От неожиданности сотрудник отступил на пару шагов назад и принялся наперебой извиняться, что также напугало Вэнь Чу.
В тот самый момент, когда женщина, поддерживая себя за лоб, повернулась, прекрасные глаза Вэнь Чу слегка расширились, а на лице читалось явное удивление:
— Учительница Цинь?
Неудивительно, подумала она, этот голос показался ей знакомым еще издалека.
Едва стихли ее слова, как Цинь Цзяньшу, шатаясь на высоких каблуках, завалилась прямо в ее сторону.
Судя по неуверенной походке и недавней перепалке с кем-то, Вэнь Чу могла практически с уверенностью сказать, что женщина сегодня вечером напилась до чертиков.
Проявив молниеносную реакцию, она протянула руки, чтобы поймать ее, но никак не ожидала, что, подхватывая женщину, получит тяжелый удар в подбородок от Цинь Цзяньшу, из-за чего вылетевший из кармана телефон со звоном рухнул на землю.
Зубы рассекли губу, и во рту быстро распространился солоновато-медный вкус крови. Вэнь Чу не удержалась и шумно втянула воздух сквозь зубы:
— Цсс!
В следующую секунду Цинь Цзяньшу ухватилась за плечи Вэнь Чу, возвращая себе равновесие, и лишь после этого прищурила опьяневшие глаза, принявшись разглядывать стоящую перед ней девушку.
Кажется, лицо ей было смутно знакомо…
Спустя довольно долгое время Цинь Цзяньшу наконец узнала собеседницу:
— Это ты, Вэнь Чу.
Произнося это, она чувственно улыбалась, и пьяное состояние сквозило в каждом ее движении.
В отличие от вежливого и холодного обращения учительница Вэнь, услышанного в школе, тонкие губы Цинь Цзяньшу слегка приоткрылись, и она неторопливо выговорила имя Вэнь Чу.
Ее голос, полный хмельного дурмана, казалось, доносился издалека, звуча на удивление нежно и томно.
Вэнь Чу впервые слышала, чтобы кто-то так произносил ее имя, и на мгновение растерялась, пока блуждающий взгляд Цинь Цзяньшу не опустился на ее губы.
Из разбитой ранки сочилась кровь, постепенно превращаясь в круглые, чистые, словно хрусталь, капельки.
Стоявший неподалеку работник таверны, заметив, что они знакомы, словно сбросил с плеч тяжелый груз. Он торопливо заговорил:
— Девушка, вы ведь ее подруга, верно? Тогда не могли бы вы безобразно проводить ее домой? У меня еще дел по горло в заведении, я пойду внутрь.
— Хорошо, — кивнув, согласилась Вэнь Чу. Одной рукой она поддерживала Цинь Цзяньшу за тонкую, гибкую талию, а другой приобнимала за плечи. — Простите за беспокойство.
Закончив говорить, она снова перевела взгляд на Цинь Цзяньшу:
— Послушайте, учительница Цинь, вы…
Не успела она договорить, как утонченное лицо перед ней резко приблизилось, сократив расстояние до минимума.
На какое-то мгновение Вэнь Чу позабыла, как дышать.
Они стояли невероятно близко, будучи примерно одного роста. Цинь Цзяньшу кончиком языка легко и ненавязчиво провела по ранке на нижней губе Вэнь Чу — словно касание крыльев стрекозы по воде, — а затем мгновенно отстранилась, походя на укравшую лакомство кошку.
Она слишком долго смотрела на эту круглую капельку крови.
Мгновение спустя на кончике языка разлился слабый привкус крови, и только тогда Цинь Цзяньшу, запоздало очнувшись, посмотрела на нее затуманенными от хмеля глазами:
— Вэнь Чу, ты, кажется, кровоточишь.
Волна трепета
В густом аромате алкоголя, ударившем ей в лицо, угадывался слабый, заглушенный парфюмом парфюмерный шлейф.
