Готовый перевод I Became the Ghost King by Making Horror Games / Создатель кошмаров: Путь Короля призраков: Глава 17. Шкаф и тень на пороге

Эта мысль крутилась в голове Юэгуя, точно шёпот дьявола, поэтому, когда Шуйцзяо запихнул его в шкаф, он даже не шелохнулся, застыв в оцепенении. Сам же Шуйцзяо, думая лишь о том, как спастись от босса, без раздумий юркнул в соседний шкаф.

За дверью раздался стук. Шуйцзяо сразу понял: оно пришло. Дыхание его сбилось и замерло, а взгляд прикипел к узкой щели между створками шкафа. В комнате горел мертвенно-бледный свет, но коридор снаружи тонул в кромешной тьме.

Скри-ип… Протяжный звук походил на скрип старой деревянной двери, вот только дверь комнаты, на которую смотрел Шуйцзяо, даже не шелохнулась.

«Что же тогда открылось?» — опешил Шуйцзяо и тут же краем глаза увидел, как из своего шкафа выходит Юэгуй. Будь на нём датчик пульса, сердце бы уже зашкалило за сто восемьдесят ударов. «Братишка, ты чего творишь? Смерти ищешь?!» Издать ни звука Шуйцзяо не мог, но искажённое отчаянием лицо говорило само за себя. В ту же секунду скрип повторился — на этот раз распахнулась дверь самой комнаты.

Свет в комнате был белым, но тусклым и каким-то леденящим. Когда дверь распахнулась, полоса света вырвалась в коридор, и на полу вытянулась тень «нечто», стоявшего на пороге.

Судя по силуэту, это был не безголовый хозяин дома: фигура оказалась высокой и тощей, с длинными тонкими конечностями, а на месте головы расплывалось бесформенное пятно, будто клякса туши. «Он» протянул руки вперёд, словно приглашая в дружеские объятия.

— Брат, — позвал Юэгуй и тоже раскинул руки. От этого голоса у Шуйцзяо по спине пробежал табун мурашек.

Это точно был не Юэчжи — погибшие игроки сразу вылетают из игры. Что за дьявольщина, а не игра, если она умудряется использовать даже тех, кто уже вышел!

Подавляя страх, Шуйцзяо продолжал подглядывать сквозь щёлку. Его взгляд скользнул ниже и упёрся в тень Юэгуя на полу. И самое жуткое — судя по тени, у Юэгуя на плечах кто-то сидел.

Маленький, смутный человеческий силуэт устроился там, словно озорной ребёнок, забравшийся на плечи отцу. Фигурка покачивала головой, размахивала плетью и ладошками закрывала Юэгую глаза. На месте лица темнел сплошной провал, но затем эта зловещая чернота зашевелилась и медленно изогнулась в «улыбку» — будто тварь торжествовала, что её «шалость» удалась на славу.

Хруст, хруст, хруст… Сухой треск ломающихся костей поставил точку в истории Юэгуя.

Шуйцзяо больше не смотрел — просто не смел. Он дрожал, сжавшись в комок в темноте шкафа; здесь не было ни лучика света, но эта тесная мгла казалась куда безопаснее освещённой комнаты снаружи. «Да пошли вы к чёрту!» — зубы у Шуйцзяо неудержимо стучали, и, закусив палец, он мысленно крыл последними словами всех тех подписчиков, что уверяли, будто игра совсем не страшная.

Тем временем по ту сторону экрана оба брата, вылетевшие из игры, ошарашенно уставились друг на друга.

— Юэгуй, ты тоже не прошёл? — удивился Юэчжи.

На обычно невозмутимом лице Юэгуя застыла неловкость: стоило ему вырваться из удушливой атмосферы «Счастливого дома», как рассудок тут же вернулся на место.

— Угу. Я… я погиб, — признался он, но, стесняясь сознаться брату, что после его смерти сам чуть не потерял волю к жизни, поспешно перевёл тему: — Шуйцзяо ещё в игре. Интересно, сможет ли он пройти до конца.

Почувствовав, что они словно бросили товарища одного, Юэгуй торопливо добавил:

— Он наверняка ведёт стрим. Давай посмотрим.

— Давай, — согласился Юэчжи.

В игре Шуйцзяо действительно всё ещё держался.

— Спасибо тебе, братик. Ты самый лучший человек, которого я встречала, — произнесла маленькая кукла в красном платьице, стоя перед ним, а позади неё держались за руки два полностью собранных трупа.

Однако сам Шуйцзяо выглядел из рук вон плохо: правая рука была неестественно вывернута, лицо побелело до жути, а взгляд блуждал в пустоте, выдавая крайнее истощение рассудка. Лишь голос Бэйэр заставил его слегка очнуться. Весь его вид кричал о том, что за это время он натерпелся такого ужаса, что теперь шарахался от собственной тени.

