Готовый перевод Tease Me Once / Пококетничай со мной немного: Глава 4

Сказав это, девушка уже собиралась незаметно юркнуть вдоль стены.

— Счёт за вино и одежду я списал, но моральный ущерб ещё не рассчитан.

Дин Цзюйцзюй обернулась — и прямо перед собой увидела того самого человека: он прислонился к стене и смотрел на неё сверху вниз, а в его миндалевидных глазах плясала едва уловимая усмешка.

Терпение, которое она бережно хранила весь вечер, внезапно иссякло. Девушка опустила ресницы, и на её крошечном личике постепенно исчезло всякое выражение.

— …Не перегибайте палку, господин.

Взгляд Хань Ши потемнел.

Это напряжённое, лишённое эмоций лицо; дрожащие ресницы; крошечный носик, всё ещё розоватый оттого, что она слишком долго прикрывала его рукой; губы, слегка влажные от дыхания и блестящие, будто их только что смочили водой…

Девушка, конечно, понятия не имела, что именно в таком виде сказать ему «не перегибайте палку» — куда соблазнительнее, чем в любой другой момент.

Спустя некоторое время тень в его глазах рассеялась. Хань Ши медленно провёл языком по нёбу, наклонил голову и хрипловато рассмеялся:

— Имя.

— …?

— Скажи мне, как тебя зовут, и я сделаю вид, что сегодня ночью тебя здесь не было.

Дин Цзюйцзюй с подозрением спросила:

— Правда?

— Ага.

Девушка явно облегчённо выдохнула, её миндалевидные глазки чуть прищурились:

— У вас есть бумага, господин?

Пока она говорила, из кармана показалась шариковая ручка, которую она помахала перед ним.

На колпачке ручки красовалась улыбающаяся лисичка с острым носиком, которая весело кивала ему головой.

Хань Ши на миг растерялся и невольно протянул руку.

Это движение тут же насторожило девушку — она на полшага отступила назад.

Хань Ши опомнился, расправил длинные пальцы и показал чистую ладонь.

— Напиши сюда.

— А, хорошо.

Девушка колебалась не дольше двух секунд, взяла его руку, но перед тем, как начать писать, почесала ручкой висок и подняла глаза на Хань Ши.

— Передайте, пожалуйста, вашей девушке, что сегодня вечером она забыла в нашем магазине кондитерские изделия.

Глаза Хань Ши сузились, и он с едва заметной иронией приподнял бровь:

— Девушке?

Рядом Сун Шуай с любопытством спросил:

— Девушке? Какой девушке??

Как только эти слова прозвучали, взгляд Дин Цзюйцзюй на Хань Ши сразу стал странным.

— …Той самой, что звонила вам сегодня вечером около семи в наш магазин.

С этими словами девушка снова опустила голову, взяла его ладонь и быстро вывела на ней три иероглифа.

Хань Ши опустил глаза, чтобы прочитать, но она тут же прижала его пальцы, заставив сжать кулак и скрыть надпись.

— Счёт закрыт, сегодня ночью вы меня не видели, верно?

Девушка задрала голову и улыбнулась, а её ямочки на щёчках показались Хань Ши настолько нежными, что тени в его глазах вновь сгустились.

Хань Ши пристально посмотрел на неё.

— …Ага.

Дин Цзюйцзюй кивнула:

— Договорились.

Она отпустила его руку и тут же пустилась бежать.

Сун Шуай даже не успел опомниться, как фигурка девушки исчезла из поля зрения.

— Эта девчонка, наверное, про сестрёнку Жу Юй? Как она вообще услышала сегодняшний разговор по телефону? И я даже не знал, что сестрёнка Жу Юй уже стала твоей девушкой?

Хань Ши, не отрывая взгляда от места, где исчезла девушка, прищурился:

— Я тоже только что узнал.

Сун Шуай скривился, словно у него разболелись зубы, и отвернулся.

— И ещё, молодой господин Хань, что ты только что делал с той девчонкой, пока я шёл сюда? Прошу тебя, не устраивай глупостей — если твой дедушка узнает, он не просто вернёт тебя домой, он ещё и ноги переломает. А мне, возможно, придётся лечь в гроб вместе с тобой.

— Ничего особенного, — хрипловато ответил тот, в голосе звучала раздражённая усмешка. — Просто в пылу момента.

В этот миг вся чуждая Сун Шуаю эмоциональность исчезла с лица и в глазах Хань Ши, и он вновь стал знакомым ему легкомысленным и насмешливым молодым господином Ханем.

Сун Шуай наконец перевёл дух.

