Готовый перевод Terrifying New World / Ужасающий Новый Мир: Глава 48

И снова — необъяснимые раны, за которые некому отвечать. Даже стоя рядом с телами, девушки не могли понять, как именно погибли эти двое.

Однако Лэн Шуйсинь, тщательно обдумав всё происходящее и соединив воедино все имеющиеся улики, пришла к ужасающему выводу.

Эта догадка полностью опровергала её прежние представления. Она не решалась озвучить её вслух и тем более сообщать студентке, взявшей отпуск по болезни.

Всё это требовало подтверждения — по крайней мере, ей нужно было любыми способами раздобыть фотографию того студента из другого вуза, чтобы окончательно убедиться в своей правоте.

Но времени уже не оставалось.

После того как родители студентки были убиты в её сновидении, теперь и саму её начали преследовать в кошмарах. Самое страшное заключалось в том, что, проснувшись, она обнаружила на теле свежие раны, так и не узнав, кто именно её преследовал во сне.

Сны действительно влияли на реальность. Пусть раны и не были такими серьёзными, как в сновидении, но если так пойдёт и дальше, она вполне могла стать второй жертвой самоубийства.

Похоже, убийца намеревался загнать её в угол. Кто же стоял за всем этим? Неужели Мэнъянь?

Лэн Шуйсинь машинально отвергла эту мысль. Она не верила, что люди из системы «Нового мира» способны на подобные скрытные убийства. Обычно они убивали открыто, без тени сомнения или стыда — для них это, возможно, даже считалось почётом…

Она вызвала Мэнъянь, но та не дала чёткого ответа, лишь повторила своё излюбленное изречение:

— Я — Мэнъянь. Я не признаю Правил.

Это отрицало саму возможность скрытых Правил убийства, но не исключало причастности Мэнъянь к самим убийствам.

Лэн Шуйсинь снова почувствовала головную боль. Она собрала все известные ей сведения и попыталась с помощью своего острого ума разгадать загадку.

В этот момент ей вдруг вспомнился самый первый пост в сети. Но когда она попыталась найти его снова, поисковик выдал пустоту — пост, судя по всему, был удалён по жалобе.

Обнаружив это, Лэн Шуйсинь невольно перевела дух.

Ей показалось, что она наконец уловила мотив убийцы: устранить всех, кто знает о «Пригласи его во сне», чтобы единолично завладеть всеми преимуществами этой способности.

Если это так, то на данный момент ей известны лишь четверо, кто может «Пригласить во сне»: студентка, взявшая отпуск; староста, давно лежащий в больнице; Сюй Синсинь, постоянно проявляющая заботу о студентке; и, конечно, сама Лэн Шуйсинь.

Как и следовало ожидать, когда она вошла в сон старосты, тот уже был чёрно-белым. Это означало, что он мёртв.

Последнее воспоминание старосты — как его мучила в сновидении некая таинственная сила. Даже обладая железной волей и телом, словно из стали, он не выдержал. Сила будто знала все его слабые места и в сновидении использовала пытки, изнасилования и прочие ужасы. Но ведь сон — всего лишь сон! Пусть бы его там ни убивали, в реальности он мог лишь получить ранения. Так как же он умер?

Последнее воспоминание старосты было именно сном. Значит, та сила проявила себя и в реальности, чтобы убить его. Перед тем как войти в сон, последнее, что он сделал, — пошёл в комнату отдыха попить воды…

Неужели, как и в сновидении, кто-то подсыпал яд в его воду?

Но кто бы это сделал?

И почему эта сила в прошлый раз внезапно появилась в её собственном сне, чтобы спасти её?

Имеет ли эта сила — или, скорее, тот человек — с ней какие-то связи?

Ответы, казалось, вот-вот всплывут на поверхность, и всё подтверждает её догадку. Однако она всё ещё хотела провести эксперимент, чтобы убедиться в том, во что не верилось.

В ту ночь Лэн Шуйсинь велела студентке снова воспользоваться способностью «Пригласи его во сне». Она заявила, что войдёт в её сон, но на самом деле направилась в сновидение другого человека…

Того самого, кто давно вызывал у неё подозрения.

Студентка вновь увидела своих мёртвых родителей, но уже не чувствовала боли — она онемела от горя.

Она ждала, когда же появится та сила, что преследует её, и молча вышла из дома, словно желая облегчить убийце задачу.

И тут, как и в прошлый раз, за углом она увидела Лэн Шуйсинь.

— Учительница… почему вы так долго? — в её голосе звучала обида и страх.

Совпадение по времени заставило её на миг усомниться: не Лэн Шуйсинь ли и есть убийца из её снов?

