Выход из лабиринта
Чжан Чэнъюй от поднятого Белым Тигром ветра потерял ориентацию в пространстве, но наконец устоял на ногах. Внезапно перед глазами у него сначала потемнело, а затем снова посветлело — он уже вернулся в научно-исследовательский институт. В институте неизвестно когда дали свет, и Лу Боянь стоял в нескольких шагах от него. В ореоле света от ламп вся его фигура казалась высокой, прямой, стройной и испускала какое-то невыразимо спокойное и прекрасное сияние. Чжан Чэнъюй не мог разозлить выражение его лица и лишь окликнул:
— Лу Боянь?
Лу Боянь вышел из тени и света, на его лице царило мягкое выражение, и он произнес:
— Вышел!
— Да, вышел! — отозвался Чжан Чэнъюй. — Спасибо тебе!
Тот покачал головой и ответил:
— Тебе не нужно говорить мне спасибо!
Чжан Чэнъюй улыбнулся:
— Ладно! На этот раз можно сказать, что мы побывали товарищами, прошедшими через жизнь и смерть. Я определенно записываю тебя в свои друзья!
Лу Боянь слегка опустил голову и переспросил:
— Друзья?
Его голос прозвучал предельно тихо и глухо, и Чжан Чэнъюй сперва не расслышал, что именно он сказал, поэтому переспросил:
— Что?
В этот момент рядом неожиданно послышался кашель. Чжан Чэнъюй повернулся на звук и увидел, что Фан Пинь присела на корточках в углу, упираясь одной рукой в пол, и при этом сильно кашляла. Он торопливо подошел, помог ей подняться и спросил:
— Сестрица Пин, как ты?
Фан Пинь отмахивалась, продолжая кашлять. По кашлянув добрую минуту, она наконец успокоилась и произнесла:
— Ничего страшного! Просто в горле немного запершило, откашляюсь — и пройдет!
Увидев, что ее лицо порозовело, Чжан Чэнъюй с облегчением выдохнул:
— Раз все в порядке, то хорошо!
Лу Боянь холодно глянул на Фан Пинь и бросил:
— Поздно уже, пора заканчивать работу!
Чжан Чэнъюй взглянул на часы — они уже вернулись в норму, и на циферблате светилось десять часов, как раз время окончания вечерней смены. Сегодня ночью произошло слишком много всего, и заметив, что Фан Пинь чувствует себя не лучшим образом, он сказал:
— Сестрица Пин, иди домой первой!
Фан Пинь, казалось, все еще пребывала во власти пережитых в иллюзии событий и выглядела рассеянной. Она механически кивнула и ответила:
— Хорошо!
С этими словами она направилась к выходу. Видя ее совершенно потерянный вид, Чжан Чэнъюй не удержался и крикнул ей в спину:
— Сестрица Пин, будь осторожна по дороге!
Фан Пинь ничего не ответила и не обернулась, продолжая идти вперед. Чжан Чэнъюй не придал этому особого значения, решив, что она просто испугалась и еще не до конца отошла от шока.
В холле осталось всего трое. Заметив, что ни Лу Боянь, ни Сяо Ци вовсе не собираются уходить, Чжан Чэнъюй удивленно спросил:
— Вы это к чему? Разве не уходите?
Сяо Ци с усмешкой ответил:
— Мне все равно некуда идти, с этого момента буду следовать за старшим братом!
Едва он договорил, как Чжан Чэнъюй и Лу Боянь в один голос произнесли:
— Не пойдет!
Сяо Ци опешил и возмутился:
— Почему это не пойдет?!
— Кхм, — Чжан Чэнъюй легким кашлем прочистил горло. — Видишь ли... у меня нет опыта воспитания детей.
— Я не ребёнок...
— И опыта содержания черной дыры у меня тоже нет.
— Братец, думаю, ты не так меня понял, — возразил Сяо Ци. — Мне не нужно, чтобы ты меня особо воспитывал, я и сам о себе позабочусь. Просто мне некуда идти, позволь мне просто держаться рядом с тобой!
Чжан Чэнъюй тщательно все обдумал. Он занимался археологией, целыми днями либо засиживался на сверхурочных, либо мотался по раскопкам. Если за ним везде будет таскаться ребенок или огромная черная дыра — в любом случае выглядеть это будет сомнительно. Самое главное, он жил не один и попросту не представлял, под каким предлогом сможет привести домой такое существо, как Сяо Ци, поэтому твердо заявил:
— Все равно не пойдет!
Сяо Ци надул губы, приняв жалобный и обиженный вид, и протянул:
— Но тогда я снова останусь совсем один, брошенный на произвол судьбы! Братец, ну позволь мне пойти с тобой, я обещаю быть послушным, клянусь, что не стану навлекать неприятности и доставлять тебе хлопоты!
— ... — произнес Чжан Чэнъюй. — Дело же вовсе не в хлопотах...
Лу Боянь мрачно покосился на него и заметил:
— От тебя слишком сильно разит призрачной ци, тебе не следует подолгу оставаться рядом с обычными людьми!
Услышав это, Сяо Ци опустил голову с совершенно унылым видом! Чжан Чэнъюй удивленно спросил:
— Лу Боянь, откуда ты столько всего знаешь об этом?
Взгляд Лу Бояня мелькнул, и он ответил:
— Просто кое-что слышал. Ничего особенного. Поздно уже, возвращайся, а со всем остальным разберемся завтра!
Чжан Чэнъюй сказал:
— Погодите, идите первыми! Мне, пожалуй, придется остаться, нужно отыскать кое-какие материалы.
Лу Боянь нахмурился:
— Какие еще материалы? Обязательно искать их именно сегодня ночью?
Чжан Чэнъюй горько улыбнулся:
— После всего, что случилось сегодня, в институте завтра наверняка поднимется переполох. Я хочу посмотреть, не удастся ли заранее отыскать хоть какие-то зацепки.
— Нельзя! — возразил Лу Боянь. — Сейчас ночь, здесь небезопасно, лучше возвращайся домой, а завтра поищешь все то же самое!
Чжан Чэнъюй подумал и признал, что в этом есть смысл. Сегодня ночью произошло столько странностей, он чуть было не лишился жизни, и раз уж удалось с таким трудом спастись, оставаться здесь и ждать новых сюрпризов было бы откровенной глупостью. Поэтому он вздохнул:
— Ладно! Тогда я сейчас просто возьму пару книг, чтобы поизучать дома. Верно, вы идите первыми, не нужно ждать меня у выхода, я ведь тоже сразу вернусь!
С этими словами он быстро поднялся наверх и прихватил несколько книг.
Взяв книги в библиотеке, Чжан Чэнъюй спустился вниз и к своему удивлению обнаружил, что Лу Боянь все еще ждет его в холле первого этажа. Озадаченный, он спросил:
— Ты до сих пор не ушел?
Лу Боянь коротко ответил:
— Уже поздно, я отвезу тебя домой.
Чжан Чэнъюй замер, но быстро все сообразил: тот наверняка приехал на собственной машине. И без того обязанный Лу Бояню за спасение своей шкуры этой ночью, он теперь совершенно не смел снова утруждать его, поэтому замахал руками:
— Не нужно, не нужно!
Лу Боянь бросил на него взгляд, не терпящим возражений тоном произнеся:
— Пойдем!
Сказав это, он первым направился к выходу.
Чжан Чэнъюй: «...»
Шагая следом, он заговорил:
— Эй, тебе правда не нужно меня везти, так поздно, я и сам прекрасно доберусь!
Однако шедший впереди Лу Боянь пропустил его слова мимо ушей.
Машина Лу Бояня была припаркована у обочины прямо перед входом в институт. Он открыл дверцу пассажирского сиденья, встал рядом и неотрывно уставился на Чжан Чэнъyя с таким видом, будто собирался буравить его взглядом до тех пор, пока тот наконец не залезет в салон. Чжан Чэнъюй под этим давящим взором почувствовал себя крайне неуютно и наконец вздохнул:
— Ладно-ладно, спасибо!
Едва он устроился на сиденье, как Лу Боянь наклонился к нему, вытянул ремень безопасности и принялся пристегивать его.
