Готовый перевод What It's Like to Date an Idol / Каково это — встречаться с айдолом: Глава 4

Он был так измотан, что, казалось, вот-вот провалится в сон.

Однако невольно бросил взгляд в сторону — и вдруг замер.

Лунный свет едва пробивался сквозь мрак, горы и леса тонули во тьме, а кружевные тени деревьев трепетали на ветру. Но среди них мелькнула ещё одна — тонкая, изящная, то возникая, то исчезая.

— Спасите меня! — выдохнул он, протягивая руку в ту сторону. — Спасите меня!

— Я не могу умереть… Моя мать ждёт меня… Ждёт, когда я вернусь и спасу её…

Он прошептал это почти беззвучно.

— Крээк!

Второй режиссёр нахмурился:

— Да что за выражение лица? Это разве взгляд человека, который умоляет о спасении? Глаза — как у восковой куклы: ни искры жизни!

Цзэн Синфаню стало неловко.

— Этот дубль не годится. Переснимаем!

Сцену пришлось повторять несколько раз, прежде чем наконец получилось. Затем сразу же перешли к следующему эпизоду.

Цюй Вань вышла из-за дерева и, опустив голову, спросила:

— Кто ты?

Человек, лежавший в грязной луже, казался совершенно обессиленным и, не успев ответить, потерял сознание.

Дождь смыл с его лица кровь и грязь, обнажив черты удивительной красоты.

— Дайте крупный план обоим, — распорядился второй режиссёр.

Камера сместилась.

Цюй Вань долго смотрела на него, хмурясь, потом тяжело вздохнула.

— Ладно, не повезло мне сегодня… Раз уж так вышло, спасу тебя один раз.

Она стиснула зубы и попыталась поднять его на спину.

— Выглядишь-то слабым, а такой тяжёлый! — проворчала она. — Я ведь тайком сбежала из дома, и отец точно меня отругает до седьмого пота…

Она всё это время что-то бормотала себе под нос.

Видимо, шум разбудил его: он пришёл в себя и слабым голосом произнёс:

— Эй… Ты… уж больно многословна.

Цюй Вань вспыхнула:

— Ага, проснулся! Так иди сам! Я и так не считаю тебя грязным, а ты ещё и язык чешешь!

Она фыркнула и резко оттолкнула его.

Он глухо застонал и рухнул на землю.

Цюй Вань сердито глянула на него:

— Раз проснулся — иди сам! Мне лень тебя таскать!

Он не шевелился.

— Эй, ты… — она легонько пнула его ногу.

Он по-прежнему не двигался.

Она испугалась:

— Эй-эй! Не умирай, парень!

……

— Крээк! — на лице второго режиссёра появилась лёгкая улыбка. — Отлично, этот дубль годится.

Цюй Вань облегчённо выдохнула.

— Всё, съёмка окончена.

Все перевели дух. Цюй Вань и Цзэн Синфань переглянулись и улыбнулись друг другу.

Оба были покрыты грязью и театральной кровью, одежда и волосы промокли насквозь — выглядели они довольно жалко.

— Ты отлично сыграла, — сказал Цзэн Синфань.

— Ты тоже неплохо справился, — ответила Цюй Вань, делая вежливый комплимент.

Цзэн Синфань улыбнулся:

— Я серьёзно. Я никак не мог войти в роль — сколько раз переснимали… А ты сразу всё сделала идеально.

Цюй Вань махнула рукой:

— Просто хотела поскорее закончить и отдохнуть. Да и у меня уже два сериала за плечами, так что чуть больше опыта.

Помолчав, она похлопала его по плечу:

— Не переживай. Ты уже молодец. Уверена, дальше будет только лучше.

Цзэн Синфань улыбнулся:

— Буду надеяться, что твои слова сбудутся.

Поболтав немного, они быстро разошлись. Ведь уже ноябрь, да и одежда мокрая — стоит подуть ночному ветерку, как сразу начинаешь дрожать от холода.

Цюй Вань вернулась в отель. Сначала сняла грим, затем с наслаждением приняла горячий душ. Когда она наконец улеглась в постель, на часах было почти три ночи.

Она поставила три будильника на семь тридцать и выключила свет.

На следующее утро Цюй Вань быстро собралась и отправилась на площадку. Её вторая сцена была назначена на первую половину дня. У неё действительно было чутьё к актёрской игре — почти всегда получалось с первого дубля.

Второй режиссёр теперь смотрел на неё гораздо благосклоннее.

Во время перерыва Цюй Вань незаметно сбегала на соседнюю площадку. Там Се Чэнь и Линь Вэй снимали сцену на открытом воздухе.