— Прости, я солгала тебе, — тихо сказала Лэн Шуйсинь, её лицо было мрачным, улыбка исчезла без следа. — На самом деле сегодня ночью я вошла не в твой сон.

Её догадка подтвердилась, но радости это не принесло.

— Тогда… чей? — студентка задрожала, не веря своим ушам.

— Ты сама должна была догадаться. Тот, кто чаще всего навещал тебя во сне, — это не я, а Сюй Синсинь, — Лэн Шуйсинь подошла ближе и мягко обняла её. — Сегодня я вошла именно в её сон… и сразу оказалась здесь, у тебя.

— … — студентка молчала, но уже всё поняла.

— Остальное предоставь мне.

— Будьте осторожны.

— Не волнуйся. Пусть я и преподаю не основной предмет, но всё же учитель. Мне необходимо провести воспитательную беседу со своей ученицей, — с горечью произнесла Лэн Шуйсинь, не зная, куда девать взгляд. — Раз мы обе уже всё поняли, выходи же, Сюй Синсинь. Ты ведь невидима. После убийства старосты тебе, наверное, уже некого бояться.

Воздух вокруг начал меняться. Неподалёку возник силуэт человека.

Фигура медленно приближалась, заставляя студентку отступать шаг за шагом.

Лэн Шуйсинь осталась на месте, ожидая, когда перед ней предстанет истинный облик убийцы — чтобы окончательно убедиться в этом кошмаре.

Наконец, в полуметре от неё фигура остановилась и обрела чёткие черты — Сюй Синсинь с острым кухонным ножом в руке.

Лэн Шуйсинь закрыла глаза, глубоко вдохнула и наконец приняла эту реальность: перед ней стояла виновница всего.

— Почему? — спросила она лишь эти три слова.

— Я думала, раз ты такая умная и уже всё поняла, то не станешь задавать глупых вопросов, — с насмешкой ответила Сюй Синсинь, уклоняясь от прямого ответа.

Лэн Шуйсинь вздохнула:

— Сначала я думала, что убийца хочет устранить всех, кто умеет «Пригласить во сне», чтобы единолично владеть этой способностью. Но если это ты — тогда это не сходится.

— А почему, если это я, то не сходится? — Сюй Синсинь подняла нож, с которого всё ещё капала кровь. — Или ты всё ещё считаешь меня хорошим человеком?

— Нет, — Лэн Шуйсинь отрицательно покачала головой, но смотрела на неё искренне. — Я никогда не решусь судить, кто хороший, а кто плохой. Я лишь знаю одно: ты очень стараешься и никогда не идёшь лёгкими путями.

— Что ты имеешь в виду? — Сюй Синсинь отвела нож и сделала шаг назад, будто боясь, что слова Лэн Шуйсинь поколеблют её решимость.

— Мой вывод довольно длинный. Если ты не торопишься нас убивать, послушай. Ведь ты же спасла меня тогда… Значит, и сейчас выслушаешь, верно? — Лэн Шуйсинь не могла однозначно определить, добра или зла эта девушка.

Для неё Сюй Синсинь была хорошим человеком — ведь та дважды спасала её жизнь.

Но для других Сюй Синсинь — убийца, погубившая множество людей.

Однако вне зависимости от того, добра она или зла, Лэн Шуйсинь знала: Сюй Синсинь — человек чрезвычайно серьёзный. Она верила, что та выслушает всё до конца и, возможно, одумается. А если нет — то хотя бы поймёт её чувства.

Сюй Синсинь молчала. Трое стояли напротив друг друга.

Лэн Шуйсинь решила, что молчание — знак согласия, и начала рассказ:

— Я долго не могла понять, как погиб тот студент из другого вуза. По логике, машины у пешеходного перехода не могли так быстро ехать, да ещё и обе превысили скорость, врезавшись в него одновременно. Но когда я узнала, что у того парня из второго класса была способность заставлять людей мгновенно погружаться в сон, всё встало на свои места.

— В тот момент оба водителя уже были насильно введены в сновидение ещё до того, как подъехали к «зебре», поэтому не сбавили скорость. А сам студент из другого вуза, ожидая зелёного сигнала, тоже был введён в сон и не двигался с места. Только когда загорелся красный, он шагнул вперёд — и случилась авария.

— И что? — насмешливый тон Сюй Синсинь не скрывал внутреннего смятения.

— Тот парень из второго класса к тому времени уже покончил с собой. Поэтому я предположила, что кто-то унаследовал его способность. Почему унаследовал? Судя по обычаям системы «Нового мира», это возможно только в том случае, если человек убил предыдущего носителя. Ведь тот парень, хоть и покончил с собой, перед смертью в сновидении подвергался пыткам некой таинственной силы.