Они оказались невероятно близко друг к другу, и Чжан Чэнъюй даже уловил исходящий от его одежды легкий аромат кондиционера для белья. Сердце у него испуганно ёкнуло, и он поспешно перехватил ремень, чувствуя себя не в своей тарелке:
— Я сам!Лу Боянь позволил ему самому забраться внутрь и ничего не сказал, аккуратно закрыв за ним дверь, после чего обошел машину со стороны водительского места и тронулся с места!
Машина быстро неслась по дороге, и с самого момента посадки оба хранили молчание. Чжан Чэнъюй мысленно прокручивал все события сегодняшнего вечера и одновременно размышлял над тем, как на следующий день доложить Ван Си об истории с древним трупом. В раздумьях он внезапно сообразил, что в какой-то момент кто-то пропал, и озадаченно спросил:
— Кстати, а где Сяо Ци?
— Брат, я здесь! — раздался голос самого Сяо Ци.
Чжан Чэнъюй опешил и машинально обернулся на заднее сиденье, но оно было совершенно пустым — фигуры Сяо Ци там не наблюдалось.
— Здесь, брат…
Только теперь Чжан Чэнъюй заметил, что звук доносится из маленькой стеклянной бутылочки, висевшей у лобового стекла. Раньше он не обращал на нее особого внимания, приняв за обычное украшение. Присмотревшись внимательнее, он увидел, что Сяо Ци уменьшился до размеров большого пальца и чинно сидит внутри бутылочки, глядя на него. Чжан Чэнъюй изумленно произнес:
— Как ты… оказался здесь?
Сяо Ци принял вид глубоко обиженного существа и пробормотал:
— Это мой новый дом!
Чжан Чэнъюй: «……»
В этот момент Лу Боянь пояснил:
— От него исходит слишком много энергии инь, изолировать его можно только так!
«……» Чжан Чэнъюй, сдерживая смех, произнес:
— Сяо Ци! А знаешь, в таком виде ты даже довольно милый!
— Ох, — уныло отозвался Сяо Ци.
Чжан Чэнъюй улыбнулся уголками рта и спросил:
— Ты что же, решил последовать за Лу Боянем?
Сяо Ци опустил маленькую головку и ничего не ответил. Лу Боянь молвил:
— Пусть пока побудет со мной, чтобы не натворил дел на воле!
Чжан Чэнъюй кивнул. Поступок Лу Бояня был вполне разумен: с такими особыми созданиями, как Сяо Ци, действовало правило — чем меньше людей знают об их существовании, тем лучше. К тому же из-за своего наивного характера он мог легко выдать себя снаружи, и тогда неизвестно, какие неразрешимые проблемы могли бы возникнуть. Лу Боянь разбирался в подобных вещах куда лучше, так что под его присмотром Сяо Ци вряд ли натворит больших бед!
Жил Чжан Чэнъюй недалеко от научно-исследовательского института, и они добрались очень быстро! Лу Боянь припарковал машину у подъезда и спросил:
— На каком ты этаже? Проводить тебя наверх?
Чжан Чэнъюй невольно усмехнулся:
— Не нужно! Я и так премного благодарен, что ты меня подвез. Я ведь не ребенок, неужто обязательно провожать до самой двери? Спасибо за сегодняшний вечер, еще увидимся! Сяо Ци, пока! — С этими словами он вышел из машины.
Лу Боянь дождался, пока его силуэт скроется в подъезде, после чего вновь тронулся с места и уехал.
Едва переступив порог, Чжан Чэнъюй ощутил на себе полный враждебности взгляд: Тао Шуомин сидел на диване и сверлил его суровым взором.
— Чжан Чэнъюй, ты вспомнил, что у тебя есть дом! Какого черта ты не брал трубку, когда я звонил?
— Телефон? — Чжан Чэнъюй опешил, а затем вспомнил, что его мобильный славно погиб прямо под взглядом Белого Тигра. Он помассировал переносицу и ответил:
— Ой, я потерял телефон. А что такое? Зачем ты снова звонил?
