Внутри чёрной дыры царил непроглядный мрак, не было видно абсолютно ничего. Чжан Чэнъюй позвал:
— Лу Боянь? Лу Боянь…
— …
Никто не ответил, не было даже эха, воздух стоял до странного тихий.
Наконец, поняв, что звать бесполезно, Чжан Чэнъюй осторожно сделал первый шаг. Но не успел он опомниться, как под ногой внезапно ничего не оказалось, и его тело неуправляемо полетело вниз. В темноте не за что было зацепиться взглядом, и Чжан Чэнъюй понятия не имел, с какой скоростью падает, — он лишь слышал, как над самым ухом не смолкая свистит ветер. Без почвы под ногами он летел неизвестно сколько, и когда Чжан Чэнъюй уже решил, что эта дыра и вовсе бездонная, его стопы наконец коснулись твёрдой земли.
Внизу по-прежнему клубилась бесконечная тьма. Столкнувшись с неизвестностью, человек инстинктивно испытывает страх; Чжан Чэнъюй с трудом подавил это чувство и снова крикнул:
— Лу Боянь?
— …
Ему ответило всё то же молчание.
В темноте невозможно было определить направление, и Чжан Чэнъюй, не имея выбора, наугад двинулся вперёд. На этот раз он учёл горький опыт и шагал крошечными шажками, опасаясь новых неожиданностей.
Прошаркав так довольно долго, он вдруг заметил впереди какой-то крошечный огонёк. Похожий на маленькую лампу, в темноте он привлекал к себе всеобщее внимание, и Чжан Чэнъюй ускорил шаг, направляясь к нему. Подойдя ближе, он с удивлением понял, что никакая это не лампа — перед ним лежал его собственный мобильный телефон, который в офисе засосало в дыру, а теперь он чудесным образом вернулся к нему в руки.
В свете экрана Чжан Чэнъюй заметил неподалёку офисный стол, стулья, кулер с водой и прочие вещи. Хотя всё было немного разбросано, предметы оказались в полной сохранности. На сердце у него отлегло: раз втянутые внутрь вещи и он сам не пострадали, не означало ли это, что и с Лу Боянем всё в порядке? Мысль об этом немного успокоила его, и он продолжил путь.
Пройдя ещё немного, Чжан Чэнъюй вдруг услышал глухие, едва слышные звуки, словно нечто пробивалось сквозь толщу земли. Только что успокоившееся сердце Чжан Чэнъюя вновь подпрыгнуло к горлу; он хотел было посветить телефоном, чтобы понять, что происходит, но в этот момент аккумулятор окончательно разрядился, и аппарат благополучно отключился.
Чжан Чэнъюй:
— …
Звуки становились всё громче и ближе, они раздавались прямо у его ног, и спустя несколько секунд Чжан Чэнъюй отчётливо почувствовал, как какая-то рука вцепилась ему в левую стопу.
Он вздрогнул и испуганно произнес:
— …Лу Боянь? Это ты?
— …
Тут же две другие руки одновременно схватили его за правую ногу — всего его удерживали уже три руки. Чжан Чэнъюй сразу понял, что дело неладно, и его первой реакцией было попытаться вырваться. Но эти три руки смыкались мёртвой хваткой, словно железные клещи, накрепко прижав его ноги к земле, так что сдвинуть их с места не было никакой возможности.
Второй реакцией Чжан Чэнъюя было наклониться и попытаться разжать пальцы, вцепившиеся в его лодыжки. Однако стоило ему коснуться этих мёртво держащих его рук, как в висках резко закололо: безо всяких сомнений, это были три иссохших, похожих на скелетные конечности руки.
Пространство внутри чёрной дыры оказалось огромным, и Лу Боянь шёл здесь с закрытыми глазами уже довольно долго.
Здесь царил кромешный мрак, так что с закрытыми глазами или нет — разницы не было никакой, однако лишение зрения позволяло ему обострить другие органы чувств.
Наконец он уловил в воздухе малейшее движение воздушных потоков. Лу Боянь двинулся в ту сторону, откуда они исходили, и вскоре почувствовал, что движение воздуха вокруг ускоряется: всё тянуло в одну сторону, в пространстве разливалась странная сила всасывания. Впрочем, по сравнению с той воронкой, что бушевала снаружи чёрной дыры, эта сила казалась сущим пустяком. Наружная затягивала внутрь и людей, и предметы, а эта напоминала дыхание кого-то, кто безостановочно и жадно глотает воздух.
Лицо Лу Бояня слегка потемнело, и он отточенным движением нанёс передний удар ногой, отбросив прочь невидимую тварь, которая втягивала в себя воздух.
— …
Воздух замер на несколько секунд.
— Уа-а-а…
Из темноты донёсся донельзя обиженный плач.
Если прислушаться, можно было заметить, что в этих рыданиях слышатся чистые и мягкие нотки — голос несомненно принадлежал ребёнку.
С каменным выражением лица Лу Боянь пошел на звук плача. Сделав всего пару шагов, он услышал сквозь слезы:
— Уа-а-а… Не бейте меня, я больше не буду… У-у-у…
— … — произнёс Лу Боянь: — Это ты управляешь чёрной дырой?
— Уа-а-а…
Лу Боянь нахмурился:
— Отвечай мне!
— У-у-у… Да, у-у-у… Нет, то есть не совсем, у-у-у-у…
— Что это значит?
— Уа-а-а… Да потому что я и есть эта дыра, и эта дыра — это я, у-у-у-у…
— … — Лу Боянь потёр переносицу и велел: — Хватит реветь, прекрати плач!
— Уа-а-а… Вы меня побьёте, у-у-у…
Лу Боянь вздохнул:
— Отвечай нормально на мои вопросы, и я не стану тебя бить. А если продолжишь реветь — точно отделаю!
Стоило ему это произнести, как плач мгновенно оборвался.
Лу Боянь продолжил допрос:
— Ты хочешь сказать, что эта чёрная дыра — твое истинное тело?
— Да!
— И призрачное замыкание круга (Гуйдацян) снаружи — тоже твоих рук дело?
— Нет!
— А чьих же?
— Не знаю! Честно не знаю!
— … — спросил Лу Боянь: — Тогда зачем ты здесь объявился?
— Да так… Проснулся — а я уже тут!
— Чего ради ты всё преследуешь нас?
— Мне скучно!
— …
Лу Боянь на мгновение замолчал и сказал:
— Мне нужно наружу. И чтобы больше за нами не увязывался!
— Ой! А вы что, вместе отсюда уйдёте?
Лу Боянь переспросил:
— Мы?
— Ну да! Тот старший брат, что был с тобой, он ведь тоже сюда забрался.
Поколебавшись секунду, существо поспешно добавило:
— Не я его затянул, он сам пришёл.
Лу Боянь нахмурился:
— Где он сейчас?
— У меня в животе! Разве ты сейчас не у меня в животе?
— …Я имею в виду здесь… в каком именно месте твоего живота!
— Ой! Понятия не имею, живот у меня огромный, я и сам не разберусь, знаю только, что он завалился внутрь.
Чжан Чэнъюй с огромным трудом высвободил одну ногу, но из земли тут же показались новые сухие руки и снова прижали его к полу. В темноте ничего не было видно, никаких подходящих инструментов под рукой не оказалось, и когда он уже отчаялся от нахлынувшей паники и бессилия, по спине вдруг пробежал леденящий холодок, и чья-то пара рук сзади молниеносно сомкнулась на его горле.
Чжан Чэнъюй инстинктивно попытался оторвать эти пальцы от шеи, но хватка оказалась невероятно сильной. К тому же ноги были накрепко прижаты к земле, так что опереться на корпус не получалось, и как бы он ни тужился, две мёртвые руки на его шее не ослабили хватку ни на йоту.
Некоторое время они боролись. Чжан Чэнъюй чувствовал, что его горло вот-вот сломается, удушье становилось всё невыносимее, от нехватки кислорода в голове зазвенело, а тело слабело с каждой секундой. В тот самый момент, когда он уже мысленно распрощался с жизнью, его лица неожиданно коснулся луч света. Его глаза, долго привыкавшие к темноте, от резкого сияния невольно зажмурились.
При свете экрана Лу Боянь увидел, как нечто, похожее на высохшую мумию, отчаянно душит Чжан Чэнъюя, явно намереваясь свернуть ему шею.
