рот ладонью и сердито сверкнула глазами, а потом презрительно фыркнула:

— Наверняка они устроили ещё больший переполох! Всё-таки у тебя-то никаких признаков недомогания не видно.

Юйвэнь Юнь отвёл её руку и с вызовом возразил:

— Это совсем другое дело! Во-первых, я и так сильнее. А во-вторых, император давно истощён, а я — полон сил и готов к бою.

— ………… — «Когда человек теряет стыд, он становится непобедимым», — подумала она. «Ладно, сдаюсь».

Он поднял её подбородок, прищурился и с вызывающей ухмылкой произнёс:

— Лэйлэй, если не веришь, можем повторить сегодня ночью. Только не знаю, выдержишь ли ты.

— Прощай! — Люй Лэй закатила глаза, резко оттолкнула его и спрыгнула с ложа, но из-за слабости в ногах и болезненных ощущений чуть не подвернула лодыжку.

Позади раздался приглушённый смешок. Щёки Люй Лэй, и без того слегка румяные, вспыхнули ещё ярче.

Делая вид, что ничего не произошло, она позвала Циншаня и Сяо Гоэр, чтобы те помогли ей умыться. Но когда Циншань выносил таз с мутной водой, ей стало ещё стыднее и обиднее.

«Действительно, наглость — лучшее оружие. Надо придумать, как проучить этого Юйвэнь Юня, чтобы он перестал задирать нос до небес».

Теперь она точно знала: он не импотент, а скорее… сверхспособен.

Хотя, честно говоря, особо хорошим любовником он не был — просто полагался на… ну, скажем так, на врождённые преимущества и выдающуюся выносливость, но совершенно лишённый каких-либо навыков.

И судя по всему, он искренне считал, что обращается с ней уже по-особенному.

Ведь, когда он уговаривал её на второй заход, он даже вздохнул с восхищением: «Оказывается, в этом деле тоже есть своя прелесть».

Ха-ха.

Люй Лэй мысленно зажгла свечу за упокой всех его прежних женщин.

Сначала она не понимала: как так, у него столько наложниц и ни одна не попыталась направить его, научить разнообразию и изяществу?

Но потом кое-что прояснилось: хоть Юйвэнь Юнь и слыл распутником, он никогда не позволял красавицам переночевать у себя, да и в этом деле проявлял железную волю и подозрительность. Другим, наверное, просто не удавалось применить свои чары.

А её нынешнее тело… ну, мягко говоря, не подарок.

Она почти уверена: ребёнок прежней хозяйки точно не от этого Ланьлинского князя.

Сяо Гоэр говорила, что та сразу после первой ночи с милордом забеременела — и, похоже, это правда.

Прошлой ночью она сама была настолько возбуждена, что сначала чуть не умерла от боли и уж точно не до разнообразия было.

Эх…

Когда она поправится, обязательно возьмётся за обучение Юйвэнь Юня, покажет ему, что такое настоящая любовь…

Да ладно, забудем. Раз кандидатура Ланьлинского князя отменяется, остаётся только Юйвэнь Юнь.

Что ж, пусть будет так. Если её психологические проблемы когда-нибудь исчезнут и она вернётся в современность, всё равно сможет наверстать упущенное.

Пока она предавалась размышлениям, Сяо Гоэр помогала ей умыться и расчёсывать волосы. Вдруг позади раздался томный, соблазнительный голос:

— Лэйлэй, иди обслужи меня.

Люй Лэй сделала вид, что не слышит.

— Если плохо меня обслужишь, прикажу Циншаню немедленно отправить тебя обратно.

Люй Лэй глубоко вдохнула, чтобы не выругаться и не превратить этого самоуверенного Юйвэнь Юня в жареную курицу.

С улыбкой она терпеливо помогла ему умыться. Едва она передала полотенце Циншаню и потянулась за чашкой чая, как талию обхватила сильная рука. Она вскрикнула и снова оказалась на его коленях.

Юйвэнь Юнь прижал её к себе, потерся щекой о её лицо и спросил:

— Уже сил набралась?

— …

Циншань и Сяо Гоэр переглянулись и молча вышли, плотно задёрнув занавески.

— Юйвэнь Юнь… — Люй Лэй попыталась отстраниться, сохраняя дистанцию, и сердито спросила: — Ты что, принял афродизиак?

В его глазах заплясали искорки, а на губах играла лёгкая улыбка:

— А ты сама разве не афродизиак?