Тао Шуомин посмотрел на него с брезгливостью:
— Потерял? Хватит мне врать, разве я не звонил тебе около девяти часов вечера? Тогда-то ты его еще не потерял!
Чжан Чэнъюй: «……Правда потерял! Как раз после того разговора».
«……» Тао Шуомин протянул: — Только не говори мне, что ты нарочно выбросил телефон, потому что не хотел звонить своей матушке?
— А у тебя богатая фантазия, — отозвался Чжан Чэнъюй. — Но я его действительно потерял! Зуб даю!
Тао Шуомин: — На карманника нарвался?
Снимая обувь у входа, Чжан Чэнъюй проговорил:
— Сам бы хотел, чтобы это был карманник, по крайней мере, это не противоречило бы здравому смыслу.
Тао Шуомин, казалось, услышал нечто невероятное:
— Противоречило здравому смыслу? Ого! Мировоззрение нашего великого мастера Чжана, основанное на науке, оказывается, можно разрушить? Ну-ка, выкладывай, дай мне развлечься!
Разувшись, Чжан Чэнъюй бросил на него косой взгляд и предупредил:
— Советую морально подготовиться! — С этими словами он тоже опустился на диван и во всех подробностях поведал другу о череде ночных происшествий.
Выслушав его, Тао Шуомин посмотрел на него с глубокой скорбью во взоре и лишь спустя долгое время произнес:
— Чжан Чэнъюй, у тебя с головой всё в порядке? Ты что, мне страшную сказку рассказываешь? Никогда бы не подумал, что ты, молодой господин Чжан, читаешь страшилки. Какая редкость! Но извини, твоя страшилка оказалась ни капли не страшной.
«……» Чжан Чэнъюй серьезно произнес:
— По-твоему, я выгляжу так, будто шучу?
Услышав это, Тао Шуомин пристально уставился на него и, убедившись, что друг не шутит, выдал:
— Черт, да ты и впрямь призраков повидал! А я ведь примерный юноша, приверженец материализма, не пугай меня так!
Чжан Чэнъюй закатил глаза:
— Хочешь верь, хочешь нет! Кстати, зачем ты мне потом опять названивал?
Стоило завести об этом речь, как Тао Шуомин тут же завелся и раздраженно бросил:
— Да всё из-за твоей матушки! Она звонила тебе, но ты не ответил, поэтому она набрала мне и стала допытываться, куда ты запропастился и почему игнорируешь звонки. Какого черта, я тебе что, нянька? Сам с ней разбирайся, и прекрати трезвонить мне по пустякам — это ты ее сын, а не я!
Чжан Чэнъюй рассмеялся:
— И только-то? А я уж думал, у тебя какое-то срочное дело, лицо было такое, будто сожрать меня хочешь.
— Кстати, — хитро улыбаясь, Тао Шуомин вытащил какую-то фотографию. — Быстро признавайся, кто это? С каких это пор у тебя появилась девушка?
Чжан Чэнъюй: «……»
На фотографии была запечатлена та самая кузина, которую Фан Пинь силой всучила ему в больнице. Чжан Чэнъюй совершенно не интересовался этим вопросом, поэтому по возвращении домой просто сунул снимки куда попало, никак не ожидая, что Тао Шуомин их откопает. Он тяжело вздохнул:
— По-твоему, я похож на человека, у которого есть время на романтические отношения?
Тао Шуомин окинул его взглядом и покачал головой:
— Не похож!
— Ну вот и всё!
— Но девушка-то хорошенькая! К тому же здесь указан ее номер телефона, неужто совсем не зацепило?
С бесстрастным выражением лица Чжан Чэнъюй ответил:
— Пожалуй, меня гораздо проще зацепить работой!
Тао Шуомин: «……» — После чего расплылся в улыбке и предложил: — Раз ты к ней равнодушен, уступи эту девчонку тому, кого она зацепила, а? Я сам стану за ней ухаживать!
Видя, как тот кривляется и изо всех сил изображает ластящегося кота, Чжан Чэнъюй почувствовал легкое отвращение. Он поспешно отошел в сторону и бросил:
— Делай что хочешь!
http://bllate.org/book/42148/5389409
Сказали спасибо 0 читателей