Готовый перевод Sun Moon Divine Cat System / Кошачья магия: Как стать легендой, будучи пушистым недоразумением: Глава 12

Хотя в душе Лу Цзюньин был чрезвычайно любопытен, каким же именно образом толстяк изменил свой внешний образ, он вовсе не собирался собственными глазами свидетельствовать эти перемены. Проведя в лесу почти целый месяц, сейчас он больше всего на свете желал отыскать удобную кровать, лечь на неё и сладко-сладко поспать.

Лу Цзюньин мысленно проигнорировал солнце, висевшее в самом центре неба. Стоит отметить, что местное светило было вполне нормальным — в небе не красовалось ни двух лун, к которым он уже привык, ни восьми-десяти солнцеподобных шаров. Какая жалость, нельзя даже устроить иномирную версию сказания о том, как Хоу И сбивал солнца.

Устроившись в складках одежды Парисио, он сладко потянулся, вцепился двумя лапками за край ворота и безмолвно дал понять, что хозяину пора бы поторопиться. Видя его забавную повадку, Парисио почувствовал, как беспричинная тоска и раздражение в его сердце немного рассеялись. Словно подчиняясь желанию питомца, он шагнул во двор.

Западные дворики уступали восточным в изяществе; по его мнению, они вообще не шли ни в какое сравнение с Вершиной Великого Сияния. Впрочем, для Лу Цзюньин, который больше месяца провёл в роли лесного дикого кота, всё это не имело никакого значения. Ему было бы достаточно одной лишь кровати, чтобы почувствовать себя абсолютно счастливым.

Стоило Парисио открыть дверь, как Лу Цзюньин тут же стрелой бросился в сторону спальни: мягкая большая кровать, я иду! Лу Цзюньин позабыл старую истину о том, что за чрезмерной радостью неизбежно следует печаль. Добравшись до спальни и камнем рухнув на роскошное ложе, он радостно подпрыгнул пару раз, после чего его тело внезапно застыло. Втянув когти, он с ужасом посмотрел на белые пушистые хлопья, разлетевшиеся повсюду — это были неоспоримые улики его вандализма.

Очевидно, он совершенно забыл о том, насколько острыми стали его когти, а качество простыней и одеял в этой гостинице явно уступало одежде Парисио, так что постельное бельё пало смертью храбрых. Лу Цзюньин простоял в оцепенении всего пару секунд, бросил взгляд на разорванное пуховое одеяло под своими лапами и принялся носом сгребать в кучу пух, который вовсе не походил на обычный хлопок. Затем он зарылся поглубже в это мягкое убежище и с блаженством прикрыл глаза.

Какое там одеяло — испортилось и ладно, сейчас оно ему всё равно было ни к чему. Иными словами, благородный спонсор снова был самым бессовестным образом проигнорирован. Войдя в комнату, Парисио без особого удивления окинул взглядом учиненный разгром, но не стал вытаскивать своего пушистого питомца, забившегося вглубь кровати. Жаль только выставленные на улице изысканные блюда.

Глядя на уютно устроившегося зверька, Парисио на удивление тоже почувствовал лёгкое желание вздремнуть. Стоит ли говорить, что при его уровне силы медитация могла полностью заменить сон — с какой стати ему тратить время, столь драгоценное для увеличения запаса маны? Быть может, атмосфера показалась ему слишком умиротворяющей, но Парисио лёг прямо рядом с Лу Цзюньин, совершенно не обращая внимания на беспорядок вокруг, и закрыл глаза.

Спит он или бодрствует, этот человек всегда излучает какое-то обманчивое тепло. Вот только это тепло было лишь поверхностным — истинная сущность этого человека, даже если от неё исходило какое-то подобие тепла, могла лишь обжечь, но никак не согреть.

Парисио проснулся от звона соприкасающихся тарелок. Придя в себя, он машинально прижал руку к груди, слегка нахмурился, а затем разгладил бродившие на лбу морщинки: они уже покинули Лес Магических Зверей. Открыв глаза, он обнаружил, что спавший рядом питомец куда-то исчез. И гадать было не нужно — шум, доносившийся снаружи, наверняка был создан лапками его ненаглядного зверька.

Он поднялся на ноги и поправил воротник. Он не видел собственного взгляда, полного невольной нежности, и не заметил искренней улыбки, тронувшей уголки его губ. Подумаешь, всего лишь маленький питомец, с ним в компании дни идут веселее. Но ведь со временем всё надоедает, не так ли? Он всегда был именно таким.

