Готовый перевод You Have to Be Good / Будь послушной: Глава 26

В семь лет Юань Цзэ осиротел: сначала умер отец, вскоре за ним — мать. Старый герцог, дед по отцовской линии, возлагал на него, единственного прямого наследника рода, всю надежду и все чаяния дома. Чжу Яо знала об этом, но не подозревала, что в детстве Юань Цзэ тоже мог быть озорным и своенравным.

Она не стала касаться болезненной темы и лишь мягко улыбнулась:

— Старый герцог был очень добр. Помню, однажды в императорском саду я лепила снеговика, а он даже помог мне.

Юань Цзэ тихо усмехнулся:

— Просто принцесса умеет располагать к себе… А дедушка со мной всегда был строг.

«Строг» — это было слишком мягкое слово. Скорее, он был требователен до жестокости: всё, что делал внук, должно было быть безупречно. Если не получалось — переделывай, снова и снова, пока не достигнешь цели. То, во что играли сверстники, ему было строго запрещено. Именно тогда у него выработалась почти сверхъестественная самодисциплина. Без родительской ласки он постепенно лишился и друзей. Спал всего по два часа в сутки, а всё остальное время учился под присмотром деда или сопровождал его на приёмах и званых обедах. Наблюдал, впитывал, учился.

Знания, стратегия, искусство управления государством… И то, чего в его возрасте знать не полагалось, — извилистые тропы людской души.

За пятнадцать лет дед выковал из него острейший меч, предназначенный защищать династию Вэй.

Его глаза были спокойны, взгляд — мягок. Чжу Яо не отводила от него взгляда, слушая его низкий, размеренный голос, и в воображении рисовала, каким он был в детстве… Наверняка милым и озорным. А потом — как рос, учась в герцогском доме. Раньше Тайфу казался ей слишком совершенным, но теперь, узнав немного больше, она захотела быть к нему ближе.

Юань Цзэ продолжил:

— На самом деле, я человек довольно скучный и полный недостатков. Возможно, со временем принцессе станет со мной неинтересно… Вы совсем другая — весёлая, нежная, вас окружают люди, которые вас обожают, ваша жизнь спокойна и безмятежна, и характер у вас добрый и мягкий.

Чжу Яо резко замерла и испуганно воскликнула:

— Ничего подобного! Ты мне нравишься во всём! Я очень лю…

И осеклась. Остальные слова застряли в горле.

В комнате воцарилась тишина.

Выражение лица Юань Цзэ тоже изменилось — он явно растерялся.

Их взгляды встретились. Глаза принцессы — тёмные и влажные, губы приоткрыты, белоснежные щёки мгновенно залились румянцем, который стремительно поднялся до самых ушей. Мочки ушей покраснели так, будто вот-вот капнет кровь. Она поспешно отвела глаза, опустила ресницы, но не могла скрыть девичьей застенчивости и смущения.

Она нервно сжала ручку в руке и тихо прошептала:

— Давай… давай лучше задачи разберём.

Юань Цзэ пришёл в себя, уголки губ дрогнули в улыбке. Он смотрел на её макушку несколько мгновений, затем мягко произнёс:

— Хорошо.

От этого голоса, такого тёплого и нежного, лицо Чжу Яо вспыхнуло ещё сильнее. Она опустила голову и уставилась в контрольную работу. Ей было стыдно, но внутри разливалась радость. Щёки горели, а губы невольно растягивались в улыбке. Даже математические задачи на листе вдруг показались ей милыми и родными.

Юань Цзэ внимательно просмотрел её работу. Действительно, просто не хватило времени — остальные задания она вполне могла бы решить. Он не стал сразу объяснять, а дал ей немного времени успокоиться и дорешать то, что получится. Чжу Яо послушалась и сосредоточилась на задачах. Возможно, рядом с ним ей было особенно спокойно. Она собралась с мыслями, и решения начали приходить одно за другим.

Решив одну задачу, Чжу Яо незаметно взглянула на Юань Цзэ. Он сидел рядом и просматривал её контрольные по другим предметам — такой сосредоточенный и невероятно красивый. Чжу Яо улыбнулась и снова склонилась над тетрадью.

Юань Цзэ, держа в руках её работу, едва заметно улыбнулся.

Молчание нарушали лишь лёгкий шелест пера по бумаге и тихое дыхание. Справа от Чжу Яо, за соседним столиком, тоже сидела парочка и готовилась к экзаменам.

Девушка положила голову на руки и с обожанием смотрела на юношу, а тот, держа в руках учебник английского, проверял, как она запоминает слова. Она тихонько повторяла, почти шепотом. Каждые два выученных слова она радостно вытягивала губки, и юноша тут же наклонялся и целовал её.

С места Чжу Яо всё это было отлично видно: у девушки на лице играла счастливая улыбка, а юношу видно было только со спины.

