Готовый перевод When Twilight Is Dyed with Light / Когда закат окрашен светом: Глава 18

Автор к главе:

Цзи Сянжуй: «Мой братец — трус, умеет только играть в старшего брата и младшую сестру».

Цзи Хуайцзэ: «Ты — просто инструмент. Замолчи».

Цзи Сянжуй: *улыбается*.

Благодарю всех ангелочков, которые с 30 октября 2020 года, 20:58:37, по 31 октября 2020 года, 21:25:06, поддержали меня «безвозвратными билетами» или питательным раствором!

Особая благодарность за питательный раствор:

Сяо Юйдяньдянь — 3 бутылки;

12330034 — 1 бутылка.

Огромное спасибо за вашу поддержку! Обязательно продолжу усердно работать!

Отправив это сообщение, Цзи Сянжуй с удовлетворением отложила телефон. Она как раз собиралась обменяться с Цзи Хуайцзэ тайным знаком, но, подняв глаза, увидела мужчину, идущего к их столику с подносом блюд.

На лице у него играла привычная вежливая улыбка. Положив поднос на стол, он сразу развернулся и ушёл.

В эти короткие десять–пятнадцать секунд по столу словно пробежал электрический разряд.

Троим остальным за столом было совершенно очевидно, что у Цзи Сянжуй мелькнули весьма недвусмысленные и хищные мысли.

Цзи Хуайцзэ машинально взглянул на Ши Цзяня и слегка приподнял руку, чтобы прокашляться — это был намёк.

Но Цзи Сянжуй не обратила на него ни малейшего внимания. Её взгляд будто засиял, и лишь спустя несколько десятков секунд она медленно отвела глаза от официанта.

Чистая белая футболка с круглым вырезом и облегающие чёрные повседневные брюки — на первый взгляд, совсем обычная одежда, но почему-то вызывала ощущение дежавю.

Последний взгляд Цзи Сянжуй случайно совпал с моментом, когда мужчина, разговаривая с коллегой, мягко улыбнулся — тёплой, учтивой и благородной улыбкой.

Мысли мгновенно соединились, и перед её глазами возник образ с автобусной остановки.

Цзи Сянжуй уставилась на Линь Циньинь три секунды, затем радостно ахнула, хлопнула её по руке и весело заговорила:

— Подружка, вот это судьба! Настоящая судьба!

Линь Циньинь, ничего не подозревавшая, чуть не выронила палочки:

— …?

Цзи Сянжуй кивком указала в сторону, где стоял мужчина, и выпрямилась, будто готовясь начать эмоциональный стрим. Она многозначительно напомнила:

— Помнишь автобус №71? Тот самый?

Линь Циньинь с трудом пыталась уследить за её мыслью:

— Какой именно рейс 71?

Цзи Сянжуй героически ткнула пальцем себе в руку и добавила:

— Ну, тот, где был доктор Сюй.

— А… не повезло мне, — мгновенно вспомнила Линь Циньинь, чья память работала, как у золотой рыбки.

Но едва она собралась задать вопрос, как в ресторан вошли две элегантно одетые девушки и направились прямо к тому мужчине.

Одну из них Линь Циньинь знала.

Это была старшекурсница с их факультета — Чу Юй.

Как будто почувствовав связь, Чу Юй, проходя мимо длинного прохода, заметила Линь Циньинь и радостно помахала ей:

— Циньинь!

Линь Циньинь слегка улыбнулась:

— Давно не виделись, сестра-курсантка.

Не успели они закончить приветствие, как Чу Юй потянула мужчину из зоны кассы прямо к их столику.

Она совершенно непринуждённо поздоровалась с остальными троими за столом, а потом обратилась к Линь Циньинь:

— В прошлый раз ты не пришла на встречу, так что не было возможности представить. Это старшекурсник Гу Цзяхан.

Линь Циньинь перевела взгляд с Чу Юй на Гу Цзяхана и внезапно почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она невольно выпрямила позвоночник.

Перед ней стоял тот самый человек, которого она встретила в автобусе.

Гу Цзяхан сохранял спокойное выражение лица и не проявил ни малейшего признака того, что они уже встречались. Его голос звучал сдержанно:

— Здравствуйте, я Гу Цзяхан.

Линь Циньинь мгновенно успокоилась и ответила:

— Здравствуйте, я Линь Циньинь.

С её точки зрения, рост мужчины был примерно таким же, как у Цзи Хуайцзэ и Ши Цзяня, но его аура была совершенно иной.

Его черты лица были изящными и мягкими, а при улыбке в уголках глаз появлялись лунные завитки. Все резкие черты будто смягчались, создавая ощущение близости и открытости с первого взгляда.

Когда разговор на мгновение затих, Чу Юй снова улыбнулась:

— Кстати, у вас после учебных сборов будет набор в отделения. Обязательно приходите на застолье, не пропускайте!