— Ты, оказывается, неплохо разбираешься в системе «Нового мира»? — Сюй Синсинь снова сжала нож, размышляя, не убить ли их прямо сейчас.

Лэн Шуйсинь бросила взгляд на лезвие, но не дрогнула:

— Думаю, ты тоже неплохо разбираешься. Ведь после убийства того студента ты унаследовала его способность проникать в чужие мысли. Именно поэтому ты узнала о существовании того поста и подала жалобу на его удаление.

— Ха-ха, — Сюй Синсинь злобно усмехнулась. — Раз уж ты всё так чётко распланировала, зачем тогда спрашиваешь?

— Потому что я не понимаю, почему ты, будучи такой, спасла именно меня? Почему ты, казалось бы, так заботишься о своей подруге, а теперь так жестоко с ней поступаешь? — голос Лэн Шуйсинь дрогнул, чего с ней случалось крайне редко. — И ещё: разве тебе не проще было бы, как тому парню из второго класса, просто заглядывать в мои мысли и узнавать ответы на контрольных? Зачем ты тогда каждую ночь так усердно повторяешь пройденное? Такой, как ты, никогда бы не пошла на обман ради личной выгоды…

Долгое молчание повисло в воздухе.

Сюй Синсинь тоже была тронута. Её взгляд стал сложным, в глазах мелькнула искра сочувствия. Но эта искра погасла, едва она увидела за спиной Лэн Шуйсинь дрожащую студентку.

— На самом деле, я не понимаю, как ты до сих пор этого не уловила.

Голос Сюй Синсинь стал ледяным:

— Всё очень просто. Я убиваю их, потому что они этого заслужили. А тебя спасаю, потому что ты — хороший человек.

Лэн Шуйсинь загородила собой студентку и попыталась уговорить Сюй Синсинь:

— Но разве они… не хорошие люди?

— Конечно, нет! — впервые Сюй Синсинь вышла из себя. — Уходи с дороги! Я не трону тебя, но она должна умереть!

Студентка тут же вцепилась в одежду Лэн Шуйсинь, вкладывая в этот жест всю свою надежду.

Чувствуя эту тяжесть, Лэн Шуйсинь не могла отступить. Она сглотнула ком в горле и осторожно задала вопрос, который давно мучил её:

— Что… что сделал тебе тот студент из другого вуза?

Этот вопрос был её кошмаром, и она отказалась отвечать.

Лэн Шуйсинь была тем, кого она не хотела убивать, поэтому просто обошла её и, мгновенно став невидимой, убила подругу за её спиной.

Хладнокровие и решительность, с которой она это сделала, превосходили её возраст.

Помеха устранена, но она всё равно не собиралась ничего раскрывать.

— Я не отвечу на твой вопрос. А теперь засни и покинь этот сон, — сказала Сюй Синсинь. После смерти студентки сновидение вновь стало её собственным.

— Она…

Лэн Шуйсинь произнесла лишь одно слово, но Сюй Синсинь сразу дала ей ответ:

— Даже если сны и влияют на реальность, смерть во сне не убивает человека напрямую. Максимум — наносит ранения.

— Понятно. Тогда я спокойна, — Лэн Шуйсинь закрыла глаза, будто собираясь подчиниться приказу.

— Ты и вправду безнадёжная добрая душа, — съязвила Сюй Синсинь.

— Вовсе нет, — раздался неожиданный голос, и в тот же миг — неожиданный удар. Лэн Шуйсинь выхватила спрятанный в кармане нож и одним точным движением провела лезвием по шее Сюй Синсинь — одному из самых уязвимых мест человеческого тела.

— Раз уж ты проникла в мои мысли и всё обо мне узнала, почему решила, что я, разгадав убийцу, приду сюда безоружной? — это был её ответ на изумлённый взгляд Сюй Синсинь.

Сопротивляться было уже поздно. Как и Лэн Шуйсинь, Сюй Синсинь прекрасно знала слабые места человеческого тела, но Лэн Шуйсинь заранее рассчитала траекторию удара. Сюй Синсинь умерла почти мгновенно — кровь заблокировала дыхательные пути.

Она рухнула на землю, в глазах застыло недоверие.

Затем сновидение вновь изменилось. Лэн Шуйсинь вернулась в свой собственный сон и спокойно легла, готовясь вернуться в реальность.

Она никогда не надеялась, что Сюй Синсинь раскается после её слов. Если бы та согласилась сотрудничать, Лэн Шуйсинь с радостью помогла бы ей, но проверка истины всё равно была необходима.

http://bllate.org/book/7387/694632