Готовый перевод Total Devotion / Полная самоотдача: Глава 25

Он опустил голову и встретился с ней взглядом — в её ещё сонных глазах. Долго смотрели друг на друга, полные невыразимой нежности.

Всего один раз. После этого Чи Сюнь больше не мог ускользать незаметно от сотен всевидящих глаз, чтобы тайком навестить девушку.

Следующая встреча состоялась спустя трудные семь дней — на пресс-конференции фильма «Ваньсян».

Он так долго ждал, а в тот день ещё и пробки — едва успел вовремя. На заднике уже не было возможности украдкой побыть вместе, и, войдя в зал, Чи Сюнь сразу начал искать её глазами.

Юй Цянь, заметив его краем глаза, естественно посмотрела в его сторону. Сквозь толпу журналистов их взгляды встретились на три секунды, после чего она чуть склонила голову.

Чи Сюнь протиснулся сквозь толпу, поддержал её за локоть и помог подняться по ступенькам в десятисантиметровых каблуках.

Внизу фотографы щёлкали без остановки, вспышки мелькали одна за другой.

Пресс-конференция ещё даже не началась, а снимки уже разлетелись по сети — и интернет мгновенно вспыхнул.

На сцене Юй Цянь сидела на диване в коричневом платье — спокойная, элегантная. Чи Сюнь же, как всегда, выглядел непринуждённо: откинувшись на спинку кресла, он правой рукой слегка постукивал по запястью левой, время от времени поворачивая наручные часы и невольно играя с ними долгое время.

Иногда Юй Цянь не выдерживала и бросала на него взгляд. Если он не замечал — продолжал рассеянно слушать ведущего. А если замечал — делал вид, будто случайно посмотрел в её сторону, поворачивая голову.

Так они и обменивались взглядами — явно, но при этом достаточно скрытно. В конце концов, в его глазах всё равно не удержалась улыбка. Юй Цянь, увидев это, почувствовала себя будто с раскалённым углём в руках — совершенно не зная, что с ним делать, — и больше не осмеливалась смотреть на него.

Ответы на вопросы о фильме не вызывали затруднений, пресс-конференция проходила гладко. Но когда начался этап вопросов от журналистов, те, словно прорвавшаяся плотина, хлынули потоком — вопросы сыпались, как цветы после дождя.

Один из репортёров уловил момент и спросил:

— Чи Сюнь и Юй Цянь сотрудничают впервые, верно? Насколько вы сработались?

Неясно было, к кому именно обращён вопрос. Юй Цянь слегка сжала микрофон, собираясь ответить, но в этот момент краем глаза заметила, что расслабленный Чи Сюнь уже взял микрофон в руки.

Он сделал это ради неё — она поняла это мгновенно.

— Не впервые, — произнёс он низким, мягким голосом.

Его слова, прозвучавшие в неспокойной обстановке, словно капля воды, упавшая в бездну, вызвали у всех приятное, трепетное ощущение в ушах.

Хотя этот голос слышали уже сотни раз, здесь и сейчас он прозвучал так неожиданно.

Но журналистам некогда было предаваться наслаждению — его слова оказались ещё более неожиданными.

«Не впервые?» — оцепенели репортёры, но тут же сообразили: «Ах да, новогоднее сотрудничество!»

Журналист улыбнулся:

— Тогда как вам совместная работа в новогоднюю ночь?

Он повернулся к Юй Цянь:

— Юй Цянь?

Юй Цянь подняла глаза. В них застыл лёд — тонкий, прозрачный, мерцающий, но не настолько холодный, чтобы отпугнуть собеседника.

— Всё было отлично. Большое удовольствие, — ответила она.

Журналист чуть скривил губы:

— А вы вообще следите за новостями о Чи Сюне? Давно мечтали с ним поработать?

Юй Цянь едва заметно нахмурилась. Пока она подбирала ответ, Чи Сюнь наклонился вперёд, опершись руками на колени, и, услышав вопрос, повернул голову к ней и тихо усмехнулся.

Репортёр тут же обернулся к нему. Этот человек редко улыбался перед прессой — обычно он сохранял своё обычное спокойное, холодноватое выражение лица. Он никогда не грубил, всегда был вежлив, и СМИ относились к нему весьма благосклонно.

Но улыбка? Да ещё в такой момент? Это было впервые.

Юй Цянь бросила на него взгляд. Чи Сюнь неторопливо взял микрофон и сказал журналисту:

— Думаю, на этот вопрос ей трудно ответить. Мне самому было бы неловко отвечать.

Журналист замер:

— Почему?

— Артисты очень заняты. У них почти нет времени следить за другими, особенно за теми, с кем, казалось бы, никогда не пересечёшься.

— Значит, это сотрудничество стало для вас полной неожиданностью?

