Готовый перевод The Villainess's Tragic End? / Злодейка не желает трагического финала: Глава 4

Чэнь Юньтан на мгновение замерла, после чего слегка повернулась и уступила дорогу.

Сидевшие и отдыхавшие поодаль члены охранного агентства тоже нахмурились, проявляя бдительность.

К ним приближалась женщина в черном, выглядевшая весьма загадочно. Ее лицо было скрыто под вуалью, так что возраста не разглядеть; в одной руке она держала фонарь, а в другой — раскрытый зонт. Заметив Чэнь Юньтан, она на секунду замедлила шаг, ее взгляд задержался на лице Чэнь Юньтан, и лишь спустя долгое время она едва заметно кивнула и вошла в храм.

Увидев это, люди из охранного агентства успокоились и снова сели.

Женщина в черном ничего не сказала, лишь заняла мрачный угол, стряхнула с зонта дождевые капли, поставила рядом фонарь, а затем прижалась спиной к стене. Спустя мгновение, словно что-то почувствовав, она подняла взгляд и посмотрела на Чэнь Юньтан.

Чэнь Юньтан даже не пыталась скрыть свой оценивающий взгляд и продолжала упорно смотреть прямо на нее.

— Мы случайно раньше не встречались? — спросила она.

Это была стандартная фраза для знакомства, однако Чэнь Юньтан задала ее совершенно искренне, ведь ей и впрямь казалось, что эта женщина до боли знакома — так, словно... они знали друг друга уже очень давно.

Женщина не спешила с ответом, продолжая смотреть на Чэнь Юньтан.

Она выглядела холодной и отстраненной, словно еще не обнаженный острый меч, но взгляд ее был на удивление мягким. Чэнь Юньтан лишь казалось, что сквозь нее эта женщина вспоминает о чем-то своем.

Наконец женщина покачала головой:

— Нет.

— Девушка, и впрямь погода ночная, а вы все еще в пути? — раздался голос со стороны охранного агентства.

К остальным женщина отнеслась куда холоднее: она лишь чуть кивнула в знак приветствия и больше не произнесла ни слова.

Братья из охранного агентства не придали этому особого значения и с доброжелательным участием предложили:

— Одной-то как опасно! Не подскажете, куда путь держите? Может, нам по дороге?

— Простите, боюсь, что не по пути, — ответила женщина.

Поняв, судя по всему, что та не настроена на беседу, люди из агентства больше не приставали с расспросами и вновь принялись переговариваться и смеяться между собой.

Чэнь Юньтан тем временем тихо спросила Ицуй:

— Мы с ней правда раньше не были знакомы?

Ицуй слегка покачала головой:

— Лица не видно, так что служанка не уверена. Но судя по фигуре, вряд ли мы знакомы.

Чэнь Юньтан кивнула. Ицуй была ее личной служанкой, верной наперсницей, с которой они росли вместе с малых лет. Большинство людей, которых встречала хозяйка, Ицуй наверняка знала. Раз она говорит, что «должно быть, не знакомы», значит, так оно и есть.

Она запрятала глубоко внутри сомнения насчет того, почему эта женщина показалась ей знакомой, и, чтобы не обижать незнакомку, решила больше ни о чем не расспрашивать.

Однако та неожиданно заговорила первой:

— В дождливую ночь холодно, не стойте у входа, идите сюда, отдохните. Вы выглядите нездоровой, к тому же завтра снова в дорогу.

Чэнь Юньтан слегка удивилась, но всё же подошла к ней.

Ицуй постелила на землю небольшой коврик и помогла ей опуститься.

— На самом деле мое здоровье вполне сносное, — пояснила Чэнь Юньтан.

Женщина опустила голову и молчала. Спустя некоторое время она спросила:

— Куда направляется барышня?

— В зону бедствия, — не стала скрывать Чэнь Юньтан. — Вы ведь тоже туда направляетесь?

Встретившись с ее взглядом, женщина отвела глаза, и ее ресницы легко дрогнули:

— Зачем вам туда ехать?

Чэнь Юньтан улыбнулась:

— А зачем туда направляется барышня?