Линь Циньинь согласилась, и они больше не задерживались, уйдя обсуждать детали программы обмена.

Лишь когда они скрылись в конце коридора, Цзи Сянжуй наконец произнесла:

— Мою память можно ставить в пример — я ведь действительно угадала!

Услышав это, долго молчавший Цзи Хуайцзэ приподнял бровь и спросил:

— А ты откуда его знаешь?

Цзи Сянжуй запнулась. Она вдруг осознала, что только что ляпнула лишнее. Боясь, что раскопают историю с отрубленной рукой, она поспешила замять всё:

— Просто симпатичный типаж!

Сказав это, она бросила Линь Циньинь многозначительный взгляд, и та тут же подхватила:

— В любовных дорамах такое часто бывает — чувство, будто уже где-то встречались.

Цзи Хуайцзэ рассмеялся:

— Тогда в следующий раз будь поосторожнее — не смотри так откровенно.

— Да я и не смотрела откровенно!

— В глазах так и сверкали искорки. Это не откровенно?

Цзи Сянжуй:

— …

Ши Цзянь, слушавший всё это, ещё больше нахмурился.

Цзи Сянжуй не хотела навлекать на себя неприятности и решила сменить тему. Она быстро постучала по экрану телефона и сказала Цзи Хуайцзэ:

— Вообще-то давай оставим это. Мне нужно сказать тебе кое-что важное.

Цзи Хуайцзэ:

— Что за важное дело?

— Только что одна подруга спросила, и я сказала, что у тебя есть девушка.

Поскольку Линь Циньинь только вчера переехала в новое общежитие, Цзи Сянжуй предусмотрительно не назвала имя Су Инси.

Цзи Хуайцзэ лишь усмехнулся:

— Откуда у меня девушка?

Он положил палочки и даже положил Линь Циньинь на тарелку фрикадельку «шизытоу».

Цзи Сянжуй понимающе взглянула на растерянную Линь Циньинь и серьёзно пояснила:

— Просто сейчас встретила знакомых, они любопытствовали. Чтобы избежать ненужных проблем, я немного приукрасила твою репутацию.

Цзи Хуайцзэ откинулся на спинку стула, и в его голосе послышалась ирония:

— Так, может, мне ещё и поблагодарить тебя?

— Не обязательно, — ловко ответила Цзи Сянжуй, — просто выбери нас на сборах.

Цзи Хуайцзэ не мог с ней спорить и раскрыл немного карты:

— В этом году всех перемешают по отрядам случайным образом. Если только ты не станешь знаменосцем — тогда точно будешь в моём отряде.

Цзи Сянжуй недовольно надулась:

— Тогда я не хочу быть знаменосцем. Лучше уж попасть в маленький отряд.

Не успела она договорить, как Цзи Хуайцзэ перебросил мяч Ши Цзяню:

— Цзи Сянжуй, рядом с тобой ещё один инструктор. Подумай и о нём.

В следующее мгновение Цзи Сянжуй решительно отказалась, блестяще продемонстрировав, как мелкая личность судит о благородных людях:

— Если я попаду в его отряд, он непременно отомстит мне и будет мучить до смерти. Ни за что!

— … — Ши Цзянь даже рассмеялся от досады.

Из всего этого обмена репликами Линь Циньинь запомнила лишь одну фразу Цзи Хуайцзэ:

«Если только ты не станешь знаменосцем — тогда точно будешь в моём отряде».

Стать знаменосцем значило тренироваться каждый день и постоянно видеть Цзи Хуайцзэ.

Линь Циньинь молча слегка приподняла уголки губ и откусила кусочек фрикадельки из своей тарелки.

Во время еды её телефон, лежавший на мягком диване, зазвонил — звонок прозвучал пару раз и оборвался.

Сначала она не обратила внимания, но Цзи Хуайцзэ сам протянул ей аппарат. Лишь тогда она вспомнила проверить журнал вызовов и увидела знакомый номер.

Не успела она опомниться, как подняла глаза к окну и прямо напротив, на другой стороне дороги, увидела женщину с ребёнком на руках.

Её лёгкая улыбка мгновенно застыла.

Первой реакцией было выключить экран телефона.

Возможно, заметив едва уловимую перемену в её настроении, Цзи Хуайцзэ повернулся и посмотрел ей в глаза:

— Что случилось?

Линь Циньинь сделала глоток напитка и покачала головой, показывая, что всё в порядке.

Как будто предвидя её ответ, собеседница тут же прислала сообщение:

[Циньинь, ты сегодня вернулась в университет?]

Линь Циньинь слегка сжала губы, глубоко вдохнула несколько раз и успокоила учащённое сердцебиение. Она не разблокировала телефон, а вместо этого задумалась о другом.

Это улица, ближайшая к университету А.

Встретиться здесь — вовсе не странно.

Обед длился почти час.

