Теперь же, глядя со стороны, Фэй Цзи находил, что кроме смазливой внешности в Юнь Цинчэне не было абсолютно ничего интересного.
Подумать только, столько лет рос под крылом того старого монаха, а теперь наивен, как кролик.
Если хорошенько его выдрессировать, пожалуй, во всём будет повиноваться, получится знатный острый клинок.
Фэй Цзи склонил голову, и подушечки его пальцев скользнули по ранке на лбу юноши, медленно опускаясь ниже по влажным прядям.
Когда он уже собирался коснуться затылка, Юнь Цинчэнь вздрогнул и настороженно отпрянул.
Фэй Цзи тут же потянул его за одежду:
— На улице такой холодина, этот достопочтенный так и быть возьмёт тебя с собой в Шэньду.
Спешить некуда. Раз уж Юнь Цинчэнь попался ему в руки, то рано или поздно станет послушным.
К тому времени, как они прибыли в Резиденцию евнуха-главы, Юнь Цинчэнь уже крепко спал.
Заполучить Юнь Цинчэня так легко — поистине, это оказалось неожиданностью для Фэй Цзи.
А то, что дается слишком просто, люди обычно не ценят.
Фэй Цзи вскоре бросил его и ушёл.
В тот момент ему куда больше хотелось найти какое-нибудь развлечение.
……
Юнь Цинчэню снились кошмары.
Кровавое небо, кровавое море, а он, испытывая муки тысячи порезов, громко допытывался у Цинь Жуя:
— Жуй-эр, учитель наставлял тебя целых десять лет, почему ты так со мной поступил?
Стоявший на возвышении юный наследный престол хладнокровно наблюдал сверху вниз, как его шаг за шагом поглощает смерть.
— Потому что ты не должен был появляться.
— Потому что ты должен умереть.
Боль сокрушала каждую косточку в его теле, и изо дня в день он испускал горестные стоны.
— Нет у императоров сердца!
— Фэй Цзи!
Убей меня, спаси меня!
Юнь Цинчэнь резком рывком распахнул глаза. Его бледные губы дрожали, всё тело била такая сильная дрожь, что он не мог пошевелиться — он явно еще не до конца отделил явь от сна, застряв в фантомной боли, из которой не мог выбраться.
— Что, соскучился по этому достопочтенному? Даже во сне не можешь обойтись без него.
Внезапно раздался вкрадчивый, с лукавым налётом голос Фэй Цзи.
Юнь Цинчэнь затуманенным взором перевел взгляд и увидел сидящего на краю кровати Фэй Цзи, который с невероятно соблазнительным видом пялился на него.
Закинув ногу на ногу и небрежно подперев подбородок рукой, он неизменно произносил своими тонкими губами слова показной жалости.
— Бедняжка, что за кошмар тебе приснился? Хочешь, этот достопочтенный утешит тебя?
Фэй Цзи слегка подался вперед и помог ему поправить одеяло:
— Или ты так возбужден тем, что этот достопочтенный явился, словно божество?
— Говорил ли тебе кто-нибудь… что ты порой бываешь невыносимо болтлив?
В эту пору Фэй Цзи было всего восемь лет, и он совсем не казался таким мрачным и устрашающим, какими станут годы спустя — в нем еще отчетливо угадывался мальчишеский задор.
Теперь же, вернувшись из прошлого, он хоть и прожил двадцать четыре года, но душой состарился неимоверно.
— Никто, — отозвался Фэй Цзи. — Сказал бы — умер.
Что в прошлой жизни, что в нынешней, когда Фэй Цзи смотрел на него, этот взгляд всегда был прямым и обжигающим. Раньше он умел с этим справляться, но теперь, стоило ему увидеть это лицо, как перед глазами вставали картины его собственных жутких мук, когда он превратился в человеческую свинью.
Он в испуге отвел взгляд:
— Разве главный евнух не отличается от того, что говорят в народе? Вы даже не расспросили меня о происхождении, а просто привезли в свою резиденцию — неужели вы не боитесь, что я лазутчик?
— Лазутчик, которого этот достопочтенный может придушить одной рукой?
— ……
С годами Юнь Цинчэню всё реже удавалось переспорить это пропитанное презрением ко всему на свете высокомерие Фэй Цзи.