Женщина снова смолкла.

— У вас есть причины, о которых нельзя говорить, и у меня они тоже есть, — Чэнь Юньтан заметила, как тонкие пальцы собеседницы чуть сильнее сжали подол платья. Помолчав, она продолжила: — Мы встретились случайно, совсем чужие друг другу люди, не стоит расспрашивать слишком подробно.

Она закрыла глаза, делая вид, что дремлет, как вдруг до ее слуха донесся легкий, едва слышный голос:

— Я немного смыслю в медицине, иду на юг помогать пострадавшим.

Чэнь Юньтан тут же открыла глаза и посмотрела на собеседницу.

Женщина в черном опустила голову и смотрела не на нее, лишь изредка бросая взгляды исподлобья.

Подумав пару секунд, Чэнь Юньтан сменила выражение лица на улыбку:

— Давайте тогда познакомимся. Моя фамилия Чэнь, а зовут Юньтан.

— Линь Шицы.

— Прекрасное имя! — Чэнь Юньтан, недолго думая, сразу же щедро осыпала ее похвалами.

Лицо Линь Шицы, скрытое за черной вуалью, кажется, тронула улыбка.

Ицуй нахмурилась и, словно что-то вспомнив, внимательно оглядела Линь Шицы, а затем перевела взгляд на Чэнь Юньтан.

Заметив ее взгляд, Линь Шицы лишь слегка кивнула.

Чэнь Юньтан не стала спрашивать Ицуй, в чем дело, а лишь с улыбкой произнесла:

— Барышня Линь, почему бы вам завтра не отправиться в путь вместе с нами? В дороге с попутчиками не будет так скучно.

— Мм, — на этот раз Линь Шицы не отказалась.

Про себя Чэнь Юньтан подумала, что отношение той к ней и впрямь было весьма необычным и проникнутым глубоким терпением.

По ее виду не скажешь, что она способна без причины проявлять доброту к людям — с теми же людьми из охранного агентства она держалась крайне холодно.

Значит, остается лишь одно: Линь Шицы действительно знала ее раньше, к тому же от самой Чэнь Юньтан ей что-то было нужно.

Чэнь Юньтан не собиралась разоблачать ее прямо сейчас, раз уж та не выказывала к ней никаких дурных намерений.

Лишь на следующий день, когда ливень прекратился и путники стали собираться в дорогу, у Чэнь Юньтан выдалась возможность расспросить Ицуй, после того как Линь Шицы отказалась от ее приглашения поехать вместе в повозке:

— Ты вчера вечером что-то вспомнила?

Ицуй помялась с полминуты и все же произнесла:

— Я слышала имя барышни Линь, но не уверена, она ли это.

— Третья барышня семьи Линь из Столицы, Линь Шицы. Раньше она ничем не выделялась, но несколько лет назад вдруг словно переменилась в одночасье. В семье Линь заявили, что в нее вселился злой дух, наняли шаманку, чтобы сжечь ее заживо. Тогда из-за этого поднялся большой шум, и в конце концов ее отправили в храм на молебны.

Ицуй никогда раньше не видела Линь Шицы вживую, но тогда история с семьей Линь наделала столько шуму, что кое-что ей все же довелось услышать краем уха.

На этот раз Чэнь Юньтан была искренне поражена:

— Вдруг переменилась в одночасье — это как? Почему это вдруг?

— Говорят, раньше она была робкой и косноязычной, ее не только постоянно шпыняла хозяйка дома, но даже слуги и мальчишки-служки могли ее обижать, а когда жених публично высмеивал ее, она лишь тайком утирала слезы. Но после того как она упала в воду, ее характер круто изменился: она сама пошла в семью жениха и расторгла помолвку, да к тому же неизвестно где обучилась боевым искусствам и врачеванию, — подробно пояснила Ицуй. События тех лет она помнила лишь урывками.

Однако чем дальше слушала Чэнь Юньтан, тем сильнее ее не покидало странное ощущение.

Падение в воду, резкая перемена характера, внезапно обретенные навыки боевых искусств и медицины...

http://bllate.org/book/41908/5353238