Его зрачки сузились. Выхватив из-за пояса кинжал, он странной, причудливой поступью обогнул мумию сзади и, словно стебли лукового порея, одним движением срезал под корень обе руки, сжимавшие горло Чжан Чэнъюя, а заодно раздавил ногой череп твари.
Хватка на спине Чжан Чэнъюя ослабла, и его тело повалилось назад. Но поскольку ноги по-прежнему намертво прижимало к полу, он смог завалиться лишь набок в крайне неестественной позе, однако на лету его подхватил Лу Боянь.
Голова Чжан Чэнъюя всё ещё кружилась от гипоксии; полуприслонившись к Лу Бояню, он жадно ловил ртом такое долгожданное свежее дыхание. В этот момент из-под земли к его голени снова потянулась костлявая рука.
Лицо Лу Бояня посуровело: только сейчас он заметил, что Чжан Чэнъюя по-прежнему держат несколько мёртвых рук. Он единым взмахом отсек и эту подбирающуюся руку, и те, что держали снизу, после чего бросил острый взгляд на стоявшего в стороне маленького мальчика.
Мальчик со страху вздрогнул от его ледяного взгляда и залепетал:
— Н… не я, я и сам не знаю… Раньше я затянул сюда слиш… слишком много всякой всячины.
Чжан Чэнъюй сделал несколько глубоких вдохов, наконец приходя в себя. Увидев рядом Лу Бояня, он с облегчением улыбнулся:
— Как же здорово, что ты цел и невредим!
Лицо Лу Бояня оставалось мрачным, он спросил:
— Какого чёрта ты тоже сюда полез?
— Искать тебя! На, — Чжан Чэнъюй сунул камень обратно в руку Лу Бояню, — оставь эту волшебную штуковину себе!
Он похлопал Лу Бояня по плечу и продолжил:
— Хотя я очень тронут тем, что ты бросился меня спасать, в следующий раз думай сначала о собственной шкуре, когда окажешься в опасности. Я вовсе не намерен быть у кого-то в долгу за жизнь!
Услышав это, Лу Боянь ошеломлённо уставился на него, шевельнул губами, словно собираясь что-то сказать, но в конце концов выдавил лишь:
— Ладно!
Чжан Чэнъюй поднялся на ноги и, заметив стоявшего неподалёку мальчика с лицом изъятым из нефрита, который во все глаза уставился на него, изумлённо воскликнул:
— Это ещё кто?
— Привет! Меня зовут Сяо Ци! — бойко представился ребёнок.
— Привет! — опешил Чжан Чэнъюй. — Малыш, что ты делаешь в таком месте?
Сяо Ци похлопал своими красивыми большими глазами и возразил:
— Я не малыш! Мне уже несколько сотен лет!
— … — на лице Чжан Чэнъюя застыл огромный знак вопроса, и он перевёл взгляд на Лу Бояня.
Тот вкратце обрисовал ему ситуацию. Научная картина мира Чжан Чэнъюя в эту ночь разрушилась до основания: при виде Сяо Ци для него вновь открылись двери в дивный новый мир. Он тупо уставился на нежно умытого ребёнка перед собой, никак не способный связать его образ с той чёрной дырой. Очистив горло, он осведомился:
— Послушай, у меня есть вопрос.
Сяо Ци кивнул:
— Спрашивай.
— И как же нам теперь выбраться из твоего живота?
Сяо Ци улыбнулся, обнажив два очаровательных клыка, и ответил:
— Да проще простого! Я вас просто выплюну обратно!
— … — усомнился Чжан Чэнъюй: — Мы что, вылетим наружу вместе со всеми этими скелетами и прочей дрянью?
— Ни за что! — отрезал Сяо Ци: — Я выплевываю только то, что захочу, а не всё подряд. Если выплюнуть всё подчистую, в животе останется пустота, и мне будет очень больно и неприятно!
Чжан Чэнъюй:
— …Ладно! Тогда можно ещё вопр…
Он не успел договорить: мир вокруг него завертелся волчком, и он рухнул на землю.
http://bllate.org/book/42148/5389407
Сказали спасибо 0 читателей