Му Му получил сообщение, открыл его и на мгновение замер. На экране была запечатлена спящая физиономия миловидного юноши — такая умиротворенная, создающая иллюзию, будто один взгляд на нее способен успокоить душу.
— Чей звонок? — кто-то выхватил у него телефон. Му Му нахмурился и, прежде чем тот успел что-либо открыть, забрал аппарат обратно.
— По делу.
Бросив всего два слова, он поднялся с постели и принялся одеваться. В его холодном выражении лица не было ни капли той привязанности, что обычно остается после страсти.
— Тц, ну ты и бессердечный. Только что удовлетворил тебя, и сразу вот так вышвыркиваешь человека, — возмутился юноша за его спиной. Ещё минуту назад он был таким яростным и пылким, с чего же стоило только закончить, как он стал таким ледяным?
— Больше не попадайся мне на глаза.
Швырнув на постель пачку купюр, Му Му ушел.
Му Му был человеком чрезвычайно требовательным. У него было немало партнеров для постели, но он никогда не распылялся и не разменивался на пустые чувства. Можно сказать, что до сих пор в его сердце никто так и не поселился, а все соития происходили по обоюдному согласию — каждый просто получал то, что ему было нужно.
Добравшись до центра города, Му Му среди толпы быстро отыскал человека из фотографии. Вживую тот выглядел еще более лучезарным и очаровательным.
Его орлиные глаза слегка сузились, и он остановился в сотне шагов от цели.
Цзи Чжоу был жутко возбужден. Хотя всё вокруг здесь почти не отличалось от его родного мира, происходящее все равно вызывало у него неподдельный интерес. Он то и дело трогал всё подряд, заглядывал то в один угол, то в другой, то подпрыгивал, то срывался с места, веселясь от души и совершенно не подозревая, что кто-то уже взял его на прицел в ста метрах отсюда.
Му Му взглянул на часы. Прошло уже два часа, а этот неугомонный парень всё так же сиял восторгом. Просто поразительно: как можно так беситься и радоваться в такую жару?
Разумеется, Му Му и представить не мог, что Цзи Чжоу — пришелец из другого мира, которому интересно абсолютно всё.
Что же до того, что он якобы родом из двадцать первого века, Ао Лесы отказывался в это верить, поэтому, кроме Ао Куна, об этом не знал никто.
Под палящим полуденным солнцем, когда леденцы на палочке в его руке уже почти растаяли, Цзи Чжоу наконец немного угомонился и устроился в каком-то очень уютном ресторанчике.
— Сэр, что вы желаете заказать? — официант с широкой улыбкой подошел к нему и протянул меню.
Цзи Чжоу раскрыл его, моргнул и подумал, что от солнечного жара у него уже двоится в глазах. Однако, проморгавшись, он увидел всё те же цифры и сразу понял, что угодил в невероятно дорогое заведение. Будет ли слишком неловко, если он сейчас просто встанет и уйдет?
Ловя на себе приветливый взгляд официанта, Цзи Чжоу чувствовал, что ноги просто не поднимаются — он отчаянно не хотел позориться. Ладно, была не была, закажет что-нибудь подешевле.
В итоге он заказал лишь чашку риса и стакан воды, за которые с него содрали шестьсот двадцать юаней. Это грабеж среди бела дня, почище любого обмана.
Однако выражение лица официанта мгновенно изменилось. Обычно здесь оставляли тысячные и десятитысячные суммы, и, глядя на прилично одетыго паренька, он решил, что пожаловал богатый клиент. Кто же знал, что перед ним всего лишь фальшивка в красивой обертке.
Отношение тут же стало куда менее любезным. Цзи Чжоу вернул меню, а официант грубо выдернул его из рук и, уже разворачиваясь, процедил сквозь зубы:
— Нищий, а пришел сюда выпендриваться.
Цзи Чжоу вовсе не хотел устраивать скандал. Честно говоря, для чужака в новом мире держаться в тени — всегда правильное решение.
Но вот чего он отродясь не испытывал, так это чувства, когда кто-то смотрит на него свысока, и испытывать этого он не собирался.
— Ты сейчас на меня свысока посмотрел? — на его лице проступили клыкаки. Улыбка казалась донельзя милой, но отчего-то официанта прошиб ледяной пот.
— Ты решил, что я не могу позволить себе еду в твоем заведении? Или думаешь, что у меня в карманах пусто? — его глаза сузились в щелочки от улыбки. Те, кто знал Цзи Чжоу, ведали: чем шире его улыбка, тем страшнее будут последствия.
Официант, которого тот притянул к себе, почувствовал злость. А когда вдобатся услышал эти угрожающие вопросы, его раздражение достигло предела. Подумать только, что это за место, чтобы какой-то сопляк тут распускал перья!
Смелость официанта подпитывалась тем фактом, что хозяин ресторана был человеком весьма влиятельным в стране А, что неизбежно порождало у обслуживающего персонала манеру задирать нос перед слабыми и пресмыкаться перед сильными.
— Уважаемый гость, пожалуйста, отпустите меня. Если вы продолжите в том же духе, нам придется попросить вас покинуть заведение, — судя по тому, что даже при сильном отвращении официант смог выговорить это ровным голосом, кое-какие манеры у работников этого места все же имелись.
Цзи Чжоу презрительно усмехнулся, и чашка с жидким рисом полетела прямо на обидчика — вот вам и плата за попытку смотреть на него свысока. В своем прежнем мире Цзи Чжоу был высокомерным молодым господином, чья семья обладала таким состоянием, что могла бы купить небольшое государство. Его буквально носили на руках, и условия у него были роскошными. Вечно он только ломал голову над тем, почему же никак не удается завести девушку.
Мысль эта закралась совсем не вовремя. В тот самый миг, пока он отвлекся, официант схватил со стола стакан с водой и с яростным замахом попытался обрушить его на голову Цзи Чжоу. Удар был невероятно свирепым, но стакан так и замер на лету, перехваченный чьей-то чужой рукой.
Официант вздрогнул от неожиданности, перевел взгляд на обладателя этой руки и, застыв с остекленевшим взором, чуть не рухнул на колени. Перед ним стоял Му Му — старший молодой господин знатного рода Му. Даже ослепни он на оба глаза, всё равно узнал бы эту фигуру.
— М-молодой господин Му, — заикаясь, выдавил официант. Его руки тряслись, он отчаянно пытался опустить стакан, но тот был мертвецы зажат в чужой руке и не двигался с места.
Взгляд Му Му был холоден, выражение лица — ледяным, а из груди вырывался морозный воздух.
http://bllate.org/book/41884/5350176
Сказали спасибо 0 читателей