— Шутки шутками, но не переходи грань. Что до сестрёнки Жу Юй — старики с обеих сторон уже почти всё устроили. Тебе пора остепениться. По-моему, кроме того, что она немного капризна, во всём остальном она идеальна. Что тебе в ней не нравится?

— А тебе нравится? — Хань Ши приподнял уголок глаза и косо взглянул на него. — Может, тебе её и устроить?

Сун Шуай вздрогнул:

— Да брось, мы же двоюродные брат и сестра! Это же преступление!

Хань Ши фыркнул и первым зашагал обратно.

Сун Шуай побежал следом:

— Кстати, а какое имя та девчонка всё-таки написала? Мне тоже любопытно.

Когда он договорил, то заметил, что Хань Ши идёт, уставившись на раскрытую ладонь, и на лице у него застыла странная, будто бы смеющаяся, но не до конца, улыбка.

Сун Шуай любопытно заглянул ему через плечо —

— Ни… Ни Гэньсы? А? Разве я не слышал, как тот парень, которого засунули в фруктовую вазу, звал её Дин… что-то? Неужели это сценический псевдоним?

Длинные ноги впереди резко остановились, и тот выругался с усмешкой:

— Какой нахрен псевдоним.

Едва он договорил, как в лицо Сун Шуаю со свистом прилетела серая тень и хлопнула его по голове.

Сун Шуай снял с себя предмет — это оказалась его собственная куртка.

Этот удар по лицу вдруг прояснил ему мысли, и в голове мелькнула догадка —

Ни Гэньсы.

Ты — корень четвёрки.

Поморщившись от боли на пару секунд, Сун Шуай хлопнул себя по бедру и бросился вдогонку:

— Молодой господин Хань, она же тебя обозвала дураком! Как такое можно терпеть!

— …

Идущий впереди не ответил, но настроение у него, похоже, было прекрасное.

Когда они уже выходили из переулка, при свете уличного фонаря, в полумраке Хань Ши вновь опустил глаза на аккуратные иероглифы на своей ладони.

Его тонкие губы изогнулись в улыбке, и он поднял голову, беззвучно смеясь, глядя на ночную улицу.

Перед глазами будто мелькнула улыбающаяся лисичка.

Почему у него такое сильное чувство, будто он её уже где-то видел?

—

И ведь поцеловал только лапку лисички.

Жаль.

В пять часов утра небо за окном только начинало светлеть.

Дин Цзюйцзюй тихонько встала с кровати, взяла тазик и вышла из комнаты, направляясь в умывальную на первом этаже общежития.

В коридоре никого не было, яркий свет ламп слепил глаза. Проходя мимо кипятильной, она заметила, что шторы там не задёрнуты, и в темноте, казалось, пряталось несколько пар глаз.

Дин Цзюйцзюй давно привыкла пугать саму себя, поэтому сейчас она шла, уныло опустив голову, и, зевнув, свернула в умывальную.

Сегодня был день сбора студентов-волонтёров для участия в программе поддержки отдалённых районов, и она, как одна из старост группы, должна была прийти в отдел волонтёрской деятельности заранее, чтобы помочь организаторам подготовиться к мероприятию.

Видимо, вчера она так вымоталась от экзаменов и плохо выспалась, что даже умывание холодной водой вызывало у неё зевоту и слёзы на глазах.

Когда она переоделась и надела рюкзак, взглянув на телефон, поняла:

Уже половина шестого.

Автобус должен был отъезжать в шесть тридцать, а организатор специально написал накануне, чтобы все старосты пришли за полчаса до отправления.

— Завтрак мой… — тихо простонала Дин Цзюйцзюй и покорно спустилась вниз, обходя столовую стороной, чтобы забежать в университетский магазин.

С огромным дорожным рюкзаком, почти в половину её роста, и пакетом с завтраком Дин Цзюйцзюй еле добралась до кабинета отдела волонтёрской деятельности, откуда доносился голос организатора:

— …Сколько мест утверждено, столько и должно быть участников. Как это — добавить людей в последний момент?

— Сяо Лу, это чрезвычайная ситуация, к тому же решение университета. Просто найди способ согласовать.

— Наших волонтёров отбирали по результатам письменных и устных экзаменов, потом провели более десяти занятий по подготовке, не говоря уже о том, что в горах всё уже распланировано! Вы сейчас хотите просто так втиснуть кого-то — я не могу этого организовать!

— Точно не можешь?

— Да, не получится!

— Ладно, тогда я пойду и скажу им — заодно сообщу, что обещанное ими полное обеспечение учебным оборудованием можно отменить; и те новые парты, которые уже в пути, тоже… Эй, Сяо Лу, зачем ты меня держишь?

— Ну… Руководитель, новые парты уже утверждены? Я ещё с Нового года подавал заявку, ждал так долго — как это можно отменить?