И всё же Юнь Цинчэнь стоил того, чтобы его выучил тот старый монах: от макушки до пят в нем сквозило это глупое сострадание ко всем живущим, от которого воротило.
Если бы не польза от него, Фэй Цзи и впрямь придушил бы его на месте.
Пока он думал об этом, рука Фэй Цзи сама собой, невесть когда, уже сомкнулась на горде Юнь Цинчэня.
Руки Юнь Цинчэня резко напряглись, и он ошеломленно уставился на Фэй Цзи.
Тот хотел его убить.
Фэй Цзи медленно разжал пальцы.
И впрямь, судя по всему, тот от своего буддийского усердия совсем лишился рассудка.
Скучно.
До жути скучно.
Если бы не необходимость отправить его во дворец наставником к тем маленьким принцам, ради которой от этой пешки была хоть какая-то польза, её можно было бы смело заменить.
Раз уж это марионетка на ниточках, то кому именно ею быть — совершенно неважно. Улыбка на губах Фэй Цзи померкла.
— Ваше Величество прислал людей. Приведи себя в порядок. Пойдем во дворце с государем.
Юнь Цинчэнь сутулясь медленно поднялся и сквозь окно проводил взглядом уходящего Фэй Цзи.
Тот держался прямо, не оборачиваясь назад, и под лучами ослепительного солнца казался сияющим.
Ему обожгло глаза, зрачки слегка увлажнились. Только сейчас он осознал: если отбросить дурную славу Фэй Цзи как безжалостного убийцы, сам по себе он привлекал к себе еще больше внимания.
Стоило им выйти во двор, как Чу И расплылся в ушибленной ухмылке:
— Хозяин, этот Цветочный парень так и норовит пялиться на вас. Уж не пал ли он ниц перед вашей мошонкой?
— Тем лучше, — небрежно бросил Фэй Цзи. — В таком случае им будет куда проще и удобнее управлять.
Фэй Цзи разочарованно цыкнул:
— Тьфу, жаль только, что он не женщина.
— Хозяин, будь он женщиной, вы бы точно отправили его во дворец смущать государево сердце, в конце концов, Ваше Величество такой сластолюбец.
Вспомнив внешность Юнь Цинчэня и его совершенно не вяжущиеся с ней манеры и слова, Фэй Цзи вновь потерял всякий интерес.
— Кроме смазливой мордашки — ни на что не годен.
Уж если Фэй Цзи удостаивал кого-то похвалы за красоту, значит, тот действительно был хорош собой. Чу И, привыкший к капризам своего господина, еще мог это стерпеть.
А вот Чу Эр был совсем другим: стоило ему лишь впервые встретиться с добычей Фэй Цзи, как он тут же положил на нее глаз. Разве это не самоубийство?
— Замени Чу Эра. Тошно на него смотреть.
Чу И ничуть не удивился:
— Слушаюсь.
Чу И лично расправился с Чу Эром.
Тот до последнего не мог в это поверить: он целый год верой и правдой прислуживал Фэй Цзи, а теперь его казнят всего лишь за одно сказанное невпопад слово!
Как же сильно он был не согласен с такой участью!
— Это ты вечно бросаешься на хозяина! С какой стати я должен умирать из-за одной оговорки!
Чу И моргнул, с вызовом указал на себя пальцем и громко рассмеялся, обнажив свои хищные острые клыки.
— А я разве забыл тебе сказать? Меня ведь вырастил сам хозяин~
Не успел затихнуть его голос, как рука Чу И взметнулась, и кинжал перерезал горло Чу Эр.
Напоследок он бросил:
— Это оружие мне тоже подарил хозяин, завидуешь? Да только завидуй не завидуй, а я тебе его не отдам.
Он неторопливо стер с себя брызги крови и бросил стоявшим рядом людям:
— Отыщите кого-нибудь посторожнее на место Чу Эра. Этого уже какого по счету меняем, только лишние хлопоты.
И почему найти того, кто умеет ублажать Фэй Цзи, оказывается так трудно?
Стоило ему подумать о том, что прислуги опять не осталось и всю грязную работу придется делать самому, как на душе у него сделалось донельзя тоскливо.
Выбравшись из темницы, Чу И издали заметил, как Юнь Цинчэнь следом за проводником направляется к задним воротам — там для него уже стояла наготове запряженная повозка.
http://bllate.org/book/41942/5358614
Сказали спасибо 0 читателей