Когда внезапное покалывание в глубине сердца наконец утихло, Вэнь Чу сообразила, что ее, судя по всему, только что заигрывающе соблазнил пьяный человек. Причем красивая пьяная женщина.
Взглянув на Цинь Цзяньшу снова, она заметила, что ее бледные щеки уже покрылись легким румянцем, а в глубине глаз клубилась дымка; взгляд, устремленный на нее, казался одновременно невинным и растерянным.
Опустив глаза и подавляя едва родившуюся на дне души рябь, Вэнь Чу наклонилась и подняла упавший телефон.
На разбитом месте губы снова выступили свежие капли крови. Проведя по ним кончиком языка, она ощутила отчетливый вкус крови и легкое жжение.
— Сестра, молоко, которое ты просила, подогрето. Еще нужно? — раздался внезапный голос сотрудника соседнего круглосуточного магазина, вышедшего на улицу и окликнувшего Вэнь Чу.
Слово «нужно» уже вертелось на языке, но, опустив взгляд на разбитый экран телефона, Вэнь Чу передумала:
— Простите, нет, не нужно.
С этими словами она обернулась к Цинь Цзяньшу.
Видимо, от долгого стояния та устала, и теперь Цинь Цзяньшу снова присела на корточки у обочины.
Женщина глубоко запустила пальцы в распущенные на макушке волосы, спрятав большую часть лица в ладонях. Темные длинные пряди беспорядочно падали на плечи, придавая ей удручающе жалкий вид.
Глядя на нее в таком состоянии, Вэнь Чу почувствовала укол жалости.
Она сделала пару шагов вперед, осторожно приподняла край юбки и присела рядом:
— Учительница Цинь, вы помните, где живете?
Цинь Цзяньшу не ответила.
Однако вскоре она убрала руки и посмотрела на Вэнь Чу влажными глазами.
— А вы пришли одна? — снова спросила Вэнь Чу.
На этот раз Цинь Цзяньшу хоть как-то отреагировала.
Она покачала головой и, выдержав паузу секунд в четыре-пять, очень тихо ответила на вопрос Вэнь Чу:
— Еще был Чэнь Чжисун, но он… ушел.
На второй половине фразы в голосе Цинь Цзяньшу отчетливо послышалась глубокая тоска.
Услышав это имя, Вэнь Чу сразу всё поняла.
Если те события на днях, когда родственники семьи Чэнь устроили скандал в школе, нанесли Цинь Цзяньшу неизгладимую травму, то сегодня Чэнь Чжисун, судя по всему, пришел нанести контрольный удар.
Посидев на корточке пару секунд в молчании, Вэнь Чу извлекла на свет свой безнадежно разбитый телефон и принялась пытаться вызвать такси.
Свой собственный дом у Вэнь Чу появился в день ее совершеннолетия, в восемь лет.
Тогда родители достали из шкатулки свидетельство о праве собственности на ее имя, и оно было не единственное. Поэтому, устроившись работать учительницей в Среднюю школу Чуннань, Вэнь Чу выбрала одну из уже имевшихся у семьи квартир в жилом комплексе неподалеку и переехала туда.
Дорога от бара до жилого комплекса занимала минут двадцать на машине, но тащить на себе взрослого человека на высоких каблуках оказалось для Вэнь Чу невероятно тяжело.
В конце концов она просто скинула туфли, взяла их в руки и пошла босиком.
В трехкомнатной квартире перегородку между кабинетом и гостиной убрали, обустроив пространство в виде открытого кабинета.
Кое-как дотащив гостью до дома, Вэнь Чу почувствовала, что ее поясница буквально отваливается. Опустив женщину на диван, она без сил рухнула рядом.
Одна лежала ничком, другая на спине, не мешая друг другу.
Минум через пять-шесть Вэнь Чу поднялась, нырнула на кухню и вскоре вернулась со стаканом теплого медового напитка:
— Выпей воды.
Цинь Цзяньшу скосила на нее взгляд:
— Не хочу. А алкоголя нет?
http://bllate.org/book/41754/5332194
Сказали спасибо 0 читателей