Поцелуи влюблённых — вещь совершенно обыденная. Цзян Тянья рассказывала ей много историй о школьных парочках и даже рекомендовала кучу сериалов, где нередко были интимные сцены. Сначала Чжу Яо краснела и прикрывала глаза руками, но потом, оставив щёлочку между пальцами, с любопытством подглядывала. Со временем она привыкла смотреть такие сцены в сериалах, но сейчас всё происходило наяву… и Юань Цзэ сидел рядом.

Парочка продолжала целоваться. Сначала они просто прикасались губами, потом поцелуи стали всё более страстными и затяжными. Они были ещё совсем юными, наивными, но в этом была вся прелесть юношеской влюблённости.

Щёки Чжу Яо пылали. О каких задачах теперь можно думать? Она сжала ручку и сидела в нерешительности.

Юань Цзэ повернулся к принцессе, заметил её пылающие щёки и проследил за её взглядом. Увидев целующуюся парочку, даже он, обычно такой невозмутимый, слегка смутился. С виду спокойный, он тихо предложил:

— Может, пересядем за другой столик?

Чжу Яо не подняла глаз, уши пылали, но она кивнула:

— Хорошо.

Она быстро собрала контрольные, положила ручки в пенал, всё сунула в рюкзак, не застёгивая молнию, и последовала за Юань Цзэ.

Они пересели за другой стол.

Когда Чжу Яо закончила решать, Юань Цзэ внимательно проверил её работу. Те задачи, которые она сказала, что умеет решать, теперь действительно были выполнены верно. Чжу Яо сжала ручку и осторожно наблюдала за выражением его лица, потом тихонько спросила:

— Ну как?

— Хорошо, — кивнул Юань Цзэ.

Вот видишь! Так старалась — и это не прошло даром. Чжу Яо была довольна. Она подняла на него глаза и невольно перевела взгляд на его губы… У Юань Цзэ прекрасная форма губ — тонкие, слегка розоватые, будто очень мягкие.

Она так долго пристально смотрела, что, когда их взгляды встретились, резко опомнилась и опустила голову.

На лице Юань Цзэ появилась отчётливая улыбка. Он знал, что она любит на него смотреть. Ещё в династии Вэй всё было так же. Чаще всего он делал вид, что не замечает, и позволял ей любоваться.

…

Они занимались до половины двенадцатого. Юань Цзэ повёл её пообедать в ближайший торговый центр. На первом и втором этажах ниже уровня земли располагались кафе и рестораны, и в обеденное время там было многолюдно. Чжу Яо не стала выбирать и устроилась в чистенькой лапшевой. Заказали по тарелке говяжьей лапши. Пока еду готовили, в рюкзаке Чжу Яо зазвонил телефон.

Звонила Сяо Минчжу. Чжу Яо ответила, сладко произнеся:

— Мама.

Сяо Минчжу работала в выходные, только что закончила совещание и ела обед, который ей заказал секретарь. Вспомнив, что дочь сегодня ушла из дома, она позвонила проверить, поела ли та вовремя. Чжу Яо взяла палочки, которые протянул Юань Цзэ, и отвечала матери.

Сяо Минчжу волновалась:

— Не ешь на улице всякую ерунду, а то живот расстроится… — и перечислила несколько проверенных ресторанов рядом с библиотекой.

Она одобряла, что дочь часто гуляет с подругами, и даже если это «учёба», всё равно переживала. Ей казалось, что за дочерью вечно нужно присматривать.

Чжу Яо заверила её, что всё в порядке. Только она положила трубку, как сразу же зазвонил телефон — звонил Чжу Цзиньюн. В выходные Сяо Минчжу занята на работе, Чжу Хэн гуляет где-то вне дома, и обычно только Чжу Яо остаётся с отцом. А сегодня её нет рядом, и Чжу Цзиньюн сидел один перед холодным столом, чувствуя себя брошенным и несчастным. Он позвонил узнать, когда дочь вернётся.

Чжу Яо не знала, смеяться ей или плакать, но ответила покорно:

— Я поем и снова пойду в библиотеку… Постараюсь вернуться пораньше.

Чжу Цзиньюн обиженно протянул:

— Ох…

Перед тем как повесить трубку, он добавил:

— Кроме Цзян Тянья с тобой никто не ходит? Не водись всё время с тем новым учеником, он ещё не обжился, и непонятно, кто он такой. А то обидят тебя.

Чжу Яо сказала, что идёт в библиотеку с Цзян Тянья. Теперь ей стало неловко, и она невольно посмотрела на Юань Цзэ напротив, потом отвела взгляд и тихо ответила:

— Нет, только Цзян Тянья.

После этого она положила телефон и взялась за палочки.

Ароматная говяжья лапша подавалась в горячем бульоне, от которого исходил аппетитный запах мяса и теста. Лапша была упругой, сверху плавали ломтики говядины и петрушка.

Чжу Яо не любила петрушку, но забыла предупредить об этом. Теперь она аккуратно выбирали её палочками. Юань Цзэ заметил это, взял из бамбукового стаканчика новую пару палочек и помог ей убрать петрушку. Чжу Яо тихо поблагодарила:

— Спасибо.

