Готовый перевод I'm the Only One Who Isn’t Reborn / Только я не пережила перерождение: Глава 22

Глаза, подобные фениксу, недовольно поднялись, и прозвучал вопрос:

— Что случилось? Зачем такая спешка?

Перед ним стоял Цзин Жуй. Уловив раздражение в голосе Бо Яогуана, он сдержал тревогу и остановился, чтобы объяснить:

— Родители Дай Тин пришли устраивать скандал. Мне срочно нужно в кабинет.

— Им что, совсем заняться нечем? — Бо Яогуан отступил в сторону, пропуская его. — Беги.

— Спасибо, Яо-гэ! Тогда я побежал! — Цзин Жуй извиняющимся взглядом посмотрел на него и стремительно помчался к кабинету. С такими родителями Дай Тин учебное здание и впрямь могло перевернуться!

Цзе Ся постепенно пришла в себя и, увидев, как Бо Яогуан стиснул зубы и начал растирать плечо, вспомнила, что он первым делом оттащил её в сторону. С чувством благодарности и вины она спросила:

— Ничего серьёзного?

— Всё в порядке. Если бы это был ты, тебя бы отбросило аж в соседнее здание.

Цзе Ся:

— …

Даже в такой момент он не упускает возможности поддеть её. Не поймёшь — благодарить или злиться…

…

Тем временем в кабинете царил настоящий хаос.

Родители Дай Тин громогласно требовали оформить ей отчисление, и их агрессивный вид так напугал остальных учителей, что те разбежались в поисках укрытия.

Хэ Син всё ещё пытался уговорить их:

— У Дай Тин такие высокие оценки! Она легко поступит в престижный вуз. Зачем вы сейчас заставляете её бросать школу? Это же пустая трата таланта!

Отец Дай Тин нетерпеливо шагнул вперёд, пытаясь вытащить дочь из-за спины Хэ Сина:

— Какая разница, что она учится в хорошем вузе? Всё равно выйдет замуж и уйдёт в чужой дом!

Хэ Син слегка расставил руки, преграждая ему путь, и решительно возразил:

— Какой век на дворе? Разве вы не видите, что женщины давно держат половину неба? У Дай Тин блестящее будущее, стоит только продолжать учёбу!

— Мне наплевать на её будущее! Просто оформи отчисление и не болтай лишнего! — грубиян, закатав рукава, выглядел угрожающе.

Хэ Син уже собирался вызвать охрану, как вдруг дверь кабинета с грохотом распахнулась. На пороге появился высокий и крепкий Цзин Жуй с гневным лицом.

Он бросил взгляд на родителей Дай Тин, затем быстро подошёл к ней и спросил:

— С тобой всё в порядке?

Дай Тин покачала головой:

— Всё нормально.

Цзин Жуй немного успокоился, но тут же встал перед родителями, глядя на них с вызовом:

— Вы что, совсем не унимаетесь? Зачем пришли устраивать цирк в школе?

— Ты, щенок! В прошлый раз ты опрокинул мой лоток с шашлыками, и я ещё не свёл с тобой счёты! Отвали, не ищи смерти! — закричал мужчина средних лет, но его жена тут же схватила его за руку.

Проницательная женщина внимательно осмотрела Цзин Жуя с ног до головы и, наконец, с многозначительным видом произнесла:

— Если тебе приглянулась наша Дай Тин, это ещё можно обсудить. Но свадебный выкуп должен быть как минимум вот таким! — она раскрыла ладонь и помахала перед ним пятью пальцами.

Лицо Дай Тин мгновенно вспыхнуло от стыда и гнева.

Она прямо здесь, при учителях и одноклассниках, продавала собственную дочь! Пятьдесят тысяч? Пятьсот тысяч? Или все пять миллионов?

Она ведь могла добиться гораздо большего собственными силами, но родная мать вот так открыто назначала цену!

Дай Тин резко схватила Цзин Жуя за руку, дрожа от ярости:

— Не слушай её чушь! Пошли обратно в класс!

— Эй-эй-эй! Куда вы? Негодница! — мать Дай Тин, увидев, что «жареный петух улетает», недовольно завопила: — Ушла из дома на несколько дней и теперь шляется с этим парнем! Фу! Распутница!

Привыкшая к громким выкрикам на базаре, она кричала так, что всё вокруг слышало каждое слово.

Слёзы навернулись на глаза Дай Тин. Это же её родная мать! Она не требовала равного отношения, как к брату, но хотя бы элементарного уважения! И ради чего она в прошлой жизни принесла столько жертв?

Хэ Син никогда не бывал у Дай Тин дома: во-первых, девочка сама отлично справлялась с учёбой, а во-вторых, она говорила, что родители слишком заняты. Поэтому он и не подозревал, что они окажутся настолько ненормальными. Даже если между Дай Тин и Цзин Жуем что-то есть, нужно правильно направлять подростков, а не оскорблять их такими словами!