— Мяу~ — Лу Цзюньин, который прямо за обеденным столом утаскивал рыбу зубами, поднял голову и, заметив Парисио, непроизвольно приоткрыл пасть, отчего добыча шлепнулась обратно на стол. Не успел он даже оплакать безвременно погибшую рыбину, как Парисио уже подошёл к нему вплотную. С головы до ног окатив зверя водой из заклинания, он, правда, не мог понять, было ли это плодом его воображения, но вода почему-то казалась тёплой.

Лу Цзюньин не стал ломать голову над этим. Увидев, что вся еда на столе оказалась залита водой для его внепланового купания, он окончательно потерял аппетит и посмотрел на Парисио взглядом, полным смутного недовольства. Золотистая обезьяна, верни мою рыбу! В следующий раз рыбу нужно съедать в самую первую очередь! Все эти глупости про то, что самое лучшее надо оставлять напоследок — сплошной обман, больше я на это не куплюсь!

Парисио достал из пространственного кольца ставшее уже привычным в поездках белое полотенце и тщательно вытер Лу Цзюньин. После этого он взял зверя на руки и принялся осторожно массировать ему животик. Неужели этот мелкий проказник уже забыл прошлый урок?

Лу Цзюньин без колебаний отвесил Парисио лёгкую оплеуху лапой: неужто этот животик — вещь, которую молодой господин позволит кому попало гладить? Подумаешь, испортился один стол с едой, чего поднимать такую панику, он ведь даже не объелся. Пусть он и не хотел этого признавать, но его нынешнее тело действительно находилось в периоде активного роста, так что некоторый рост аппетита — это вполне нормально!

— Тебе не тяжело от того, что ты столько съел? — Парисио, разумеется, знал, что аппетит магических зверей обычно поистине огромен, но его собственный питомец всегда был исключением. Неизвестная в летописях разновидность, разноцветное ядро силы, а также те странные зелья неизвестного происхождения с удивительным эффектом. Раньше тот ел совсем мало, и это не вызывало вопросов, но теперь он вдруг умял столько еды — пусть даже он растёт, перемены всё же слишком резкие.

Лу Цзюньин пропустил его слова мимо ушей: сейчас любые изменения в этом теле были в порядке вещей. Его уши шевельнулись, и он повернулся к двери — это Бог приближался к ним с сияющей на лице улыбкой.

— Господин, не желаете ли взглянуть на чёрный рынок? Там продаётся немало редких вещиц, вполне возможно, что-то из этого окажется вам полезным. — Войдя во двор, он ускорил шаг и заговорил с Парисио всё с тем же неизменным почтением.

— Пойдём взглянем. — Парисио кивнул. Он быллы наслышан о чёрном рынке деревни Пака. Подобные теневые рынки существовали практически при каждом селении, примыкающем к Лесу Магических Зверей. В Лесу Магических Зверей охотиться можно было не только на зверей, люди здесь тоже порой становились добычей. Иногда добытые в ходе такой охоты вещи оказывается чертовски трудно сбыть легальным путём. Именно для таких сделок и существовали чёрные рынки.

На чёрном рынке каждый старался замаскироваться как можно лучше, и то, насколько удачной будет маскировка, зависело исключительно от личных способностей человека. И хотя сам он никогда прежде не бывал в подобных местах, во время своих странствий он встречал нечто подобное, пусть у этого явления и не было чёткого названия. Став главой академии, он редко покидал её стены, и на этот раз решился на вылазку только ради того, чтобы прорваться на новый уровень накануне состязания Пяти великих академий.

— Ступай подготовься, отправимся туда, когда стемнеет ещё сильнее. — Парисио бросил взгляд на закатывающееся за горизонт солнце. На этот раз он проспал поистине долго, потеряв всякую бдительность даже по отношению к тому, что происходило рядом. Как давно в нём не просыпалась эта слабость? Во взгляде, брошенном на Лу Цзюньин, мелькнуло сложное чувство, но он тут же искусно спрятал его за лёгкой улыбкой.

Чёрный рынок называли так по двум причинам: во-первых, сделки там совершались изподтишка и явно не терпели дневного света, а во-вторых, торговля начиналась исключительно после наступления темноты. Каждый участник надевал ту или иную маску — если, конечно, речь не шла о тех немногих чьё влияние и власть были настолько велики, что им никто не смел угрожать. Ни один безумец не осмелился бы явиться на чёрный рынок с открытым лицом. По крайней мере, пока ещё не нашлось смельчаков, готовых пойти на такое.