— Да.

— Тогда каково ваше впечатление от того, что вам довелось работать с такой богиней, как Юй Цянь?

Чи Сюнь слегка приподнял уголки губ:

— Она уже ответила: «Всё было отлично. Большое удовольствие».

Журналист мысленно ахнул: «Сегодняшний король хайпа необычайно разговорчив!» Но при этом чувствовалось, что он искусно уходит от прямых ответов.

Все вопросы он направлял в совершенно безопасное русло — такие ответы не вызовут скандала даже в заголовках.

«Мы никогда раньше не работали вместе, даже не думали об этом. Поэтому, когда предложение поступило, я был искренне польщён».

Из всего этого невозможно было выудить и намёка на какую-либо интимную связь.

Следующий вопрос задал репортёр с сайта «Цзи Фэн»:

— А после съёмок вы поддерживали связь? Может, вместе ужинали? Кстати, на прошлом мероприятии Юй Цянь не прошла по красной дорожке, и Чи Сюнь тоже не появился. Вы её сопровождали?

Чи Сюнь ответил одним словом:

— Лень.

Журналист: «...»

Режиссёр Хун Цюань, сидевший рядом, рассмеялся:

— Он сразу прошёл за кулисы и сидел там, играя в телефон. Отобрал у меня два раунда красных конвертов!

Все рассмеялись. Журналист подыграл:

— Ого? Сколько же вы выиграли?

Чи Сюнь слегка сжал и разжал микрофон, потом спокойно ответил:

— Не хватит даже на ужин с богиней.

Зал замер, а потом взорвался хохотом.

Хун Цюань дернул уголком рта: «Да ты два раза по две тысячи забрал! Даже драконье мясо не съешь за такие деньги!»

Среди общего веселья Юй Цянь слегка покраснела и прикусила губу. Ведь эти красные конверты она сама ловила — прямо у него на коленях. А потом он перевёл ей всё, что выиграл, сопроводив сообщением: «Ты же пострадала. Это тебе на восстановление...»

— Юй Цянь, — спросил журналист, — Чи Сюнь вам когда-нибудь отправлял красные конверты?

Юй Цянь на мгновение оцепенела, прикусила язык, потом подняла глаза и сделала вид, что задумалась.

Пока она не ответила, Чи Сюнь повернулся к режиссёру:

— Отправлял, да? Надеюсь, вы не обиделись?

Хун Цюань снова дернул губами, но тут же одобрительно улыбнулся:

— Как не отправлять? Конечно, отправлял! И гораздо щедрее меня!

Зал снова рассмеялся.

Журналист вздохнул: «Да уж, оба — мастера высокой дипломатии. Спрашиваешь у актрисы — отвечает актёр. А он ещё и режиссёра подключает! Так вопрос о личных переписках превращается в обсуждение групповых чатов...»

Чи Сюнь сегодня и правда был слишком разговорчивым — и в то же время совершенно недоступным.

Всё это время он заботился о ней перед всеми, но уличить его в чём-то компрометирующем было невозможно. Оставалось только порадоваться за фанатов.

В конце мероприятия задали ещё один вопрос:

— Хотели бы вы снова поработать вместе?

Чи Сюнь коротко ответил:

— Да.

Журналист удивился:

— Правда?

Чи Сюнь кивнул в сторону девушки, которую всего несколько дней назад прижал к дивану и долго, нежно целовал, а потом уложил на ковёр и так мучил, что она плакала от бессилия, и произнёс:

— Спросите у неё. Она скажет то же самое.

Он повернул микрофон в сторону режиссёра Хун Цюаня:

— Спросите у него. Он скажет, что больше никогда не захочет со мной работать.

Журналист: «...»

В зале снова раздался громкий смех.

После окончания пресс-конференции вся команда отправилась на ужин. Чи Сюнь неторопливо шёл в толпе — Юй Цянь и режиссёр шли впереди.

Он некоторое время смотрел на её спину, чувствуя, как сердце начинает бешено колотиться. Всего несколько шагов, но будто непреодолимая пропасть.

Помолчав, он достал телефон и отправил сообщение.

Вскоре девушка впереди слегка наклонила голову и обернулась.

Чи Сюнь тут же широко улыбнулся — настроение подскочило до максимума.

Юй Цянь сразу поняла, что он натворил, и, покраснев, снова отвернулась.

Но после его шалости и сама почувствовала лёгкое томление.

От конференц-зала до парковки было совсем недалеко, но она никак не могла успокоиться — то и дело незаметно оглядывалась назад. В конце концов, боясь, что кто-то заметит её волнение, она остановилась, будто поправляя волосы, запутавшиеся в пуговице.

Все вокруг тоже остановились. А сзади тем временем подошёл он.