— Проектов целевого финансирования много, думаешь, только ты в очереди стоишь? К тому же эти парты не просто так утвердили — их оплатили семьи тех самых студентов, которых вы должны принять.

— Это…

— И, между прочим, эти ребята, возможно, не сильно помогут вам в волонтёрской работе, но благодаря их связям вы получите такое оборудование, о котором и мечтать не смели. Волонтёрство — это не только учителя! Ресурсы важнее всего!

Организатор долго молчал, потом тяжело вздохнул:

— Хорошо, я их приму.

— …

Дальнейшего Дин Цзюйцзюй не слушала. Она отошла на десять метров назад и, лишь когда дверь отдела открылась, двинулась вперёд.

Прямо у входа она столкнулась с организатором, провожавшим гостя.

Увидев Дин Цзюйцзюй, Лу Пинхао разгладил нахмуренные брови:

— Цзюйцзюй, почему так рано пришла?

Он взглянул на часы и, улыбнувшись, обратился к стоявшему рядом мужчине лет сорока:

— Это староста первой группы второго отряда волонтёров, Дин Цзюйцзюй. Я просил старост прийти в шесть, а она пришла на пятнадцать минут раньше. Так что, руководитель, ресурсы, конечно, важны, но и кадры тоже нужны.

Мужчина одобрительно посмотрел на Дин Цзюйцзюй:

— Среди нынешней молодёжи таких ответственных действительно мало. …Сяо Лу, вы сказали, она из второго отряда? Давайте этих новых студентов тоже определим во второй отряд — пусть хоть пример перед глазами будет.

Лу Пинхао инстинктивно нахмурился, но, вспомнив о новых партах, учебниках и оборудовании, кивнул и больше ничего не сказал.

К шести часам остальные старосты начали собираться.

По вчерашнему плану прошло собрание, раздали задания, объяснили правила и меры предосторожности — и, наконец, настало время сбора.

После последней сверки списка участников в отделе волонтёрской деятельности Дин Цзюйцзюй уже собиралась идти на место сбора, как в дверь заглянула другая староста второго отряда:

— Цзюйцзюй, Лу Лао сказал собираться.

— Ага, сейчас.

Дин Цзюйцзюй убрала документы и вышла вслед за девушкой, и они направились к месту сбора на территории университета.

— Эй, Цзюйцзюй, ты слышала? Сегодня, кажется, добавили несколько волонтёров.

— Да. Вы их уже видели?

— Не разглядела толком, но… — девушка замялась. — Мы мельком увидели издалека, и это выглядело пугающе… Как будто не волонтёрство, а торговля людьми.

— А? — Дин Цзюйцзюй удивилась. — Что случилось?

— Эти новые волонтёры приехали на роскошных машинах. Остальные ничего, но одна из машин… Её сопровождали два чёрных внедорожника, и четыре человека в чёрных костюмах и тёмных очках окружили её со всех сторон. Мы даже слышали, как они говорили: «Осторожно, а то снова сбежит…»

Дин Цзюйцзюй: — …

Моргнув пару раз, девушка пришла в себя и не смогла сдержать улыбку:

— Вы уверены, что едут на волонтёрство, а не снимать фильм?

— Мы тоже так подумали.

— А что дальше?

— Дальше? Я только начала доставать семечки, чтобы посмотреть представление, как Лу Лао увёл меня.

На лице девушки появилось недовольное выражение, но оно продержалось меньше двух секунд, после чего она вдруг потянула Дин Цзюйцзюй за рукав:

— Цзюйцзюй, смотри, это же те самые в чёрных костюмах… Эй, почему их машина остановилась рядом с нашим автобусом?

Глядя на четырёх внушительных охранников, Дин Цзюйцзюй вдруг почувствовала лёгкое предчувствие, что эта поездка может оказаться не такой уж приятной.

— …Это значит, что их зачислили в наш отряд.

— А?! — подруга удивлённо воскликнула. — Правда? Они будут с нами в одной группе? Тогда точно не соскучимся! Эй, Цзюйцзюй, на что ты так задумчиво смотришь?

— … — Дин Цзюйцзюй странно посмотрела на машину, окружённую четырьмя охранниками, и отвела взгляд.

Тот мелькнувший силуэт… Почему-то показался ей знакомым…

Наверное, показалось?

Дин Цзюйцзюй покачала головой и улыбнулась подруге:

— Ни на что. Пойдём.

А в это время, за чёрным внедорожником, загородившим обзор, Сун Шуай остановился и, глядя, как дверь машины медленно открывается, устало потер лицо:

— Теперь увидеться с тобой стало труднее, чем взобраться на небо… Молодой господин Хань.

http://bllate.org/book/4274/440615