Он отложил палочки и продолжил есть. Юань Цзэ всегда был немногословен — в прошлой жизни и в этой, да и привычка «не говорить за едой и не болтать в постели» укоренилась прочно. Но всё же заговорил первым:

— Мне, пожалуй, стоит скоро навестить ваш дом.

Рука Чжу Яо замерла с палочками. На них была накручена лапша, с которой капал ароматный бульон. Она кивнула, радостно улыбнувшись:

— Конечно!

Юань Цзэ был замечательным человеком. В прошлой жизни Чжу Цзиньюн и императрица Сяо очень его ценили, Чжу Хэн тоже уважал и побаивался его. И она с нетерпением ждала, когда он придёт к ним домой.

После обеда Юань Цзэ пошёл за чаем, а Чжу Яо отправилась в туалет. Смыв руки и высушив их, она вышла из женской комнаты — и тут же услышала шаткие шаги и резкий запах алкоголя.

Чжу Яо взглянула вперёд.

К ней приближался парень лет двадцати с лишним, крепкого телосложения, в чёрной куртке, с золотой цепью на шее. Лицо его было пьяно-красным, изо рта несло перегаром, на щеках — небритая щетина, во рту — сигарета. Он шёл, покачиваясь, и уставился на неё блуждающим взглядом.

Чжу Яо инстинктивно отступила в сторону, пытаясь обойти его.

Но едва она поравнялась с ним, как её запястье схватили. Грубый, хриплый голос произнёс с вызывающей фамильярностью:

— Погоди убегать, давай поболтаем.

От этого незнакомого прикосновения по коже пробежали мурашки. На пару секунд голова пошла кругом, но потом она резко вырвалась и попыталась убежать.

Пьяный крепко держал её, но Чжу Яо наступила ему на ногу. Он вскрикнул от боли и ослабил хватку. Воспользовавшись моментом, она бросилась бежать.

Бежала, спотыкаясь, и прямо в объятия Юань Цзэ, который как раз возвращался с чаем.

— Что случилось? — встревоженно спросил он.

Чжу Яо подняла на него глаза и почувствовала облегчение:

— Один пьяный… схватил меня за руку и не отпускал…

Лицо её побледнело, глаза блестели от испуга, но слёз не было — просто явный страх. Юань Цзэ нахмурился и мягко успокоил:

— Не бойся.

Он опустил взгляд на её запястье, которое она крепко сжимала в своей руке.

Её кожа была белоснежной, запястье — тонким и нежным, а теперь на нём чётко проступал красный след.

Юань Цзэ сначала говорил с ней ласково, но, увидев этот след, его глаза потемнели, как бездна.

Грудь его вздымалась, уголки губ дрогнули в зловещей усмешке, брови нахмурились, и в глазах вспыхнул ледяной гнев. Он сунул ей горячий чай и нежно коснулся её щеки:

— Подожди меня здесь.

Сердце Чжу Яо дрогнуло. Она сделала несколько шагов вслед за ним.

Юань Цзэ быстро подошёл к мужскому туалету, увидел пьяного парня, прислонившегося к дверному косяку, схватил его за воротник и втащил внутрь.

Тут же послышались звуки драки — удары кулаков и ног…

Чжу Яо растерялась, но всё же последовала за ним в мужской туалет.

Там никого не было, кроме пьяного, которого избили до полусмерти. Алкоголь из него выветрился, лицо покрылось синяками и кровоподтёками, из носа текла кровь, и он жалобно стонал, умоляя о пощаде. А Юань Цзэ стоял над ним, весь в ледяной ярости. Его кулаки сжаты до предела, на них вздулись жилы, и от него больше не исходило ни капли прежней мягкости — взгляд был ледяным и пугающим.

Чжу Яо затаила дыхание. Боясь, что дело зайдёт слишком далеко, она подбежала к нему и потянула за рукав:

— Юань Цзэ, пойдём отсюда.

Он повернулся к ней, и вся жестокость в его глазах мгновенно исчезла. Взглянув на неё, он взял её за руку и вывел из туалета.

Подхватив рюкзак, лежавший у двери, он сразу же повёл Чжу Яо из торгового центра.

Сердце Чжу Яо бешено колотилось. Она опустила глаза на его руку — костяшки пальцев покраснели от ударов. И вдруг вспомнила одно событие…

Когда ей было пятнадцать, династия Вэй воевала с народом И, но потерпела поражение. После долгих совещаний чиновники решили заключить мир через брак — выдать принцессу замуж за правителя враждебного государства.

Чжу Яо была единственной принцессой династии Вэй, и бремя этого решения легло на неё. Чжу Цзиньюн не мог ничего поделать — в армии не осталось ни одного достойного полководца, все военачальники были стары и немощны. Чжу Яо не хотела выходить замуж за чужака, но, будучи принцессой, наслаждаясь всеми привилегиями своего положения, она понимала: пришло время нести ответственность. Когда она уже смирилась с судьбой, Юань Цзэ добровольно вызвался в поход против народа И.

Он был гражданским чиновником, но надел доспехи и возглавил армию. Целый год он сражался, пока не покорил народ И.

http://bllate.org/book/4352/446331