Чи Сюнь отстранил её ассистентку и сам начал распутывать прядь. В уголках его губ, скрытых от посторонних глаз, играла довольная улыбка.

Освещение в коридоре было тусклым, людей много — они стояли так близко, что чувствовали дыхание друг друга.

— Как ты умудрилась? — тихо спросил он.

Юй Цянь хотела ущипнуть его — это ведь он довёл её до того, что она так часто оглядывалась, и волосы сами запутались.

Но вместо этого она лишь прошептала еле слышно:

— Случайно...

Чи Сюнь с удовольствием посмотрел на неё. Юй Цянь, почувствовав это, отвела взгляд.

Он нарочно замедлил движения, будто наслаждаясь каждой секундой.

Люди вокруг тихо разговаривали. Только ассистенты заметили нечто странное, но никто не заподозрил его истинных намерений.

Юй Цянь вскоре пожалела о своей затее — он был слишком наглым. Распутать можно было за пару движений, а он медленно крутил прядь, почти снова запутывая её.

Вокруг было полно людей — организаторы, партнёры, режиссёр, актёры. Хотя некоторые уже ушли вперёд, рядом всё ещё толпились люди.

Но он, будто ничего не замечая, спокойно и дерзко флиртовал с ней прямо здесь и сейчас.

Когда рядом никого не было, она попыталась вырвать у него прядь, чтобы самой распутать.

Чи Сюнь поднял глаза — в них читалось недовольство. Юй Цянь разозлилась и даже бросила на него сердитый взгляд.

Увидев, что она готова его убить, он так разволновался, что чуть не поцеловал её прямо здесь. Она, похоже, почувствовала его порыв, и быстро отвернулась.

Чи Сюнь смотрел на неё в полумраке — она сияла, как всегда прекрасна. Он слегка сжал губы, чувствуя, как сердце замирает от восторга.

Только после многозначительного взгляда его ассистента Ци Синь он наконец отпустил... её волосы.

Но в тот момент, когда все отвернулись, он ловко заправил прядь за её ухо.

Янь Ю, стоявшая рядом, почувствовала, как кровь прилила к голове. Ци Синь тоже отвела взгляд, мысленно вопя: «А-а-а-а! Как же так?! Он совсем не умеет сдерживаться!»

Янь Ю пришла в себя и в ужасе огляделась. К счастью, кроме режиссёра и второго актёра, никто не заметил этого молниеносного момента.

Второй актёр был с ней в хороших отношениях.

Янь Ю перевела дух и, взяв Юй Цянь под руку, потянула её вперёд.

Юй Цянь, очевидно, тоже была ошеломлена. Только когда её потянули, она опомнилась — но тут же обернулась, чтобы проверить, идёт ли за ней парень.

Ци Синь чуть не упала в обморок! «Холодная богиня? Да ладно! Это фальшивка!»

Чи Сюнь же, поймав её томный взгляд, почувствовал, как всё внутри наполнилось теплом. Он уже забыл о недавнем убийственном взгляде своего ассистента.

Подойдя, он поравнялся с ней и, слегка наклонив голову, заглянул ей в глаза. Она приподняла бровь.

Он усмехнулся. Она прикусила губу и тихо фыркнула.

Режиссёр Хун Цюань вынужденно шёл позади вместе со вторым актёром.

Тот долго смотрел на их спины, потом с сомнением посмотрел на режиссёра.

Хун Цюань слегка кашлянул — и кивнул. Да, эти двое, из-за которых он столько пережил, наконец-то вместе.

Выехав из здания, настроение Чи Сюня окончательно поднялось. Они сели в одну машину с режиссёром — Хун Цюань спереди, а пара сзади.

Сначала режиссёр болтал с ними, не замечая ничего особенного. Но вдруг в салоне воцарилась тишина — никто не отвечал.

Он обернулся и увидел, что его главная актриса позволяет молодому красавцу держать её руку. Тот смотрел на неё с нежной улыбкой.

Юй Цянь пыталась вырваться, но он не отпускал. Подняв на неё раздражённый взгляд, он заставил её сдаться — она слегка пнула его и позволила держать руку дальше.

Хун Цюань: «...»

Он на секунду опешил, потом отвернулся и прижал ладонь ко лбу.

«Чёрт, совсем забыл, в каких они отношениях...»

Сзади Чи Сюнь, довольный, держал руку Юй Цянь, но вскоре ему стало мало. Он то и дело смотрел на неё, и она не могла укрыться от его взгляда. Наконец, убедившись, что впереди все поглощены разговором, она прижалась к его плечу.

Чи Сюнь мгновенно стал мягким, как весенний ветерок, и захотел обнять её, спрятать в своих объятиях.

— Юй Цянь-эр... — прошептал он.

http://bllate.org/book/4645/467339