— … — Она хотела его подколоть, но он оказался слишком наглым, и теперь она сама захлебнулась в собственных словах. Увидев, что он снова готов к действию, она решила спасаться бегством и… притворилась мёртвой. Расслабившись, она прижалась к нему всем телом, как тряпичная кукла, и даже начала изображать храп.

Юйвэнь Юнь на миг замер, потом крепче обнял её и тихо рассмеялся.

Вибрация его грудной клетки заставила её сердце биться быстрее, и уголки её губ невольно дрогнули в улыбке.

Его аромат дарил покой. Так она и лежала, изображая сон, но вскоре сон на самом деле начал клонить её глаза.

Юйвэнь Юнь, почувствовав, как её сознание меркнет, осторожно уложил её рядом, обнял и, касаясь носом её лба, тихо сказал:

— Спи. Больше не буду тебя дразнить.

— Юйвэнь Юнь… — прошептала она.

Ей нравилось называть его полным именем — хоть это и считалось неуважительно, он уже не злился. А сейчас, когда она произнесла его имя так мягко и нежно, он словно сошёл с ума от восторга — впервые почувствовал, что его имя звучит невероятно прекрасно.

Он смотрел на эту сонную лисичку, будто боясь разрушить хрупкий сон, и еле слышно ответил:

— Да?

— И когда проснёшься, тоже не дразни меня, — её голос становился всё тише. — Нам надо сохранять хладнокровие… Я не хочу причинить тебе вред…

Он ведь так с ней обращается — она чувствовала в этом хоть каплю чувств. Если она умрёт у него на руках, он, наверное, будет страдать.

Но её слова прозвучали для Юйвэнь Юня совсем иначе.

Он замер на мгновение, потом крепче прижал её к себе и, не в силах сдержаться, поцеловал уже спящую Люй Лэй в лоб. Вдруг в его сердце вспыхнуло непозволительное желание — пусть этот миг продлится до скончания мира.

**

Когда Люй Лэй проснулась, Юйвэнь Юня рядом не было. Она медленно села, потерла пустой живот и позвала Сяо Гоэр, чтобы та принесла еду. Та сказала, что милорда вызвал министр Фан.

Поев, она почувствовала, что силы вернулись на семьдесят процентов, и, услышав шум снаружи, решила прогуляться. Сяо Гоэр пошла с ней.

На конюшне многие катались верхом, кто-то бегал по лугу. Сегодня охота запрещена, диких зверей не выпускали, поэтому все развлекались скачками. На площадке для борьбы мужчины, сняв рубашки, сражались друг с другом. Их загорелые тела блестели от пота, который то и дело летел брызгами, сверкая на солнце ослепительными искрами.

Какие мощные ребята.

Хотя мышцы Юйвэнь Юня, пожалуй, выглядят эстетичнее — не так грубо.

Люй Лэй одобрительно кивнула про себя.

Борцы сражались с азартом, и ей так не хватало горстки семечек, чтобы насладиться зрелищем.

В самый разгар зрелища позади неё раздался томный, соблазнительный смех, от которого у неё мурашки побежали по коже. Она обернулась и увидела, как прекрасная женщина, опершись на служанку, неторопливо приближалась, весело говоря:

— Какое веселье! Кто победит — получит от меня щедрый приз!

Красавица!

Она видела немало красавиц — и в современном мире, и во дворце Юйвэнь Юня, где цвели сотни цветов.

Но никто не мог сравниться с этой женщиной.

Её красота была настолько совершенной, что слова теряли смысл. В голове Люй Лэй крутилась лишь одна фраза: «опрокинувшая государства».

Красавица бросила на неё взгляд, полный очарования, и улыбнулась — так, что у Люй Лэй перехватило дыхание. «Боже мой, оказывается, правда бывают люди, чья улыбка способна свергнуть империю!» — восхитилась она. Будучи наполовину поклонницей внешней красоты, она, конечно, обожала таких женщин, но почему-то вдруг почувствовала резкую вспышку гнева и дискомфорта…

Рукав её слегка дёрнули. Люй Лэй очнулась и увидела, что все вокруг уже стоят на коленях и хором кланяются:

— Да здравствует госпожа Шуфэй!

Люй Лэй поспешила опуститься на колени вслед за остальными.

Шуфэй лёгким смехом сказала:

— Вставайте все. Так вы портите мне настроение.

Её голос, звонкий, как пение жаворонка, неожиданно звучал с лёгкой девичьей капризностью. Несмотря на высокое положение, она словно кокетничала с ними, как обычная девушка.

Люй Лэй хотела мысленно поаплодировать Шуфэй, но, поднявшись вместе с другими, почувствовала напряжённую, скованную атмосферу вокруг.

http://bllate.org/book/7400/695652