Он повысил голос:

— Госпожа Дай! Это школа! Следите за своей речью!

Мать Дай Тин лишь махнула рукой и снова обратилась к Цзин Жую:

— Молодой человек, как насчёт того, чтобы взять нашу Дай Тин? Ты же явно заинтересован, раз увёл её из дома. Так что пора брать ответственность!

Цзин Жуй шевельнул губами, но не успел ничего сказать — Дай Тин перебила его:

— Ответственность, мать твою!

Эти слова заставили воздух в кабинете замереть.

Ни Цзин Жуй, ни Хэ Син не ожидали, что такая отличница способна выругаться столь жёстко. Они остолбенели, не зная, что и думать.

Родители Дай Тин бросились на неё. Как же так — дочь, которую они растили все эти годы, вдруг осмелилась им перечить! Это недопустимо!

Но Дай Тин уже не та покорная и жертвующая собой девочка. Она оттащила Цзин Жуя назад и крикнула собравшимся у двери ученикам:

— Бегите! Позовите охрану, здесь устраивают беспорядок!

…

Родителей Дай Тин под конвоем охраны вывели из школы.

На прощание они бросили угрозу: ни копейки больше не дадут, пусть хоть умирает на улице, если не вернётся домой!

— Отлично! Тогда и разорвём отношения! — в ответ на их изумлённые лица Дай Тин чётко и ясно произнесла слова, дрожащим, но твёрдым голосом.

Она стояла в окружении любопытных зевак на коридоре и холодно смотрела, как родители уходят. Слёзы, навернувшиеся на глаза, упрямо не падали, и эта напускная стойкость выглядела особенно жалко.

Цзин Жуй сглотнул, подбирая слова утешения.

Но Хэ Син опередил его, положив тёплую ладонь на дрожащее плечо девушки:

— Не переживай! Школа освободила тебя от платы за обучение, и каждую четверть ты будешь получать стипендию. Ты уже подала заявку на проживание в общежитии, так что тебе не грозит остаться без крыши над головой. А если зимой некуда будет ехать, приезжай ко мне на праздники. До экзаменов остался год, и по твоим оценкам ты легко получишь полное освобождение от платы за учёбу в университете! Так что сейчас тебе нужно думать только об учёбе. Остальное я возьму на себя.

Но эти слова не стали для Дай Тин утешением — ведь теперь она даже с текущей контрольной не справится…

До месячной контрольной оставалось всё меньше времени, и атмосфера в шестом классе выпускного года становилась всё напряжённее.

Тем, кто попал сюда благодаря крупным пожертвованиям, волноваться было не о чём, но отличники, лидировавшие в рейтинге, нервничали всё сильнее.

Если провалиться на экзамене, падение будет тем болезненнее, чем выше был взлёт.

Переродившиеся ученики собрались вместе, чтобы обсудить стратегию подготовки к контрольной.

Бо Яогуан, скрестив руки, молча прислонился к стене. Шэнь Линьфэн зевал, выглядя сонным, а Гу Линь стоял рядом с ним, явно не придавая значения предстоящей проверке — в руках у него был PSP.

Зато Цзин Жуй предложил план:

— А что, если… мы украдём варианты?

Только настоящий хулиган мог сразу придумать столь неэтичный, но эффективный способ.

Чжан Цянь пожала плечами:

— У меня нет возражений. Главное — не завалить, всё равно я всегда в хвосте.

Сун Цин в студенческие годы презирала подобные методы, но сейчас обстоятельства особые — если она провалится, дома её ждёт нешуточный скандал! Поэтому она тоже подняла руку в знак согласия.

Чжао Хэн, однако, возразил:

— Я лучше получу ноль, чем пойду на такое.

— Старина Чжао! Ты просто зануда! — Сун Цин толкнула его локтём. Уши Чжао Хэна покраснели, и он поспешно отступил на пару шагов, торжественно заявив: — Даже если сейчас получится обмануть, на следующем экзамене всё равно вылезет правда.

— А у тебя есть лучшая идея?

— Нет. Единственный путь — это хорошо готовиться. Других путей нет.

Сун Цин закатила глаза, показав, что с ним невозможно договориться.

Её однокурсники уже давно стали доцентами, а он всё ещё уткнулся носом в древние тексты! Что он вообще надеется найти в этих пыльных свитках?

Чжао Хэн не сдался под её взглядом и перевёл глаза на Цзи Юаня и Дай Тин, надеясь, что они поддержат его позицию.

Но…

Его ждало разочарование…

— Мне обязательно нужно получить высокий балл, какими бы методами ни пришлось пользоваться, — сказала Дай Тин.

Она только что порвала отношения с родителями. Только благодаря своим оценкам она получала все эти льготы. Если потеряет высокие баллы, школа точно перестанет её поддерживать.

Она повернулась к Цзи Юаню:

— Думаю, с тобой то же самое?

Чжао Хэн возлагал последние надежды на Цзи Юаня, но юноша лишь мрачно кивнул:

— Нам ведь ещё нужно поймать поджигателя. Если наши оценки внезапно упадут, это привлечёт слишком много внимания. А если противник тоже переродился, нам будет крайне невыгодно оказаться в центре внимания.

Эти слова заставили Бо Яогуана поднять голову.

Он встретился взглядом с Цзи Юанем сквозь полосу солнечного света и, наконец, сказал:

— Цзин Жуй, займись этим.

…

После вечернего занятия школьное здание постепенно погружалось в тишину.

Когда все проживающие в общежитии ученики разошлись по комнатам, здание окончательно затихло. Далёкий свет очертил смутные контуры пустой крыши.

Дай Тин сидела, обхватив колени, за низкой стенкой. Ночной ветер в конце сентября был прохладным, и она поправила воротник, спрашивая у сидевшего рядом Цзи Юаня:

— Скоро?

— Ещё двадцать минут до десяти, — Цзи Юань прикрыл экран телефона, быстро взглянул на время и выключил подсветку.

Это был телефон, одолженный Бо Яогуаном, чтобы сфотографировать варианты и ответы.

Гу Линь рядом вздыхал:

— Почему именно мне поручили красть варианты? Я хочу домой играть!

Цзин Жуй потянул его за руку:

— Заткнись! А то привлечёшь охрану! Всё равно тебе делать нечего. Четверо — по одному предмету, так быстрее управимся. Потом угощаю шашлыком.

Какое искушение?

Шашлык он сам не может сходить съесть?

Гу Линь закатил глаза и покорно продолжил караулить у стенки…

Луна поднялась высоко, ночь становилась всё глубже.

Магазины за школьным забором постепенно закрывались, и старая улица с густой листвой погрузилась в тишину.

Весь шум словно спрятался за облака. Цзи Юань снова проверил время и махнул рукой, давая сигнал спускаться.

После отбоя школьное здание было настолько тихим, что казалось зловещим. Холодный лунный свет лежал на коридорах, придавая им призрачный оттенок.

Цзи Юань шёл впереди, осматривая путь. Цзин Жуй замыкал колонну, а Дай Тин и Гу Линь шли посередине.

Из четверых только Гу Линь дрожал от страха. В этот момент ему было не до гордости — он буквально прилип к Цзин Жую и дрожащим голосом спросил:

— А вдруг здесь завелась какая-нибудь мстительная призрачная дева?

— Да ты что, совсем слабак! — Цзин Жуй оттолкнул его, но через секунду Гу Линь снова прилип к нему, как пластырь, и оторвать его было невозможно.

Да на что он вообще годится? Только мешает!

Цзин Жуй уже собирался ругнуться, как вдруг Цзи Юань резко остановился:

— Тс-с! Тише!

Цзин Жуй тут же зажал рот Гу Линю и выглянул вперёд.

У двери кабинета выпускного класса мелькнула хрупкая фигура. Рубашка под трикотажным жакетом была белой, как лунный свет!

Заметив движение, та настороженно обернулась, а затем, словно испуганная крыса, бросилась к лестнице.

Тени метнулись в темноте, словно призраки.

Гу Линь задрожал всем телом, почти обмочившись от страха.

Боже! Это же классический сюжет из страшилок!

— Студенты ночью проникают в школу и погибают от рук мстительного духа!

— Уууу! — Он пытался вырваться из хватки Цзин Жуя, но из-за разницы в росте и силе мог только бросать беспомощные взгляды.

Остальные трое оставались совершенно спокойны.

Цзи Юань тихо сказал:

— Кроме нас, кто-то ещё пришёл за вариантами.

Дай Тин кивнула, соглашаясь с ним.

Когда Бо Яогуан и другие впервые нашли её, она уже подозревала, что кроме них есть и другие переродившиеся.

Судя по фигуре, это девушка.

Не было времени гадать, кто она. Цзи Юань и Дай Тин ускорили шаг к кабинету. Гу Линь дрожал так сильно, что Цзин Жуй просто зажал его под мышкой и потащил за собой.

Дверь была заперта.

Поэтому нельзя было понять, пытался ли тот человек проникнуть внутрь или уже вышел оттуда с вариантами.

Цзи Юань и Дай Тин переглянулись и достали заранее подобранный ключ.

Лёгкий щелчок — и дверь медленно открылась…

…

По традиции месячная контрольная проходила два дня. В первый день утром — китайский язык, днём — математика. Во второй день утром — английский, днём — комплексный естественнонаучный экзамен.

Учитывая, что ученикам нужно готовиться, учителя на выходных дали минимум домашних заданий.

http://bllate.org/book/5268/522353