Когда они вышли из ресторана, за окном стоял жаркий послеполуденный зной. Громкий стрекот цикад, увядающая листва, раскалённая дорога — всё вокруг душило в этой удушающей жаре.

Линь Циньинь и Цзи Хуайцзэ стояли под навесом, наблюдая, как Цзи Сянжуй и Ши Цзянь препираются, направляясь к соседнему магазину.

За все эти годы Цзи Хуайцзэ знал: настроение Линь Циньинь меняется только по двум причинам. Сейчас точно не экзамены, значит, остаётся только одна возможность — та женщина вернулась.

Цзи Хуайцзэ вдруг вспомнил разговор с Цзи Сянжуй несколько дней назад в супермаркете.

Когда же ему сказать всё вслух?

Честно говоря, он сам не знал.

Но он понимал: сейчас точно не время.

Хотя все они росли во дворе одного большого комплекса, семьи жили в разных его частях. Раньше Линь Циньинь жила в Западном крыле, а не в нынешнем Южном.

Среди всех семей особые отношения связывали род Линь и род Цзи ещё со времён их дедов.

Старшие поколения, прошедшие через войны и сражения, никогда не ожидали, что подобное случится в их собственных домах.

По воспоминаниям Цзи Хуайцзэ, все отзывались об отце Линь Циньинь, Линь Боане, как о молодом и талантливом штабисте, решительном и непреклонном в своих решениях.

Казалось, он никогда не боялся опасных операций.

Цзи Хуайцзэ особенно чувствовал, как сильно Линь Боань любил свою дочь. Он был с ней особенно нежен. В те времена Линь Циньинь засыпала под сказки, получала подарки на праздники и жила беззаботной жизнью.

Но жизнь непредсказуема.

Когда Линь Циньинь было десять лет, ранней весной, ночью прискакал связной с известием о несчастье. Несмотря на все усилия, спасти человека не удалось.

Семья сначала не поверила, что это правда. Мать Линь Циньинь, Сун Цзыцин, рыдала и требовала немедленно отправиться туда. Никто не думал о самой Линь Циньинь.

В эту ночь, чёрную как тушь, под плотным покровом облаков, без единой звезды на небе, Линь Циньинь одна сидела в углу на втором этаже Западного крыла, прижимая куклу и дрожа всем телом.

Она опустила голову и крепко сжимала ручку куклы, будто надеясь получить хоть какую-то поддержку.

Цзи Хуайцзэ в ту ночь не ушёл и долго искал её.

Когда он наконец нашёл и подошёл совсем близко, медленно присев на корточки, то услышал, как девочка шепчет:

— Папа обманщик… На небе нет ни одной звёздочки.

Эти слова, повторявшиеся снова и снова, поразили Цзи Хуайцзэ.

Он помнил: когда умерла бабушка Линь Циньинь, отец утешал её, говоря, что бабушка теперь на небе — самая яркая звезда.

Но теперь это доброе враньё постепенно рассыпалось на осколки.

С тех пор спокойная жизнь семьи Линь была полностью разрушена.

Через год мать Линь Циньинь, под давлением родственников со стороны матери, начала встречаться с представителем финансовой элиты. Всего через три месяца знакомства имя главы семьи в домовой книге изменилось.

Новая семья была состоятельной, но отказывалась принимать Линь Циньинь.

В день своего двенадцатилетия Линь Циньинь вместе с матерью Сун Цзыцин съела последний обед в старом особняке.

Маленькая Линь Циньинь плакала и отказывалась есть, пока мать не вышла из себя и не швырнула палочки на пол. Тогда плач превратился в прерывистые всхлипы.

Сун Цзыцин сказала:

— Мама обязательно вернётся к тебе.

Линь Циньинь, хоть и качала головой, поверила.

Но это пустое обещание так и осталось неисполненным.

На следующий день отец Цзи Хуайцзэ, Цзи И, настолько разозлился, что немедленно прервал срочные дела в другом городе и созвал семейный совет.

Как бывший боевой товарищ, заключивший братский союз с Линь Боанем, Цзи И без колебаний взял на себя ответственность, которую не смог довести до конца Линь Боань. Он забрал Линь Циньинь в семью Цзи и относился к её деду так же уважительно, как к своему собственному отцу.

С тех пор Линь Циньинь переехала из Западного крыла в Южное.

С тех пор она больше никогда не входила в пыльное и заброшенное Западное крыло.

Именно поэтому Цзи Хуайцзэ всегда был особенно осторожен в своих действиях.

Он прекрасно понимал: Линь Циньинь не такая, как Цзи Сянжуй. Ей нужно время, чтобы открыться. Он готов ждать — и у него хватит терпения.

По крайней мере, до окончания школы он знал её цель и не хотел мешать ей.

Но реальность любит подшучивать над людьми.

Когда Линь Циньинь училась во втором классе старшей школы, Сун Цзыцин внезапно появилась у ворот военного училища и сказала, что хочет поговорить с ним.

http://bllate.org/book/5749/561214