Она встала в сторонке. Некоторые из съёмочной группы узнали её и приветливо помахали. Она тоже улыбнулась в ответ.

Сейчас Се Чэнь играл момент воссоединения с главной героиней. Героиня переоделась в мужское платье и пробралась во дворец, где её приняли за евнуха. Принцессы велели ей залезть на стену и достать упавшего за неё воздушного змея. В этот самый момент герой как раз находился за стеной и поднял того самого змея.

Героине пришлось карабкаться наверх. И когда она показалась на стене, то увидела, как герой поднял вверх воздушного змея.

Этот эпизод был знаменитым моментом из романа, и Цюй Вань прекрасно помнила, как автор описывал эту сцену — очень поэтично и красиво.

Вдруг одна из девушек на съёмочной площадке глубоко вдохнула и воскликнула:

— Не выдерживаю! Не могу больше!

— Се Лаоши просто невероятно красив!

— Хочется переродиться в Линь Вэй! Этот взгляд… Я просто таю!

— Я умираю!

Что происходит?

Цюй Вань растерялась. Перед ней незаметно встал высокий и плотный мужчина, загородив обзор. Она сменила позицию и, встав на цыпочки, заглянула поверх него.

И в ту же секунду в её голове взорвался целый фейерверк.

Она увидела весеннюю красоту мира.

Лёгкий ветерок, плывущие по небу облака, цветущие деревья… Мужчина под ними улыбался, подняв голову. Его чёрные волосы развевались в тёплом весеннем ветру, а лепестки цветов оседали на его одежду. Но самые яркие краски весны были в его глазах — тёплых, сияющих, полных жизни.

Этот мужчина, словно воплощение самой весны, вызывал в памяти такие строки, как «как гладкий нефрит, как изумрудная сосна». Всё в нём — изгиб бровей, бег его взгляда, изящная линия подбородка — говорило о совершенстве.

Действительно, как сказано в древности: «Благородный муж — как резной нефрит, как полированный камень».

Се Чэнь.

Какой же он потрясающе красивый мужчина.

Раньше она думала, что брату больше подходит роль беззаботного, свободолюбивого юноши. А персонаж Фу Пинъиня ближе к образу мягкого и утончённого господина. Но оказывается, он полностью справляется и с этим.

Не зря его считают мужчиной, объединившим вкусы всего фэндома.

Она тут же прижала ладонь к переносице, боясь, что сейчас хлынет кровь из носа.

А-а-а! Лицо моего братца!

Как же оно идеально!

Не зря я десять лет им восхищаюсь!

Я больше не вынесу!

Се Чэнь, ты настоящий вор сердец!

Цюй Вань всхлипывала и тут же написала Чжао Юаньъюань в WeChat:

[Я только что увидела братца в историческом костюме! А-а-а-а, я умираю!]

[Хочу переродиться в Линь Вэй! Если не получится — пусть хоть буду тем самым воздушным змеем в его руках! Уууу!]

Чжао Юаньъюань ответила почти мгновенно:

[Сестрёнка, соберись! Не веди себя как голодная тигрица — стыдно же.]

Цюй Вань тайком сделала фото и отправила:

[Ну-ка, скажи честно — это живое фото круто, да?]

[Он в реальности ещё на сотни раз красивее!]

[За такое лицо я готова восхищаться ещё десять лет!]

Чжао Юаньъюань: «……»

Цюй Вань убрала телефон и огляделась. Действительно, многие на площадке тоже не удержались и фотографировали, но все понимали: эти снимки можно только хранить дома и любоваться втайне — сейчас выкладывать их в сеть нельзя.

Съёмки продолжались. Линь Вэй, видимо, либо привыкла к этой красоте, либо просто не замечала её — никакой реакции.

Цюй Вань смотрела и в душе возмущалась:

«Актёрские способности Линь Вэй просто ужасны! Столько лет в профессии, а в глазах ни капли эмоций, да и реплики читает посредственно. Как она вообще стала такой знаменитостью?»

Иногда даже режиссёр терял терпение и заставлял переснимать сцену по нескольку раз.

«Просто кощунство — тратить такой глубокий и нежный взгляд моего братца на такую актрису!»

Цюй Вань так увлеклась просмотром, что вспомнила о своей сцене лишь тогда, когда ей позвонили. Она поспешно вернулась на свою площадку.

Все работали слаженно, съёмки шли быстро. Цюй Вань была доброжелательна и легко находила общий язык с командой, так что последние два дня прошли в дружелюбной атмосфере.

После обеда Цюй Вань снова начала репетировать с Цзэн Синфанем. Проговорив диалог раза три или четыре, она решила, что всё в порядке, и ушла.

Сначала она хотела вернуться в отель и немного поспать — голова уже гудела от усталости. Но, взглянув на часы, увидела, что уже четверть пятого, а следующая сцена назначена на шесть вечера. Отдыхать некогда.

Она подумала и снова отправилась на соседнюю площадку.

Посмотреть на моего братца — лучшее средство от усталости!

Однако на этот раз даже обаяние Се Чэня не помогло.

Она простудилась.

Только после нескольких подряд чиханий она это осознала.

Наверное, из-за вчерашнего дождя.

Одна из девушек на площадке заметила, что ей нездоровится, и принесла стул. Цюй Вань поблагодарила и села, сморкаясь и вытирая слёзы.

Голова становилась всё тяжелее и тяжелее.

«Ой, только бы не сорвать вечернюю съёмку…»

— Это я что, так трогательно сыграл? — раздался рядом знакомый голос.

Он казался знакомым, но она не могла вспомнить, где его слышала.

Цюй Вань, только что сморкавшаяся, подняла заплаканные глаза.

И замерла.

— Се… Чэнь… — запнулась она.

Её затуманенный болезнью мозг мгновенно прояснился.

Се Чэнь!

Человек, в которого она влюблена уже десять лет, стоял прямо перед ней!

Он приподнял бровь:

— Я давно заметил, что ты всё время вытираешь слёзы. Но ведь это не драма, неужели я так растрогал?

— Нет-нет! Просто простудилась, поэтому и слёзы… — поспешно замахала она руками.

— Простудилась? — Он удивился, затем протянул руку и коснулся её лба.

Цюй Вань остолбенела.

«Где я? Кто я? Что происходит?»

Се Чэнь… коснулся её лба?!

Боже! Она теперь неделю не станет умываться!

Этим можно хвастаться целый год!

— У тебя жар, — нахмурился он. — Надо в больницу, сделать укол?

Цюй Вань, ошеломлённая, смотрела на него.

Се Чэнь почесал нос, решив, что эта девушка ведёт себя странно — почему она так ошарашенно смотрит?

— Лоб горячий. Может, всё-таки сходить в больницу?

Цюй Вань поспешно замотала головой:

— Нет, мне достаточно таблеток.

— А у тебя есть лекарство от простуды?

Она растерянно покачала головой.

Выскочила в спешке и забыла взять таблетки.

Увидев её ответ, Се Чэнь крикнул:

— Сяо Бай!

Тот тут же подбежал.

Се Чэнь коротко сказал:

— У тебя ведь всегда с собой лекарства. Есть что-нибудь от простуды?

Сяо Бай взглянул на Цюй Вань и кивнул:

— Есть, в машине.

— Принеси этой девушке одну упаковку.

— Хорошо.

Се Чэнь наклонился ниже, чтобы оказаться на одном уровне с ней, и посмотрел прямо в глаза:

— Мой ассистент сейчас принесёт тебе лекарство. Прими таблетку и иди в отель отдыхать.

— Но… мне ещё сниматься… — тихо прошептала она, словно слабо сопротивляясь.

Боже!

Как же мягок и нежен его голос и взгляд!

Она готова была тут же согласиться и уйти с ним.

Но ведь надо сниматься…

— Сниматься? — Он приподнял бровь. — Ты из какой съёмочной группы?

Цюй Вань: «……»

Цюй Вань: — Из группы режиссёра Лю.

— Из нашей группы? — удивился он. — Но я тебя раньше не видел… Может, ты играешь служанку? Не припомню такого лица…

Цюй Вань: «……»

Цюй Вань: — Нет… Я… играю юную героиню. Мы снимаемся на соседней площадке, поэтому мы ещё не встречались…

Она говорила и чувствовала, как внутри у неё истекает кровью.

Действительно, братец до сих пор не замечал её.

Хотя она всё-таки второстепенная героиня.

Неужели она настолько незаметна?

— Прошу прощения, — улыбнулся он с лёгкой виноватостью. Ассистент уже подбежал с лекарством. Се Чэнь взял упаковку «Байцзяйхэй» и протянул ей. — Я не хотел тебя игнорировать. Пусть это будет мои извинения?

Цюй Вань оцепенело смотрела на протянутую руку.

Его пальцы были длинными и стройными, с чёткими суставами, но в них нелепо торчала упаковка обычных таблеток от простуды.

Она подняла глаза и увидела, что Се Чэнь слегка наклонился, чтобы ей было удобнее, и теперь смотрел на неё сверху вниз.

Их взгляды встретились.

Его лицо было совсем близко.

http://bllate.org/book/5469/537725