Парисио надел маску, украшенную тёмными замысловатыми узорами — с первого взгляда было очевидно, что вещица непростая. Самым удивительным оказалось то, что стоило ему закрепить маску, как его ослепительно-золотые волосы мгновенно приобрели иссиня-чёрный оттенок ночи. Его идеальное от природы телосложение тоже слегка изменилось, став чуть более плотным, но всё ещё в пределах допустимого.

Лу Цзюньин тронул его маску лапкой, сгорая от желания изучить её получше. По сравнению с искусством маскировки, известным в боевых искусствах Цзянху, эта маска казалась самой настоящей магией. Парисио перехватил обе лапки Лу Цзюньин, и его вечно изогнутые уголки губ плотно сжались. То ли из-за сгустившейся ночной темноты, то ли по какой-то иной причине, но сейчас он выглядел несколько мрачно.

Лу Цзюньин не стал упорствовать и перевёл взгляд на стоящего напротив Варнера. Тот вообще никак не изменился — разве они не собирались оберегать государственный престиж? Если смену одежды можно считать заботой об имидже держаты, то ему оставалось только потерять дар речи.

— На чёрном рынке нельзя светить истинной личностью, поэтому Ваше Высочество... — Деми мягко улыбнулась и протянула руку, желая погладить Лу Цзюньин по голове, но Парисио молча отступил на шаг назад, легко уклонившись. Деми растерянно замерла: как она могла забыть о брезгливости господина? Господин наверняка остался недоволен.

— Мяу~ — Лу Цзюньин готов был поклясться, что вовсе не пытался намеренно строить милые глазки — он просто старался наладить нормальные отношения с ключевым персонажем задачи! Ладно, по своей природе он всё же питал некоторую слабость к нежным созданиям, пусть за те двадцать лет его прежней жизни вся эта нежность и распространялась исключительно на соучениц по секте.

Глаза Деми слегка блеснули, и её взгляд, устремленный на Лу Цзюньин, стал ещё более нежным. Какой же прелестный магический зверь, неудивительно, что господин держит его при себе. Как же хочется его потрогать...

Заметив выражение её лица, Лу Цзюньин демонстративно отвернулся. И действительно, не прошло и нескольких секунд, как до него донёсся приятный голос:

— Не стоит строить столь неприглядные рожи перед магическим зверем.

Мысленно поставив огромную галочку за то, что его глаза вовремя избежали опасной зоны, Лу Цзюньин подумал о своём.

— Наденьте маски, выступаем. — Брови Парисио под маской вновь слегка сошлись на переносице. Скосив глаза на Лу Цзюньин, он протянул руку и аккуратно нахлобучил чёрную маску прямо на его пушистую мордашку.

Лу Цзюньин лениво задел лапой маску на лице, опустил голову и с удивлением обнаружил, что даже его кошачьи лапки стали угольно-чёрными. ╮(╯▽╰)╭ Он с честью заслужил звание носящего маску чёрного кота!

Добровольно забравшись в воротник спутника, он больше не делал никаких попыток вылезти. Помимо шерсти, в его облике ничего не изменилось — казалось, на него маска подействовала как какой-то бракованный товар со скидкой, оказавшись не в силах изменить даже цвет его глаз. А откуда он это знал? Разве стоящее в комнате зеркало было просто украшением? В его взгляде мелькнула ирония; будь у него человеческое тело, уголки его губ наверняка бы насмешливо скривились.

Этот мир словно неустанно напоминал ему о его чужеродности, будто он сам изо всех сил рвался стать его частью. Достигнув божественного уровня, он не задержится здесь ни на единый день!

А он-то рассчитывал спокойно поглазеть на рынки этого мира, но всё обернулось вот так. Он обязан вернуть себе человеческое тело, непременно должен вернуть! Оу-оу~~

— Запустить ли системный анализ причины предыдущего впадения в состояние берсерка? —

Лу Цзюньин впервые в жизни услышал голос системы столь мелодичным. Разве стоило вообще задавать подобные вопросы? Конечно же, ответ да! Даже если это временное превращение, его вполне хватит, чтобы извлечь из ситуации максимальную пользу.

— Дзинь — идет анализ события, пожалуйста, подождите. —

Лу Цзюньин почувствовал, как отчетливо застучало его участившееся сердце...

— Для данного события требуется долгосрочное наблюдение и анализ, пожалуйста, подождите! —

Лу Цзюньин закрыл глаза одной лапой. И как только он мог поверить в эффективность системы-кун? Какой же он глупец, право слово.

http://bllate.org/book/41657/5319179

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь