Готовый перевод Villain Power-Up [Quick Transmigration] / Высокоуровневый антагонист [быстрые миры]: Глава 40

Он тут же принял решение собрать съёмочную группу и заключить контракты с агентствами главных актёров.

Ян Шу была поражена такой безрассудной поспешностью и невольно подумала: не сошёл ли Ми Вэй с ума?

Всего лишь десять с лишним миллионов вложений — и он уже мечтает о кино?

Да, артхаус действительно обходится дешевле, и отсутствие звёзд экономит бюджет — это правда. Но кино по своей природе — это костёр, в который бросают деньги: на оборудование, на локации, на постпродакшн, на маркетинг… Всё горит. Ми Вэю стоило бы хотя бы удвоить бюджет. Ведь это же фильм для широкого проката! Нельзя допустить, чтобы он выглядел убого и дёшево.

Но нехватка средств была хронической проблемой: десять с лишним миллионов — это уже был предел возможного для Ми Вэя. Больше он просто не мог вытянуть.

Узнав, что агент Ян Шу сомневается в достаточности финансирования, Ми Вэй сам подошёл к ней:

— Может, гонорар актёрам пока отложить?

Ян Шу молчала, чувствуя, как у неё отвисает челюсть. Где же его совесть?

Но режиссёру Ми Вэю было не до совести: с ней инвестиции не привлечёшь.

Однако Шу Нин оказалась ещё бесцеремоннее.

Не хватает денег?

А у неё — полно.

Она тут же набрала Чжоу Синцяня.

Тот чуть не расплакался:

— Я тебя хоть «старшей сестрой» назову, только отпусти меня, ладно? Десять миллионов?! Ты бы уж сразу меня прикончила!

Шу Нин весело откликнулась:

— Отлично! Сейчас же позвоню своим трём братьям.

Чжоу Синцянь замер в ужасе.

Последнее время всё шло у него наперекосяк. После расторжения контракта он не подписывался ни с каким агентством, временно пришёл в упадок, не работал и просто путешествовал, живя за счёт старых сбережений.

К счастью, сбережения были внушительными — хватило бы и на год-полтора без особых последствий. Даже те шесть миллионов, что он недавно перевёл, не сильно ударили по бюджету.

И вот теперь бывшая жена использует его как банкомат?

Сначала шесть миллионов, теперь десять?!

Десять миллионов!

Чжоу Синцянь уже был готов сдаться:

— У меня нет денег! Ни копейки! Публикуй хоть про домашнее насилие — мне всё равно! Больше я с тобой не связываюсь!

Но Шу Нин засмеялась, весело и звонко:

— Милый бывший муж, ты сейчас в Таиланде, да? Гуляешь по пляжу Патонг? Обернись-ка назад.

По спине Чжоу Синцяня пробежал холодок. Он медленно обернулся.

Навстречу ему шагали трое крепких мужчин в ярких шортах — красном, жёлтом и зелёном — с животами и размашистой походкой.

Чжоу Синцянь остолбенел.

Из телефона, прижатого к уху, донёсся её весёлый голос:

— В прошлый раз не представила, так что сегодня познакомлю. В зелёных шортах — мой старший брат, Пань Лэй. В красных — второй брат, Пань Хо. А в жёлтых — третий брат, Пань Тянь.

Шу Нин продолжила, уже с лёгкой издёвкой:

— Когда мы поженились молниеносно, ты даже родителей не видел, моих братьев тоже не встречал. Теперь, хоть мы и развелись, я подумала: всё равно познакомиться стоит. Вдруг потом понадобится проводить тебя в последний путь? Хи-хи-хи.

Чжоу Синцянь смотрел, как трое здоровяков приближаются, и холодный пот покрыл его лоб.

— Ты ты ты… — заикался он.

— Заикаешься? — вздохнула Шу Нин. — Говори нормально.

Чжоу Синцянь снова посмотрел на приближающихся мужчин — ноги будто вросли в песок, и он не мог пошевелиться.

А над головами трёх братьев будто висели огромные буквы:

ДЕСЯТЬ! МИЛЛИОНОВ!

НЕ? ДАШЬ? РУБИТЬ!

Переживая ледяной и огненный ад одновременно, Чжоу Синцянь прошептал:

— Дам, дам, дам! Боюсь тебя, ладно?!

@

«Весенний успех» собрал 30 миллионов в первый день проката.

«Весенний успех» — 200 миллионов за три дня.

«Весенний успех» стал неожиданным хитом летнего сезона: за неделю сборы превысили 600 миллионов!

Главные актёры фильма «Весенний успех» появились на красной дорожке кинофестиваля! Режиссёр Ми Вэй вместе с исполнителями главных ролей!

Низкобюджетный фильм «Весенний успех» может стать главным кассовым сюрпризом летнего сезона.

Съёмки длились два месяца, ещё два ушли на постпродакшн, и «Весенний успех» вышел в прокат как раз к летним каникулам.

Этот артхаусный фильм, от которого даже дистрибьюторы не знали, чего ожидать, неожиданно для всех стал главным прорывом года.

Чжань Сыянь и Чжан Пиньпинь мгновенно прославились.

Они бегали по кинофестивалям, выступали на мероприятиях и участвовали в рекламных турах по городам.

Ян Шу не переставала улыбаться: как агент она внезапно взлетела в статусе внутри агентства, и даже босс теперь обращался с ней с уважением.

Кто бы мог подумать, что именно этот фильм, в который она изначально почти не верила, принесёт такой ошеломительный успех?

Ян Шу смеялась за обедом, за рулём, в туалете и даже во сне.

Шу Нин, напротив, оставалась спокойной.

Ми Вэй всё равно должен был в свои 45 лет добиться успеха с артхаусным фильмом — она лишь случайно посадила Чжан Пиньпинь и Цзянь Фэна на этот попутный корабль. С другими актёрами результат был бы тот же.

К тому же ей действительно повезло: вскоре после премьеры «Весеннего успеха» прогресс по заданиям, связанным с Чжань Сыянем и Чжан Пиньпинь, стремительно достиг ста процентов.

Цели первая и вторая были успешно выполнены.

В день завершения заданий все оказались свободны, и Шу Нин пригласила Чжань Сыяня и Чжан Пиньпинь на ужин, заодно прихватив Ми Вэя — третьего объекта задания.

Четверо устроились в отдельной комнате, готовили шаньдуань, ели, пили и болтали — настроение и атмосфера были прекрасны, словно сама жизнь улыбалась им. Всё соответствовало названию фильма — настоящее «весеннее благоденствие».

В середине ужина Чжань Сыянь и Ми Вэй вышли покурить, а Чжан Пиньпинь заговорила с Шу Нин о Цзянь Фэне:

— Он, кажется, получил роль в фильме известного режиссёра. Я уточняю детали — как только узнаю, сразу попрошу взять меня туда же.

Шу Нин, подняв бокал, улыбнулась:

— Наконец-то пришла в себя?

— Давно уже, — Чжан Пиньпинь сжала кулаки, вспоминая этого двуличного мерзавца, игравшего чувствами. — Ты была права, старшая сестра Юй. Какие нафиг чувства? Раньше я просто дура была! Его нынешняя девушка, наверное, уже столько с него вытянула, а я, чтобы доказать «чистоту и благородство любви», отказывалась от всего и даже сама ему деньги давала! Теперь я поняла: раз уж Цзянь Фэн такой знаменитый и ресурсов у него полно — я буду к нему липнуть. Снимется в чём-то — я туда же. Либо даст мне другие ресурсы, либо устрою скандал. Он ведь знаменитее меня — если шум поднимется, хуже будет ему, а мне — только плюс: и внимание, и охват.

Шу Нин кивнула и вздохнула:

— Если бы ты раньше это поняла, давно бы прославилась.

Чжан Пиньпинь скромно ответила:

— Но мне же нужно было раньше встретить тебя, старшую сестру Юй. Раз встретила только сейчас — значит, и проснулась только сейчас.

Они ещё говорили, как вдруг раздался стук в дверь.

Шу Нин и Чжан Пиньпинь подумали, что это официант, и замолчали, подняв глаза. Но в дверях стояла незнакомая женщина в модной одежде.

Обе стороны удивлённо уставились друг на друга.

Женщина первой сказала:

— Извините, ошиблась дверью.

И тут же исчезла за дверью.

Этот маленький эпизод заставил Шу Нин насторожиться.

В тот самый момент, когда женщина вошла, система 30.0 сообщила ей: эта женщина — первая любовь Ми Вэя!

Она?! Шу Нин была удивлена. Она думала, что встретит эту женщину не раньше чем через несколько лет, а та появилась так рано.

Оказывается, Ми Вэй и его первая любовь воссоединились сразу после его успеха.

И действительно, через несколько минут дверь снова открылась — Чжань Сыянь и Ми Вэй вернулись вместе с той самой женщиной, которая «ошиблась дверью».

Ми Вэй представил её всем:

— Су Юэ, моя одноклассница и подруга.

Су Юэ вежливо поздоровалась:

— Здравствуйте.

Ми Вэй пригласил её сесть рядом с собой:

— Проходи, не стесняйся. Это актёры, но и мои друзья тоже.

Су Юэ улыбнулась и села на стул, который Ми Вэй для неё выдвинул. Он тут же заботливо поставил перед ней новую посуду, налил напиток и положил еды — было видно, что относится к ней с особым вниманием.

Это была первая встреча Шу Нин с Су Юэ.

После того ужина Шу Нин была занята работой и больше не общалась с Су Юэ.

Однажды она как бы невзначай спросила Ми Вэя, и тот прямо сказал, что Су Юэ вернулась с семьёй в Австралию.

Шу Нин нарочито удивилась:

— Так она замужем?

Ми Вэй ответил:

— Конечно, давно уже. Кто в нашем возрасте не женат и без детей? Только я, ради кино, всю жизнь бедствовал и до сих пор один.

Шу Нин посмотрела на него и намеренно спросила:

— А почему в тот раз ты не попросил Су Юэ привести семью? Всё равно комната большая — всем бы хватило места.

Ми Вэй уклончиво ответил:

— Ну, её семья… они рано ложатся. Она приехала с двумя детьми проведать родителей, а старики и дети спят рано.

Шу Нин:

— А сколько лет её детям?

Ми Вэй:

— Одному шестнадцать, другому двенадцать.

Он знал это очень точно.

Шу Нин прищурилась, внимательно наблюдая за выражением его лица, и медленно сказала:

— Ми Дао, я кое о чём спрошу.

Ми Вэй:

— Да?

Шу Нин:

— Неужели ты неравнодушен к своей однокласснице Су Юэ?

Ми Вэй испугался и сразу отрицал:

— Не говори глупостей!

Она, конечно, не говорила глупостей — сюжет всё чётко расписывал.

Шу Нин не стала спорить, а лишь предостерегла:

— Ми Дао, раз мы так давно знакомы и я хоть немного способствовала твоему успеху, позволь дать совет — воспринимай это как доброе желание, а не как вмешательство, ладно?

Ми Вэй посмотрел на неё.

Шу Нин продолжила:

— Мужчине, особенно в вопросах, касающихся женщин, нужно быть решительным. Она уже замужем и имеет детей — какими бы ни были твои чувства, держись на безопасном расстоянии и не вмешивайся в чужую семейную жизнь.

Сорокапятилетний, почти пожилой мужчина обычно не стал бы обсуждать личную жизнь с женщиной, гораздо моложе себя.

Но Шу Нин была права: она действительно оказала ему услугу.

Без неё он бы не нашёл такого талантливого актёра, как Чжань Сыянь, не привлёк бы инвестиции, не собрал бы бюджет и фильм бы никогда не вышел в прокат.

Когда он носил свой сценарий по всему городу, унижаясь перед каждым, и никто не обращал внимания, именно она поверила в него, взяла сценарий, убедила Ян Шу согласиться на участие Чжань Сыяня и снова и снова говорила, что сценарий отличный и обязательно сработает.

Ми Вэй никогда не забывал этой благодарности.

Именно поэтому Шу Нин была для него особенной. Несмотря на разницу в возрасте, он всегда считал её надёжным другом и почти не скрывал от неё ничего.

Когда речь зашла о Су Юэ, Ми Вэй сначала не хотел говорить, но, раз уж дело дошло до этого, он понял: его тайны и так прозрачны для этой молодой женщины.

— Так заметно? — спросил он ни с того ни с сего.

Шу Нин кивнула:

— На том ужине ты ухаживал за ней так, будто хотел лично кормить с ложечки.

Ми Вэй вздохнул:

— Да, у меня всё на лице написано.

Он не стал рассказывать Шу Нин всю историю своих чувств, а лишь коротко сказал:

— Су Юэ уже замужем, дети у неё такие большие… Просто я не могу смириться, в душе остались ненужные надежды.

Шу Нин напомнила:

— Раз ты сам это понимаешь, будь осторожен. Не разруши чужую семью.

Но Ми Вэй возразил:

— Её семью разрушать не нужно — она и так уже разрушена.

Шу Нин:

— Как так? Супруги в разладе?

Ми Вэй вздохнул:

— Похоже на то. Говорит, что давно хочет развестись.

Хочет развестись?

Шу Нин не знала, когда в оригинальном сюжете Ми Вэй и Су Юэ должны были встретиться. Но если сейчас, в 45 лет, они уже воссоединились, и Су Юэ уже говорит о разводе, то почему до 55 лет они так и не оформили развод окончательно?

В обычной ситуации, когда первая любовь встречается снова, а женщина хочет развестись, либо она вскоре уходит к мужчине, либо, если не разводится, отношения со временем угасают.

Как получилось, что Ми Вэй в 45 лет встречает Су Юэ, та говорит о разводе, но к 55 годам всё ещё не свободна?

И в итоге её убеждают муж и дети остаться в браке?

Шу Нин почувствовала, что здесь что-то не так.

Ми Вэй в это время добавил:

— Да и дело не только во мне. Су Юэ она…

Шу Нин вернулась к реальности.

А?

http://bllate.org/book/5220/517269