Услышав слова куклы Бэйэр, Шуйцзяо с трудом сфокусировал взгляд:

— В-всё? Уже можно?.. Наконец-то игра пройдена…

Он прикрыл глаза, изо всех сил стараясь не вспоминать те повешенные на деревьях во дворе трупы, среди которых ему пришлось отыскивать голову «папы». Более того, среди висельников он увидел и Юэчжи с Юэгуем: Шуйцзяо знал, что те проиграли и уже покинули сессию, но и представить не мог, что игра оставит их тела здесь вот в таком виде.

— Какой там лес — самый настоящий лес мертвецов! — писали зрители, всю дорогу затаив дыхание следившие за стримом.

— Не похоже на прохождение с «хорошей концовкой» у Цянь Лина!

— Точно! Цянь Лин не собирал тела: он прогнал Сяо Бэйэр, вернул настоящую Бэйэр в её тело, а потом спалил дом дотла — и сразу получил уведомление о «хорошей концовке»!

После выхода «Счастливого дома» игроков охватило настоящее безумие: стоило зайти в Звёздную сеть, как лента пестрела записями стримеров с разными вариантами прохождения. Лишь тогда все осознали, что Чжисюнь заложил в игру несколько десятков финалов: по большей части это были «плохие концовки» — всевозможные способы гибели игрока, — и несколько простых «обычных концовок», где нужно было просто сбежать из дома. Единственную же особую «хорошую концовку» первым выложил блогер Цянь Лин.

В том финале игрокам открылась правда: в кукле Бэйэр поселилась душа умершего, она подружилась с девочкой, и та назвала её Сяо Бэйэр. Но однажды гостья внезапно захватила тело самой Бэйэр, свела с ума хозяйку дома, убила хозяина и превратила особняк в проклятое место.

В «хорошей концовке» игрок помогал Бэйэр вернуть своё тело и сжигал дом, обрывая эту кровавую череду зверств. Однако путь, по которому сейчас шёл Шуйцзяо, явно не совпадал ни с одним из известных вариантов — а значит, он открыл совершенно новый финал!

— Ума не приложу, как у Чжисюня голова работает: крошечный домик, пара простых NPC, а сколько разных концовок он умудрился туда впихнуть! — восхищались те, кто уже успел поиграть.

— Ха, да что там концовки — у него даже способы смерти и скримеры каждый раз разные.

— Сколько раз выскакивало прямо в лицо — Шуйцзяо молчал, а я чуть голос не сорвал…

— Как это молчал? Он там и сестрёнкой, и сестрицей, и братцем всех по кругу перезвал — кто не знает, подумал бы, что он в эту семейку прописаться пришёл!

— А помните, как он совсем поплыл и орал в трубку плачущей хозяйке: «Сестрица, пощади!»? Меня чуть кондратий не хватил от страха, но тут я просто в голос заржал.

В этом мире, где среди хорроров безраздельно властвовали масштабные космические полотна со злыми богами да генными чудовищами, короткая, но до предела насыщенная игра Линь Цися стала для игроков настоящим откровением. В других ужастиках худшее, что могло случиться, — тебя попросту прикончат или сожрут монстры, но в «Счастливом доме» всё обстояло иначе: здешние способы гибели и давящий на психику кошмар пробирали до дрожи даже тех, кто просто смотрел со стороны.

Что уж говорить о полном погружении! И всё же такова людская натура: страшно не страшно, а играть всё равно хочется — ведь смерть-то не взаправду, всего лишь игра.

— Ну же, быстрее, быстрее… — пробормотал Шуйцзяо, бессильно оседая на пол. Его рука безвольно повисла — недавно её вывернул безголовый старший брат, — а рассудок был на пределе; хотелось лишь одного: поскорее закончить всё и убраться отсюда.

Улыбка, вышитая красными нитками на лице маленькой куклы, оставалась неизменной — она улыбалась даже тогда, когда плакала, а чёрные стеклянные глаза поблескивали неживым, холодным светом.

— Братик, ты такой хороший, — проговорила она и, перебирая короткими ножками, подошла вплотную к Шуйцзяо.

Тот подумал, что она хочет его поблагодарить, и вяло махнул рукой:

— Пустяки.

Но вместо благодарности кукла произнесла:

— Я хочу, чтобы ты стал моей семьёй.

Шуйцзяо замер и опустил взгляд на крошечную куклу рядом с собой — и вдруг заметил нечто странное. Всё это время он считал, что платье у Бэйэр красное, но теперь, вглядевшись вблизи, различил под тёмным цветом проглядывающие клочки белой ткани.

Он оцепенел: значит, на ней с самого начала было не красное платье, а белое? Что же тогда могло пропитать его до такой густой красноты?

Тело Шуйцзяо одеревенело; только что он еле дышал от усталости, а теперь в голове будто тяжело ударили молотом, начисто выбив все мысли.

(Конец главы)

http://bllate.org/book/41904/5398841

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь